Это была первая "золотая" медаль нашего общества и меня пришел поздравить сам Филимоныч, главный тренер всех сборных "Авангарда". Как водится, похлопал по плечу, пообещал некие приятные дополнительные бонусы и пожелал скорейшего перехода уже во взрослую сборную.

Состоявшиеся через час старты в эстафете также принесли нашей команде медаль, на этот раз серебряную. Причем свой первый этап я выиграл вчистую, заметно опередив ближайшего соперника. В этот раз, никаких протестов на наше стартовое ноу-хау не прозвучало, но, как и ожидалось, уже на следующих соревнованиях, у половины участников имелись свои собственные колодки. В общем, все сложилось очень удачно, и стенка над письменным столом в моей комнате, украсилась еще двумя вымпелами и медалями. Школа, также не осталась в стороне и месяца через три, на общей линейке, посвященной дню пионерии, директор в своей торжественной речи вспомнил и обо мне. А как же, первый чемпион в школе, хорошо хоть мемориальную доску на стене не приколотили.

А вот мои амурные дела не продвинулись ни на шаг, возможно, потому, что злодейка судьба распорядилась за нас, отправив Ленку Залесскую учиться во вторую смену. Так что, мы пересекались лишь случайно и весьма редко. Пару раз встретились по дороге в школу. Она шла на уроки, а я возвращался домой. Наши встречи были мимолетными, потому что опаздывать ни в школу, ни на тренировки мы не собирались. Дважды пересеклись в гастрономе, куда нас направили за покупками, а однажды и возле школы, куда она пришла заметно раньше начала занятий.

Думаю, именно здесь, нас спрятавшихся от зимнего ветра за трансформаторной будкой, и застукали ее одноклассники. В тот раз, я лишь кивнул, здороваясь со своими старыми знакомыми по третьему классу, не придав этому особого значения, но, как оказалось, зря. Уже через три дня, ко мне подошли три парня из восьмого "Г" и выдвинули свои претензии в одном флаконе с ультиматумом. Суть требований была проста, они заключались в том, что я должен немедленно прекратить неформальные отношения с Леночкой, в противном случае … и тут мне был выложен целый букет угроз и предупреждений.

Если честно, я даже удивился такой наглости, ведь со мной уже давно никто в школе не конфликтовал. Скорее всего, причиной этого были мои успехи в бассейне или просто, спокойный и взвешенный стиль поведения, ведь я всегда старательно обходил грабли, лежавшие на жизненном пути. А вот сейчас - что выросло, то выросло, я был вынужден как-то отреагировать на их наезд.

Если бы этим лоботрясам, хватило ума отозвать меня в укромный уголок, и там озвучить свои претензии, то у них бы еще оставался шанс. Но ведь им требовалось вот так, эффектно, на глазах у всех, прямо у школьной двери, где перед уроками всегда толпится куча народу. В общем, предотвратить конфликт, сведя его к дружескому междусобойчику, как тогда на пароходе, у меня не получится. Вздохнул:

– Вот почему большинство проблем возникает из-за женщин, причем совершенно на ровном месте? Решено – когда я вырасту и женюсь, то буду жить один!

Эти мысли промелькнули в голове в мгновение ока, и я повернулся к этому наглому Ромео и его секундантам:

– А теперь рассказывайте, как будете воспитывать, по одному или хором?

И спрыгнув со школьного крыльца, я отбежал метров на пять в сторону, где еще лежал рыхлый снег. Вначале, они восприняли такой неожиданный маневр за позорное бегство и уже открыли рты, чтобы выразить все, что они думают о музыкантах и ​​пловцах, но увидев, что я остановился, повторили мой маневр и приблизились. Вожак, тут же встал в правостороннюю стойку.

- Ага, так вот почему он такой храбрый. Боксёр. Нормальный такой советский правша, может, даже первый юношеский имеет. И наверняка считает, что я всего лишь пловец! Жаль, но придется ребят разочаровать.

Соперник прощупал дистанцию, прилично поставленной ​​двоечкой: прямой и свинг. Ап,… а я вот тут, уже и прилип к нему, клинч.

- И что ты теперь будешь делать? Станешь вырываться? Ну, тогда лови,

Хорошо, что зима и все мы в ушанках, все же это некая имитация защитного шлема. Головой вправо и прошел удар на отходе в челюсть противника. Удар несильный, но равновесие им утрачено. Теперь, передняя подсечка – с этого начинают обучение новичков в секциях.

- Что, уже уселся на попку? Это у вас в боксе учат, что лежащего не бьют, а нам Такеда объяснял, что добивать следует обязательно, все что за вашей спиной должно быть чистым.

"Маваши" в голову противника, стоящего на коленях, ну так, в четверть силы, лишь бы обозначить. А затем, я его окончательно ставлю в тупик своими действиями. Вместе с его захваченной ногой прокручиваюсь на сто восемьдесят градусов и со снижением центра тяжести, приземляюсь ему на живот. Формально, я в опасности, ведь практически он весь у меня за спиной, но реально, не может сделать даже вдох, не говоря уже о том, чтобы хоть как-то атаковать. А вот я его ножку поймал и тяну ее вверх.

- Что, неужели больно? Ой, как у тебя все запущено! Даже "канарейку" не пришлось делать, что же ты на зарядку утром не бегаешь парень, связки не растягиваешь, а ведь я еще хотел болевой на колено, но это уже и не требуется.

Все это представление заняло менее тридцати секунд, а его секунданты все еще стояли с разинутыми ртами. Тут я заметил, что один из них все же рискнул двинуться в мою сторону, но я, поднявшись с повергнутого противника, медленно покачал головой и строго произнес,

- Не балуй, а то рядом положу.

Этого оказалось достаточно и им, и многочисленным зрителям, которые, наконец то пришли в себя и загалдели. Надеюсь, что такой публичной демонстрации хватило даже десятиклассникам и впредь, ввязываться в конфликты со мной никто не рисковал. Я конечно не Брюс Ли, но для не развращенных киношными боевиками зрителей, хватило и этого. Поскольку ни травм, ни даже простых синяков не было, то наше "снежное побоище" у школьной проходной спустили на тормозах, правда, пригрозив участникам.

Лично меня в этой ситуации, более всего беспокоила реакция, Ленки, а ну как у них и в самом деле любовь? Но нет, любовь, если она и была, то односторонняя, просто этот претендент жил с ней в одном доме. Они иногда встречались во дворе, разговаривали, вот он и настроил себе планов на будущее в глупой голове.

А что касается школы, то и в третьей четверти дела шли неплохо, хотя иногда, уже приходилось поднапрячься. Но институтская закалка тем и хороша, что учит человека работать с источниками информации, отсекая все лишнее. А еще, меня радовало, что с каждым днем, каждым месяцем, наш класс становился все более сплоченным и дружным. Разумеется, свои группки по интересам существовали, не без этого, но все это было внутри единого коллектива. Даже не хотелось думать, что в конце этого года часть из нас разбежится по различным спецшколам, а некоторые и в техникум умотают. Меня тоже расспрашивали, не собираюсь ли и я поступить на физмат? Но нынешняя мода на физиков и математиков меня не задевала, поэтому я отвечал твердым "нет". Вот не знают они, что лучше подаваться на финансы и учет или хотя бы в …. физкультурный, глядишь, к девяностым, и на бандитов успеют выучиться.

Анализируя свое поведение, я пришел к выводу, что душа моя, или ментальное тело, становится моложе, ведь слишком часто во мне стали просыпаться детские инстинкты немного пошалить. Вот и сегодня, перед уроком химии, когда я углядел в шкафу емкость с надписью "Нашатырный спирт", из памяти выплыла очередная картинка из прошлого. Я вспомнил один эффектный и совершенно безопасный фокус, подсмотренный на Ютубе. Иногда, его даже использовали на сценах районных домов культуры. В этом моем эксперименте ничего не горит, не взрывается, да и требуется для этого лишь обычная соляная кислота и нашатырный спирт. Все это, в достаточном количестве, и стояло на полочках шкафа в кабинете химии.

Я, стараясь не шуметь и ненароком не хлопнуть дверцей, тихонько достаю бутылочку нашатыря и ставлю ее на край своего стола. В кабинет заходит наш любимый директор – Михаил Кириллович. Окинув строгим взглядом дядьки Черномора притихший класс, он пригласил всех садиться.

Начать урок решил с проверки домашнего задания у четырех позавчерашних неудачников, а затем достал план урока и принялся объяснять новый материал:

– Тише друзья, сегодня у нас новая тема, касающаяся взаимодействия металлов с кислотами.

Поведав о металлах, об их месте в ряду напряжений периодической таблицы элементов, о том, какие из них могут взаимодействовать с кислотой, а какие нет и почему, он сказал.

– А теперь, давайте попробуем проверить все на практике. Дежурные, раздайте всем образчики металлов и осторожно налейте соляную кислоту в лабораторные чаши. Прошу быть аккуратнее, хоть кислота там и не концентрированная, но обжечься можно. И берегите свои рукава.

Пройдя между столами и убедившись, что его команда выполнена, продолжил.

- Внимание, сейчас включаем вытяжки и не забываем, не забываем… Все готовы? Теперь, нальем в пробирку с цинком соляную кислоту. Что вы видите ... Руденко?

- Пузырьки, - бодро рапортует тот.

- Правильно, появляются пузырьки, это начинают выделяться молекулы водорода.

Мы все принюхиваемся к водороду, ведь это из него делается "водородная бомба"? Михаил Кириллович подходит к доске и аккуратно выводит формулу:

Zn+2HCl=ZnCl2+H2 ↑.

- Вот так,…. мы видим, что активные металлы вытесняют водород из кислоты, поскольку в ряду напряжения он находится левее цинка, - он тычет указкой в периодическую таблицу элементов.

- А вот медь не реагирует с кислотой, потому что в ряду напряжений она правее водорода. Активный цинк реагирует, а неактивная медь не взаимодействует с соляной кислотой, – еще раз повторяет директор, выписывая в столбик латинские наименования активных и неактивных металлов.

В этот момент, я незаметно наливаю во вторую чашу нашатырь и двигаю ее поближе к емкости с соляной кислотой. Вначале, ничего не происходит, и я уже начинаю сомневаться в своей памяти, но вот их пары, потихоньку смешиваются и начинают появляться первые клубки тумана, который постепенно становится все гуще и гуще. Белый снег, вначале стелется по столешнице, а затем скатывается и белыми пушистыми облаками, падает на пол. Слышу, как кто-то из девочек вскрикнул, то ли от испуга, то ли от удивления, а я, потихоньку окунув стеклянную палочку в раствор кислоты, стараюсь незаметно поднести ее поближе к чашке с нашатырем. Полет нормальный, у меня получилось как бы управлять клубами, образующимися на поверхности палочки.

Директор, в первые мгновенья забеспокоившись, сейчас с интересом качает головой, наблюдая за моими действиями. Почти весь класс, вскочил со своих мест и столпился у меня за спиной, впрочем, не подходя слишком близко. Этот спектакль длился не более двух минут, после чего Михаил Кириллович постучал указкой по столу и пригласил всех занять свои места.

Репрессий по мне, не случилось, все же он был, прежде всего, химиком, а проведенный мною эксперимент – абсолютно безопасным. Но в конце урока, диктуя домашнее задание, Михаил Кириллович добавил:

- А тебя, Сиверсинский, я попрошу к следующему уроку, подготовить письменный реферат о свойствах и применении хлорида аммония в промышленности и сельском хозяйстве.

Фокус, получился эффектный, и по школе поползла масса самых невероятных слухов, с такими подробностями, которых не было и в помине. Ко мне подходили и старшеклассники, они также заинтересовались таким "не промышленным способом" получения хлорида аммония, и спрашивали, нет ли у меня в загашнике еще парочки похожих штучек.

Про

токол № 21 Понимание.

Последняя четверть вышла на финишную прямую и на горизонте замаячили для кого переходные, а для кого и выпускные экзамены. По суетливой обеспокоенности некоторых одноклассников, которые бегали за учителями, желая улучшить свои итоговые показатели, мне стало понятно, кто из нас планирует покинуть школу и отправиться в техникум. Таких, оказалось немного, всего четверо, и так вышло, что именно они и находились на обочине жизни нашего класса.

А вот лично для меня, в эти дни, случился приятный сюрприз, и как оказалось, с большими перспективами на будущее. Три дня назад мне позвонил ЛИЧНО Аркадий Павлович и без объяснений причин, попросил обязательно быть дома, вечером следующего дня. Ну что ж, надо так надо, мне не трудно и даже самому интересно. Пребывая в ожидании интриги, я и носу не высовывал из дома. Наконец, в шесть часов, раздался звонок в дверь. Открываю, а на пороге стоит незнакомый парень, лет двадцати пяти, с довольно объемистой сумкой в ​​руках. Убедившись, что я это я, он попросил разрешения пройти на кухню и принялся неспешно выгружать пакеты и кульки из сумки на кухонный столик. Вышла не маленькая такая горка различных деликатесов, начиная от черной икры и заканчивая страшно дефицитными бананами. Никакой приходной накладной мне подписывать не пришлось, я просто поблагодарил курьера за его гуманитарку.

Не успела служба доставки выйти из подъезда, как в квартиру вернулась мама, которая гуляла с братиком.

- Ой, Саш, а это еще откуда? – удивленно всплеснув ладонями воскликнула она и забыв о том, что надо бы вначале переодеть ребенка, бросилась разбирать горку, выложенную на столе.

Я, со свойственной мне вредностью, решил подшутить.

- Так это… я вот только что из магазина вернулся, там и решил прикупить кое-чего из съестного к празднику. А еще вспомнил - бананов давно не кушал.

Как ни странно, но она восприняла эту шутку всерьез и захотела подробностей. Через некоторое время я сообразил, что мама решила, будто меня за мои весомые достижения в чем-то там, закрепили за неким закрытым распределителем. Помучив неопределенностью еще минутку, я все же раскрыл источник этого изобилия, но за что мне все это – терялся в догадках, хотя мысли на этот счет имелись. Скорее всего, во всем виновато мое удачное предложение по организации сбора вторсырья. Других объяснений мне в голову не приходило. Правда, я и не особенно напрягался на этот счет, ведь всегда жил по принципу, дают - бери. А еще подумал – а неплохо устроилась наша номенклатура, всем нам до такого счастья еще тянуть и тянуть, до девяностых – двухтысячных. Наверное, на них хотят проверить – а как это, жить при коммунизме?