Может быть, самая большая беда воспитания – внезапный разрыв традиций, всегда трагическое противоречие между принципами, заложенными в характере ребенка раньше, и тем, что педагог утверждает сегодня.

В одной из школ Варны пытаюсь понять: подхватывают ли здесь эстафету детского сада? Я пошел в гимназию, где русский язык учат с первого класса; можно поговорить с учителями и ребятами без переводчика, а значит – быстрее «дойти до сути».

На первый взгляд, здесь было все знакомо. Наша советская методика обучения, по многим предметам и учебники советские. В кабинете директора висел портрет Макаренко с маленькими стеклышками очков. А директора звали Валентина Семеновна Лаврентьева: волею причудливой судьбы (выйдя замуж за болгарина) она, уроженка Кубани, попала в Варну.

В педагогике трудно открыть Америку. А может, и не надо открывать. Часто важнее не допускать просчеты. Новое в гимназии было. Как ни парадоксально, новое во многом состояло в том, что здесь старались не повторять наши ошибки. Сначала-то, впрочем, повторяли. Потом поняли, что на ошибках надо учиться. Например, и здесь когда-то были распространены так называемые культпоходы – в театр, на концерты, выставки. «Как поздно мы догадались, – вздохнула Валентина Семеновна, – что от подобных культпоходов ребята получают только урок скуки».

Разумеется, серьезную музыку слушать трудно: нужны сосредоточенность души, умение открывать ее навстречу миру. Когда на концерты стали ходить по желанию, вначале собирали группу в десять – пятнадцать школьников. Но потом эта группа выросла до 50-100 человек. А теперь на концерты ученики приходят с родителями.

Как произошла эта перемена? Тут можно бы рассказать о многом. Но это «многое» тоже похоже на то лучшее, что есть в некоторых наших школах. Я просто заношу в блокнот: дни творчества, паузы культуры, которые проводятся во время занятий… Вместо того чтобы запрещать те или иные «перегибы» моды, здесь не только показывают новые модели, но и изучают историю костюма. На перемене я разговорился с одним десятиклассником, спросил, что он будет делать после уроков. «Через два дня в филармонии концерт из произведений Шостаковича, будет исполняться и Седьмая симфония. Я читаю сейчас о ленинградской блокаде».

Ну а как же поиск талантов? Ведь именно этим так озабочены работники детских садов. Школа озабочена тоже. На всех учеников заведена тут особая картотека, где фиксируются их склонности, дарования. Картотека не выглядит этаким «тайным досье» – ее не скрывают ни от учеников, ни от родителей. Напротив, каждого школьника призывают задуматься, в чем его способности, какую жизненную дорогу ему выбрать. Об этом спорят дома. Родители советуются с учителями. В конце концов приходят к чему-то одному, хотя никогда не поздно и перерешить. Картотека и нужна прежде всего для этого – чтобы помочь самосознанию подростка.

Но, конечно, картотека необходима и для другого. Выявляя таланты, школа помогает осуществляться им уже сегодня: самое тягостное в этом, да, впрочем, в любом возрасте – ждать, откладывать «на завтра». Школа организовала свои кружки в медицинском институте и в институте народного хозяйства. Многие ребята работают с компьютерами. Все это – часть школьной реформы; она началась в Болгарии с начала восьмидесятых.

…Прозвенел звонок. Вместе с Валентиной Семеновной мы идем в десятый класс. Директор преподает литературу. Давно уже возникла здесь традиция каждый урок начинать с чтения стихов – их по очереди приносят сами ребята.

Стройная девушка, волнуясь, но неторопливо читала Заболоцкого. Вот и она задумалась о простой, вечной, всегда загадочной силе искусства.

* * *

Именно в болгарской провинции мне не раз цитировали Рериха. Из статьи в статью он намечал задачи культуры. И среди них видел две основные: «просветительскую и охранительную». Просто и точно определено главное. Нужно сберечь то, что создано человечеством за тысячелетия его развития. И нести это богатство духа дальше, сделать его достоянием многих. Как важны для нас сегодня заветы Рериха! Впрочем, важно и его предупреждение – избегать суеты, суесловия, чтобы «драгоценное понятие Культуры не попало в число модных заголовков».