Духовный авторитет аббатства Сен-Дени подкреплялся превращением его в важный экономический центр всего королевства. Под его стенами и, как настаивали монахи, в правление Дагоберта, в VII веке была основана первая в окрестностях Парижа ярмарка, которая открывалась каждый год после 9 октября (дня поминовения святого Дионисия и его соратников) и продолжалась четыре недели. Она располагалась прямо у границ Парижа, на пересечении холмов Менильмонтан со старой римской дорогой Сен-Мартен, на равнине Ланди. Согласно позднейшей хронике, Дагоберт уступил «этому священному месту и его братии» все права на ярмарку, а также на все сборы и все доходы от нее, которые прежде причитались королевскому фиску.

Функционирование у стен аббатства ярмарки Ланди, приписываемой щедротам короля Дагоберта в пользу монахов, способствовало получению монастырем стабильного дохода от продаваемых здесь товаров, например, от сбора налога (тонльё) с каждой прибывающей бочки. Эту привилегию, якобы дарованную аббатству королем Хлодвигом II, сыном Дагоберта, позднее подтверждали последующие короли Франции. А согласно позднейшим грамотам, король Тьерри III в 681 году освободил от каких-либо таможенных пошлин все повозки с товарами самого монастыря, доставляемыми на ярмарку. В казну аббатства на время ярмарки поступал и другой налог — «пеаж», который собирался в Париже за право проезда по мосту или под ним. Наконец, указом короля на время проведения ярмарки парижским купцам запрещалось продавать свои товары в любом другом месте, кроме Сен-Дени.

Появление ярмарки предполагает приток товаров, равно как и наличие денег. И действительно, найденные монеты с названием монастыря доказывают, что они чеканились именно здесь. Сразу же с момента основания ярмарка стала центром притяжения купцов из разных уголков Европы. Первыми пришли сюда евреи, фризы и англосаксы, бывшие в то время на Западе главными двигателями экономического подъема. Поскольку ярмарка длилась целый месяц, множество купцов из Ломбардии, Прованса, Испании и даже из-за моря успевали добраться до Сен-Дени — с выгодой для себя и для монастыря.

Большая часть товаров, шедших с верховьев Сены, доставлялась по реке к Парижу, где они перегружались на повозки, которые по мостам и дорогам двигались в сторону Сен-Дени. Налоги за право навигации по Сене, за разгрузку товаров и их хранение, за использование дорог, повозок и мулов, за проезд через Париж поступали во время ярмарки в доход аббатства (хотя в обычное время шли в королевскую казну).

Ярмарка была преимущественно аграрной, что естественно для той эпохи. Главным товаром здесь, разумеется, было вино (октябрь — время сбора винограда и производства вина из нового урожая). Кроме того, на ярмарку везли мед и красители (марену) с севера, железо и свинец — из-за Рейна; с юга поставлялись растительное масло и животный жир. Восточные купцы из Леванта привозили в Париж, ко двору короля и для знати, предметы роскоши; не случайно со временем в Париже даже возникла крупная сирийская община. Среди множества товаров был и тот, что вызывал осуждение парижан: считается, что евреи привозили на ярмарку рабов, причем не только взрослых людей, но даже детей, и торговля ими ничем не отличалась от продажи скота. Существует романтическая легенда, что запрет на работорговлю в Париже ввела королева Батильда — бывшая рабыня, плененная пиратами где-то у берегов Англии и проданная королю Хлодвигу II, который потом влюбился в нее и сделал своей женой.

Не стоит забывать, что аббатство Сен-Дени было крупным центром паломничества со всех концов Европы, и это усиливало притягательность ярмарки: у стен монастыря сливались пути негоциантов и пилигримов. Возможно, наоборот, именно эти паломничества к могиле святого Дионисия и были истоком ярмарки Сен-Дени. Однако со временем произойдет разделение надвое: ярмарка в Сен-Дени в октябре станет, пусть и крупным, но региональным рынком; а ярмарка Ланди переместится на равнину между Сен-Дени, Ла-Шапель, Сент-Уэн и Обервилье, будет проходить в течение трех недель, в июне, накануне праздника Рождества Иоанна Предтечи. Именно эта ярмарка Ланди затмит размахом все прочие во Франции, кроме Шампанских ярмарок. Отданная под власть аббатства Сен-Дени, ярмарка Ланди прочно обеспечит его экономическое процветание. Возникновение ярмарки на севере города доказывает сохранение издревле существовавшей главной артерии север-юг. Более того, ориентация Парижа на север, как мы увидим позднее, будет веками определять политические настроения торгово-ремесленных кругов столицы королевства Франции.