Прежде чем мы вечером уехали из Астрахани, г-н Стрельников, владелец живорыбной баржи-садка, которую мы посетили, без нашего ведома принес нам на борт две большие банки восхитительной икры того осетра, которого при нас вскрыли. Он попросил капитана поместить их в холодильную камеру судна. Наши советские хозяева также отправили на борт большой запас паюсной икры, и я привез часть ее домой в Норвегию. Несмотря на летнюю жару, икра отлично сохранилась.

В 8 часов вечера (13 июля) мы отправились на север по Волге на просторном и удобно обустроенном судне с прекрасной большой прогулочной палубой. Товарищ Шведов и другие наши хозяева некоторое время следовали за нами на буксире.

Затем началось странное путешествие вверх по этой крупнейшей реке Европы, могучей артерии Русской равнины: бассейн Волги охватывает значительную часть Российской Советской Республики к западу от Урала, площадь которой составляет 1459 тыс. км² – больше, чем Германия, Франция и Великобритания, вместе взятые. Эта территория с населением более 50 млн человек была до Первой мировой войны житницей Европы, и отсюда, а также из Украины, наша страна, среди прочих, импортировала наибольшую часть зерна. Сегодня выращивание зерна здесь еще не достигло такого уровня, чтобы можно было его экспортировать в больших количествах.

Волга определяет благосостояние народа на территории всей Юго-Восточной России; по ней и ее притокам можно добраться до Уральских гор на востоке, по каналам – до Северного Ледовитого океана, до Балтийского моря на северо-западе, а когда канал, соединяющий Волгу с Доном, будет достроен, то и до Черного и Средиземного морей на юго-западе. В настоящее время существует постоянное пароходное сообщение между Балтийским и Каспийским морями. Из 130 волжских притоков 12 судоходны, а общая длина судоходного русла реки составляет 29 770 км.

От истока на Валдайской возвышенности в Тверской губернии на северо-западе до Каспийского моря на протяжении 3694 км перепад высоты составляет всего 262 м. По большей части река протекает по равнине, поэтому средняя скорость ее течения невелика, обычно около 0,8–1,2 м/с, или от 2,9 до 4,3 км/ч. Во время половодья скорость может увеличиться более чем вдвое, а при малой водности осенью она становится значительно меньше средней величины. Установлено, что волна половодья весной преодолевает расстояние 2747 км от Рыбинска до Астрахани за 50 дней. Значит, скорость течения составляет около 0,64 м/с, или 2,3 км/ч. В нижнем течении, южнее Самары и Саратова, ширина реки достигает 2 км и более. Впадая в Каспийское море, река формирует дельту шириной 170 км.

По этому могучему водному пути беспрестанно перемещаются бесчисленные лодки, плоты, баржи, пароходы и теплоходы с тысячами людей и ценными грузами – урожаем и различными товарами, произведенными богатой страной. Вдоль берегов разместилось множество процветающих крупных городов, в которых кипит жизнь. В разных частях ее обширных долин и равнин с течением времени возникали крупные могущественные государства, которые затем исчезали, например булгарское в Булгаре, хазарское в южной части, монгольское, татарское и многие другие, пока русские, прийдя с севера и запада, не установили и не закрепили здесь свое господство. Однако Волга, несмотря ни на что, продолжает нести свои желтовато-коричневые воды через широкие равнины, как она делала это на протяжении тысячелетий, задолго до появления на ее берегах людей. Единственным видимым эффектом деятельности человека стала интенсивная вырубка лесов, удерживающих влагу, в результате чего разливы реки во время весеннего таяния снегов стали более обильными, но и более кратковременными.

Оживленное судоходство на Волге в основном идет вверх по реке, к Балтийскому морю, а канал, соединяющий его с Невой, сделал Ленинград главным портом Волги. Туда доставляется в 15 раз больше товаров, чем в Астрахань. Главным образом это рыба, металлы, промышленные товары, шкуры, зерно, мука, лен, нефть, масла, соль, древесина. Вниз по реке в основном отправляют фабричные изделия, а также древесину для небогатых лесом Самарской, Саратовской и Астраханской губерний. Многие баржи после одной перевозки грузов по реке разбирают на древесину.

Русло реки постоянно меняется, и его необходимо углублять каждый год. Пароходы часто садятся на песчаные мели, поэтому возле самых опасных из них часто стоят дежурные суда, чтобы помочь им сняться.

В старину десятки тысяч бурлаков тянули лодки и баржи вдоль берегов вверх по реке, и именно от них произошли знаменитые волжские песни. Однако сейчас, в эпоху буксиров, таких бурлаков можно встретить только вдоль некоторых волжских притоков. Для протягивания судов по каналам используются лошади.

Судоходство и оживленное движение на Волге продолжаются летом и всю осень. Затем температура воды, которая в июле южнее Саратова поднимается до 25–26 °C, а в дельте и у Астрахани – до 28,5 °C, постепенно понижается и приближается к 0 °C; в ноябре начинает образовываться лед, река замерзает и судоходство прекращается. Зимой по толстому льду на реке прокладывают санный путь, которым можно отлично пользоваться три-четыре месяца – как вверх и вниз по течению, так и поперек русла. Там, где нет мостов, через реку по льду кладут железнодорожные рельсы – таким образом можно перевозить грузы, не используя дорогостоящие ледоколы.

Средняя толщина льда 70–90 см, но может достигать 1,5 м на Нижней Волге. Весной лед вскрывается: примерно 10–20 апреля на Нижней Волге и около 14 марта – в Астрахани, и могучие льдины вдоль берегов могут образовывать настоящие торосы: горе судну, которое тогда не будет надежно защищено. Ледоход длится пару недель, а затем Волга снова открывается для навигации.

К северу от Астрахани берега реки еще низкие, особенно с восточной стороны; плоская болотистая местность изрезана многочисленными речными рукавами, а берега в значительной степени заросли тростником, тогда как западный берег несколько выше и суше, большей частью без речных рукавов и без зарослей тростника. Разница между двумя берегами вдоль всего пути вверх настолько разительна, что начинаешь понимать, что она вызвана какой-то определенной причиной. На западном берегу, примерно в 10 км к северу от Астрахани, до сих пор можно найти в земле останки некогда могущественной столицы хазар – Итиля, которая на протяжении трех столетий, до 969 г., была центром их обширного царства (см. с. 130). Сейчас неподалеку находится главная резиденция монгольских калмыков-буддистов – Калмыцкий базар с буддийским храмом.

Наступили сумерки, и под звездным сводом ночь плыла по широкой, медленно текущей водной глади; низкие берега отступали в непредсказуемую темноту. Вдалеке раздавались напевные звуки дивной волжской песни о казачьем атамане-разбойнике Стеньке Разине, друге бедных и угнетенных, который, поняв, что готов забыть себя, свой народ и свою борьбу ради любви к прекрасной княжне, похищенной им в Персии, принес ее в жертву волнам Волги, а затем во главе своего крестьянского войска в 1670 г. взял Астрахань.

Удивительно, что название Волга, «мать, матушка Волга», занимающее столь значительное место в жизни всего русского народа, и в национальном сознании, и в поэзии, – не русское, а происходит от финского народа булгар, которые уже в первые века нашей эры основали на этой реке государство[14]. Их столица Булгар, или Болгар, также Волгар, впоследствии дала название реке. Ранее татары и арабы часто называли ее Итиль по хазарскому городу близ ее устья, Птолемей и греки называли ее Ра, а финские племена – Рау.

Булгар располагался на Волге недалеко от современной Казани, и считается, что руины древней столицы находятся в селе Успенское, или Болгар, недалеко от Спасска, в 25 км ниже устья Камы. В раннем Средневековье весь восточный регион современной России, от Хазарского каганата в степях на юге, вдоль среднего течения Волги и далее на север до финского народа бьярмов на Белом море, был населен финно-угорскими народами, и только в XVI в. славяне проникли на восток и юг вдоль Волги. После того как на юге было сломлено могущество хазар и Итиль утратил роль торгового центра, Булгар приобрел еще большее значение, а в X в., когда булгары приняли ислам, стал процветающим городом и местом встречи торговцев, которые поднимались по Волге из Аравии, Персии и Византии, а также спускались по реке с севера и запада, из Скандинавии. В 922 г. н. э. туда прибыл Ибн-Фадлан в качестве посланника халифа Аль-Муктадира Биллаха из Багдада. Он дал примечательное описание своего пребывания там.

Для нас, скандинавов, особый интерес представляет его рассказ о встрече с купцами народа рус, выходцами из Скандинавии, в основном шведами. Они основали русское государство, Гардарики, со столицей в Новгороде[15]. Описание наших предков, данное Ибн Фадланом, – одно из первых известных, однако оно не во всех отношениях лестное. «Я видел русов, – пишет он, – когда они прибыли по своим торговым делам», а торговали они в основном мехами и молодыми девушками. «Они прибывают из своей страны и причаливают свои корабли на Атыле – а это большая река – и строят на ее берегу большие дома из дерева». Ибн Фадлан не рассказывает, каким путем они пришли. Они могли спуститься по реке с ее верховьев или подняться по Дону с Черного моря и протащить корабли по суше из хазарского города Саркел на Волгу, недалеко от современного Сталинграда (Царицына).

«Я не видал [людей] с более совершенными телами, – продолжает Ибн Фадлан. – Они подобны пальмам, белокуры, красны лицом, белы телом. Они не носят ни курток, ни хафтанов, но у них мужчина носит кису, которой он охватывает один бок, причем одна из рук выходит из нее наружу. И при каждом из них имеется топор, меч и нож, [причем] со всем этим он [никогда] не расстается. Мечи их плоские, бороздчатые, франкские. И от края ногтей иного из них [русов] до его шеи [имеется] собрание деревьев, изображений [картинок] и тому подобного.

А что касается их женщин, то на [каждой] их груди прикреплена коробочка, или из железа, или из серебра, или из меди, или из золота, или из дерева в соответствии с размерами [денежных] средств их мужей. И у каждой коробочки – кольцо, у которого нож, также прикрепленный на груди. На шеях у них – мониста из золота и серебра, так что если человек владеет десятью тысячами дирхемов, то он справляет своей жене один [ряд] мониста, а если владеет двадцатью тысячами, то справляет ей два [ряда] мониста, и таким образом каждые десять тысяч, которые он прибавляет к ним [дирхемам], прибавляют [ряд] мониста его жене, так что на шее иной из них бывает много [рядов] монист.

Самым великолепным украшением [считаются] у них [русов] зеленые бусы из той керамики, которая бывает на кораблях. Они делают [для приобретения их] исключительные усилия, покупают одну такую бусину за дирхем и нанизывают [их] в качестве ожерелий для своих жен. <…>

Они грязнейшие из творений Аллаха – они не очищаются ни от экскрементов, ни от урины, не омываются от половой нечистоты и не моют своих рук после еды, но они как блуждающие ослы». Арабу, которому предписывалось совершать множество омовений, это представлялось проявлением самого удручающего варварства.

Упоминаются их деревянные идолы и жертвоприношения им, чтобы торговля была удачной. «У каждого [из них] скамья, на которой он сидит, и с ними [сидят] девушки-красавицы для купцов. И вот один [из них] сочетается со своей девушкой, а товарищи его смотрят на него. А иногда собирается [целая] группа из них в таком положении один против другого, и входит купец, чтобы купить у кого-либо из них девушку, и наталкивается на него, сочетающегося с ней. Он же не оставляет ее, пока не удовлетворит своей потребности».

Крайне примечательно описание похорон предводителя, на которых присутствовал Ибн-Фадлан. Покойного, в великолепной одежде из золотой парчи с золотыми пуговицами и в шапке из золотой парчи, отороченной соболями, перенесли на корабль, вытащенный на берег, и усадили там на скамью, покрытую греческой золотой парчой с подголовниками из той же ткани. Его оружие сложили рядом, принесли пьянящие напитки, фрукты, хлеб, мясо и т. д. Затем порубили на куски и бросили на корабль собаку, а также двух лошадей, двух быков, петуха и курицу. Они были изрядны в пьянстве, и «часто кто-нибудь из них умирал с чашей в руке». Девушку, согласившуюся следовать за покойником, после долгого пьянства и разврата, нередко с шестью его воинами, убивал на корабле ангел смерти, старуха. Наконец, ближайшие родственники покойного, голые, пятясь от корабля, подожгли штабеля дров под ним. Вскоре все было охвачено пламенем, и предводитель со своей свитой отправился в дальний путь в мир иной.

Булгарское государство на Волге было потрясено до основания нашествием монголов в XIII в., сохранило своих номинальных правителей, но было окончательно разрушено Тамерланом в конце XIV в. Позднее ему на смену пришло основанное в 1437 г. татарское Казанское ханство, которое было окончательно завоевано Иваном Грозным в 1552 г. Теперь для русских был открыт путь вниз по Волге, и через несколько лет они захватили земли на юге, у Астрахани и Каспийского моря.

Вторник, 14 июля. Могучий водный путь, извиваясь по обширной равнине, продолжался на север. На востоке, на низких, заболоченных участках суши едва ли можно было увидеть хоть один дом или деревню, в то время как вдоль западного берега реки их было много.

Стояла невыносимая жара, и даже ночью в каютах было душно. Но хуже всего были комары, их было множество, и мы знали, что они переносят малярию. Что бы вы предпочли сделать? Если закрыть окна, станет ужасно жарко, а если открыть их, появится еще больше комаров. В идеале следовало спать под москитной сеткой.

А в остальном это была чудесная жизнь праздного человека. Трудно представить себе более благодатный отдых, чем такое путешествие на одном из этих великолепных судов вверх или вниз по Волге. Дорога от Астрахани до Нижнего Новгорода занимает семь дней, обратный путь – пять. Когда вы скользите по широкому водному пространству, вы видите скользящую мимо вас жизнь на этой гигантской реке, вы видите оба берега и равнины вдали, и деревни с большими белыми церквями с высокими куполами, вы видите людей, работающих в полях. Через большие промежутки времени пароход причаливает к какому-нибудь более крупному городу или поселку, и на барже, образующей пристань, можно увидеть крестьян, серьезных мужчин и женщин, молодежь южнорусского типа, более смуглую, чем выше на севере, с примесью черт татарских, финских, монгольских и других народов. Чуть дальше от берега на суше стоят их транспортные средства, телеги. В плоских степях, простирающихся далеко на восток и на запад от этой нижней части Волги, проживают монгольские калмыки со своим скотом, а также киргизы и татары.

На борту собрались люди из самых разных слоев общества. Были и правоверные советские чиновники, восторгающиеся революцией и новой властью, которая принесет России новое, великое будущее. Были и более умеренные и сомневающиеся предприниматели и торговцы, считавшие, что великое будущее настанет, если только они смогут просто вести свои дела без вмешательства со стороны властей. Были и те, кто с горечью высмеивал все эти планы, считая их несостоятельными. Там были и молодые пары, не вынашивавшие никаких мыслей ни о красных, ни о белых, ни о революции, ни о контрреволюции – они были поглощены собою и своими мыслями. Но все они наслаждались этой благодатной жизнью, плывя под безоблачным небом в мире, где царил мир.

Среди прочих была здесь и привлекательная молодая пара, с которой я познакомился, несмотря на языковые трудности. Они не владели иным языком, кроме русского, – а я, к сожалению, его не знал. У молодой женщины был туберкулез легких, и теперь они направлялись вверх по Волге и должны были продолжить путь по Каме до Уфы в Башкирии, где она пробудет более длительное время в надежде излечиться в лесном горном воздухе. Было грустно видеть эту молодую красивую женщину в расцвете сил, а потом думать, что она, возможно, не сможет пройти этот путь по реке в обратном направлении.

Но река жизни течет, течет вечно, не останавливаясь и не зная сострадания.

После полудня мы прошли участок реки, где со всех сторон плавало много мертвой рыбы, часто довольно большими скоплениями. К сожалению, мне не удалось выловить ни одну из них, все они на вид были обычного среднего размера. Что стало причиной их гибели, я не смог выяснить. Но капитан сказал, что такое количество мертвой рыбы иногда можно увидеть здесь, на Волге. Больше походило на то, что затонула большая баржа, полностью груженная рыбой, и весь груз унесло течением. Как ответил на мой вопрос профессор Арвид Бенинг, руководитель Волжской биологической станции в Саратове, возможны два объяснения: либо это была волжская сельдь (Caspialosa volgensis), нерестящаяся в нижнем течении Волги вплоть до Сталинграда (см. с. 141) до конца июня. Она погибает в больших количествах после нереста, и вполне возможно, что мы все еще могли столкнуться 14 июля с такой мертвой волжской сельдью, но маловероятно – уж слишком ее много. Либо причина крылась в вылове пресноводной рыбы («белой рыбы», см. с. 137), который начинается в это время в речных заливах и протоках. Часто случается, что рыбаки из-за нехватки средств, соли и т. д. сбрасывают в реку большое количество мертвой или уже гниющей рыбы. Поскольку в районе, где мы находились, около Черного, расположены крупные рыбные хозяйства, вполне возможно, что мы наткнулись именно на такую мертвую рыбу. В этом случае речь могла идти преимущественно о различных видах леща (Abramis brama, A. sapa, A. ballerus), густеры (Blicca bjoerkna) и пр. Это подтверждалось и внешним видом плавающей вокруг мертвой рыбы. Так что это объяснение, вероятно, наиболее правдоподобно.

Мы приехали в немецкий город Сарепту, который до конца прошлого века принадлежал общине гернгутерских братьев. Вместо вдовы с ее не истощающейся в кадке мукой и не убывающим из кувшина маслом Сарепта известна своей горчицей. Отсюда и на север, далеко за Саратов до Вольска, вдоль восточного берега Волги расположен ряд немецких колоний с многочисленными сельскими поселениями, основанными Екатериной II во второй половине XVIII в. Эти колонисты, говорящие в основном на чистом немецком языке, являются опытными фермерами.

В 60 км к востоку от Сарепты, по другую сторону многочисленных рукавов Волги, расположен городок Царев. Раньше здесь находился Сарай, где в XIII в. Батый, внук Чингисхана, разбил свой золотой шатер, и город стал столицей Золотой Орды монголов и их некогда могущественной империи.

Примерно в 30 км дальше на север от Сарепты, вдоль реки, которая здесь делает крутой изгиб, расположен Царицын, ныне называемый Сталинградом. В этом районе Волга ближе всего подходит к Дону, на расстояние около 50 км, и здесь уже в древности находился порт и сильно укрепленный город хазар Саркел-на-Дону, откуда можно было спуститься в Черное море.

Было приятно выйти утром на широкую палубу, где нас встречало яркое солнце и сверкающая вода, а затем выпить кофе и позавтракать, наблюдая за проплывающими по сторонам видами. Кухня на борту была превосходной, мы могли заказывать напитки и блюда в любое время – нам подавали их под навесом на палубе. Мы пригласили любезного капитана пообедать с нами. Он был опытным моряком, много лет ходившим на больших судах вверх и вниз по реке, и мог многое рассказать о жизни на Волге как в прошлом, так и сейчас. До Первой мировой войны здесь царила яркая и оживленная туристическая жизнь: сюда приезжали туристы с Востока, Кавказа и юга России. Ежедневно из Астрахани на север отправлялось восемь больших пассажирских судов, помимо грузовых пароходов; теперь же – всего одно, помимо смешанного грузо-пассажирского. После ужина настал черед кофе и хорошей сигары, пока солнце сверкало на водной глади и припекало широкие равнины. Мы предавались поистине dolce far niente (сладкому безделью). А когда наступала темнота, из большого салона доносились русская музыка и пение, а водная гладь реки и равнина дремали под звездным небом.

С того момента, как мы вошли в дельту Волги, мы поразились, как уже неоднократно упоминалось, насколько западный берег реки выше и круче восточного, который повсюду был довольно низким и плавно спускался к воде. Также удивительно, как уже говорилось ранее, что самым глубоким и широким рукавом дельты, который мы видели, был самый западный ее рукав. И вскоре река продолжила свой путь на северо-запад до Сталинграда (Царицына), где она делает крутой поворот с северо-востока. На протяжении всех этих 450 км территория на восточной стороне основного русла реки довольно низменная, плоская и заболоченная. Выше Сталинграда от реки отходит рукав – Ахтуба, который следует с восточной стороны, более или менее параллельно основному руслу, на расстоянии 12–22 км, вплоть до дельты. Низменность между двумя речными рукавами переплетена сложной сетью многочисленных протоков, которая в период паводков отправляет под воду бо́льшую часть этой территории на расстояние до 30 км и более. Ширина основного русла может составлять от 480 до 3500 м, глубина – более 25 м.

На всем протяжении вверх по течению от Астрахани до Сарепты западный, более крутой берег реки заметно выше, чем восточный, но тоже равнинный и образован рыхлыми послетретичными отложениями, тогда как к северу имеются возвышенности, сложенные более плотными породами мелового и третичного периодов. По мере нашего продвижения на север западный берег реки становился заметно выше и круче восточного. От Сталинграда на север западный берег достигает 30–40 м высоты, а далее от Камышина – 50–150 м; сложен он в основном песчаниками, известняками и алевритами (мелового и третичного периодов), тогда как восточный берег довольно ровный, низкий, покрыт луговой растительностью, часто пересекается рукавами реки, чуть севернее Камы и далее, за исключением короткого участка у Самары, где река пробирается через Жигулевские горы высотой до 353 м. Примечательно также, что в нижнем течении Волги наиболее плотно заселена местность на правом берегу – там расположено большинство городов, крупных поселков и множество деревень, в то время как левый берег низменный и плоский, с бесплодными засоленными степями и малочисленным населением.

По моему мнению, не может быть никаких сомнений, что такие различия в облике берегов обусловлены эффектом вращения Земли, которое в северном полушарии отклоняет горизонтально текущую воду вправо от направления движения. Влияние этой отклоняющей силы таково, что течение в реке будет прижиматься к ее правому берегу[16] и подмывать его. Необходимо помнить, что способность текущей воды перемещать гравий и камни увеличивается пропорционально скорости течения в шестой степени. Это означает, что при увеличении скорости течения вдвое вода сможет перемещать в 64 раза большее количество гравия и камней. Следовательно, русло реки будет самым глубоким вблизи правого берега, и вода будет размывать его сильнее, чем левый. Таким образом, русло будет иметь тенденцию постоянно смещаться вправо. На более или менее ровной местности, особенно сложенной преимущественно рыхлыми породами, которые река может легко размыть, такое смещение может произойти относительно быстро и стать весьма значительным. Левый берегу реки останется ровным и низменным, в то время как правый будет выше и круче. Это смещение по равнине, сложенной рыхлыми породами, будет продолжаться непрерывно до тех пор, пока его не остановят более твердые породы, гораздо меньше подверженные эрозии.

Еще француз Бабинэ в 1859 г. и известный русский ученый фон Бэр в 1860 г. указали на вероятную зависимость течения этой реки от вращения Земли. Многие географы и геологи обнаружили, что воздействие этого фактора на течение рек не столь заметно по сравнению с влиянием множества других причин. Но мне кажется совершенно непонятным, как кто-либо, видевший низовья Волги, может сомневаться в великом значении этого эффекта вращения Земли. Те же удивительные различия правых и левых берегов встречаются и на многих других российских реках – и в европейской части, и в Сибири – хотя редко они столь заметны, как здесь.

Многие низменные земли на востоке, которые оставило после себя русло Волги, постепенно смещаясь на запад, и которые сейчас в основном представляют собой засоленную степь, несколько тысяч лет назад были покрыты Каспийским морем, когда его воды были долгое время выше уровнем и занимали территорию в несколько раз большую, чем сейчас. Это было время, когда, как уже упоминалось ранее (см. с. 117), в этих регионах соотношение количества осадков и испаряемости было значительно бо́льшим, чем теперь. Вероятно, в тот период водные массы Волги также были обильнее. Вся вода, которая сейчас собирается на этих равнинах, испаряется, не впитываясь в почву, и в результате поверхность земли становится соленой и бесплодной, часто полностью покрываясь соляной коркой.

Крутой изгиб Волги у Сталинграда и Сарепты, где она внезапно поворачивает под прямым углом от высот Ергени (Волжских высот) на правом берегу и течет по низменной плоской степной местности на юго-восток, вероятно, также можно объяснить тем фактом, что Каспийское море на протяжении длительного предшествующего периода доходило до этого места, и лишь относительно недавно река образовала современное русло[17]. Однако, как мы видим, этого времени хватило для формирования существенных различий в высоте правого и левого берегов. Изменение русла было, вероятно, столь значительным, что река оставила по левую сторону от своего теперешнего основного русла низменную болотистую местность с многочисленными рукавами.

К северу от Сталинграда (Царицына) начинается зона так называемых черноземов, которая простирается далеко на запад. Эти почвы настолько плодородны, что, будь тут всегда достаточно дождей, она могла бы давать совершенно необыкновенный урожай, но дожди здесь именно что нечасты, да и редко бывают обильны. В степях к западу от города тоже стояла сушь, и трава там побурела. Несмотря на то что это самый богатый зерном регион России, в годы с большим дефицитом осадков на этих землях может возникнуть недород. Так случилось в 1921–1922 гг., когда засуха вызвала великий голод, и именно здесь и к северу от Самары и Симбирска он был наиболее опустошительным. Вместо того чтобы экспортировать зерно, его приходилось импортировать в значительных объемах. Под руководством Гувера Америкой была оказана большая помощь, благодаря которой в итоге 10 млн человек ежедневно были обеспечены едой. Мы в Европе также сделали все возможное, чтобы помочь голодающим.

Солнце ослепительно светит на безоблачном небе, деревни мирно улыбаются жаркому лету, церкви сияют белизной на фоне синевы высоко над равниной, вереница громыхающих крестьянских телег тянется к великому водному пути – какая чудесная, успокаивающая благодать! Но черные тени того ужасного времени невозможно прогнать. Эти же самые деревни были поселениями смерти. От дома к дому – одно и то же ужасающее зрелище: угасающие и угасшие человеческие жизни. Вместо хлеба – сухая трава и листва, измельченные кости и конские копыта. Отопления не было, истощенные тела примерзали к земляным полам до того, как жизнь покидала их. Видишь дом, где на холодной большой каменной печи лежат еще живые члены семьи, настолько ослабшие, что не могут подняться, между ними – новорожденный ребенок, на полу – женщина, которая мечется в диком лихорадочном забытьи последней стадии тифа; изгнанная из других домов, она нашла здесь прибежище, откуда никто уже не в силах ее изгнать. В детском приюте ночью умерли сорок два человека – они все еще лежат в кроватях, а рядом с ними сидят живые и глядят широко распахнутыми удивленными детскими глазами на смерть, великую освободительницу от всех страданий. На кладбищах выкапывали трупы, а родители в безумии убивали детей, чтобы утолить голод.

Свыше 30 млн человек голодали, а в дополнение свирепствовали чума и сыпной тиф. Более 3 млн человек погибли несмотря на помощь, – она пришла поздно и в недостаточном объеме. И по этим же самым равнинам бежали тысячи измученных людей, без еды, не зная, куда податься, просто прочь, прочь, сквозь морозную зиму мчались они и их последние верблюды и лошади по замерзшим дорогам.

Все движение по рекам было остановлено льдом, на железных дорогах царил беспорядок, немногие курсирующие поезда, переполненные беженцами, простаивали на путях, люди умирали в вагонах. Ужасы со всех сторон.

А в былые времена? Что может поведать история этих степей о лишениях, зверствах и переменчивых судьбах! Орда за ордой, свирепствуя, проходили по ним, сея смерть и страдания, гунны, авары, печенеги, монголы, турки, татары. И вот в довершение наступила Гражданская война, а затем и великий голод. Но в глубине души этого стойкого, терпеливого народа все еще таятся неиспользованные способности и силы. В их дивной музыке слышится надежда на будущее, которая рождается из отголосков страданий былых времен, из великой тоски степей.

Вскоре наше путешествие подошло к концу. 16 июля мы прибыли в Саратов, где нам предстояло сесть на поезд до Москвы, а оттуда уже отправиться в Норвегию. Пришло время прощаться с Волгой, со спокойным течением жизни на ее водных гладях. Течет она по степям и в великолепии лета, и под покровом зимы, как великая тоска – сквозь историю русского народа.