В 978 году император Оттон II вступил в войну с королем Лотарем III, который перед этим опустошил Лотарингию, немецкие земли и даже посягнул на императорский дворец в Аахене. В итоге этой войны Лотарь III был полностью разбит, не сумев отстоять даже столицу своих владений — город Лан. Униженный тяжелым поражением, он был вынужден искать убежища и защиты у герцога Франции Гуго Капета в Париже или, как писал Рихер Реймсский, «принужден идти плакаться к герцогу». Дальнейший ход событий нам также описал в своей «Истории» Рихер Реймсский. Итак, 60-тысячная армия императора Оттона II, состоявшая из саксов, лотарингцев и фламандцев, следовала за Лотарем III по пятам и, опустошив многие земли на своем пути, наконец, появилась на холме Монмартр. Чтобы остановить продвижение армии, во главе парижан встал сам Гуго Капет — граф Парижский и герцог Франции, одновременно аббат Сен-Жермен-де-Пре и Сен-Дени, потомок славного защитника Парижа от норманнов графа Эда.
Войско императора подошло к правому берегу Сены и, разбив палатки в виду города, в течение трех дней грабило его окрестности. Герцог Гуго Капет на другом, левом берегу реки спешно собирал своих воинов, готовясь к сражению. Император Оттон II объявил, что он собирается отомстить Лотарю III за страшную обиду: ведь французский король выгнал императора из его же собственного дворца в Аахене, не дав даже закончить обед, который якобы доел сам Лотарь со своей свитой. Теперь император был намерен захватить город, где спрятался Лотарь, и спеть в честь своей победы «Аллилуйя!». На этот раз Париж вынужден был платить по чужим счетам.
Согласно рассказу хрониста, сражение началось, когда племянник императора спустился с вершины холма к Сене и кинул копье в сторону укреплений Сите, вонзив его в северные ворота. В то же мгновенье он был убит защитниками Парижа. Пока оба войска пребывали в замешательстве, один германец, уверенный в своей силе и отваге, подошел к башне Гран Шатле и предложил сразиться один на один с любым противником. Многократно вызывая на поединок, он бесчестил галлов как трусов, но еще долго никто ему не отвечал. Наконец, герцогу Гуго Капету доложили об этом позоре, и по его призыву многие воины, пылая отвагой, пожелали сразиться с дерзким германцем. Из них был избран храбрый муж Ивон, который и отправился на поединок. Засовы ворот крепости были сняты, воин сел в лодку и переправился на правый берег Сены. Враги двинулись навстречу друг другу и вступили в яростную схватку, прикрываясь щитами, но каждый из них получил множество ран. Германец метнул свое копье и мощным ударом пробил щит Ивона, но тот продолжал сражаться — до победного конца. Защитники Парижа со стен крепости все время подбадривали своего героя. Убив германца, Ивон отнес его оружие герцогу Гуго Капету и получил от него заслуженную награду.
Поразительным образом память об этом поединке сохранилась в топографии современного Парижа благодаря позднейшему циклу героических поэм о славном рыцаре Гийоме Оранжском. В знаменитой легенде X века о поединке с Изоре (Изором), богатырем четырехметрового роста и невероятной силы, который оскорблял парижан и был повержен рыцарем Гийомом, видны аналогии с этим эпизодом исторической хроники. Место гибели и погребения обидчика парижан Изоре дало название улице Томб-Иссуар (Могилы Иссуара — искаженное имя Изоре).
Победа защитника Парижа охладила пыл императора Оттона II. Его армия простояла весь ноябрь в бездействии и в ожидании уступок от Гуго Капета, который так и не позволил ей спуститься к Сене и пройти через Париж. В конце ноября Оттон II принял решение отступить. И тут парижане с изумлением слышали, как триста священников, прибывших в обозе императора, затянули «Аллилуйя!». Этот возглас подхватила 60-тысячная армия императора, так что, казалось, дрожала земля! Что это значило и чему так радовался император, ученые не могут разгадать до сих пор.
Армия императора поспешно свернула свой лагерь и двинулась в обратный путь, поджигая и грабя предместья, но ее постоянно атаковали войска французского короля. Бесславный уход императора Оттона II и победа парижан вселяли уверенность, что Бог хранит этот город.