И ему нравилось это. Он впитывал ее страх, понимая, что запросто может обидеть ее. И понимая, что это бы принесло ему удовольствие. Странная вещь человеческое сердце.

Нэл смотрела на него грустными глазами и хмурилась. Она откинула одеяло к краю кровати и привстала с подушки, усаживаясь и обхватив худенькие коленки руками.

— Джастин…? — тихо окликнула его девушка, смотря в его умиротворенные глаза.

— Да?

— Иди ко мне. — прошептала смущенно Нэл. — Я не могу уснуть. Пожалуйста.

Парень внимательно посмотрел на нее и встал с дивана, отложив книгу в сторону.

Он подошел к кровати, не сводя со слабой девушки глаз и сел на край.

— Ложись, Вейн. — спокойно произнес он. — Тебе нужно поспать, девочка.

— Не могу. — прошептала Нэл, взмахнув длинными ресницами. — Мне больно. — она опустила голову, выводя пальчиком узоры на светло-кремовой простыни. Джастин молча смотрит на девушку. Она поднимает голову и ловит на себе его слегка взволнованный взгляд.

— Где болит? — спрашивает он, придвинувшись к ней чуть ближе и рассматривая ее влажные волосы, покрасневшие губы и изящную шею. Нэл не отвечает, она молчит, закусывая и без того опухшие губы и смотрит в его карие глубокие глаза. Она не может отвести взгляда от его лица, от его гладких губ и понимает, что хочет, что бы он поцеловал ее.

— Вейн, где больно? — чуть строже снова спрашивает парень. Приоткрыв губы девушка медленно тянется к его руке, лежащей на простыни и мягко сжимая ее в своей ладошке, приподнимает и ложит на свою коленку. Джастин удивлено поднимает на нее взгляд и в его глазах застывает вопрос. Он удивлен, он явно не ожидал, что она позволит ему прикоснуться к себе. Нэл накрывает его ладонь своей, маленькой и предельно медленно ведет по своей ножке, все выше к внутренней стороне бедра. Ее сердце дернулось и пропустило удар. Она затаила дыхание, чувствуя как скользит по ее коже сильная теплая мужская рука. Она позволяет ему.

Джастин смотрит Нэл в глаза, переводит взгляд на ее влажные губы и чувствует, как внизу живота становится горячо. Все что на ней из одежды — его футболка. Она тяжело дышит и жмурится, приоткрывая в желании губы. Он хочет ее всю, без остатка. Хочет, что бы ее тело трепетало под его прикосновениями, что бы в ее мыслях был только он.

Он приподнимается, нависая над ней и мягко прикасается к ее губам, укладывая девушку на кровать. Хрупкое тело Нэл сжимается от его напора, но Джастин мягко скользит рукой по ее талии и животу, забираясь под футболку.

— Джастин… — вздох, полный чувственной страсти. Нэл не выдерживает, судорожно хватает его руку и прижимает ее между своих ножек. Она хочет, что бы он ласкал ее там. Хочет что бы прикасался. Парень целует ее шею, в то время как пальцы поглаживают обнаженные бедра. На его губах появилась улыбка. Не та улыбка, которой улыбаются счастливые люди. А та улыбка, которой улыбаются одержимые. Он одержим. Одержим желанием. Одержим своей теорией. Ей.

Парень облизывает ее губы, заставляя девушку приоткрыть рот, и Нэл поддается, отвечая на поцелуй. Она чувствует как его прохладные пальцы поглаживают ее, слегка надавливая и кожа горит под его руками.

— Больно. — простонала Нэл, но он вновь целует ее, не переставая. И откуда-то изнутри появляется страх, накрывший ее с головой. Нэл задрожала и всхлипнула.

— В чем дело, Вейн? — прошептал Бибер ей в губы.

— Нет. — она сжала ноги и уперлась руками ему в грудь. — Не надо!

— Вейн. — он накрыл ее губы страстным поцелуем, но она стала вырываться из его рук.

— Не трогай! Перестань! — сердце забилось с бешеной силой и из глаз брызнули слезы.

— Успокойся. — вздохнул он взволнованно. — Успокойся, Вейн. — Джастин потерся носиком о ее щеку. — Я тебя не трону. — он быстро встал с кровати, смотря на испуганную девушку и недоуменно провел ладонью по волосам, не понимая, что делать.

Джастин в растерянности посмотрел на сидящую в углу кровати девушку, по лицу которой катились слезы.

— Как это понимать, Вейн? — он изогнул бровь. — Ты то раздвигаешь передо мной ноги, то плачешь и просишь не трогать. — его голос стал холодным. Разумеется, он был зол. — Я же сказал, что не сделаю тебе ничего плохого.

— Мне просто было страшно. — виновато произнесла Нэл.

— Ты теперь боишься близости? — спросил парень, взглянув на часы. Где шляется Том?

— Мне не нужны твои истерики, Вейн. — отрезал он так и выслушав ответа девушки. — Ложись спать.

— А ты ляжешь? — по-детски невинно спросила девушка. — Я хочу что бы ты спал со мной.

Джастин молча подошел к кровати, отодвигая одеяло.

— Ложись. — он провел ладонью по ее волосам, увлекая на подушку и улегся рядом с ней сам.

Нэл вздохнула и повернулась набок к нему спиной. Он не прикасался к ней, наверное злился.

Она чувствовала его присутствие, но хотелось почувствовать его тепло.

— Обними меня. — попросила Нэл тихонько. Она думала он откажет, но парень послушался.

Джастин спокойно обнял девушку за тонкую талию и притянул ее ближе к себе, прижимая к своему теплому телу и целуя в плечо.

— Носить трусики не входит в твои планы, да, Вейн? — спросил ехидно он, поглаживая ее внизу живота. Нэл накрыла его руку своей ладошкой и прижалась ближе к нему.

— Спи уже. — он откинул ее волосы и чувственно поцеловал в шею.

Но как можно уснуть, когда она лежит в его обьятиях, прижимаясь к его теплому телу. Когда его руки гладят ее кожу, распаляя желание, а губы чувственно целуют шею. Она чувствует его присутствие рядом с собой, чувствует его каждой клеткой своего тела. Внутри все напрягается. И по спине бегут мурашки, а внутри все дрожит, трясётся мелко-мелко, и сердце колотится где-то в горле. Нэл чувствует себя листом на ветке дерева, который в осень держался до последнего, а теперь вот болтается на промозглом ветру, ожидая своей участи. Она с ужасом понимала, что ей нравится. Нравится когда этот «самовлюбленный придурок» прикасается к ней, когда целует, несмотря на свою ненависть. Так не бывает. У нормальных людей так не бывает.

— Ты мне расскажешь, что произошло? — спросил Джастин. Горячий шепот обжег ее кожу, прохладные пальцы вновь заскользили по животу и Нэл улыбнулась. Он прикасается к ней слишком невесомо и слишком осторожно, как будто понимает, что не имеет на нее никакого права.

— Потом. — беззаботно говорит она. И тихо добавляет про себя: Может быть.

— Ты знай, Вейн, что такое случается. — спокойно сказал Джастин. — Есть ублюдки, которые не способны контролировать свои инстинкты. — он укрывает девушку одеялом и продолжает. — Ты не первая, кого трогал Алекс. В прошлом году он изнасиловал младшую сестру Тома.

Нэл распахнула удивленно глаза и тут же повернула к нему лицо. Джастин оказался так близко, что их губы почти соприкоснулись.

— В следующий раз не одевайся как шлюха. — заявил он, блеснув медовыми глазами. Нэл фыркнула и отвернулась от него, закрывая глаза.

— Ты идиот. — шепчет тихо она, закрывая глаза. — Я не шлюха.

— Спи, Вейн. Уже поздно. — спокойно говорит он.

Нэл была бы не против, и даже хотела уснуть. Но у нее никак не получалось. Все мысли заполнял Бибер, лежащий рядом. От него так приятно пахло, что она хотела уткнуться носиком ему в шею, но конечно же смущалась. Она не может вот так вот просто. Это было бы не правильно. А еще все тело чертовски болело, и она не могла принять удобную позу для сна.

— Вейн, если ты не прекратишь тереться задницей о мой член, я тебя трахну. — прорычал парень, не открывая глаз.

— Бибер! — фыркнула девушка, закатив глаза.

— Или выставлю за дверь, идиотка. — добавил он грозно.

— Я буду кричать. — уверенно хихикнула девушка. А почему бы не позлить его? Если спать не хочется, то можно заняться чем-нибудь другим. Парень промолчал, коротко вздохнув.

А Нэл ехидно ухмыльнувшись, прижалась к его бедрам еще сильнее и сделала круговое движение ягодицами, мгновенно почувствовав его возбуждение. У самой внутри все мышцы сжались в желании.

— Вейн. — прорычал Бибер, чувствуя как кровь устремилась к паху. Гребанная девчонка.

— Джастин… — игриво прошептала Нэл, просунув руку за свою спину и скользнула пальчиками по его обнаженной груди, спускаясь к низу его живота. Но он тут же перехватил ее руку и сжал в своей.

Почему он не позволяет ей к себе прикасаться?

— Я пытаюсь уснуть. — прошипел он. — Не играй со мной, а то пожалеешь.

— А разве это не весело? — улыбнулась Нэл, повернув голову к парню. И понимает, что этот Бибер — не тот которого она знала. Он действительно сложный, как та самая задача по математике, которую она сегодня так долго решала и до сих пор сомневается, что ее ответ был верным.

— Повернись ко мне лицом, Вейн. — скомандовал Джастин твердо. И Нэл повинуясь поворачивается к нему, встречаясь с ним взглядом. Он смотрит на нее с вызовом и властью, которая говорит сама за себя. Сейчас девушка принадлежит ему.

От этого взгляда у нее пересыхает в горле. Что-то снова навевает тревогу, не позволяя ей ему довериться.

— Я хочу пить. — говорит Нэл и тут же вскакивает с постели, убирая его руку со своей талии. Она встает на кровати во весь рост и видит, куда устремлен его хищный взгляд.

— Бибер. — шепчет возмущенно она, тут же спрыгивая с кровати, что бы он перестал рассматривать ее бедра.

Он лишь дерзко улыбнулся и сонно зевнул. Нэл стремительно залетела в ванную комнату, склонившись над белоснежной раковиной и открывая кран с холодной водой. Ей становится жарко, от одной мысли о нем. Кажется, что шумное дыхание выдает её с головой, поэтому она сглатывает и старается вдыхать и выдыхать медленнее, тише, незаметнее. Внутренняя борьба продолжается уже несколько минут. Родительское воспитание и совесть кричат о необходимости срочно покинуть это место, его комнату, сбежать и никогда больше не пересекаться с Бибером. Природное любопытство тянет внутрь, подгоняя тем, что он может быть не Бибером, он может быть просто Джастином, она в этом просто уверена, что он умеет быть другим.

Он может оказывать поддержку, пусть и такую своеобразную. Он может интересоваться её жизнью, пусть не меняясь в лице, не изменяя своего тона, и не забывая добавлять в голос яд. И он может видеть и чувствовать.

Нэл докажет, что может.

Джастин Бибер какая-то ужасная загадка, внезапно появившаяся в её жизни, которую необходимо разгадать. Она чувствует, что необходимо. Элеонора Вейн никогда не оставляет загадки неразгаданными, а задачи нерешенными.

— И долго ты будешь там стоять? — раздается приглушенный спальней насмешливый голос.

Самая главная загадка — почему к этому Биберу так тянет.

У Нэл перехватывает дыхание.

— Вейн, я же слышу, как ты тяжело дышишь. — его хрипловатый голос кружит ей голову в тот же час.

Она медленно открывает дверь и заходит, стараясь не смотреть на парня, ступая по полу осторожно, на носочках, без лишнего шума. Но тот все равно её будто не видит. Нэл замечает, что Джастин с интересом разглядывает потолок собственной спальни, закинув руки за голову, и сразу создается такое впечатление, что он здесь первый раз. И девушка не понимает, почему она вдруг на какое-то мгновение почувствовала злость на Бибера, лежащего с лицом древнегреческого философа-мыслителя.

Девушка осторожно ложится рядом, забираясь под теплое одеяло.

— Что ты делаешь? — Джастин приподнимается на локте и нависает над ней.

Она следит за бликами света на его бледной коже. Он будто сделан из мрамора, и Нэл думает о том, какой же он на ощупь.

— Ложусь спать, — зло бросает она.

Почему-то ее задевает его безразличность.

— Ты что серьезно? — он приподнимает бровь. — В моей кровати девушки спят только голыми. — надменно сообщает он, скользнув пальцем по ее шее.

Элеонора сверлит его грозным взглядом, стараясь смотреть на его высокомерно ухмыляющееся лицо, а не на обнаженный торс.

— Я не буду раздеваться перед тобой до конца, Бибер! — передразнивает девушка. — И если ты не заметил, я уже легла.

В следующую секунду сильные руки парня скидывают её с кровати.

— Скажи мне, Вейн, что я там не видел? — ехидно тянет он.

Нэл смущается. Она чувствует, как заалели щеки под изучающим взглядом парня, чувствует, как участился пульс, и что кровь быстрее бежит по венам, будто бы тоже подгоняя её.

— Не буду. — Она быстро шмыгает под одеяло, ложась на самом краю кровати.

Вейн думает о том, что если она не переместится немного, то продолжит свое увлекательное знакомство с полом в спальне Бибера, но быть к хозяину спальни хоть на капельку ближе, ей вновь страшно.

В противовес её мыслям он двигается сам — медленно, будто растягивая удовольствие от осознания того, что она почти не дышит, и что её сердце замерло, остановилось. Он ложится на локоть и смотрит, внимательно изучая каждый сантиметр её лица.

Он так близко, что она может снова чувствовать его запах. Это что-то свежее, прохладное, это запах морского бриза с далекого берега Франции, запах бесконечного небесного свода, морозного утра. И Нэл хочется зажмуриться и плыть, вдыхая его в себя, чтобы было легко и свободно. Она закрывает глаза и вслушивается в его запах, пока не вздрагивает от его прикосновения.

Рука Джастина медленно скользит по животу, чуть приобнимая её и останавливаясь.

— Бибер? — шепчет она, инстинктивно сжавшись внутри в комочек.

— Что? — невозмутимо спрашивает он, продолжая неотрывно смотреть на нее.

Нэл смотрит на его лицо. Она видит, что он серьезен. И она видит его глаза.

Они просто невероятны. Уже который раз за этот день она думает, что у человека не может быть таких глаз. Они слабо светятся, мерцают, хотя отражать им совсем нечего. Кажется, что они сами источник света, внутреннего света Бибера, который он устал держать в себе и который рвется наружу.

Влечение бабочек к огню так просто объяснить.

Нэл только собиралась уснуть, но с его прикосновениям сон и близко не подходит.