Ситси Пустельга бежала трусцой рядом с Утренней Звездой среди других воительниц кальнианской оуслы, сбившихся в кучу. Они преодолели подъем, и перед ними открылся вид на деревья и озеро. Спускаясь с холма, женщины ускорились, и отряд немного растянулся.

Ситси дождалась, когда поблизости не окажется ничьих ушей:

– Думаю, тебе здорово повезло. У Софи были все основания убить тебя и съесть. О чем вы вообще думали?

Утренняя Звезда покачала головой.

– И почему ты не сказала мне? – продолжала Ситси. – Я-то думала, мы лучшие подруги. Я бы тебя отговорила.

– Именно поэтому я и не сказала тебе.

– И чего ты надеялась достичь?

– Я родилась в Горе Солнца, Ситси, и мне не нравится жить, как низшей. Мы лучшие бойцы в мире, но мы питаемся пищей низших, спим на постелях низших, живем за пределами цитадели – вместе с мерзкими вонючими низшими. У нас должно быть все, что имеется у императрицы. Даже больше. И мы могли бы это иметь. Мы могли бы с легкостью взять это.

– Ты только посмотри на нас сейчас: бежим вместе с подругами навстречу приключениям. Да сколько низших способны на такое?! Чего еще тебе надо?!

– Рабов, дворец, столько меда и кленового сиропа, сколько мне и не съесть, мою собственную ритуальную парную и чтобы мне не приказывали все время…

– Ты заскучаешь.

– О, ничего подобного! Толпа парней с опахалами тоже придется кстати.

– Ты обязательно заскучаешь. Я понимаю, что не стоит сравнивать, ведь твой отец был император и все такое, однако мои родители занимают весьма высокое положение – мать, вероятно, станет следующим управляющим. По сравнению с нами их жизнь невероятно скучна. И я уверена, что счастья они не испытывают. Они целыми днями болтают об урожаях и высоте стен. Эмоции они испытывают только тогда, когда смотрят на нас на площади Инновака. А у моих старших братьев какая-то беда с головой. Они сидят у окна, улыбаются солнцу, а время от времени бьют себя и орут на тени. Нам несказанно повезло быть теми, кто мы есть, и делать то, что делаем. Зачем же все это портить?

– Ты права, я понимаю. Я знаю, что ты права. Просто… Тебе известно, как мы получили свою силу?

– Тренировки и… Нет, я не знаю наверняка, что с нами сделали. Я почти ничего не помню. Помню только, что это было не очень приятно.

– А я знаю.

– Откуда ты знаешь?

– Ты умеешь хранить секреты?

– Конечно.

– Я часто помогала старшему чародею отца Паканде мастурбировать в обмен на информацию.

– Что ты делала?

– Ну, я брала его…

– Да, я знаю, что значит мастурбировать. Просто удивилась. И испытала отвращение.

– Он хотел большего, только ничего другого никогда не было. Только руками – это легко. Немного потереть, а потом вымыть руки. Он был очень быстрый. Когда все заканчивалось, Паканда как будто ненавидел меня, но он рассказал бы мне что угодно, лишь бы получить еще. Я столько всего от него узнала.

– Погоди-ка… Так вот почему Паканду изгнали!

– Точно, нас застукали. Его бы казнили, если бы я не поклялась, что сама уговорила его, а вовсе не наоборот.

– И это правда?

– Поначалу его было нелегко уломать, но я понимала, чего он хочет, а мне необходимо было кое-что узнать.

– Ну, дела. Ты просто… гадкая. И как же мы получили наши силы?

– Важнее, как мы их получаем, а не как получили. Понимаешь…

Ее прервал крик впереди, от разведывавшей местность Паломы Антилопы:

– Кинжалозубая кошка, быстро приближается!

Воительницы оуслы переглянулись. Заболтавшись, они отстали так, что позади них бежал теперь только Йоки Чоппа. Они поднажали, чтобы нагнать остальных.

Всех пятерых они увидели на гребне следующего холма. Ниже пологого северного склона перед ними расстилалась травянистая равнина. Обычно в подобных ландшафтах полно пасущихся бизонов, белохвостых оленей, лосей и прочих животных. Но сейчас они видели ровно одно животное – кинжалозубого кота шагах в трехстах, который мчался к ним.

Родители Ситси Пустельги, серьезные люди, научили ее всему, что сами знали о Кальнии, империи и мире вокруг; ее отправляли к самым разным мудрецам, чтобы те научили ее тому, чему не могли родители. Они сделали решительно все, чтобы она сумела занять высокое положение в Кальнии: ради ее собственного блага, ради их самолюбия, но больше всего, считала она, ради защиты ее старших братьев. Залтан приказал умертвить ее братьев по причине врожденного слабоумия. Незадолго до того, как их должны были казнить, Айянна убила Залтана. Новая императрица не считала ее братьев оскорблением себе – напротив, она была уверена, что их следует защищать и баловать, – однако ее взгляды могли и измениться.

Такая политика ее родителей по защите отпрысков имела побочный эффект: Ситси знала о Кальнии и империи в целом больше, чем все женщины оуслы вместе взятые. И потому, хотя никогда в жизни не видела кинжалозубых кошек, знала о них все. Их было два вида. Самые обычные, которых каждые два года замечали в окрестностях Кальнии, были известны как простые кинжалозубые кошки. Они были крупнее львов, с двумя громадными клыками – благодаря им они и получили свое название, – которые, загибаясь, торчали из верхней челюсти, но, в общем и целом, кошки были довольно робкими. Да, они убивали людей, но почти все эти люди оказывались недоумками – иными словами, малолетками, – которые загоняли их в угол или угрожали каким-то иным образом.

Второй вид, чудовищные кинжалозубые кошки, были гораздо крупнее, и большинство народа считало их мифом. Некоторые утверждали, что в них нет ничего особенного, но, поскольку они нападают и убивают людей, как только увидят – или учуют, – мало кому удается уцелеть, чтобы рассказать о такой встрече. Ситси в это верила. Каждый год в лесах пропадало множество жителей Кальнии. Она не находила ничего странного в том, что какое-то животное обладает достаточным разумом, чтобы убивать людей, когда те отходят подальше от селения.

Судя по размерам существа, бежавшего на них сейчас, чудовищные кинжалозубые кошки не были мифом.

Ситси поморгала, убеждаясь, что верно оценивает перспективу. Да, огромный кот в самом деле был крупнее бизона, с двумя клыками длиной в ее руку. После того как Инновак переделал мир из-за великого потопа, он создал удивительных существ, однако это, без сомнения, было самым удивительным из них.

Ситси Пустельга сняла со спины лук и вытащила из колчана стрелу. Больше луков ни у кого не было. Единственное метательное оружие, кроме лука, – кроличьи палочки, только вряд ли от них будет какая-то польза в случае с таким зверем. И от стрел тоже, если на то пошло.

Требовались крепкие копья, и побольше, а они не имели ни одного. У всех остальных женщин, за исключением Чоголизы Землетрясение, было оружие ближнего боя, следующее по бесполезности против такого существа. Чоголиза никакого оружия не носила вовсе. Ее силы хватало, чтобы победить любого вооруженного мужчину. Но чудовищного кинжалозубого кота? Ситси сомневалась.

Спасаться бегством еще хуже. Зверюга смогла учуять их за милю. Если Палома Антилопа и сумеет убежать, то остальных кот догонит, одну за другой, и сожрет.

Пустельга выпустила стрелу. Стрела ударилась о шею твари и отрикошетила. Ситси поглядела на Софи Торнадо, дожидаясь приказа.

Их командир наблюдала за приближавшимся котом и была похожа скорее на инженера, размышляющего о починке сломанного моста, чем на женщину, которую атакует несколько тонн мышц, когтей и зубов.

После того как прошла, казалось, целая вечность, она произнесла:

– Утренняя Звезда, отдай свой щит Чоголизе и останься здесь! Палома, ты туда! Ситси, стой тут и продолжай стрелять, но бери стрелы для мелкой дичи и целься в тело, а не в голову. Твоя задача – отвлекать его, а не ранить.

Ситси сделала так, как было велено, выпуская стрелу за стрелой в бока нападающего зверя, пока Софи Торнадо давала указания остальным женщинам.

Чудовищный кинжалозубый кот показался еще грандиознее с близкого расстояния. Ситси, с ее улучшенным с помощью магии зрением, разглядела, что его клыки-кинжалы пожелтели от старости, но глаза смотрят ясно. Неужели он крупнее бизона? Наверняка нет.

Командирша оуслы побежала навстречу коту, размахивая руками. Зверь взревел и прыгнул на нее.

Софи пригнулась, перекатилась, извернулась, чтобы спастись от длинных когтей кота, и он пролетел над ней.

Приземлился. Чоголиза Землетрясение, на чьих плечах стояла Утренняя Звезда, держась за ее волосы, чтобы сохранить равновесие, насадила щит на громадные клыки. Утренняя Звезда подпрыгнула, перевернулась в воздухе и села верхом на шею большого кота.

Зверь заревел и затряс головой, разъяренный застрявшим в зубах щитом.

Утренняя Звезда подняла свою дубинку – толстое древко с насаженными на оба конца шарами из полированного дерева – и опустила на голову чудовищного кинжалозубого кота. Каждая женщина получила собственные умения, и удар Утренней Звезды может свалить бизона. Но способен ли он свалить такое чудовище?

Зверь зарычал, вонзил клыки в землю и раздробил щит. Потом встал на дыбы, отчаянно стараясь сбросить со спины неудобную ношу, бьющую по голове.

Утренняя Звезда взвизгнула, замахнулась дубинкой, а потом двинула по затылку зверя со всей силы, увеличенной магией.

Кот на миг застыл, а потом рухнул.

Садзи Волчица подбежала с веревкой, которую сплела из длинной травы. Ситси опустила лук и подошла к Садзи Волчице, Паломе Антилопе и Талисе Мухоловке, связывавшим кота.

– Не убивай его, – произнес Йоки Чоппа, подбегая с видом зрителя, опоздавшего к началу представления, которое не особенно-то хотел увидеть.

– Да я и не собиралась, – отозвалась Софи.

Рыже-коричневое мускулистое тело бесчувственного кота вздымалось и опадало от каждого вдоха. Смердело от него, как от трупа в жаркий день.

Софи Торнадо вырезала один грандиозный клык из пасти зверя своим обсидиановым ножом, Садзи Волчица прижала к ране целебные травы и зашила ее, а Йоки Чоппа настриг немного кошачьего меха. Ситси Пустельга провела рукой по удивительно мягкой шкуре, а потом прошлась по примятой траве в ту сторону, откуда прибежал зверь, собирая свои стрелы.

Боевая тактика Софи Торнадо вызывала у Ситси восхищение. Убей такое существо, и его дух будет вечно преследовать тебя, потому лишить его сознания было разумно, – она только сомневалась насчет клыка.

– Ты не боишься, что он будет преследовать нас, чтобы вернуть свой клык?

– Нет, – сказала Софи. – Он сам на нас напал, так что должен заплатить. Он поймет.

– Ты не думаешь, что он погибнет с голоду?

– Нет, он хитрый. Он сумеет развязать веревку.

Софи Торнадо бежала во главе отряда, радуясь новому кинжалу из кошачьего зуба, но еще больше тому, что женщины действовали заодно, чтобы победить зверя. Все их тренировки в Кальнии, все без исключения, основывались на одиночном бое – один на один, один против двоих, один против троих и так далее, но всегда только одна воительница оуслы. В этом была их слабость, которая сделалась особенно заметной во время боя с таким врагом, как чудовищный кинжалозубый кот. Вполне возможно, что в один день они встретятся с еще более свирепыми животными, даже с людьми, превосходящими их по силе, а их подготовка такого не подразумевает. Они смогут гораздо лучше противостоять подобным врагам, если будут сражаться командой.

Когда они перебьют грибоедов и вернутся в Кальнию, первым пунктом в их программе тренировок станут совместные действия.

В тот вечер Ситси Пустельга пошла вслед за Утренней Звездой к ручью у их лагеря.

– Так что же? – спросила она, как только они оказалась подальше от чужих ушей.

– Что?

– Как же мы обретаем наши силы?

– Извини, Ситси, я тут как следует подумала. Хочу пока что сохранить все при себе.

– А… Почему?

– Иметь секреты полезно.

– А… Но мы могли бы делить секрет.

– Тогда он больше не будет секретом.

– Да, пожалуй. Ладно, не бери в голову, умывайся.

Ситси побежала обратно в лагерь. Она никогда не подаст виду, но Утренняя Звезда вывела ее из себя, потому что Пустельге очень хотелось узнать, как они получают свою силу. Ее поразительное зрение и навыки лучницы очень даже недурны, но если бы она могла смотреть в будущее, как Софи Торнадо, бегать так быстро, как Палома Антилопа, и обладать силой Чоголизы Землетрясение…

Она добежала до лагеря, и Йоки Чоппа протянул ей миску дымящейся похлебки.

– Спасибо! – сказала она.