Девочки давно уже не наведывались на свалку. Хотя домик Пигмеев находился совсем неподалеку.

– Сколько времени прошло с тех пор, как мы им лестницу подпилили? – спросила по дороге Вильма.

– Шесть недель точно, – ответила Фрида.

Подпиленная лестница была местью за кусок коровьего желудка, закинутый Шпроте в сумку, – и последней каверзой, которую они друг другу устроили. Как-то внезапно стало не прикольно постоянно выдумывать друг для друга разные гадости. Похоже, и Пигмеям это тоже надоело. Персональная месть Тортика была исключением.

Впрочем, Мелани утверждала, что парни стали так миролюбивы, потому что по горло были заняты утеплением своего домика. А Вильма твердо верила, что у Стива между гадальными картами спрятан список разных пакостей, записанный шифром, который он сам выдумал и с помощью которых они хотели подсластить Курам безнадежно унылую зиму. До сих пор Вильме так и не удалось стащить у них этот позорный листок. Стив берег свои карты как святыню.

– Слушайте, а шесть недель назад эти бульдозеры тоже тут стояли? – спросила Вильма, когда они притормозили у ворот на свалку.

С неба падали отдельные снежинки. Было адски холодно.

– Так, в прошлые выходные их тут не было, – заявила Мелани и покраснела под слоем крема от прыщей, заметив, что остальные смотрят на нее с удивлением. – Да не смотрите вы так! Да, я здесь была тогда. Я даже в домике на дереве была. Парни захотели, чтобы я им помогла краску найти. – Дрожа от холода, она подняла воротник куртки. – Что такого? Меня теперь расстреляют как предательницу? Между прочим, они не так действуют мне на нервы, как вы. Иногда мне кажется, что я бы лучше осталась с ними. Наш тайный шифр я им не выдала и Тайную книгу тоже не приносила, окей? Хотя в ней всё равно ничего интересного нет.

– Да ладно, не парься, – сказала Фрида. – Если они тебя не бесят, тогда норм. – Она подкатила свой велосипед еще ближе к большим воротам. – Вывески этой тоже наверняка не было?

На двух высоких столбах посреди площади красовался гигантский щит.

– «Наше хранилище мусора и старья расширяется, – читала Фрида. – После завершения строительных работ объем хранения увеличится вдвое. Предполагаемая дата начала работ: 14 ноября». – Фрида с удивлением огляделась. – Куда они собираются расширяться? – Она повернулась к остальным. – Они же лес валить собираются!

Не веря своим глазам, они смотрели на щит. Пока Вильма со смехом не сказала:

– Вот номер! У нас наконец-то появилась своя штаб-квартирка, зато Пигмеи свою теряют. Что за бред?

– Да уж, бред, – пробормотала Шпрота, рассматривая щит.

– Что тут смешного? – набросилась Мелани на Вильму. – Парни столько сил на этот домик потратили. Для них… – она откинула волосы с лица, – для них это как дом родной.

– Ну и что? – обиженная Вильма перегнулась через руль своего велосипеда. – Ты помнишь, как они потешались, когда наш дощатый домик перевернулся? Ты что, уже забыла их тупые шуточки?

– Мелли, уймись, – сказала Шпрота и вкатила свой велосипед в пространство между их двумя. – Вильма права. Пигмеи – мастера злорадства.

– Чушь какая! – Фрида спрыгнула с велосипеда и подкатила его рулем прямо к Шпроте. – Не надо эти их глупости принимать всерьез. Если надо, они нам всегда помогают. Нам что, пришлось их долго умолять помочь нам в субботу? – И с решительным видом она зашагала в открытые ворота.

– Что ты задумала? – обеспокоенно крикнула Шпрота.

– Спрошу, куда они собираются расширяться, – ответила Фрида, не оборачиваясь. Она пробиралась среди гор автомобильных обломков и строительного мусора, пока не оказалась перед дощатой будкой, где сидел охранник и слушал радио. Ни секунды не колеблясь, Фрида постучала в дверь.

– Как она не боится, – прошептала Вильма с уважением. – Мне всегда дико не по себе, когда надо незнакомым людям позвонить или что-то спросить.

– Тебе-то что, ты можешь им сразу водяной пистолет под нос сунуть, – сказала Мелани.

– Фрида стала смелее только после того, как начала работать в этой группе, – проговорила Шпрота. – Ну, в этой… название мне никак не запомнить.

– Terre des hommes[2], – язвительно сказала Мелани. – Она называется «Тэрр дезом». Это французское название. Охранник, кстати, не открывает. Нет, вы только посмотрите. Она снова стучит.

Фрида энергично барабанила кулаком по дощатой двери. На этот раз успешно. Недовольное лицо охранника показалось в проеме. Остальным Курам было не слышно, что говорит Фрида, но они видели, как охранник что-то отвечает, указывая рукой на лес. Потом он захлопнул дверь у Фриды перед носом. С унылым лицом она вернулась назад.

– Ну говори же, что ты там узнала, не томи! – сказала Шпрота, когда Фрида вернулась к ним.

– Весь лес срубят, – ответила Фрида. – С понедельника бульдозеры приступают к работе. Пруд, возле которого у парней домик на дереве, они засыплют.

– О нет! – застонала Мелани. – Парни уже сколько недель не покладая рук там урабатываются.

Сжав губы, она смотрела на лес.

– Вот что я скажу. – Шпрота развернула велосипед. – Пусть-ка они сами обо всём этом узнают. А мы быстренько добудем проволоку – и прочь отсюда. Не парьтесь.

Но Фрида энергично помотала головой.

– Нет, так нельзя. Считаю, что мы должны им об этом сообщить.

– И я так же думаю, – вставила Мелани, посмотрев на бульдозеры.

– Ну, как хотите. – Вильма пожала плечами. – Не удивлюсь, если они еще и вину за весь этот ужас на нас возложат.

– Очень может быть, – проговорила Шпрота. – Ах, да по барабану. Пошли.

Они молча подкатили велосипеды к опушке, защелкнули на них замки и отправились к домику Пигмеев. Под деревьями уже было темно, но девочки хорошо знали дорогу.