Китайская мифология богата на разнообразных существ, многие из которых связаны с темными силами и обладают сверхъестественными способностями: духи и демоны, оборотни и призраки играют важную роль в жизни людей и влияют на их судьбу. Среди разнообразия божеств воплощения темных начал, болезней и разрухи занимают особое место в китайской мифологии.

Одним из древнейших божеств, воплощающих непокорность и ужасы войны, был китайский

бог Чию

— тот самый мятежник, выступивший войной против Небесного владыки Хуан-ди (см. «Древние небесные государи»). По утверждению Юань Кэ, чию были племенем великанов из южных земель. В то же время Б. Л. Рифтин описывает Чию как древнее божество войны, письменные упоминания о котором встречаются уже в IV веке до н. э. К примеру, в «Гуй цзан» Чию изображается получеловеком с головой барса, когтями тигра и восьмью руками. На голове у него рога, однако вместо них также упоминается щит, который он держит над собой. [13]

В народной мифологии Чию представляли как мятежника и антагониста Хуан-ди. Его изображения часто помещали на ритуальные маски чудовища Таоте и использовали как оберег от сил зла. Так как племя чию слыло умелыми кузнецами, то с фигурой бога Чию ассоциировалась стихия металла. Некоторые ремесленники использовали его изображения как талисман.

Особую опасность для древнего человека представляли

болезни и стихийные бедствия

Среди народной мифологии выделялась группа духов или божеств, которая, согласно преданиям, в период правления династии Суй (581‒618) спустилась на землю в человеческих образах. То были

духи поветрий, или, иначе говоря, эпидемий, — Вэнь-шэнь

Каждый дух соотносился со стороной света:

• один был в зеленом халате и направлялся на Восток,

• второй — в белом и шел на Запад,

• третий — в красном и направлялся на Юг,

• четвертый был облечен в черное и шел на Север,

• у пятого были желтые одежды — он следил, чтобы каждый шел только туда, куда ему отведено. [11]

Правящий в тот период император Вэнь-ди приказал придворным астрологам разузнать о прибывших существах. Тогда они поведали, что это могущественные духи, несущие на землю пять болезней. Духа весеннего мора звали Чжан Юань-бо, летнего — Сян Юань-да, осеннего — Чжао Гун-мин, зимнего — Чжун Ши-гуй, а их повелителя, духа центра, — Ши Вэнь-е. Каждому духу соответствовал атрибут в руках: ковш и кувшин, кожаный мешочек и меч, веер, молот и чайник.

Когда по земле стал распространяться мор, император решил задобрить духов Вэнь-шэнь и даровал каждому звания великих полководцев, а в храмах приказал устраивать жертвоприношения. В фантастическом произведении XVI века «Возвышение в ранг духов» описан иной сюжет, в котором упоминается министерство эпидемий. Главой приказа был дух вэнь-бу Люй Юэ, который назначал духов-надзирателей по сторонам света.

В самых поздних сочинениях имена духов поветрий уже включали в себя дарованный им чин, а сама группа духов называлась вэнь-бу да-ди, то есть

Великие государи приказа эпидемий

Эта группа духов пользовалась особым почтением в даосской мифологии. [11]

В некоторых регионах выделяли

божество оспы — Доу-шэнь

В его честь возводили небольшие храмы, обычно расположенные на перекрестках или в самых отдаленных от городов и деревень уголках. Если же изображение Доу-шэнь помещалось в общий храм, то его обязательно ставили подальше от других божеств. В народной мифологии Доу-шэнь могли представлять как женщиной, так и мужчиной, у которого лицо покрыто нарывами от оспин. Если же мужское воплощение считали несущим вред, молились ему и задабривали, скорее, из страха, то женское воплощение –

Матушку оспы Доу-шэнь нян-нян

— почитали как защитницу детей от оспы.

Связью между миром природы и человеческим считались насекомые, которые, скорее, ассоциировались в народных представлениях с демонической нечистой силой. Множество народов считали, что насекомые наделены мистическими свойствами.

Насекомые — важная часть жизни людей, поэтому неудивительно, что с древних времен они считались важной составляющей религии, мифов и верований. Часто повелителей насекомых связывали с темой смерти или болезней, отчего их воплощения относились к темным сверхъестественным существам.

В Новом Завете встречается, к примеру, образ князя тьмы Вельзевула, или Баалзевува, имя которого буквально переводится как «Повелитель мух». Христиане считали его одним из главных синонимов понятия «нечистого духа». В древнекитайской же мифологии описывается

Царь насекомых — Чун-ван

, которому подвластны все вредоносные насекомые и гады, способные навредить или уничтожить посевы урожая. Так как большинство древних культур основывались на обработке земли, а в Китае домашнее выращивание риса и проса зафиксировано еще в 8000-х годах до н. э., с последующим одомашниванием бобовых и соевых, в древнекитайской мифологии божество, властвующее над насекомыми, играло особую роль в мировосприятии.

По легендам, Чун-ван властвовал не только над насекомыми, но и над всевозможными гадами и червями, реже упоминаются земноводные (жабы и лягушки). Выглядел Чун-ван как пожилой мужчина с огромной вазой в руках, в которой держал всех насекомых и гадов. В поздней мифологии Чун-вана уже представляли как юношу в одеждах сановника. На лубочных картинах нянь хуа Чун-вана изображали с жезлом желаний Жу-и и с двумя спутниками за спиной.

В период XI‒XIV веков в основе образа Чун-вана в народе лежали прототипы исторических деятелей, которые прославились борьбой с нашествием саранчи. С культом Царя насекомых также связаны ежегодные обряды и жертвоприношения, которые проводились в конце сельскохозяйственных работ и часто совпадали с празднеством

культа божества, уничтожающего саранчу, — Ба-чжа

.

Страшнее нашествия саранчи для древнего человека была только засуха. В народной мифологии божество, ее олицетворяющее, занимало одну из лидирующих позиций в пантеоне.

Небесная дева Ба, или таинственная дева Сюань-нюй,

была дочерью Небесного владыки Хуан-ди и входила в свиту богини Си-ван-му. После того как Хуан-ди призвал ее помочь в сражении с Чию (см. Противостояние Хуан-ди и Чию), она утратила возможность вновь вознестись на небеса и вынужденно осталась на земле. Возможно, таким образом в мифе подчеркивалась потеря бессмертия.

В даосской мифологии Сюань-нюй почитали как богиню, обладающую безграничной магической силой и владеющую военными тактиками. Одним присутствием она вызывала землетрясение, а жар, исходящий от нее, иссушивал реки. Изначально ее изображали как звероподобное существо с телом ласточки и девичьей головой, однако после битвы с Чию ее образ начал трансформироваться.

Оставшись на земле, она губила урожаи, иссушала почву и реки, просто проходя мимо; от царившей вокруг нее жары и духоты погибал домашний скот. Оттого в народе ее скоро прозвали

Демоном засухи,

или

Матушкой засухи, — Хуань-му

В «Книге божественного и удивительного» (V‒VI век) ее описывают:

«Ростом в два-три чи

(чуть меньше метра)

, не одетая, с глазом на макушке. Передвигается точно ветер, быстро и незаметно. Где появится — всюду засуха и красная земля»

. [13]

Люди придумывали разные способы прогнать деву Ба со своих земель, и нигде ей не было покоя. Тогда Желтый император Хуан-ди повелел дочери поселиться на севере, у берега Красной воды в уезде Чишуй. Только Хуань-му мучило одиночество: она привыкла жить среди людей и тайно сбегала с отведенных ей земель, носилась по разным сторонам света, и люди снова страдали от засухи и голода. Тогда люди молили богиню, чтобы та скорее возвратилась к себе на Красные воды. Согласно легендам, несчастная дева Ба так и погибла в одиночестве, однажды вернувшись к себе домой и более его не покидая. [9]

Особым уважением в народе пользовались духи-помощники, сопровождающие великих владык и исполняющие их поручения. В китайской мифологии бог смерти представлен в образе Яньло-вана (см. «Повелители подземного царства Ди-юй»), который управляет судьбой человека после смерти. Его верные

помощники и соратники — призрачные слуги Черно-Белого Непостоянства У-чан и бычьеголовые кони

.

Боги с головой быка и лицом лошади известны не только в буддийской, но и в даосской и народной мифологии. Изображение двух прислужников совпадает с описанием облика самого Яньло-вана как человека с головой быка. Возможно, образы со временем смешались и дополнили друг друга.

Бычьеголовые кони ответственны за сохранность моста и врат, ведущих в подземное царство. Если какая-то душа решила сбежать или посторонний пытается проникнуть внутрь, то они сталкивают их в ров, кишащий ядовитыми змеями и демонами. Помимо этого, в их обязанности входит отлавливать души, которые пытаются вне очереди покинуть подземный мир, и доставлять на уготовленный им суд.

Образ призраков Черно-Белого Непостоянства У-чан получил распространение скорее среди даосской мифологии, чем буддийской. Наибольшее количество письменных источников с их упоминанием относится к эпохам династий Мин (1368‒1644) и Цин (1644‒1912). В западноевропейской мифологии образам У-чан аналогичны жнецы — физическое воплощение понятия смерти. [11] В обязанности У-чан входит приманивание, сбор и переправа душ умерших в подземный мир.

Жизнь человека непостоянна и соткана из противоположностей, из-за чего в мифологии и сформировался образ контрастных начал, отражающих Инь и Ян, черное и белое. По легенде провинции Фуцзянь, Черным и Белым Непостоянством стали двое мужчин, которые при жизни прославились надежностью и верностью слову. После смерти Нефритовый император Хуан-ди вознаградил их за праведную жизнь и даровал бессмертие и статус божеств. Одного звали генерал Се, другого — генерал Фань. Им было поручено не только сопровождать души умерших в царство мертвых, но и отлавливать тех, кто после смерти пытался избежать суда. Изображали генералов всегда вместе: один — высокий и худой, другой — низкий и толстый; у одного кожа и одежды черного цвета, у другого — белого; в руках держали или атрибуты пыток, или круглые веера туаньшань. Им подчинялись солдаты-призраки, которые держали яркие фонари, флаги и траурные посохи с лентами, чтобы притягивать души умерших.

Для живого человека встреча с генералами У-чан считалась небезопасной и сулила серьезные последствия. В сборнике «Цзуй ча чжи гуай» Ли Цин-чэня содержатся несколько фрагментов, описывающих встречи людей с призраками Черно-Белого Непостоянства:

«Один из учеников сюцай по имени Го Мэй-фань ночью возвращался пьяным домой и встретил духа ростом с невысокого подростка. Решив, что перед ним ребенок, Го упрекнул его за то, что тот по ночам бегает по деревне, и пригрозил доложить об этом старшим. Дух стоял как каменный и не отвечал. Когда Го прошел мимо него, то внезапно понял, что перед ним призрак, вмиг протрезвел и замер, не в силах более сделать и шага. Наутро в том же положении его нашли стражники»

. [11]

Период разделения мира на человеческий и небесный привел к тому, что пропасть различий между людьми, богами и духами росла (см. «Деление мира»). В воображении человека находили отражение все больше

сверхъестественных существ, которые отождествляли стихийные бедствия и несчастья

.

К примеру,

страшную засуху предсказывали по появлению

шестиногого змея с четырьмя крыльями –

Фэй-и

.

Наводнения и паводки определяли по приходу

быкоподобного существа с телом тигра –

Лин-лин

Рассказывали еще об одном быкоподобном звере по имени Фэй, у которого был только один глаз и хвост как у змеи: если он ступал в реку, вода исчезала; если шел по пастбищу, трава засыхала, а скот погибал от мора. В народных поверьях также встречалась

птица, предсказывающая сильнейшие пожары, — Би-фан

, первые записи о которой относятся к III–II векам до н. э. Описывали ее как существо, напоминающее журавля, но зеленого цвета с красными полосами, белым клювом и одной лапой. Также описывали

змееподобную птицу

с четырьмя крыльями и шестью глазами –

Суаньюй

: где бы она ни пролетала, на тех землях обязательно наступала

смута

Существовали поверья о существах, предвещавших падение целых государств, — появление зверя по имени

Шилан

, который напоминал белую лису с длинными вытянутыми ушами, считали предзнаменованием сильных

государственных потрясений

. [9]

В каждом регионе бытовали легенды о необычных птицах и животных, с которыми люди связывали свои беды. Жизнь была трудной, и эти существа олицетворяли несчастье. Конечно, были и истории об удивительных созданиях, которые не причиняли вреда людям и предвещали счастье или помогали излечивать недуги.

Среди простого народа ходили суеверия о

четырехкрылой птице Сяо

с собачьим хвостом: люди верили, что, съев ее,

можно излечить любые болезни живота

.

Мясо птицы данху исцеляло болезни глаз

, а стоило попробовать

летающую рыбу

, как

исчезал страх грома и молний

Как можно заметить, в народной мифологии существовало множество поверий о птицах и зверях, мясо которых способствовало избавлению от болезней, страхов и, в редких случаях, отпугиванию нечисти.

Ходили легенды о локальных духах и демонах определенных местностей, к примеру гор, лесов, рек и болот. В долине Чаоянчжигу жил

водяной дух Тянь-у

— демон с восемью головами и руками, десятью хвостами и туловищем тигра. Встречался и

горный дух То-вэй

, походивший на человека, но с бараньими рогами и тигриными когтями. Блестящий дух горы Гуаншань –

дух Цзимэн

— был удивительным существом с человеческим телом и головой дракона, который любил погружаться в близ расположенную реку, чем вызывал сильные ураганы и ливни. [9]

В горах Пинфэн обитал

дух Цзяочун

с человеческим телом и двумя головами. Его называли повелителем жалящих насекомых, а головы служили гнездами для пчел. При виде людей дух сразу же уходил вглубь леса, пугая незваных гостей страшными звуками.

Предвестником войн

считали безымянного духа, похожего на быка с восемью ногами, двумя головами и лошадиным хвостом. Стоило ему оказаться рядом, как разгоралась война. Одно его присутствие вселяло в людей страх, жестокость и жажду насилия.

Иногда темными воплощениями несчастий становились исторические личности, которых, по народным представлениям, прокляли боги за их деяния. В позднем китайском фольклоре встречается образ

главнокомандующего Ма — Ма-Юань Шуай

, — которого, по легенде, приговорил к перерождению Будда за излишнюю жестокость во время истребления демонов. Теперь Ма существовал в образе трехглазого чудовища, отвращающего от себя одним видом. Считается, что именно Ма-Юань Шуай погубил короля драконов Лун-вана и впоследствии покорил духов огня, ветра и некоторых драконов, из-за чего его прозвали главнокомандующим Запада.

Темные божества в китайской мифологии — сложный и многослойный аспект культурного наследия, который отражает человеческие страхи, моральные дилеммы и стремление к справедливости. Эти сущности, зачастую ассоциируемые с хаосом, разрушением и испытаниями, напоминают о важности баланса между светом и тьмой в жизни и не только предостерегают о последствиях неправильных поступков, но и символизируют необходимость внутренней борьбы и самосознания.