Римляне дали мощный импульс развитию Парижа и избрали для этого холм на Левом берегу Сены, который в Средневековье будет называться холмом святой Женевьевы, и поступили так по нескольким причинам. Холм выглядел тверже и стабильнее, чем заболоченный Правый берег, и вполне мог выдержать громоздкие, монументальные строения. Склон холма гарантировал удачное освещение большим постройкам и их хороший обзор. К тому же с этого холма открывался прелестный вид на широкую реку, на остров Сите и на правобережную долину. Положение холма позволяло поддержать ориентацию зданий на северо-восток или северо-запад, чтобы римляне могли спастись от непривычных для них здешних холодов и северных ветров. Высота холма допускала обустройство домов подземными очагами и незатопляемыми погребами, без которых римляне не представляли себе комфортной жизни. Наконец, как и сегодня, на холме можно было дышать самым чистым воздухом, освежаемым ветром с далекого океана, идущим от Ла-Манша.
Сегодня только на Левом берегу осталась память об античном периоде в жизни Парижа: именно здесь сохранилось множество следов галло-римского города. По ним можно заключить, что римляне начали строительство на Левом берегу с вершины холма, а не от реки, как историки предполагали раньше. Они возвели идеальный город по четкому римскому плану — с каменными зданиями, прямыми улицами и прямоугольной площадью, с форумом, храмом, базиликой, амфитеатром, акведуком и термами.
Часть верхнего города, где проходила периферическая стена большого форума (теперь это улица Суффло), являет собой типичную архитектуру эпохи Республиканского Рима, а значит, это были самые первые римские постройки в Париже. Скорее всего, здесь, особенно в районе нынешнего Люксембургского сада, располагались жилища аристократов и богатых горожан. Об этом говорят найденные археологами элементы самого изысканного и роскошного декора. Так, совсем недавно на нынешних улицах Аббата де Л'Эпе (Аббе-де-Л'Эпе) и Амио были обнаружены фрагменты настенной живописи частного дома. А вот на улице Кюжаса, наоборот, найдены фундаменты дюжины совсем простых домов — саманных, без черепицы на крышах, сложенных без известкового раствора; они датируются 30–20 годами до н. э. В районе верхнего города археологи обнаружили также монеты разных эпох, керамику (например, амфоры).
От вершины холма город растекался вниз по его склонам, и постепенно здания становились скромнее и меньше. У самого подножья холма, в заболоченной долине, жили ремесленники и торговый люд. Следы их построек находят напротив Малого моста и на оси улиц Сен-Жак и Бушри (Мясницкой), между бульваром Сен-Мишель и площадью Мобер. Строительство этого скромного поселения, возможно, было связано с близостью южной переправы на остров Сите и свидетельствует о возрождении товарообмена на путях римской Галлии.
Пройдут века, и холм Левого берега станет прибежищем учености — соцветием школ, коллежей и университетов, которые составят славу средневековой и современной Франции. Его назовут Латинским кварталом, и это имя сохранится до наших дней. На первый взгляд, его происхождение очевидно — ведь латинский язык был в Средние века языком учености и науки. И все же в названии квартала слышится еще и эхо признательности римскому (латинскому) гению, облюбовавшему этот холм.