— И..? — скучающе проговорил Ал. Ему уже порядком надоела эта "девочка-цветочек". Зоря историк поставил их в пару, она теперь не отвяжется. И лучше уж терпеть ее постоянные придирки, чем этот затравленно — заинтересованный взгляд. Куда ж твоя самоуверенность подевалась, а, Дана? Собственный невысказанный вопрос повеселил парня.

— Прорепетировать надо. — Уже увереннее заявила девушка. А Альберту захотелось немного "помстить" ей. Нет, не издеваться, но заставить чувствовать себя неловко.

— Зачем нам репетировать? Как ты могла убедиться, я знаю тему более чем хорошо. Ты, как сама вчера заявила, написала целую работу. Так что на любой неожиданный вопрос ответишь с легкостью. А уж подготовиться по бумажке не составит труда: слова давно распределены. — С ухмылкой закончил он.

— Хватит ёрничать! Я, конечно, извиняюсь за ту ложь, но и для тебя она была удобна. Ты ведь не хочешь выделяться? Вот я и прикрыла твою легенду. — Намного наглее, чем нужно было, заявила Дана. Все-таки, от привычек никуда не денешься. — Репетировать надо. — Уже намного спокойнее закончила она. Альберту оставалось только удивляться быстрым сменам ее настроения.

— Хорошо. Во сколько? — после недолгих раздумий Ал решил, то пусть лучше стесняется и смущается. С Даной — стервой иметь дело не хотелось категорически. — И где? — добавил он. Сегодня в кафе пойти уже не получиться: парни быстро разрекламировали заведение, а толпа народа при репетиции — не лучшая соседка.

— Сразу после школы. А в кафе не получиться? — Альберт отрицательно махнул головой. — Тогда не знаю... Придется тебе идти ко мне в гости, кажется. — О том, чтобы попытаться проникнуть в квартиру Алика, девушка уже и не думала.

— Хорошо. — Ал, убедившись, что Дана не собирается напрашиваться к нему в гости, облегченно вздохнул. Не дай Бог Лика узнает, что в квартире было постороннее существо женского пола — прибьет обоих. Альберт с содроганием вспомнил, как Лика наорала на внезапно приехавшую Алёну — сестру парня. Лёна отнеслась ко всему философски, но Лика до сих пор жутко краснеет при встрече. И пытается извиниться. Альберту, конечно, надоели такие бурные проявления ненависти, но Лику он любил. И свыкнуться с этим ее недостатком давно успел. — Я буду ждать тебя у крыльца. Только не опаздывай, как в прошлый раз. — Скривился парень. Чего он терпеть не мог — так это опозданий. Дана кивнула и поспешно сбежала к подругам: рассказывать, что ей снова придется провести день с "этим одиноким одиночкой", жаловаться на жизнь и выпрашивать сочувственные взгляды...

А Альберт вернул наушники на место, вслушиваясь в такую знакомую, и почти родную, мелодию Ольви...

* * *

— Что за гадина неведомая попыталась меня разбудить? Щас ноги выдерну и вставлю туда, откуда руки растут! — видимо, Ника забыла свою просьбу "разбудить ее как сама встанешь". Эх, неблагодарная эта работа: подруг поднимать. Ну да ничего, справимся, разве ж нам впервой?

— А ну поднимайся, ленивец! И быстро в ванную, пока я не заняла. И чтоб за двадцать пять минут управилась: мне через два часа на тренировку к ребятам бежать. И ты идешь со мной, змей Искуситель — я сдернула с Ники одеяло и побрызгала на нее ледяной водой.

"Тело начало подавать некоторые признаки жизни. — Вяло констатировало Подсознание." Спасибо, милое, а то я бы не догадалась.

Абсолютно сонная Ника поднялась, выхватила у меня полотенце и чисто машинально отправилась по направлению к ванной. Честное слово, таких маневров я еще не видела! Эта танцовщица недоделанная не обходила мешающие ей вещи, нет. Она исполняла девиз всех уважающих себя паркурщиков: нет границ, есть лишь препятствия. Когда Ника перешагнула кресло, у меня начал дергаться левый глаз. Честно. Правый присоединился к своему брату, когда моя подруга добралась до шкафа. Она попыталась пройти сквозь него! Нашла, блин, Нарнию!

— Стоять! — взвизгнула я. Тело на секунду замерло, но от первоначальной идеи не отказалось. — Очнись! И да снизойдет Сознание твое до бренного тела... твог... твое... Тьфу! Проснись, короче. — Я потрясла подругу за плечи, попыталась надавать пощечин, самостоятельно раскрывала глаза — без толку. Нет, ну как можно так спать? Она что, в особо суровых условиях росла? Вроде нет, родители вполне нормальны и адекватны...

— Просто они — психологи. — Все так же, не открывая глаз, проворчала Ника. Упс, кажется, я мыслю вслух.

— И как это связано? — немного удивленно спросила я, почти не надеясь на ответ.

— Испытывали реакции взрослеющего человеческого индивида в экстремальных условиях. Неделя похода с усиленными тренировками — это тебе не шутки. Даже близко не шутки. И далеко тоже. Так и приучилась спать всегда, везде, в любом состоянии. Родителям тогда сон был не нужен, кажется. Они чересчур увлеклись. Семейное это у нас. — Ника снова зевнула и прикрыла левый глаз. Правый спал, пока она выговаривала эту тираду.

Я плюнула на неблагодарное дело побудки подруги, махнула рукой и проследила за дальнейшим путешествием Ники по квартире. Что ж, шкаф выжил, Нарния не открылась, столик устоял. Оставалось надеяться, что ванная тоже переживет набег ребенка психологов. Вот же родители, врагу не пожелаешь! А при гостях — степенные сорокалетние люди, ничего не выделяющиеся... Странная штука — жизнь!

Из ванны Ника вернулась проснувшаяся и бодрая. Даже извинилась за погром. Я отмахнулась, быстренько забежав в душ. Ммм, блаженство! Почти как в рекламе "Баунти".

Через полчаса я сидела на кухне, относительно сухая и частично одетая. Ника только тихонько посмеивалась, глядя на маску из водорослей на моем лице.

— Нечего угорать, сама знаешь, какая у меня кожа: один день не умоешься — все, неделя воспоминаний о юношеских годах и иже с ними обеспечена!

— Нет... - отозвалась хохочущая в голос подруга. — Я сейчас фотик принесу, только не смывай! Хочу запомнить этот момент навсегда!!!

— "Лирично, патетично, истерично!" — Резюмировала я. Уши немного заложило от Никиных воплей, но я держалась.

Везучая она, моя подруга! Ей хоть все лицо тональником залей и спать положи в таком "гриме папуаса" — как шутливо зовет такой макияж сама девушка — ничего не будет! Встанет наутро, умоется и снова тональником замазывать можно. Негативные последствия только после четырех дней подобных процедур. Было дело, проверяли.

Пока Ника бегала за фотиком, я заперлась в ванной и смыла с лица "ужас". Не нужны мне эти супер-кадры, внуки потом испугаются!

— Лизка, чего застряла? Выметайся и одевайся: пойдем по магазинам, потом на тренировку вашу. — Проорала подруга мне их кухни.

— Выхожу, выхожу! По каким магазинам ты собралась меня таскать?

— Мне нужны шортики новые, и платье, и сумочку... - пустилась перечислять Ника.

-...И туфельки, а к ним бусики, ремешок, сережки, да и тушь у тебя закончилась, а без блеска губы обветриваются... Понятно, измучить меня решила! — весело продолжила я. Не слишком люблю магазины, но чего не потерпишь ради любимой подруги?

— И даже кричать не будешь? — я отрицательно махнула головой. — И возмущаться? И убегать? Ты от вчерашнего еще отойти не можешь, что ли? Или у тебя температура? — Ника приложила ладошку к моему лбу, убедилась, что он холодные, и серьезно задумалась.

— Успокойся. Просто я поняла, что возмущаться бесполезно, ты в любом случае меня найдешь и затащишь в очередной магазин. — Спокойно отозвалась я.

— Слава Богу! Он послал тебе мозг и убрал из головы ненужные мысли! — патетично воскликнула Ника, хихикая.

— Спасибо Владу... - тихо буркнула я. — Мозги промыл.

— Не просто промыл, а и нашел! — кажется, мо реакция изрядно позабавила девушку. Теперь от приколов не отвертеться.

— Еще один писк в мою сторону — и я никуда не иду! — надулась я. Ника рассмеялась еще сильнее, отвернулась и выдала:

— В твою сторону, о, великий почитатель Брейна, я больше ничего не скажу. Захочу поязвить — отвернусь! — и снова рассмеялась.

— Зараза. — Констатировала я. Немногие знали о моей страстном увлечении мультиками про двух лабораторных мышей. Ну а что? Они так прикольно разговаривают, а Пинки — милаха просто! Эти благие мысли я попыталась донести до Ники, но понимать меня она упорно не желала. Кривилась только, заявляя, что такие мультики развращают хрупкую детскую психику и смотреть их не надо. — Ладно, собирайся давай. А то тренировку опоздаешь — получим от Миха.

— Угу, он закидает нас умными терминами, и случиться с нами внеплановый взрыв мозга. — Кивнула я, на ходу натягивая кофту.

Уже через полчаса мы были абсолютно готовы к выходу. Но у меня зазвонил телефон. Влад. И чего ему приспичило?

— Тебе чего? — сразу озвучила я свои мысли.

— А поздороваться? — насмешливо спросил он.

— Прости. Привет! Тебе чего? — ехидно повторила я. Блин, мне нравится выводить его из себя.

— Ты неисправима. — Я услышала обреченный вздох. — Ты где?

— Из дома выхожу, с Никой. А что?

— И куда вы собрались?

— По магазинам. — Честно ответила я. Очень хотелось, чтобы Влад пошел с нами: хоть один достаточно адекватный человек был мне нужен. Ника ведь сразу уйдет в мир шмоток, не дозовешься... Однако, у парня точно должны быть другие дела, учеба например.

— Я зайду? — мамочки, мысль материальна! Но, несмотря на всю радость (и откуда она взялась?), я решила повозмущаться.

— Дансберг! Ты почему не на учебе? Я это у тебя как староста спрашиваю, наши дружеские чувства оставим на потом! — о, как! Прямо не Лизка Самойлова, а декан! Одно лицо, я бы даже сказала. И голос тоже, один... До сих пор хриплю, самой стыдно.

— Дружеские, ага... - послышалось на том конце провода. Это что, намек на не совсем дружеские чувства, или на то, что мы не друзья? Благо, в этот раз вопрос я сдержала. — Я прогуливаю. Беру пример со старосты... - я прямо вижу, как ехидно улыбается эта гадинка!

— Уел. Ладно, мы через пять минут спустимся. Жди нас! — я отключилась. — Ни-ик, с нами Влад пойдет, не против?

— Нет, конечно, пусть идет. Ты хоть скучать не будешь...

— И то верно! — весело отозвалась я.

Ровно через пять минут (нужно же проявлять пунктуальность, хоть изредка!) мы стояли у входной двери.

— Привет, прогульщицы! — улыбнулся нам Влад.

— Сам такой. Вот нажалуюсь на тебя... - да, я сегодня такая суровая, сама себя боюсь!

— И ничего мне не будет! Ибо такое сокровище, как я очень ценно!

— Ох, теперь я знаю, какая смерть тебе точно не грозит. — Улыбнулась я.

— И какая? — видимо, Влад пытался продумать варианты. Уж больно задумчивый вид получился.

— Смерть от скромности! — гордо фыркнула я.

— Зараза мелкая! Лезьте в машину, а то у таксиста скоро терпение лопнет.

Ника уселась на переднее сидение, а Влад забрался со мной на заднее. Моя подруга быстро набрала чей-то номер (подозреваю, это был тот самый Лешик) и благополучно проболтала всю дорогу до торгового центра. А я старалась сидеть спокойно, но чувствуя на себе взгляд Влада, постоянно вертелась.

— Ну чего тебе? — моему ангельскому терпению подошел конец.

— Кажется, ты повторяешься. — Не отрывая взгляда, произнес этот Пыжик.

— Я щас еще раз повторюсь, если не ответишь. Только после "тебе" запятую поставлю, и дополню фразу парочкой строчек из БПЗ*! — это прозвучало достаточно сердито. А что поделать, если я терпеть не могу пристальных взглядов? Когда человек в глаза смотрит — это одно, а когда "загипнотизировать" пытается — совсем другое.

— Ты даже такое знаешь? Просвещенный Чижик! Ладно, не кипятись. Я просто спросить хотел: ты какого черта вчера вытворяла? — перейдя на шепот, уточнил Влад. Кажись, я покраснела. Уйдите воспоминания! Кажется, меня послушались. Ой, блин! Одни послушались, а другие пришли на смену. Неужели мы с Никой вчера такое вытворяли? Бедные мальчики!

— Лиз, ты чего ойкаешь? Еще и красная, как помидор. Хотя, ты скорее перец. Чили.

— Иди ты! Ни-и-ик, — подруга оторвалась от телефона и хмуро глянула на меня. — Мы вчера из дома выходили, да? Прекрати ржать, ответить по-человечески!

— Вы...ы...ход...дили! — сквозь счастливые слезы рассмеялась Ника. — Я думала, ты не вспомнишь, а мне твою хрупкую психику травмировать не хотелось!

— И что же вы вчера делали? — удивленно вопросил Влад, переводя взгляд с красной меня на хохочущую подругу. Ника быстро попрощалась с Лешей, пообещав ему перезвонить, и, ехидно смотря на меня, выдала:

— Лизка вчера школьников клеила!

— Заткнись, предатель! — проскулила я. Стыдно-то ка-а-ак..!

— Что, прости, ты делала? — ошарашенно поинтересовался Пыжик.

— Она. Клеила. Школьников. — Разделяя каждое слово, повторила Ника. — И я ей помогала. Вроде. Было такое?

— Было! Я их не клеила...

-...Я их снимала!

— Тьфу, на тебя! Не придумывай. — Возмутилась я.

— Да ни в одном глазу! — а какая честность, я прям обзавидовалась. — Вобщем, слушай, Владко! — бедный парень, его аж передернуло от такого обращения. — Вчера мы отмечали счастливое становление моей личной жизни. Эта, — легкий кивок в мою сторону, — немного перебрала. И решила погулять. Буквально через три квартала мы наткнулись на группку молодежи. Эти бедняжки оказались школьниками, одиннадцатиклассниками. Один из них — сурового вида блондин, в какой-то мешковатой одежде, приглянулся Лизке. В таком состоянии ей вообще много кто "приглядывался"... И решила наша коварная соблазнительница, — у Влада вырвался нервный смешок, — познакомиться. Друзья паренька не пожалели, выдали с потрохами. Звали его как-то странно, Алом вроде... не суть. Вобщем, Лизка решила, что три года — не разница, а встречаться с будущим первокурсником это даже несколько волнующе и пикантно. Бедный мальчик быстро бегал, к его счастью. А вот друзья его то ли не хотели покидать нашу уютную компанию, то ли поняли, что смыться уже не получиться, но попыток к бегству не предпринимали. Остались, недотепы малолетние. Часа полтора я отрывала Лизку от уютной жилетки самого сердобольного, который согласился выслушать ее громогласные стенания на тему: "Никому я не нужна и никто меня не люби-и-ит!". С горем пополам, но моя миссия увенчалась успехом. Парня унесли его товарищи: ходить самостоятельно он еще не мог (еще бы, такой стресс!). Я же потащила Лизка до дому, до хаты. В кроватку уложила, даже накрыла одеялком... И, судя по нездоровому румянцу, превратившему ее в неправильную версию маленького перчика, она вспомнила все свои любовные подвиги только сейчас. — Под громогласный хохот таксиста, истеричные всхлипы Влада и мое злое пыхтение закончила невозмутимая Ника. Ей-богу, если бы за вольный пересказ моих ночных похождений давали Оскара — моя подруга получила бы его сразу, без намека на конкурс. Даже у меня, сквозь весь стыд, прорывался смех.