Всё когда-то кончается — таков закон вселенной. Особенно быстро кончается хорошее — добыча ценнейших ресурсов при помощи Кристины, способной открыть портал почти в любую нужную точку, если так установить артефакты-маяки и создать одно несложное ритуальное заклятие, которое и Мастеру под силу.

Никто и никогда на Фронтире не добывал ресурсы подобным образом. Чем глубже в территории монстров, чем ближе к Разлому — тем чаще попадалась разнообразная магическая флора. И тем чаще она была запредельной насыщенности маной — качественной, усиливающей её свойства до предела. Величайшая редкость этого мира — разнообразные растения седьмого и восьмого ранга.

— Стоила ли эта чехарда всех потраченных усилий и крови? — поинтересовалась Кристина.

Она сидела вместе со мной на лавке в здании одного из складов-хранилищ, где мы складывали и сортировали добычу. Вернее, сортировали не мы и не бойцы, а алхимики под чутким руководством одного из самых тихих и редко присутствующих на собраниях Рода Старейшин. Ту, о которой я по возвращении лишь через месяца полтора вспомнил…

Баранова Анна Геннадьевна, спасенная некогда из плена Серовых женщина Старший Магистр, любительница артефакторики, неплохой алхимик, ритуалистка… Ещё владела школой магии Огня и магией Крови. Однако она не боец — хотя характер у неё боевитый, за словом в карман не лезет и постоять за себя может похлеще иного мужика.

— Мир, тишь да благодать скоро кончатся, — ответил я ей, наблюдая за возней на складе. — Шведы никуда не делись, как и турки. Почти добитые японцы отбросили моего дядю и его армию, слава Творцу в отличии от боевых магов и солдат, пришедших из ниоткуда, ничего не завезли. Но уже итак ясно, что скоро начнется война с Британией… И всех этих гиен нам необходимо будет выкинуть обратно с выбитыми зубами.

— И ты решил, что всё это обязан сделать именно ты и твои люди? — усмехнулась она.

— Всё не все, но война штука такая… Никогда не бывает чрезмерной подготовки к ней, — пожал я плечами. — Скоро мне придется вновь отправится в Прибалтику, где армии шведов, копивших силы для мести пять веков, жгут села, города и родовые замки тех, кто отказывается склонить голову. Наносят поражение за поражение нашим войскам, а ведет их такой же реинкарнатор, как я — только имевший минимум несколько десятилетий на подготовку. А у меня было лишь менее четырех лет. Поэтому мне нужна каждая капля, каждая крупица силы, чтобы иметь шанс на победу в открытой схватке.

Мы помолчали несколько минут, просто глядя на возню алхимиков.

Это был не просто склад — это одно из экстренных убежищ на случай, если в городе начнется что-то катастрофическое. Битва в полную силу двух Архимагов или, не дай Творец, прорвавшийся сюда Мага Заклятий. Не говоря уж о схватке двух магов восьмого ранга…

В общем, здесь были подземные убежища. Отлично зачарованные земля и стены, сплав магии и технологии. Наложенные лично мной огромные пентакли на полах и потолках помещений позволяю убежищам черпать силу из Великого Источника…

В каждом подобном месте находилось четыре подземных помещения, в каждое умещалось по три сотни человек. Там было всё необходимое — десяток уборных, полтора десятка душевых, запас специально зачарованных на хранение продуктов — трём сотням человек на пятеро суток. Питьевая вода в центре помещения фонтан. Как и душ с уборной, это было чародейством…

Таких мест в городе пока десяток, но программа расширяется. Однако на всех в любом случае не построить. И я бы, может, бросил это весьма дорогое занятие, но была ещё одна функция у этого места. То, ради чего я всё ещё трачу деньги на этот проект…

На самом деле помещений не шесть, а девять. Вот только три последних не предназначались для людей — это были тайные склады, где хранилось редкое сырье.

Экранирование, укрепление, защитные чары и тревога на весь город, — помещения хорошо защищены. Входы скрыты чарами невидимости, очень и очень мощными — их накладывал я под руководством Светлой, а та знает толк в умении обманывать чужой взор. Даже мы были сокрыты от чужих глаз чарами невидимости пока шли сюда — высшей невидимостью и сокрытием из возможных.

— Фатура Штормовая, Царский Желудь, Роза Ветров — два ингредиента акцентируются на чистой стихии Воздухе, Фатура же — на её редком и сложном в освоении ответвлении, магии Молний, — подошла к нам Аня. — И все три нужны тебе сегодня к вечеру максимально обработанные… Ты ведь в курсе, что эти три ингредиента смешавшиеся вместе в магическую кислоту, разъедающую всё и вся.

— Дорогая моя, ты не забыла, от кого ты получила свои знания? — иронично поинтересовался я. — Хочешь поучить учителя, да? Чтож, тогда вот тебе урок — да, два Ветра и Молния не могут сосуществовать вместе. Плоды, обладающие стихией, особенно одинаковой, всегда стремятся поглотить идентичные плоды. И да, обычно в процессе более сильный плод уничтожает конкурента и поглощает небольшую часть его силы. Плоды примерно одной силы просто уничтожат друг друга. Однако эта проблема легко решается либо изолированными контейнерами, либо их просто несут порознь.

— Ага. Зато потом, при добавлении их в само зелье, всё равно начинается реакция и они в лучшем случае из твоего варева сделают протухший супчие. А в худшем — рванет. В твоем случае рванет так, что от лаборатории останешься в лучшем случае ты сам.

— Чтож, судя по твоей самоуверенной мордашке, мне пора показать тебе следующий уровень мастерства. Ты худо-бедно освоила базовый уровень — сейчас покажем средний. Кристина, дорогая — замок, алхимическая лаборатория. Аня — тащи всё перечисленное. Не только эти три, но и вот тут по списку… И поторопись — это в твоих же интересах. Научишься чему-то действительно стоящему.

— Зачем издеваться над девушкой? — покосилась на меня Кристина.

— С чего ты взяла, что я издеваюсь? — удивился я.

— Ну а что значит «научишься»? Она лучший алхимик Николаевска, да чего уж тут — она и в большом городе не затеряется, далеко не худшая в своём деле, — ответила девушка.

— А тебя не смутило, что мы с ней прямо говорили о том, что она получила свои знания от меня? — поднял я бровь.

— То, что ты дал ей книгу или доступ в личную библиотеку не делает тебя алхимиком, — фыркнула любительница быстрых перемещений. — Невозможно быть хорошим воином, тем более настолько хорошим, и одновременно достигнуть успеха ещё в каком-то противоположном направлении магического искусства! Правило одного дара, слыхал о таком?

— Слыхал, — усмехнулся я. — Придумано теми и для тех, кто не способен честно признать свои ошибки и поражения, теми, у кого всегда в их собственных неудачах виноват кто угодно, кроме них самих. Я не в их числе, и на меня эти дурацкие правила не распространяются. И я не просто хороший боевой маг — я алхимик, ритуалист, маг Крови и владею на сносном уровне всеми школами магии, включая Пространство. Где-то чуть лучше, где-то хуже — но почти все виды волшебства за свою жизнь я освоил.

Когда через час Аня вернулась со всем необходимым, я дал Крис координаты и она открыла портал — она была одним из немногих людей в городе, кому город позволял использовать Пространство.

Просторное помещение с несколькими столами, парой висящих прямо в воздухе котлов от которых шел весьма приятный, похожий на мяту запах.

На столах были многочисленные алхимические принадлежности. Колбы, реторты, маленькие горелки, многочисленные вспомогательные артефакты — палочки, амулеты и прочее.

— Что в котлах? — тут же спросила Аня, с жадным интересом разглядывая помещение.

Впрочем, её можно было понять — одно только оборудование, инструменты и прочие принадлежности тянули на сорок-пятьдесят миллионов рублей. Да и ладно деньги — эти предметы делались на заказ, довольно долго, и к мастерам, что выпускают вещи подобного уровня, стоят настоящие очереди. С помощью подобных вещей можно изготавливать сложнейшие алхимические эликсиры прикладывая раз в пять меньше усилий и куда более качественно, чем с обычным оборудованием.

— Как ты достал всё это? — с восхищением протянула Аня, не дожидаясь ответа на первый вопрос. Их же даже до войны было почти нереально купить, а уж сейчас…

— Это трофеи, — честно ответил я. — А насчет котлов — в них почти готовые Эликсир Сущности Ветра в первом и Кара Небес. Они варятся уже много месяцев, сожрали огромное количество различных ресурсов, да ещё и требует немалого количества маны из Источника. Двадцать процентов маны Великого Источника Магии на постоянной основе. Круто?

— Круто! Но вопрос — а кто тогда за ним присматривает, учитывая, что ты любишь внезапно оказаться где-то далеко и в драке?

— Дорастешь до восьмого ранга — смогу научить, а так. Скажем так, уходя я накладываю чары, которые срабатывают в нужный момент и делают мою работу.

— Здорово, — вскинула брови Кристина. — А меня научишь? Я вроде подхожу по требованиям.

— Научу, конечно научу… Но давай не сейчас, ладно? Мы делом заняты… Аня, иди сюда! Буду учить тебя среднему уровню — по моим меркам. Не достигнувших хотя бы этого уровня я за алхимиков не считаю. Просто вечные подмастерья, не больше.

Силой мысли я поднял в воздух все три спорных ингредиента и начал придвигать ближе. Когда все три оказались в метре от лица меж крупной фиолетовой ягодой, напоминающей сливу, здоровенным желудем размером с человеческую голову повисло странное напряжение. И воздух, разделяющий Фатуру Штормовую и Царский Желудь, буквально кипел от двух столкнувшихся в противостоянии сил. Немалых, надо сказать, сил…

— Они будто живые, — заметила Кристина. — Даже жалко как-то…

— Они самые обычный фрукт и орех — просто они насытились маной и каким-то образом преобразовали её в собственное звучание, тональность маны. Ладно, смотрим дальше.

Розу Ветров я разместил над первой парочкой, и дуэль превратилась в битву троих.

— Они скоро перейдут порог, после которого начнет падать их качество! — подергала меня за рукав Аня, увидев, как Фатуру побежали тоненькие разряды молний. — А потом рванут! Крис, забери нас отсюда!

— Стоять! — гаркнул я, увидев, как девушка поднимает руку в знакомом жесте, собираясь открыть портал. — А ты, идиотка, смотри внимательно. Сейчас я буду транслировать тебе напрямую все свои действия.

Внезапно, прежде чем я начал колдовать, по всей лаборатории засвистел ветер, сметая часть драгоценного оборудования на пол. Звук разбитого стекла возместил, заставил меня поморщится. Разбилось что-то, теперь ещё убираться… Достали.

Мана хлынула из меня бурным потоком. Неструктурированная, не преобразованная ни во что, она легко накрыла, утопила в собой все три предмета. Окутанные маной растения даже не думали прекращать противоборство. В грудь чародею ударил сильный удар воздуха, отталкивая его. Что ж, не хотят по хорошему, будет по плохому.

— Когда эти скоты буянят и не успокаиваются от потока твоей маны, надо делать от та-ак…

Моя магия легко с теплой и солнечной, что потихоньку питала всю троицу, превращается совсем в иную, суровую, серьезную, холодноватую, с сероватого оттенка. И через эту ману чувствовалось, что если растения не покорятся, он тут же и уничтожит. Несколько секунд — кампашака перестала буянить.

Я же, не теряя времени использовал на всех присутствующим заклятие поиска, то с поиска нашел небольшой темный комочек у каждого из ингредиентов. Едва оказавшись обнаруженными они, попытались переместиться, раствориться в ауре — но оказались вычленены, безжалостно выдернуты из ауры и уничтожены волевым импульсом.

— Есть вопросы?

— Как ты смог так контролировать чистую ману — манипулировать ей, будто это часть твоего тела, менять полярность ощущения твоей магии… Это ненормально! — воскликнула Аня. — И да — что это были за… сгустки в их аурах, что ты уничтожил?

Я изумленно уставился на девушку. В смысле как использовал? Она же вроде как лучший алхимик в Роду, и я склонен с этим согласиться — недавно я видел изготовленные ей зелья шестого ранга, до идеала далеко, но качество уже на минимально приемлемую планку… И она это делает, не зная даже таких азов⁈

Ладно, сейчас разберемся.

— Начну с последнего — это порожденные силой Разлома мелкие духи-паразиты. Любое действительно сильное растение, добытое вблизи Разлома, слишком пропитано его силой. Обычных и слабых растений это не касается — только начиная с седьмого ранга.

— Если они все трое порождены одной силой, почему они нападают друг на друга, а не на людей? — резонно поинтересовалась она.

— Потому что они и не умеют нападать. Они умеют только выкачивать энергию из доступных источников — человек же к таковым не относится. Накопленная нами мана, усваиваясь, несколько меняет свою природу, становясь частью мага, его энергетики. А вот с другими растениями не так… Как-то ради эксперимента я дал одной такой тварюге сожрать четверых себе подобных — вот тогда он преобразился и попробовал сжечь уже меня. Причем хоть магия и была топорной и примитивной, но в мощи отказать ей было нельзя. И трюки с давлением маны и прочее уже не работали… Пришлось уничтожить цветок. Огненный Одуванчик, мать его…

Обе девушки с интересом слушали, я же, не теряя времени, телекинезом и магией Воздуха заставил взлететь все три растения и порезал пополам, скинув равные доли в оба котла.

— Но все книги, что я читала, утверждали что это правило распространяется на все высокоранговые растения… — растерялась девушка.

— Ты читала литературу, написанную не пойми кем или что-то из архивов второ- и третьесортных Родов. Откуда им что-то об этом знать? У них в жизнь даже в руках подержать такое не имелось, а в книгах умничают… Вот поэтому нельзя слепо верить ни книгам, ни разумным. Любую важную информацию необходимо проверять.

Помолчали, думая каждый о своем. Из задумчивости меня вывел осторожный кашель Крис, которая взглядом показала, что от меня ждут продолжения разговора.

— Первый же вопрос… К сожалению, ты почти не посещала мои занятия для старших магов. Кстати, почему? Я обучал Мастеров, Младших и Старших Магистров, и все они стали сильнее.

— Сильнее… Но я не стремлюсь в боевые маги, — всплеснула руками девушка. — Зимой, когда ты со своей армий воевал с Цинь под Магаданом, мне пришлось повоевать, применяя свою силу. Я умею убивать и умею сражаться, так что…

— Она не хочет туда идти, потому что когда вокруг нее толпа мужчин-магов, особенно сильных боевых, ей становится страшно, — ответила за девушку Кристина.

— Крис!!! — топнула ногой пунцовая Аня.

— Гм… Психологическая травма, значит? — почесал я подбородок. — Ладно, что-нибудь придумаем. А пока внимательно смотри и запоминай, как я это делаю.

Минут десять мне понадобилось, чтобы она сумела повторить правильно. Выплеснулось совсем немного и она быстро распалась, но это был успех. Значит, я не ошибся — у неё весьма немалый талант к алхимии. Не гений или что-то такое — но очень талантлива, безусловно.

Я это упражнение месяц осваивал, правда и был я тогда сопливым Неофитом. Рука Маны — так это называется. В некоторых ситуациях, когда нет возможности прибегнуть к заклятием или ещё какой экстренный случай, эта штука весьма выручает… Однако проблема в том, что подобных ситуаций почти не бывает. Ну единственное — этим способом можно отлично разбираться с призраками. Вот только это, пожалуй, самый редкий тип моих противников и против них куда лучше работает Фиолетовая Молния.

— И что дает мне это умение? — спросила девушка.

— Пока что, как я смотрю, лишь поразительное самомнение, — хмыкнул я. — Ты его ещё не освоила даже! Но вообще — это великолепная тренировка на контроль маны и скорость прогона энергии через каналы маны. Тебе явно не помешает и то, и другое — слабовата ты, Старший Магистр. Будешь ходить обучаться боевой магии и искусству сражаться у Хельги. Я попрошу её…

— Не-не-не, стоп! Я просто алхимик, мне ни к чему эти ваши боевые чары! Да я и сама неплоха в боевой магии!

— Если покажу, для чего на самом деле алхимику это упражнение и объясню, почему я сказал, что алхимиком может зваться лишь тот, кто хоть на этом уровне владеет искусством?

Ане явно хотелось сказать мне что-нибудь нецензурное и, гордо развернувшись, уйти по своим делам… Но она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и с натянутой улыбкой ответила:

— Раз так хочет сам Глава, то куда деваться рядовому члену Рода. Я согласна.

— Отлично, — с усмешкой ответил я. — А теперь смотри внимательно.

Я подошел к котлам и встал напротив, метрах в четырех от них. Я стоял ровно напротив центра промежутка между ними. Закрыв глаза, я вытянул руки в их направлении котлов.

Выплеснувшаяся мана разделилась на два рукава и каждый потек к своей цели. Соприкоснувшись с котлами, она мягко охватила металл, затем затекла внутрь и смешалось с варевом, отдавая свою силу. И не просто силу — я дополнительно корректировал свойства зелья и усиливал нужные мне показатели.

Это была не слишком сильная коррекция — для действительно сильной мне таланта не хватает. Но процентов на семь-десять усилил и, что самое главное, ослабил побочные эффекты процентов на двадцать пять — тут я превзошел самого себя, поставив новый рекорд.

Помимо возможности повлиять на зелье, Рука Маны, соприкасаясь с ним, насыщала твое творение маной. Большинство алхимиков, готовящие действительно важное или сильное зелье, находятся рядом со своим творением весь процесс. Ибо алхимия — это не просто выучить рецепт и собрать реагенты. Это любой дурак может…

Самое главное — сам процесс. Вот-тут и нужен алхимик, который знает и умеет насыщать зелье маной в процессе, а также накладывать необходимые чары во время изготовления. Слабые или давно привычные зелья они варили без особой сложности и не запариваясь, но что-нибудь хотя бы четвертого ранга — это уже становится для них во что-то невероятно сложное… И собственный ранг как чародея тут пусть и влиял на возможности алхимика, но не слишком сильно.

— Ты поняла, в чем суть и в чем преимущество Руки? — спросил я Аню.

— Какой Руки? — не поняла она.

— Прием, которому я тебя научил, называется Рука Маны, — пояснил я. — Поняла, зачем он тебе как алхимику?

— Насыщение маной, — ответила девушка. — В разы плавнее и качественнее. С помощью этой Руки изготовление препаратов происходит раза в три-четыре быстрее, а ещё наложение чар с одновременным её использованием увеличивает их эффективность… Столько преимуществ, а я и не знала… Действительно, тот, кто ей не владеет, не может звать себя алхимиком. Теперь я понимаю и принимаю эти слова. Я ещё не достойна зваться алхимиком.

— Вообще-то я думал ты владеешь Рукой Маны, — признался я. — И собирался посмотреть, как ты её используешь и поправить, если увижу ошибки. Но теперь, зная, что ты, пользуясь столь примитивными методами, как непрямая напитка и прочее, сумела достичь уровня алхимика шестого ранга — ведь зелья твои я видел — поражен уже я. Не буду врать, ты не гений, что рождается раз в тысячу лет и так далее — но у тебя несомненно большой талант и огромный потенциал. Я так понимаю, в Роду туго с литературой по алхимии?

— Нет, есть и вполне себе приличные книги — с рецептами, описаниями и много чем, но читать некому, — призналась она. — Слишком много незнакомых терминов, слишком заумный слог, слишком… Слишком я и остальные наши алхимики мало для этого образованы. Механически возиться с поставленными тобой на поток эликсирами мы ещё можем, ну ещё кое-какие зелья и препараты — девять рецептов.

— А сколько у нас всего алхимиков? — озадачился я. — Я же лично выучил до приемлемого уровня семерых, что были у меня на подхвате раньше. И велел им создать у нас объединение алхимиков.

— Они так и поступили, — ответила за Анну Крис. — Даже я знаю эту семерку. Семь Золотых Поясов, как они себя называют. У них что-то вроде своей гильдии — десятков пять-шесть магов разных рангов у них в подмастерьях, горбатятся ради жалких грошей в надежде собрать по крохам знания. Золотые Пояса изготавливают весьма неплохую продукцию и продают значительно дешевле, чем пришлые — им-то ничего ниоткуда с риском везти не надо, соответственно и перевозку в цену можно не закладывать.

— А Хельга? Или Пётр? Ну на крайний случай этот Мишин — я что, просто так его мэром назначил? — поднял бровь я.

— А к ним не подкопаться — налоги платят исправно, норму по препаратам выполняют и сдают даже чуть больше, кому надо на лапу тоже не забывают платить, чтобы проблем не было — зло пробурчала Аня. — Молодцы — научились у тебя, и вместо того, чтобы поделиться с остальными знаниями, от которых все бы выиграли, сидят… Уверена, они проворачивают немало темных дел. Сидят там у себя и…

— И работают, зарабатывают сами и зарплату свои подмастерьям видимо платят немаленькую, раз у них полсотни чародеев младших рангов, готовых быть у них на побегушках, — с улыбкой перебил её я. — Властям всегда помогают, налоги платят, норму по изготовлению зелий даже перевыполняют… Аня, я понимаю, что тебе, видимо очень завидно и что ты ратуешь за общее дело… Но пусть это будет тебе хорошим уроком.

У Ани сейчас на языке явно очень матерные слова крутились. Однако что такое субординация и где находятся рамки дозволенного она знала отлично. Поэтому, сделав несколько глубоких вдохов и взяв себя в руки, спокойно спросила:

— Господин Глава, не могли бы прояснить, какой именно урок я должна извлечь из данной ситуации?

— Да очень простой, Ань. Большинство людей никогда не будут работать с полной самоотдачей за лозунги и красивые слова — за всех, всем лучше, общая польза… А уж отдавать свой хлеб насущный, то, что им посчастливилось получить благодаря улыбке удачи — знания и навыки алхимии, которыми я делился с ними от скуки… Ты уж прости, но если бы я был на их месте и у меня кто-то что-то «требовал» так внаглую, я точно что-нибудь предпринял бы. А тебя даже не трогал никто, судя по всему. Много ли ты сама знаний окружающим раздала? Что-то я не вижу толп артефакторов, обученных тобой — а ведь их изготовлением, особенно в помеси с магией Крови и Малефицизмом, ты была довольно знаменита в определенных кругах. Что скажешь на это?

Разумеется, ничего она на это не скажет. Я не ребенок и меня пафосными речами на дурость не сподвигнешь.

Но и к этим «Поясам» тоже пригляжусь. Не потому, что они дают на лапу кому-то в страже, а то и в администрации — это, конечно, нехорошо, но мир не идеален, что поделать. Но гоняться за мелкими коррупционерами — ниже моего достоинства.

Приглядеться прикажу своей службе безопасности. Пусть орлы Смолова покопаются в их белье — просто на всякий случай и для очистки совести.

— Ну, для тебя у меня тоже кое-что имеется, — улыбнулся я волшебнице. — Только вот я поставлю условие взамен на знания.

— Какое? — напряглась девушка.

— Ты создашь организацию алхимиков и будешь сама их подтягивать и обучать. Организацию не как своё стороннее дело, а как часть Родового дела.

— Мог бы этого даже не говорить, господин Глава, — вскинула она подбородок. — Я помню, что я теперь не Баранова, а Николаева-Шуйская! К тому же одна из Старейшин, пусть и младших… Разумеется, это будет частью Родового дела. Всё, как заведено издавна — мне четверть прибыли, три четверти Роду. Только должна предупредить — на прибыли мы выйдем не быстро, да и обучить даже одного алхимика дело недешевое…

— Я знаю, — махнул я рукой. — Род выделит всё необходимое — деньги, ресурсы, здание, оборудование, приличные учебники для начинающих и так далее. Время есть — главное, создай хорошую команду, крепкую и спаянную, способную изготавливать хотя бы половину того, что ты сейчас узнаешь. Вы будете изготавливать не всякую мелочь, что потом на центральном рынке с прилавка будут скупать — вы будете делать дорогие, классные и эксклюзивные препараты, предназначенные для аристократов. Дам на выбор два варианта — я могу вложить в тебя разом большой объем знаний — с подробностями, выкладками и прочим, всем тем, что так важно для тебя. Но тогда несколько дней у тебя будут кошмарные головные боли. Их будет невозможно облегчить — ни алхимией, ни магией, ибо Сила Души воздействует на саму душу. Информация будет в ней, а уже через неё попадать в мозг и разум — проще говоря, о том, чтобы забыть хоть букву можешь не беспокоиться.

— А второй?

— А второй — всё тоже самое, только объем информации будет в разы меньший. И никаких болей и вообще негати…

— Первый вариант! — решительно перебила меня девушка.

— Чтож… Отговаривать не буду.

Сила Души пришла в движение, и мы с Аней соприкоснулись разумами и душами. Девушке, вернее женщине, было очень любопытно и очень страшно — всё же не каждый день ощущаешь, как кто-то безмерно более могучий (Сила Души меня показывала таким, какой я на пике сил, а она всего лишь слабенький Старший Магистр) легко и властно вкладывает в тебя нечто, что тебе ещё только предстоит переварить.

— Закончили, — устало повел я шеей, левитируя к нам два кресла из угла помещения. — Присядь, переведи дух. Часа три спокойных у тебя имеются, прежде чем придет боль. Как ты себя чувствуешь?

— Очень странно, — слабо ответила девушка. — В голове десятки образов разом, я буквально каждую секунду вспоминаю что-то новое. Образы, звуки, формулы, различные теории и практический опыт…

Моя рука метнулась быстрее змеи, быстрее мангуста, буквально размазавшейся от скорости стрелой. Мои указательный и средний палец попали точно в цель, в особую точку на шее, «впрыскивая» с них мощное заклятие оглушения и вводя во что-то вроде искусственной комы.

— Я говорил, что ей алхимия и целительство не помогут. И что боль снять нельзя. Но не говорил, что других способов способов обойти неприятные ощущения нет, — пояснил я шокированной Кристине. — Старая добрая кома решает этот вопрос. Процентов на семьдесят — часть боли она всё-таки ощутит даже сквозь неё, ту часть, что выпадет на долю души. Так что посиди с неё денька три… нет, для гарантии — четыре. Заклятие продержит её в коме лишь сутки, так что тебе придется подпитывать его. Тут ничего сложного — плетение открытого типа, знай себе ману вовремя подавай, с этим даже Ученик справится. Так… Ну, вроде это всё, что при ней было. Та-а-а-к… Открывай портал.

— Куда? — спросила Кристина. Девушка всё ещё была удивлена, но шок прошел.

— К её дому. Ну или к твоему жилищу, как удобнее, — охотно пояснил я.

— Так, давай проясним один момент — я не собираюсь четыре дня сидеть с ней и…

— Ясно-ясно, — покивал я. — Портал-то всё же открой, там уж кого-нибудь найду.

Недоверчиво поглядев на меня, Кристина, тем не менее, открыла переход. Подойдя к фиолетовому кругу разрыва в реальности, я повернулся к девушке:

— А тебе что, особое приглашение нужно? — поднял я бровь.

— Да вот подумала, что тут остаться тоже неплохой вариант. К Хеле забегу, давно её не видела…

— Так, подруга — в своей тайной алхимической лаборатории без присмотра я тебе не оставлю. Сюда даже Хельге в моё отсутствие хода нет. Да и вообще — сейчас три часа пополудни, разгар рабочего дня. Зайдешь к Хельге позже, а сейчас — шнеля, шнеля! И проходи первая.

— Да что я…

— Береженого бог бережет, — отрезал я.

Девушка неохотно подошла к порталу. Когда ей оставался лишь шаг, чтобы переступить на ту сторону, я окликнул чародейку:

Уже у самого портала Крис, вздохнув, остановилась и повернулась ко мне:

— Ты же всё равно так или иначе навяжешь именно меня с ней сидеть, верно?

— Ну, приказывать и прям силой давить не буду, но было бы очень хорошо, если бы Маг Заклятий, умеющий телепортироваться быстрее, чем боевые маги атаковать.

— Ей что-то угрожает?

— Не то чтобы угрожает — если бы дело было в угрозах, я бы оставил её здесь. Просто пока она будет в коме, ей будет больно, она будет беспомощна… Из друзей у неё разве что Феркия с Ильхаром, но те сейчас где-то в лесах чудовищ крошат.

— Поняла… Ладно, давай её сюда. Подруга всё-таки… И пришли-те какую-нибудь сиделку, ну или ещё кого — обмывать и обтирать.

— Само собой!

Стоило Крис отправится порталом, я тут же включил восприятие и на полную задействовал весь диапазон чувств. Впрочем, сильно напрягаться и не пришлось — ощущение присутствия ученика обнаружилось сразу.

— Петя! — послал я мысль-сообщение.

Ученик ощущался в замковом дворе, занимался тренировками — работал над контролем. Молодец, приятно удивил…

— Да, учитель? — тут же откликнулся парень.

— Тебе ведь нравится Кристина?

Признаться, я ожидал, что парень хотя бы смутится. Но…

— Да, наставник, нравится, — спокойно подтвердил парень. — А что?

— Гм… А, ну да, я чего сказать хотел — я знаю, где она проведет ближайшие четыре дня одна, вынужденная находиться там безвылазно. Лучше шанса у тебя может и не быть.

— Это да… Слушаю вас внимательно, учитель…