В королевстве франков наступают новые времена: последние короли из рода Меровингов постепенно теряют реальную власть над страной. Они не блистали государственным умом, а бесконечные междоусобицы подрывали их авторитет, и в 751 году Меровинги были смещены с престола. И сместили их те, кто ближе всех стоял к трону, — их же собственные управляющие королевскими дворцами, так называемые майордомы (мажордомы). Как это всегда бывает, победитель получает все, в том числе и право создать свою версию событий. Так в истории закрепился миф о «ленивых королях» — последних Меровингах — и их умелых майордомах, которые встали во главе Франции и основали новую династию. Вначале ее называли Пипинидами, ведь имя Пипин было в ходу у представителей этого рода австразийской знати: Пипин Старший (или Пипин Ланденский), Пипин Геристальский, Пипин Короткий. Но поскольку самым знаменитым королем из этой династии в истории Франции, да и всего западного Средневековья, стал Карл Великий, за династией позднее закрепилось имя Каролингов.

Последний король из династии Меровингов, Хильдерик III, был насильственно пострижен в монахи (лишившись при этой процедуре своего символического знака власти — длинных волос), а майордом Австразии, Нейстрии и Бургундии Пипин Короткий, которому уже давно принадлежала реальная власть в стране, при поддержке папы Римского получил главный знак власти — королевскую корону.

Церковь сыграла важную, если не решающую роль в воцарении новой династии и в объединении Запада перед внешними угрозами. Внедрение Церковью при Каролингах процедуры помазания на царство радикально трансформировало саму природу королевской власти, придав ей сакральный характер и новую миссию служения.

Становясь королем «Божьей милостью» (gratia Dei rex), монарх приобретал харизму и делался священной особой, правя Градом Земным с помощью правосудия. Именно при Каролингах совершаемая церковью новая процедура помазания на царство и коронации[12] отныне легитимирует власть монарха. При Каролингах Церковь превратится в опору строящейся королевской теократии. Структуры государства и Церкви будут тесно переплетены, а клир приобретет широкие хозяйственные, административные, политические и идеологические функции.