— Добрый день, коллеги! — именно так он к нам и обращался, что нередко вызывало у нас улыбку. — Сегодня я хотел бы обсудить с вами...

* * *

После занятия, Ника схватила меня за руку и утащила к ближайшему лестничному проходу. Мы забрались в самый низ и решили, что здесь уже можно и поговорить. Мухи радостно захлопали крылышками, выстроились в колонны и приготовились залетать в призывно распахнутые ворота.

— Итак, единственное, что я знаю — вы познакомились еще в школе, начали общаться. Ты влюбилась почти сразу, он — как сам утверждает — тоже. Но признаться боялся, чтобы не портить дружбу — одна из самых глупых причин, на мой взгляд. Ты, наблюдая за всем этим, решила спровоцировать его на действия — не менее глупый поступок, могла просто поговорить с ним. Вместе со своей подругой, как бишь ее... Вроде Стася, ты подговорила вашего одноклассника поизображать влюбленную парочку. Одноклассника вроде звали Славой. Стася и Слава — они нашли друг друга! — здесь она оказалась права: мои друзья из команды действительно встречались уже достаточно долгое время. — Итак, вы со Славой смотрели друг на друга влюбленными глазами, пару раз поцеловались, ходили гулять непременно туда, где в это время ошивался твой Саша... - мой Саша... Держись, Лизка, плакать нельзя. — Он долго наблюдал, потом в один прекрасный день Славик пришел в школу с разукрашенным лицом и кучей синяков на теле. Саша же поджидал тебя у подъезда, чтобы сообщить, что ты сделала ему больно. Ну, и что он тебе намстит по самое нихачу при повторной встрече. Ты нагло заявила, что сделать больно тебе он не сможет и смылась. С тех пор вы не виделись до этого лета. В июне он объявился — один сплошной нежданчик, извинялся, говорил, что был не прав, цветыконфетыромантика... Ты простила, влюбилась, все замечательно... Я уже распланировала вашу свадьбу с человеком, которого, кстати, ни разу не видела... - подруга с немым укором смотрела на меня. Все знали о феноменальном чутье Ники на людей. Быть может, я подсознательно боялась ее вердикта, поэтому откладывала их с Сашей встречу как могла.

— Вот теперь приступай к рассказу, — в приказном тоне заявила Ника. Признаться, отвлеченный пересказ наших с Сашкой отношений мне даже понравился бы, если бы не было так больно.

— Насчет свадьбы ты была права: он действительно заикнулся об этом, и на следующий день позвал в ресторан. Никогда бы не подумала, что меня так кинут... Я о таком даже в твоих романах не читала, — Ника увлекалась их написанием на досуге, и имела неслыханную популярность в определенных кругах. — Я пришла в ресторан в ожидании маленького чуда, которое должно было изменить мою жизнь. Я ведь люблю его, я хотела быть с ним, хотела родить ему детей, жить вместе... Всегда. За его столом сидела красивая зеленоглазая блондинка, в облегающем красном платье, небрежно закинув ногу на ногу и положив голову ему на плечо. А я даже не обратила на это внимания, подбежала, поцеловала его, как раньше. Наверное, мое состояние на тот момент можно описать как "светилась от счастья". Он посмотрел на меня, ухмыльнулся и заявил, что го невесте, как он считает, может немного не понравиться такое мое обращение с ним. Особенно поцелуи. Я все еще ничего не понимала. а он поднялся, протянул руку этой блондинке и представил ее мне как свою невесту. А потом сказал что-то вроде "а ты не верила, что я могу сделать тебе больно", обозвал легкомысленной и излишне романтичной... А я да, я такая, а еще я дура! Потому что я его люблю до сих пор, понимаешь? Я все еще его люблю!!! — я сорвалась на крик. Ника молча обняла меня и прижала к себе.

— Тихо, только не плач, хочешь, пары прогуляем? Давай, поднимайся, сейчас пойдем в уборную, ты себя в порядок приведешь... - почему-то меня безумно насмешила эта ее "уборная". Нет, я и раньше знала о ее пристрастии к красивым словечкам, но сейчас заметила это особенно остро. Уборная в нашем универе! Я зашлась в диком хохоте, Ника почти втащила меня в туалет, усадила на тумбочку, которая стояла в углу у стены и попыталась привести меня в чувство. Не получалось: только я начинала успокаиваться — оглядывалась вокруг и смеялась с удвоенной силой. Не знаю, как вынесла это Ника. Я бы уже сбежала.

Мухи ехидно скалились, я прямо видела их ухмылки. Периодически, парочка вылетала из моей черепушки и пролетала перед глазами, видимо, чтобы покрасоваться. И из-за этого я смеялась еще громче, почти сваливаясь с тумбочки. Не знаю, почему к нам никто не зашел, ведь пара уже началась, и мои дикие визги разносились по пустым коридорам университета. Сейчас у нас должна быть информатика, которую я не любила всеми фибрами души.

При воспоминании об этом замечательном предмете, на глаза навернулись слезы. Скорее всего, это была истерика, и любой повод к смеху или слезам перерастал в глобальную проблему. Ника молча подсовывала мне бумажные платочки. Когда они закончились — взяла рулон туалетной бумаги. К счастью, моих слез не хватило, чтобы истратить его весь.

— Успокоилась? — я судорожно кивнула. Говорить пока было выше моих сил. — Тогда умывайся, и поедем домой. Все равно остались экономика и английский, преподаватели простят нас. — Я снова кивнула и послушно побрела к раковине. Умылась, вытерла опухшее лицо очередным кусочком туалетной бумаги.

— Все, можем идти, — голос еще дрожал, и изредка прорывались судорожные всхлипывания.

Мы молча прошли по-пустому универу, попрощались с охранников на выходе и вышли на свежий воздух. Всегда любила осенний воздух, тот неповторимый запах свежести, время, когда нет ни жары, ни холода, разноцветные листья на деревьях...

— Привет, — услышала я голос подруги. — Ты чего прогуливаешь?

— Я сегодня смог отсидеть только первую пару. — Отозвался незнакомый мне голос. — А вы чего прогуливаете?

— Подруге нехорошо, отвезу ее домой, — немного кокетливо ответила Ника. Стоп. Кокетливо? Ника? На это стоит посмотреть. Да и отвлечься не мешает.

Я чуть повернула голову и увидела парня, которого раньше в нашем универе не встречала. Довольно высокий, спортивная фигура, брюнет, глаза темно-синие, ближе скорее в цвету индиго, красивый. Не знаю почему, но я всегда стараюсь рассмотреть цвет глаз незнакомого мне человека. Это уже, своего рода, хобби. Я всегда помнила поговорку "Глаза — зеркало души" и почти неосознанно смотрю в глаза незнакомцам. Для меня это единственный способ понять, какие они. Так вот, новенький (а кем еще он мог быть, если я его не знаю?) брюнет добрым и грустным. Именно так. Вот вроде улыбается человек, а сам грустный.

— Привет, — решила разрушить я установившуюся тишину.

— Привет, — все с той же улыбкой ответил незнакомец, пытаясь поймать мой взгляд. Или мне показалось? — Вы знакомы? — обернулась я к Нике с явным намеком. Надеюсь, до нее дойдет.

— Конечно. Это — Влад, наш новенький. Влад, это Лиза, староста нашей группы.

— Стооп, наш новенький? А мне почему никто не сообщил? — ведь я должна была узнать об этом первую очередь.

— О, мать, ну ты и забегалась! Тебе еще неделю назад сказали, вспоминай. — В голове всплыл разговор деканом нашего факультета.

"— Лиза, через недельку прибудет новенький, Владислав Дансберг. Он к нам из соседнего города переводится, причины не озвучиваю, ибо сие есть тайна великая! — с улыбкой сообщил мне всеми любимый Вячеслав Юрьевич. — Ты уж, пожалуйста, поводи его по кабинетам, пусть привыкнет, ну да вобщем ты сама знаешь, не первый новенький..."

— Точно, спасибо. Ты — Дансберг, да?

— Именно так! Значит ты — Елизавета Алексеевна?

— Ну, вобщем, да, хотя можно и Лизой, не люблю так официально.

— А мне декан сказал, что только по имени-отчеству и с улыбочкой!

— Не верь ему, он у нас пошутить любит, — вставила Ника комментарий. — Лизка нормальная, не выпендривается, и общаются с ней почти все, даже "курицы" с первого курса! — весело сообщила подруга.

— Черт! — мой громкий вскрик заставил их изумленно посмотреть на меня. — Я забыла, я сегодня двух куриц тренирую: Мери и Крис.

— А почему куриц? И как ты их тренируешь?

— Ты что, не слышал? Их можно было бы называть Машей и Кристей, но нет. Они слишком "ценят собственное достоинство, чтобы отзываться на эти собачьи клички". Как по мне, лучше на собачьи, чем на хм… псевдонимы девушек невесомого поведения. И я вынуждена репетировать с ними их номера на конкурс "Мисс первый курс". А я не хочу, я домой хочу! Если прогулы мне спустят, то тренировки без уважительной причины пропускать не стоит.

— А у тебя причина уважительная, — вкрадчиво проговорила подруга.

— Ага, объясни это преподавателям. Я не откажусь посмотреть. — Ника пару раз мигнула, изобразила на лице долгую умственную деятельность и признала, что убедить преподавателей в уважительности этой причины будет весьма затруднительно.

— Ладно, не важно. Я вижу, тебе уже лучше. Куда пойдем? Еще часа два ждать. Или все-таки домой?

— Нет, домой не хочу. Пойдем в кафе? То, которое у реки.

— Хорошо, пошли. Только, ради Бога, иди спокойно. Не беги! Ты же деевушка...

— Спасибо, что напомнила, — ехидно отозвалась я. Потом вспомнила свои выкрутасы в туалете, и устыдилась. Столько, сколько она вытерпела от меня — никто не выдержал бы, так что ехидство придется отключить. Нужно уметь быть благодарной.

Спустившись с крыльца и подхватив подругу под руку, я неторопливо зашагала в сторону набережной. Остановило меня деликатное покашливание. Я обернулась. Влад стоял на том же месте и смотрел нам вслед, явно желая что-то сказать. Я вопросительно приподняла бровь. Он усмехнулся. Я нахмурилась. Он склонил голову на бок...

— Стоп. — Резко скомандовала я. Так может продолжаться вечность. — Ты чего-то хотел?

— Почему — хотел? До сих пор хочу. Можно мне пойти с вами?

— Зачем? — подозрительно осведомилась я.

— Как зачем? Ведь ты — староста, я — новенький. Расскажешь мне об универе, преподавателях, студентах, кружках и секциях...

— Ус-С-са! — резко выкрикнула я, массируя мочки ушей. Влад остановился на полуслове и вопросительно взглянул на меня. Я промолчала, продолжая делать небольшой точечный массаж. Зато Ника поспешила ответить:

— Ей один знакомый, который учится в медициинском, посоветовал так делать, если голова болит. Она тогда посмеялась, но прием запомнила. Теперь пользуется, когда хочет прервать собеседника, или ненадолго сбить его с мысли. Как видишь, работает! — сдала меня подружка.

— Ладно, Влад, пойдем. Обязанности старосты никто не отменял! — с показным энтузиазмом согласилась я. Все равно рассказывать ему придется, так почему бы не сейчас?

До кафе мы дошли в молчании. Влад разглядывал окресности, Ника на ходу писала смс-ки очередному "няшному милому мальчику", а на меня наседали мухи. Нет, плакать и истерить я не собиралась, уже достаточно. Вот только неприятное чувство, что осадок останется на всю жизнь и уже не исчезнет — не покидало. Для себя я решила, что с Сашей, как бы я его не любила, у нас будущего нет. Но его поступок я долго не смогу забыть. Как-будто мухи, поселившиеся в моей голове, не только постороили там временные поселения, но и начали закладывать фундаменты для постоянных жилищ. Эта моя мысль нашла подтверждение в отчете мухи-прораба, который мне любезно предоставили секунду спустя. Мои мысли прервала Ника.

— Пришли! — и как только умудреятеся следить за дорогой и отвечать на сообщения одновременно? — Влад, знакомься, это — любимое кафе нашей старосты. Если нужно задобрить — веди сюда. Или хотя бы притащи ей пару булочек с корицей, она их любит безумно. — Что у нее сегодня — день откровенности? Но, вобщем, она права. Вся моя группа знала о моем пристрастии к сладостям и часто этим знанием пользовалась. А я разрешала: кто же откажется от халявных булочек?

— Я запомню, — абсолютно серьезно ответил Влад, открывая перед нами дверь. Вот же... и в нашей группе появился джентльмен. Девчонки обрадуются.

— Берегись, — неожиданно произнесла я. Кажется, меня не поняли. — Всмысле, если девчонки узнают, что ты не только красивый, но и галантный — отбоя не будет. По универу ходить спокойно не сможешь. Хотя, я поздновато говорю, если сегодня ты что-нибудь такое сделал — то уже завтра можешь прятаться. В нашем универе, по статистике, соотношение парней и девушек примерно один к трем. — Абсолютно серьезно пояснила я. Влад непонимающе уставился на Нику, та сокрушенно кивнула, соглашаясь с моими выводами.

— В большинстве своем, наши парни достаточно милы, симпатичны и со своими заскоками. Но их мало, и особого внимания наших куриц они не привлекают. Выделяются только двое: Дмитрий и Андрей Милюковы — они двоюродные братья. Красивые, богатые, учатся на экономистов, и уже два года безуспешно пытаются отбиться от назойливого внимания девчонок. У тебя, как видно, проблем с финансами тоже нет, иначе ездил бы на автобусе. К тому же, ты ведешь себя спокойно, с достоинством. Внешне привлекателен и знаешь, как нужно относиться к девушкам. Крепись, дорогой! — Ника с улыбкой хлопнула его по плечу.

— Наши курицы не дадут тебе прохода.

— Хм... Интересные выводы. — Улыбнулся Влад. — Приму к сведению.

Вот всегда так: пытаешься придупредить нормального парня о нависшей над ним угрозе — не верят. Дима тоже не верил, пока курицы не попытались наброситься на него впятером. "Кто успел, того и Димка!" — вот их негласный лозунг. Парень убегал быстро. Очень быстро. Ну, а мы с Никой хохотали на лавочке в углу. И потом еще долго издевались над "бедняжкой Ди", с которым у нас отношения до сих пор более чем хорошие. Но за прозвище он мстил нещадно: благодаря нам, его так называла большая часть университетских парней.

Мы сделали заказ и расместились за столиком в углу, возле окна. Это место было моим любимым: теплое, светлое и защищенное. Да и само кафе всегда нравилось мне: небольшое уютное помещение, невысокие столики и удобные кожанные диваны кофейного цвета. Стены выкрашены в кремовые оттенки, на них развешаны картины знаменитого сейчас художника — Дана Берга, уроженца нашего города. Рисовал он в смешанном стиле: на обычной с виду картине, изображающей красивый пейзаж, могли оказаться абстрактные человечки, ловящие маленьких треугольных бабочек. Его картины пользовались большой популярностью и охотно покупались как в нашей стране, так и за рубежом.