There ain’t nothing in this world for free

I know I can’t slow down[35]

Собеседование при приеме на работу оказалось лишь формальностью. Подозреваю, Эш успел замолвить за меня словечко. За неделю до начала рождественских каникул я выхожу официанткой в «Вилладж Дели». Для меня такая работа в новинку, и первое время я занимаюсь в основном тем, что стараюсь не напортачить. Я до сих пор не опрокинула поднос на клиента – считаю, это успех! Что, впрочем, не мешает Эшу и мисс Паркс меня подгонять: «Быстрее, Скай», «Четче повторяй заказы», «Улыбайся». Десять библейских заповедей и то проще выучить. Мне в спину дышат два «начальника», и это настоящая пытка, тем более что я до сих пор не разобралась, что из себя представляет мисс Паркс. Заботливая хозяйка кафе – или прагматичная стерва? В любом случае они с Эшем составляют забавный дуэт.

Сегодня уже пятый день, как я совмещаю работу в «Вилладж Дели» со сменами в «Волшебном театре» и учебой. Здесь я тружусь по вечерам, и, пока Эш готовит кухню к горячей поре, у нас есть немного времени поболтать.

– Всего неделя прошла, а у меня такое чувство, будто я постарела на десять лет!

– Не преувеличивай.

– Я не шучу. Стоит мне надеть передник официантки, и ты превращаешься в настоящего диктатора.

– Ты знаешь, что такое дедовщина? Я просто хочу подготовить тебя к выходным. Вот когда начнется самая жара.

Я тычу в него указательным пальцем.

– Какое благородство! Только сотри эту улыбочку с лица, а то я решу, что тебе нравится мною помыкать!

– Обожаю над тобой измываться, – отвечает он и подмигивает.

С тех пор как я объявила о своем намерении остаться друзьями, Эш ведет себя довольно двусмысленно. Отказаться от повадок соблазнителя он явно не может, а поскольку между нами все кристально ясно, он искренне наслаждается, подкалывая меня. Надо сказать, что я не возражаю. Такой Эш нравится мне куда больше.

Черт, стоило только об этом подумать, и его лицо каменеет. Неужели хотел, чтобы я солгала? Но внимание Эша привлекло что-то за окном кафе. Я слышу, как звенит колокольчик над дверью.

– А вот и первые гости… Не надо делать такое лицо, поговорим после смены.

– Скай, подожди.

Он пытается удержать меня, чтобы я не успела повернуться, но уже слишком поздно. Я бессильно роняю руку с блокнотом для заказов, звуки вокруг стихают, а барабанные перепонки разрывает издевательский свист. В кафе только что вошел Джош с тремя сокомандниками. Меряет меня высокомерным взглядом, на губах – широкая ухмылка. Наша неожиданная встреча его определенно радует. Я в ужасе, и он это видит. Их компания как ни в чем не бывало садится за столик с таким видом, будто кафе принадлежит им. Они говорят громче, чем все остальные гости, и ведут себя хуже, чем все остальные.

– Не двигайся, – шепчет Эш. – Я ими займусь.

Я качаю головой.

– Не надо, ты не можешь устраивать тут драку. Я… Я приму у них заказ. Не хочу, чтобы он чувствовал себя победителем.

– Но тебе же страшно, разве нет? И вряд ли он этого не заметит.

Мисс Паркс выглядывает в зал и направляется прямо к нам.

– Скай, просыпайтесь, гости хотят есть. Уж будьте любезны, позаботьтесь о них. И пошустрее!

– Иду, мисс Паркс, – отвечаю с предательской дрожью в голосе.

С видом приговоренной к казни я делаю шаг к их столику, но мисс Паркс хватает меня за локоть.

– Милочка, да вы дрожите как осиновый лист… Может, заболели?

– Нет. Нет, мисс Паркс, уверяю вас, со мной все в порядке.

Она поворачивается к футболистам, потом к Эшу – и снова смотрит на меня.

– Я ими займусь, – бросает она. – Вы двое, возвращайтесь к работе. А вы, юная мисс, соберитесь, у нас в «Дели» так себя не ведут.

– Да, мисс Паркс, – хором отвечаем мы с Эшем.

Мисс Паркс решительно направляется к столику, за которым сидит Джош. А тот даже не пытается скрыть разочарование.

– Простите, мисс, не хочу вас обидеть, но мы рассчитывали, что нас обслужит вон та молоденькая официантка, – громко объявляет Джош, коротко кивая в мою сторону.

– Дорогуша, все, что ты можешь заказать в этом кафе, перечислено в меню. Советую поскорее озвучить свои пожелания, пока я не потеряла терпение.

Джош надувается от возмущения. Какая-то старушка поставила его на место на глазах у приятелей – такой удар по самолюбию!

– Послушайте-ка… Мы вообще-то клиенты. И пока мы платим, вы делаете все, о чем мы просим. Понятно, бабуля? – И добавляет, повернувшись к товарищам по команде: – Поверить не могу, что в таком возрасте разрешают работать официантками…

– Да будет вам известно, молодой человек, что в «таком возрасте» я не работаю официанткой, а владею этим заведением. И как его владелица, оставляю за собой право отказать в обслуживании любому, кто нарушает порядок. Иными словами, покиньте мое кафе.

Не дрогнув ни единым мускулом, мисс Паркс указывает им на дверь. На лицах футболистов читается раздражение, но выбора у них нет – не затевать же скандал. Они одеваются, бормоча под нос, что «местечко явно отстойное» и «еда отвратительная», но их ворчание ничто по сравнению с обидой Джоша. Он накидывает пальто таким образом, что якобы случайно задевает мисс Паркс, и та падает навзничь. Потрясенные гости застывают за своими столиками, а Джош направляется к выходу, даже не извинившись.

Я вижу, как Эш опирается на стойку и, одним махом перелетев через нее, срывает с себя фартук и бросает на пол. Он идет к Джошу, под татуировками перекатываются мышцы – Эш всегда работает на кухне в майке, – сжимает руку в кулак и бьет его прямо в лицо. Не ожидавший удара Джош летит кувырком через спинку дивана. Один из его приятелей бросается на Эша и прижимает к стойке, чтобы обездвижить, но Эш бьет его локтем в живот, пока тот не ослабляет хватку. А Эш тут же обрушивает на голову спортсмену стакан свежеприготовленного молочного коктейля. Шоколад вперемешку с кровью заливает его лицо, и он падает на кафельный пол. Оставшиеся двое нападают на Эша и начинают месить его кулаками, а ему приходится заслоняться руками от ударов.

– Дайте мне разобраться с этим ублюдком!

Джош, наконец поднявшийся с пола, уже раздает приказы. Его подельники заставляют Эша выпрямиться и встать на колени. Бровь и губы у него разбиты в кровь – как бы не пришлось накладывать швы. Джош подходит к нему, сплевывает на пол и сжимает ладонь в кулак.

– Пожар!

Джош удивленно оборачивается, чтобы оказаться лицом к лицу с мисс Паркс, вооруженной огнетушителем. Прежде чем он успевает сообразить, что она задумала, в лицо ему бьет струя белого порошка. Ослепленный, Джош отступает. А мисс Паркс толкает его к выходу.

– Надеюсь, это охладит ваш пыл. А теперь убирайтесь, или я вызову полицию.

Когда белый туман рассеивается, я вижу Джоша: он стоит мокрый, и менее дерзкие приятели поддерживают его под руки. Прежде чем уйти, он поворачивается и едко бросает:

– Не волнуйся, Скай, теперь я знаю, где тебя найти. Ты не сможешь всегда прятаться за спиной старушки…

С той секунды, как он вошел и сел, я стояла неподвижно. И теперь, когда за ним наконец закрылась дверь, мне кажется, будто время сдвинулось с мертвой точки. Я снова могу дышать. Убедившись, что с мисс Паркс все в порядке, Эш осторожно берет меня за руку.

– Все хорошо?

– Я… не думаю. Он ведь обязательно вернется.

Эш хочет меня успокоить, когда перед нами появляется разъяренная мисс Паркс.

– Юная леди, в моем кафе действует золотое правило: не следует тащить свои проблемы на работу.

Я испуганно опускаю глаза.

– Простите, мисс Паркс, мне очень жаль, – бормочу я, развязывая тесемки передника, прекрасно понимая, что за этим последует.

Она практически вырывает фартук у меня из рук, расправляет… и снова завязывает у меня на талии.

– Тем не менее если речь идет о каком-то мелком засранце вроде этого, то я буду только рада вправить ему мозги молочным коктейлем, – заканчивает она свою мысль, прежде чем обнять меня и ненадолго прижать к себе.

Я в таком шоке, что могу лишь смущенно бормотать слова благодарности в ответ.

– А теперь не будете ли вы так любезны убрать этот бардак? Эш, живо вернись на кухню, пока там что-нибудь не сгорело. А потом вы двое можете взять перерыв. Подозреваю, вам нужно время, чтобы привести мысли в порядок.

– Мисс Паркс, вы уверены, что хотите меня оставить? А что мы будем делать, если они вернутся?

– Что будем делать? Для начала я напишу заявление на этого наглеца. И если его семья захочет купить мое молчание, она будет очень удивлена. Такой старухе, как я, терять уже нечего. Так что не волнуйся, под страхом привлечь внимание полиции этот молодчик будет вести себя тише воды ниже травы.

Я поворачиваюсь к Эшу. Он уверенно кивает: кажется, его ничуть не удивляет решимость хозяйки кафе. А я не могу сдержать улыбку. Наблюдая подобную солидарность, я только утверждаюсь в своем мнении насчет мисс Паркс: всего за неделю она показала, что, в отличие от членов моей семьи, на нее можно положиться.

* * *

Сидя перед кафе с сигаретой в зубах, Эш прижимает к подбитому глазу пакет со льдом.

– Ты как?

– Завтра заплывет, скорее всего, но ты не волнуйся. Сама-то как?

– Я немного успокоилась… даже вздохнула с облегчением. Но мне слабо верится, что Джош на этом остановится. Он ведь вернется?

– Послушай, Скай, ты не можешь прожить всю жизнь в страхе. Не нужно. Я пригляжу за тобой, пока ты не придешь в себя. С тобой ничего не случится.

– Спасибо.

Эш глубоко затягивается и выпускает облако дыма, которое медленно рассеивается в холодном декабрьском воздухе. Витрина «Вилладж Дели» украшена разноцветными гирляндами, и огоньки отражаются в глазах Эша. До Рождества осталось всего ничего… И я впервые буду праздновать его вдали от семьи. Впрочем, подобная перспектива меня не пугает, скорее наоборот: сейчас я воспринимаю это как подарок, который сама себе сделала. И я бы очень хотела как-то помочь Эшу, чтобы отблагодарить его за все, что он для меня делает.

– Эш, у тебя есть планы на Рождество?

– Да нет. У меня смена в Сочельник. А у тебя?

– Буду встречать одна. Но мне даже нравится.

– Значит, нас таких будет двое.

– Нет, Эш. Ты не должен встречать Рождество в одиночестве. Знаешь, я поговорила с Сибилл, когда мы в прошлый раз работали вместе в кинотеатре. Она сказала, что ты не звонил им с самого ее дня рождения, а им тебя очень не хватает. И ей, и Элиасу. А поскольку ты не отвечаешь на ее сообщения, то я возьму на себя инициативу и сообщу тебе, что ты идиот и будешь отмечать Рождество с ними.

Эш бросает окурок под ноги и сдвигает брови, как будто я всего лишь девушка, которую он пытается охмурить. Правило номер один: не лезть в личную жизнь другого. Но мы с тобой не играем, Эш. Так что, хочешь ты этого или нет, я тебя достану.

– Знаю, что мелкий будет рад, но…

– Эш, ты сделаешь это не для Элиаса и не для Сибилл. Ты сделаешь это для себя. Если история с абортом меня чему-то и научила, так это тому, что не нужно ждать, пока человек исчезнет из твоей жизни, чтобы показать, как сильно ты его любишь. Ты понимаешь, о чем я?

Насупившись, Эш отворачивается и поднимает взгляд к ночному небу.

Красные и зеленые лампочки поблескивают в его затуманившихся глазах.

– Да, я понимаю.

– Тогда скажи, что ты пойдешь к ним на Рождество.

– Обещаю.

Я улыбаюсь, радуясь в первую очередь за него, а потом уже за себя. Он не может избегать Сибилл до самого ее отъезда. Он должен воспользоваться оставшимся временем и провести его со своей подругой и ее сыном. А потом… Потом поглядим. Надеюсь, я буду рядом, чтобы поддержать его, как он поддерживает меня.

– Жутко раздражает, что ты постоянно тычешь меня носом в мои ошибки.

– В смысле?

– В смысле, это для тебя работа со мной должна была стать сущим адом, а не наоборот.

В другое время его слова разозлили бы меня. Но сейчас, с синяком под глазом и разбитой губой, он усмехается до того очаровательно, что мое сердце невольно замирает.