Хочется отметить, что Киев шестидесятых, это практически полностью русскоязычный город. По крайней мере, в моем окружении все общались именно на нем, поэтому уроки украинского языка, по сравнению с русским, для большинства моих коллег считались более сложными. Такая ситуация в Украине, начнет стремительно меняться лишь спустя долгие пять десятков лет, когда Путин вдруг решит заявить, что интересы России начинаются там, где начинается русский язык. Следовательно, эти интересы и закончатся там, где его не будет?

Надо сказать, наша Ольга Сергеевна, оказалась особой приличной, не помнящей зла, и никогда не напоминала о состоявшемся между нами конфликте. А может, ее сдерживало то, что нынче я стою на особом контроле у директора школы? Не знаю, но разногласий, а тем более вражды, между нами не случалось, каждый добросовестно выполнял взятые на себя обязательства. Я – тихо, как мышь сидел на уроках, занимался своими делами и старательно писал контрольные, диктанты и выполнял домашние задания, она – не отвлекала меня по пустякам, а иногда даже отгоняла самых назойливых. Но все же, у нее было больше прав, а у меня обязанностей, куда входили дежурства по классу и обязательное участие в общественной жизни школы.

Следует отметить, что в третьем классе единственными предметами, которые вели "варяги - преподаватели", были рисование, музыка и пение, а еще физкультура. Именно они и не вызывали должного уважения ни среди учащихся ни среди преподов, а зря. Стоит лишь вспомнить особняки и заработки будущих звезд эстрады или спортсменов, то становится понятным, что именно музыка, пение и физкультура и есть самые главные предметы, а не какая-то там филология с ботаникой. На уроках музыки, я старался не афишировать свои способности и предпочитал петь в хоре – там ведь всегда можно сачконуть, спрятавшись за голосами товарищей. Индивидуальный кастинг, я также благополучно провалил, спев песенку о юном барабанщике, голосом похожим на Высоцкого.

Считаю, что сделал все правильно. Во-первых, не хотелось бы, что бы меня записали в школьный хор, времени и так на все не хватало. А во –вторых, мне еще и славы певца сейчас не хватало. Вот только, только Сергеевна отошла от шока из-за моих кармических знаний, так тут ей еще и композиторство на голову свалится. Я имею ввиду, неизвестного еще Гену с его гармошкой, кузнечика в траве и принцессы с бременскими музыкантами. Они, хоть уже и пошли в массы, но до сих пор достойно не озвучены. Нет, все эти таланты следует демонстрировать порционно, гомеопатическими дозами.

На физкультуре, тоже ничем особенным не выделялся, ведь пока, у нас была лишь ОФП в чистом виде, а еще и игры. А вот на уроке рисования, я за собой не уследил. Получив задание – свободная тема, я, особо не заморачиваясь, открыл учебник "География", за пятый класс, отыскал там первую же понравившуюся мне картинку с сереньким зайкой среди елей и грибочков и старательно ее перерисовал.

Увлекшись, не сразу заметил, как у меня за спиной собралась компания из пяти одноклассников. Почему за спиной? Так меня не вовремя пересадили из моего закутка у окна. Там, чинили протекающую батарею отопления, но к началу урока, не успели закончить.

В общем, я только и услышал, что восторженный шепоток – "художник… художник..! Удивительно, ведь ничего особенного я не изобразил. Просто, у меня было более развитое, чем у сверстников, чувство пропорции, теней и света, а еще и усидчивость. А вот о том, что мне этот случай еще аукнется, даже и не подозревал.

И ничего не попишешь, все это не выходило за рамки, ведь согласно нашему коллективному договору я обязан был активно участвовать в общественной жизни класса. Вот меня и оставили после уроков, настойчиво попросив заняться созданием стенгазеты. Может я и соскочил бы, но какая-то добрая душа, уже успела доложить Ольге Сергеевне, что, кроме таланта живописца, я еще и проживаю в доме художников. Так что, как говорится, ему сам бог велел.

Как правило, задание для художника нарисовать стенгазету – означало на листе ватмана изобразить красивую шапку, желательно тематическую с ярким заголовком, а все содержимое вписывалось или вклеивалось прочими, не такими талантливыми членами редколлегии без его участия.

Что делать и как быть, я легко придумал еще по дороге домой. Дело в том, что на нашей лестничной площадке проживал сосед, дядя Ашот, с которым мы дружили семьями. По национальности, тот был ассирийцем, а на довесок и неплохим художником – пейзажистом. Несколько его полотен, долгие годы, украшали стены нашей старой квартиры. Он, без возражений, в течение пятнадцати минут, в верхней части листа формата А-0, нарисовал акварельными красками условного космонавта в гермошлеме, парящего на фоне земного шара. Чуть в сторонке от него, виднелось изображение трехступенчатого ​​ракето-носителя. Понятно, что все пожелания и примерные эскизы ему предоставил я. Зная, что уже через четыре месяца первый человек выйдет в космос, я решил, что нам не помешает находится в русле грядущих событий, подстрелив сразу несколько зайцев.

Понятно, космонавт в шлеме с надписью СССР был совсем не похож на Юрия Гагарина, да и ракета больше смахивала на американский MGM-31C Pershing. Но это и не важно, наше общее полотно было принято на ура и стенгазета заняла достойное место на школьном смотре. Я же, получил свою галочку в строке – общественная работа, и дополнительный бонус, так необходимый для поступления в пионеры.

Так и жилось мне в этой самой короткой четверти учебного года. Когда-то успешный , бутылочный бизнес, с наступлением холодов, практически сошел на нет. Если подсчитать, то за неделю мне удавалось собрать не более десяти штук, а вот с молочной темой, наоборот, все было все в полном ажуре. Более того в связи с наступившей непогодой, нам удалось незаметно поднять тарифы, мотивируя тем, что погода нелетная, график уже забит, да и ехать мне к вам совсем не по дороге". Так что, не зря умники настаивали на диверсификация бизнесов! Мой миноритарный акционер – Ахалешек, работал усердно и добросовестно, он был очень благодарен мне за возможность такого приработка. На что именно он собирал, я не знаю, но свои, совершенно секретные сведения о будущей деноминации, я ему не сообщил. Надеюсь, что свой собственный гешефт он успеет завершить до Нового года.

А вот недавно, наконец состоялось знаменательное и такое ожидаемое событие. Меня, в числе других передовиков – отличников, приняли в ряды. У нас в школе было четыре третьих класса, от А до Г и из почти ста двадцати учеников, смогли отобрать лишь семнадцать достойных, всегда и на все готовых. Удивительное дело, но я даже ощутил некоторую гордость в связи с этим событием. И вообще, хочется заметить, что за три месяца моего пребывания в этом мире мои эмоции и реакции на события, стали как-то моложе. Правда, в данном случае, дело могло быть совсем не в этом, просто сработал чистый прагматизм.

Судите сами, как может измениться отношение к продавцу услуг, если он явится к вам не со скромной звездочкой на пиджачке, а с пионерским галстуком на шее? Это ведь диапазон от десяти до тринадцати лет, так сказать, не младшая, а уже средняя лига. Да и отношение старшеклассников к тебе станет несколько иным, ну как почти к равным.

Это позже, лет через тридцать самым ярким примером "распущенной организации" станет пионерская, именно за нее перестройка и возьмется в первую очередь. А сейчас все наоборот. В пионеры, нас принимали торжественно, в музее Ленина, который в эти годы находится по ул. Владимирской, в будущем Доме учителя. Глядя на счастливчиков, стоявших со мной в одной шеренге, я не мог не заметить светящиеся от радости и гордости, глаза новообращенных пионеров.

Обратил внимание, что все мы тут же разделились на две группы: первая - это мажоры, с оранжево-красными шелковыми галстуками, а во второй, собрались пионеры от сохи, с простыми, хлопчатобумажными, темно-бордового оттенка. После церемонии зачисления в ряды, нас отвели в кинозал, где я в двадцатый раз вынужден был просмотреть обязательный к показу фильм, как наш Ильич тащит свое знаменитое бревно на субботнике. Вот даже статусные "Три мушкетера" я столько раз не пересматривал. Пришла в голову занятная мысль – а почему, собственно, этот трудовой подвиг был назначен именно на субботу, ведь тогда, как и сейчас, суббота являлась обычным рабочим днем? Пришел к однозначному выводу, что все дело в том, что все тогдашнее руководство партии большевиков, почти поголовно состояло из представителей древнейшей цивилизации, а для них работать в "шабат" было сродни подвигу.

После окончания торжеств, мы спустились в раздевалку, где забрали свои пальтишки и вышли на улицу, уже в новом качестве. Стоит ли говорить, что, несмотря на пронизывающий, холодный ветер, две верхние пуговицы на наших пальто, оставались расстегнутыми, демонстрируя всем и каждому, что перед ними не кто-нибудь, а уже пионер. В прошлую жизнь, я такой чести не удостоился, и в пионеры меня приняли на общих основаниях, вместе со всеми, теплой весной, на день рождения Ильича.

Решил, что на завтрашнюю тренировку, заявлюсь уже с красным галстуком. Как то неуютно я чувствовал себя среди ребят, которые уже давно состояли в пионерах.

Но это завтра, а сегодня, учитывая, что занятий у нас не будет, решил забежать к дяде Алексею, что бы узнать последние новости с дальневосточного фронта. Как-то забыл за хлопотами, заодно и своим пионерством похвалюсь.

К моей радости, тот оказался на месте.

- О, да ты уже пионер! Поздравляю! –жаль, что отметить такое событие нельзя, - эмоционально и по своему выразил свое отношение дядя Леша.

- Да вот, сегодня и приняли, - как можно более безразличным тоном промолвил я и спросил,

– А как ваше здоровье, на работу скоро выпустят?

- Так больничный уже закрыли, хотя и предлагали погулять до Нового Года. Тут и осталось то всего пару дней. Но ты не представляешь, как мне все это надоело... сидеть без дела.

Я согласно закивал головой и сразу перешел к делу.

- Дядь Леша, а как там дядя Асами поживает, ничего мне не передавал? - напомнил я о самом важном.

- А как же, вот только позавчера виделся с ним. Сказал, что встречался со своим земляком и кое-что рассказал о тебе. Так что готовься. Он правда сообщил, что тот через две недели едет в командировку, они будут какие-то сеялки на целине испытывать, а после этого сразу в отпуск махнет, мол давно собирался съездить в гости к бывшим сослуживцам в Казахстан. Так, что в Киев вернется не скоро, не раньше июня.

- Ну вот, теперь еще целых полгода терпеть предстоит. Долго, за это время и раввин в православие перейдет!- с сожалением вздохнул я.

Глянув на мое помрачневшее и недовольное лицо, Алексей добавил,

- Не переживай, чем то ты его все же заинтересовал, вот и хочет он до своего отъезда, увидеться с тобой и переговорить. Похоже, Асами чем-то его зацепил.

Алесей поднялся, взял с этажерки половинку тетрадного листка и протянул его мне.

- На вот держи, здесь записан его адрес. Ты же знаешь этот район, на левом берегу? Сказал, легче всего застать этого тренера дома, в воскресенье утром.

После этого, как всегда, дядя Леша попытался усадить меня за доску, но в этот раз я обломал его, сославшись на крайнюю занятость, мол, бегу домой и не хочу опаздывать к приходу гостей. А к нему, зашел по дороге, только потому, что обещал и хотел узнать, как там дела с обещанием Асами.

С трудом дождавшись воскресенья, я приготовился к поездке на левый берег, в Соцгород. Это был первый массив жилой застройки на левом берегу Днепра, в черте города, который располагался между современными Русановкой и Березняками. Оказывается, в прошлом году, уже построили Дарницкое трамвайное депо и туда пустили тридцать первый трамвайный маршрут, от Рембазы до Красной площади.

Хотя, у меня и лежал в кармане проездной на трамвай, но добираться решил на автобусе, так было гораздо удобнее и быстрее. Если уж гулять – так гулять, эти пятьдесят копеек погоды не сделают!

Подбежал к остановке и заскочил в полупустой салон. Лязг и шипение двери, и вот мы отправились в путь. Сейчас, по городу бегают в основном ЗИС-154, напоминавшие мне клоуна – с фарами-глазками по бокам и красным носом. Мотор у них был расположен впереди, поэтому в салоне воняло бензином не так сильно, как будет позже, в ранних моделях ЛАЗа. Ехать, было не очень далеко и я глядя в окно на проплывающие колонны моста им. Патона, вспомнил недавно подслушанный разговор старших ребят в нашей динамовской раздевалке.

– А ты знаешь, Мишка, что папка соседу рассказывал? Мост Патона – это первый в мире мост, где использовали сварку, а не заклепки, – почему-то громким шепотом, как об очень большом секрете, поведал приятелю вихрастый паренек.

- Сказал, когда его строили, так ночью от сварки вся река светилась. А еще, там два сварщика утонули, думаю, пьяными сорвались, – после чего, еще понизив голос, добавил, – там, еще водолазы взрывали под водой остатки старого моста, ну того, что перед самими немцами наши разбили. Да ты, Мишка и сам видел, в том месте еще сваи выглядывали, когда вода спадала. Так вот, отец рассказывал, все эти мины запихивали в немецкие гандоны, чтобы они не промокли, представляешь? Там их несколько тысяч было, водолазы потом целую кучу себе понабирали.

А вот это уж и правду секрет!

Мы проехали мост Патона, по центру которого, совсем недавно был проложен трамвайный путь. Минут пять, и я оказался на месте. Массив Соцгородок был застроен на удивление добротными домами, по каким-то своим, уникальным проектам. Меж ними, то здесь, то там, можно было увидеть и старые, деревянные бараки.

В одном из них и обитал японский земляк дядюшки Асами. Если снаружи, его жилище выглядело довольно убого, то внутри, это была вполне комфортная квартира, хотя присутствия дамы я там так и не обнаружил. Впрочем, все что делает женщина никогда не заметно, заметно, когда она этого не делает.