Еще великий Цезарь прозорливо разглядел, какие преимущества дает местоположение Лютеции тем, кто владеет этим поселением паризиев на скрещении торговых путей Галлии — сухопутных дорог и широкой полноводной реки. А пришедшие вслед за войском Цезаря опытные римские строители и управленцы превратили Лютецию в изящный и процветающий город, где изменилось все: образ жизни, среда обитания, занятия, развлечения, одежда, еда, язык, верования и культура. До промышленной революции XIX века это был самый крупный культурный переворот в истории Парижа. Подчинив и разоружив Галлию, Рим не вмешивался во внутренние дела провинции, сохранив здесь местную власть и социальную организацию. Требования Империи сводились к уплате налогов и запрету междоусобных войн. Так в Галлии, как и на всем пространстве Империи, был установлен «Римский мир» (Pax Romana), который гарантировал безопасность и способствовал коммуникациям и торговле.

Приобретая постепенно все большее значение в жизни римской провинции Галлии, Лютеция оставалась одним из самых маленьких ее городов. О численности населения Лютеции можно получить лишь самое приблизительное представление — на основании косвенных данных. Общая площадь города в галло-римскую эпоху — это 9 гектаров на острове Сите и 44 гектара на Левом берегу. Построенный римлянами акведук обеспечивал водой примерно 4–5 тысяч горожан, в то время как амфитеатр вмещал 15 тысяч зрителей (правда, подобные римские постройки были рассчитаны не только на жителей города, но и на приток приезжих). Если же исходить из расчета плотности населения в среднем античном городе — примерно 150 человек на гектар, то в Париже того времени жили около 8 тысяч человек. В итоге, можно сказать, что 5 тысяч — это весьма заниженная цифра, а 20 тысяч — чрезмерная; в этих рамках и располагается реальная численность парижан.