Май
День свадьбы Сони и Стаса. Приняв душ, я делаю селфи в зеркало. На мне – майка, шорты и тюрбан из полотенца. Посылаю фото мистеру Дораку.
Лавандовая Весна 13:03
Ну разве не красотка?
Niten Doraku 13:05
Ты всегда была красоткой.
Я возмущаюсь.
Лавандовая Весна 13:05
Ну уж нет! Этим сообщением ты просто взял и перечеркнул весь мой труд. Это совсем не то, что хочет услышать девушка после пяти месяцев голодовки!
Niten Doraku 13:06
Я просто не успел дописать! Ты всегда была красоткой. Но сейчас стала просто совершенством.
Лавандовая Весна 13:06
Ладно, ладно. Притворюсь, что поверю в «не успел дописать». Выпьем за мой успех? Дзы-ы-ынь!
Я посылаю ему фото руки с чашкой кофе.
Niten Doraku 13:07
Дз-ы-ынь!
Вместе с сообщением он посылает мне аналогичное фото со стаканом кофе. Его рука снова в перчатке.
Получить фото от мистера Дораку – огромная неожиданность. Я даже поперхнулась кофе. Судя по всему, он в помещении. Стол, ноутбук, стеллаж с растениями в горшочках, симпатичный букет цветов в необычной плетеной упаковке.
Лавандовая Весна 13:08
Вау, какая щедрость! У меня теперь две твоих фотографии!
Лавандовая Весна 13:08
Может, пришлешь мне по почте свою перчатку? Я буду обнимать ее ночью.
P. S. Кто дарит вам цветы, мистер Дораку?
Niten Doraku 13:08
Что еще ты будешь делать с ней?
P. S. Таинственные поклонники =)
Лавандовая Весна 13:09
Над подробностями стыдливо опускается занавес.
Niten Doraku 13:09
Очень жаль. Я могу ее прислать, только если получу подробную инструкцию по будущей эксплуатации.
Улыбаюсь. Чувствую, как горят щеки. Между нами что, флирт с эротическим подтекстом? Вот это да!
Лавандовая Весна 13:09
Обойдешься. Тогда я куплю себе другую.
Niten Doraku 13:10
Я расстроен.
Я красиво завиваю волосы, очень долго крашусь. И почему по видеообучалкам кажется, что шикарный макияж – это так просто, дело двух минут? Может, у меня руки растут не из того места, но мне требуется ужасно много времени, а глаза от бесконечного стирания становятся красными, как у какого-то вампира.
Но в общем более-менее приличный макияж я делаю.
Надеваю колготки, аметистовое платье, которое теперь с легкостью застегивается, бежевые туфли-лодочки. Любуюсь собой в зеркало. Гордо улыбаюсь. А я, оказывается, совсем не тряпка. Взяла себя за горло и стала настоящей красоткой.
Чувствую, как растет уверенность в себе. Даже глаза стали другими и словно поменяли цвет – они яркие, насыщенно-зеленые, в них зажглась жизнь.
Во время сборов продолжаю общаться с мистером Дораку.
Пишу ему, что волнуюсь. Он поддерживает и подбадривает меня.
На свадьбу придут и Серж, и вся тусовка… Они явно мне не обрадуются, весь вечер будут смотреть с неудовольствием. Подумают, что я там совсем не к месту. Меня ведь пригласили из жалости и вежливости, и по всем правилам я должна была отказаться… А я согласилась. Но еще они будут разглядывать меня по другой причине. Потому что я стала шикарной. Они все просто охренеют, особенно Серж.
Он будет пялиться весь праздник. Сравнивать меня, красивую и сексуальную, со своей высохшей воблой Марго, кусать себе локти и жалеть, что порвал со мной.
На такси подъезжаю к ресторану. У меня в руках – букет из маленьких кустовых роз.
Таксист спрашивает, не против ли я, если он высадит меня на другой стороне дороги, у пешеходного перехода, нужно будет немного пройти пешком. Это быстрее, чем разворачиваться. Я соглашаюсь.
Место для ресторана неподходящее, вокруг – промзона.
Я быстро иду по тротуару, вся погружена в мысли. Сильно волнуюсь. Думаю о том, что в ресторане нужно будет сразу зайти в дамскую комнату, поправить прическу и платье, посмотреть, все ли в порядке с макияжем. Не замечаю на пути сливную решетку… Впечатываюсь в нее и намертво застреваю обоими каблуками. Машу руками, как бешеная курица. Беспомощно озираюсь по сторонам.
Чувствую, что теряю равновесие. Даже на корточки не сесть – каблуки так плотно застряли, что я не могу ни ногу вытащить, ни даже пятку поднять. Единственная поза, которую можно принять, чтобы не упасть и не сломать лодыжки, – это поза огородника.
И вот я стою, руками упираясь в асфальт, моя пятая точка тянется к ласковому весеннему солнышку, а я совершенно не представляю, что мне теперь делать!
– Еся? – раздается удивленный и до боли знакомый голос.
Я закрываю глаза, стискиваю зубы. Нет, нет! Только не он! И только не сейчас! Все мои месяцы стараний впустую!
Открываю глаза, поворачиваю голову и улыбаюсь.
– Привет, Серж! Привет, Марго! – говорю я так бодро, будто вовсе не попала в западню и все идет по плану.
Серж смотрит на меня удивленно, Марго – со злобным торжеством.
– Тебе помочь? – спрашивает Серж.
– Помочь? – Я изображаю удивление. – Нет! Я просто решила тут перед свадьбой позаниматься йогой. А то сидеть еще кучу часов, спина устанет.
Он хмыкает, но по-доброму:
– Давай я помогу.
– Серж, вообще-то мы уже опаздываем, – недовольно протягивает Марго.
Но Серж ее не слышит. Он крепко хватает меня за талию, и с его помощью я наконец-то принимаю вертикальное положение. Затем он садится на корточки.
– Обопрись на меня!
Я слушаюсь. Он колдует с моими туфлями, раздается треск – и я понимаю, что могу шевелить левой ногой! Еще треск – и моя вторая нога также освобождается.
Серж поднимается и довольно на меня смотрит:
– Ну вот, готово!
– Спасибо! – сгорая от стыда, выпаливаю я.
Больше всего хочется провалиться сквозь землю. Я столько планировала этот день: как предстану перед Сержем вся такая прекрасная и буду блистать, а он не сможет оторвать от меня взгляд. Единственное, что во мне сейчас блистало, – это поднятый к солнцу зад.
Ну почему, почему на месте Сержа и Марго не оказались другие гости? Кто угодно! Почему именно они? На свадьбу можно и не ходить, все пропало… Я не предстала перед Сержем в новом обворожительном облике. Я все та же смешная и неуклюжая Еся, которой в жизни везет только в одном: попадать в самые дурацкие ситуации!
Немного переведя дух, я наконец-то могу разглядеть Сержа и Марго.
На Серже – узкие коричневые брюки и светло-голубой пиджак. У Марго в руках букет в плетеной оберточной бумаге. Платье ей совершенно не идет, ну, кроме цвета – кроваво-красного. Низкая посадка на талии и облегающий низ. Объемные рукава, глубокое декольте. Оно совсем не в ее стиле. Худосочной Марго, у которой нет ни груди, ни бедер, зато хорошо развиты натренированные плечи, противопоказано такое облегание внизу и расширение вверху: ее фигура стала похожа на перевернутый треугольник. По лицу Марго я вижу, что платье ей не нравится. Тогда почему надела его?
Повисает неловкая пауза. Мы с Сержем как будто судорожно думаем, что еще сказать, но не находим слов. Марго тянет его за рукав:
– Серж, пошли.
Он подчиняется и кивает мне:
– Ладно. Увидимся на свадьбе.
Они уходят, а я провожаю их тоскливым взглядом. Что делать? Если сейчас вызову такси и уеду, это будет означать мое поражение. Марго явно обрадуется. Нет уж, такой радости я ей не доставлю. Я все равно пойду на эту свадьбу и буду там самым веселым и активным гостем всем назло.
Подражая Джеку Воробью в той сцене, где он с гордым видом ступает на пристань с тонущей лодки, я делаю решительный шаг и слышу звук, похожий на «тдык». Останавливаюсь. Когда раздается еще один «тдык», я внезапно становлюсь на десять сантиметров короче. Сначала я не понимаю, что произошло. Опускаю взгляд на свои туфли… и из груди невольно вырывается стон.
Нет! Ну что за день такой?
Мои лодочки превратились в балетки с задранными носами. Оба каблука лежат на асфальте и соединяются с туфлями только тонкой ниточкой засохшего клея. Мне срочно нужна новая обувь.
Гуглю ближайшие торговые центры. К сожалению, ресторан в какой-то дыре, поблизости их нет. Но неподалеку на карте точка: «Обувной магазин». Он в двухстах метрах. Соня и Стас очень просили не опаздывать, но если я потороплюсь, то успею.
Гусиной походкой шагаю в сломанных туфлях. Строю предположения: какая обувь там будет? Найдется ли что-нибудь приличное? Вот бы найти бежевые лодочки, похожие на мои… мягкие, кожаные, удобные.
Параллельно наговариваю мистеру Дораку аудиосообщение, где рассказываю о своей беде.
Niten Doraku 15:49
Еся, ты будешь выглядеть прекрасно даже босиком. Не переживай из-за такой мелочи, просто хватай любые туфли. Уверен, что несколько более-менее приличных вариантов найдется даже в захудалом магазинчике.
И вот останавливаюсь перед захудалым магазинчиком. И чем дольше я разглядываю его, тем меньше у меня требований к будущим туфлям.
Передо мной два входа. Над одним – потертая вывеска времен 90-х «Соки и воды», над вторым – ржавая табличка «Обувной».
Ладно, это могут быть и черные, не обязательно бежевые…
В магазинчик ведет разбитое замусоренное крыльцо. У основания – что-то подозрительно похожее на засохшую блевотину.
Ну хорошо, я рассмотрю не только шпильки, подойдет любой каблук.
Из «Соков и вод» выходит опухший мужик в спорткостюме. Он прислоняет бутылку пива к перилам, стучит по крышке кулаком. Раздается шипение.
Окей, окей, я согласна даже на кожзам!
И тут я замечаю висящий на перилах использованный презерватив…
Ладно, пусть это будут просто… туфли!
Я словно поднимаюсь по ступенькам гильотины в час моей казни.
Беглого взгляда достаточно, чтобы понять: в этом магазине мне хватит пяти минут. По центру витрины гордо стоит одна-единственная пара туфель будто специально под мои запросы.
Обуваюсь и смотрюсь в пыльное надколотое зеркало. Определенно, это самые уродские туфли в мире: ядовито-фиолетовые, как химозная виноградная газировка, на низких золотистых каблуках и с золотистыми бантами. Такие в моем детстве носила Бастинда на иллюстрациях к «Волшебнику Изумрудного города». Куда лучше просто прийти в нейтрально белых кедах, но в магазине и таких нет. Собственно говоря, здесь нет ничего, что бы мне подошло. Резиновые сапоги, черные грубые мужские туфли, зеленые ботильоны на шпильке под крокодиловую кожу, желтые шлепанцы, детские туфельки с перемычкой и бантиком, меховые тапки.
Я делаю селфи в зеркало и посылаю мистеру Дораку.
Лавандовая Весна 16:04
Это провал!
Niten Doraku 16:05
Все не так плохо. Образ злобной правительницы страны Мигунов определенно должен придать тебе уверенности в себе!
Он также послал смайлик.
Хмурюсь и пишу новое сообщение.
Лавандовая Весна 16:06
Это самое приличное, что тут есть. Я просто в ужасе!
Niten Doraku 16:07
Мне вчера привез еду курьер, который явно сбежал из Изумрудного города в своем зелененьком костюме и на зелененьком кастомном велосипеде. Вишенка на торте – остроносые зелененькие сапожки с отворотами. Дать его контакты? Вы бы вместе могли захватить власть над Волшебной страной.
Я очень сержусь. Мне нужна помощь, а он там забавляется! Глаза намокают от слез. Чувствую, что вот-вот разрыдаюсь.
Лавандовая Весна 16:06
Мистер Дораку, хватит надо мной ржать! Мне и так не по себе. Я выгляжу как большая виноградина. Не буду ничего брать и вообще не пойду на эту свадьбу.
Niten Doraku 16:07
Прости дурака за глупые шутки. Еся, все просто отлично! Смело хватай эти туфли, в них есть изюминка, которой тебе не хватало: это дерзость. Ты выглядишь шикарно, и ты им всем покажешь! С гордой улыбкой войди в зал в туфлях Бастинды и не сомневайся ни на секунду в своей неотразимости. Дерзай. Я с тобой.
Я улыбаюсь сквозь слезы. Это уже настоящая поддержка.
Я вхожу в зал. Он темный: нет окон, освещение плохое. Помещение украшено тканью и воздушными шарами, все в красно-белом цвете. Одну половину занимают круглые столы, посередине – стол молодоженов. За ними – стена, декорированная шарами и тканями. Красный ромб с диагональной белой полосой. Что-то это мне напоминает, только не могу вспомнить что. Вторая половина зала свободна. Здесь танцпол и фуршетные столики с закусками. Торжество пока не началось, и многие собрались именно тут.
Стаса и Соню замечаю сразу, в группе людей недалеко от стола с напитками.
Платье Сони огромное и пышное, в нем не меньше семи колец. Рукава-фонарики спускаются с плеч. На поясе – атласная красная лента. Волосы зализаны назад, на голове – корона. Соня похожа на вкусную зефирку.
Стас одет в черный костюм, который ему, кажется, великоват.
Рядом стоят подружки невесты, среди них Марго. На всех одинаковые красные платья. Вот в чем дело! Марго – подружка невесты, и наряды им всем, очевидно, выбирала Соня. Наверняка Марго долго упиралась, но в конце концов уступила. Это открытие мне безумно нравится.
Покачивая бедрами, я походкой топ-модели шагаю к этой группе. С воодушевлением и улыбкой здороваюсь со всеми, поздравляю молодоженов. Всячески изображаю, как мне тут здорово и как я рада быть частью праздника.
Все замечают, как я изменилась. Соня говорит, что я выгляжу здорово. Я игриво кружусь, бесстыдно показывая со всех сторон свои достоинства. Сейчас я себе безумно нравлюсь, даже забываю, что на мне самые уродские туфли в мире. Но, кажется, их особо никто не замечает. Все глазами измеряют мой вдруг откуда-то появившийся плоский живот, аккуратные бедра и красивую грудь.
– Пойду за напитками, – сообщает Серж. – Кому принести?
– Принеси мне, – требовательно протягивает Марго.
– А что тебе?
– Что обычно, – отвечает Марго с легким раздражением.
Серж хмурится:
– А что обычно?
Марго раздражается сильнее, закатывает глаза:
– Ладно, принеси мне сухое шампанское.
– Окей.
Кажется, Серж не замечает настроения Марго. По опыту знаю, что намеки он не понимает. Только когда что-то предъявляешь ему в лоб.
Я решаю сходить за напитком сама, посмотрю своими глазами, из чего можно выбрать. Но чуть позже, когда Серж придет. Не хочу, чтобы все подумали, будто я побежала за ним.
Серж приносит два бокала: высокий с шампанским и пузатый, без ножки, с чем-то темным, со льдом. Один бокал Серж отдает Марго, а второй протягивает мне.
– Это… – вопросительно смотрю на него.
– Да, черный мартини, – довольно говорит он.
– Спасибо.
Я улыбаюсь. Он помнит, помнит, что я люблю! А что любит Марго – нет. Либо еще не успел выучить, либо для него это просто не важно. От этой мысли сердце стучит быстрее. Неужели… это что-то значит? Или я придумываю себе то, чего нет?
Я бросаю взгляд на Марго и понимаю, что она тоже думает об этом. И злится.
Начинается торжество. У каждого гостя свое место, и спасибо Соне и Стасу, что меня не посадили за стол к Сержу и Марго. Зато меня посадили к родственникам.
Вообще, родственников на празднике больше, чем гостей, и все в возрасте, ровесники родителей. Со мной рядом сидит милая бабушка Сони. Она делает комплимент моим туфлям и по большому-большому секрету говорит мне, что эту свадьбу целиком оплатил ее сын, папа Сони. Она кивает на лысого здоровяка за соседним столом. А, так вот, значит, кто тут такой громкий и из-за кого мне почти никого больше не слышно.
Торжество начинается с поздравлений и раздачи подарков.
Папа Сони подходит к молодоженам первый, говорит длинный тост, используя футбольные жаргонизмы. Например, пожелание детей он выражает весьма странным способом: командует Стасу побыстрее «забить гол в эти ворота». После чего широкой ладонью сильно хлопает Стаса по худенькой спине так, что тот теряет равновесие и чуть не валится вперед.
Собственные шутки кажутся папе Сони страшно остроумными, он произносит их с ужасно довольным лицом и в конце каждой заходится грубым смехом.
Я кошусь на стену позади молодоженов и понимаю, на что она похожа! На эмблему «Спартака»! Все сходится. Папа Сони – ярый футбольный фанат. Свадьбу оплатил он, и украсить здесь все в цветах любимой команды явно велел он.
Под конец папа Сони с гордостью протягивает молодоженам пухлый конверт и предупреждает: это на маленького футболиста. Своей речью он смущает Стаса и раздражает Соню.
Поздравления растягиваются надолго. Я выхожу одной из последних. Дарю букет из роз и конверт. Желаю молодоженам счастья и чтобы в их жизни все было только так, как они хотят.
Дальше начинается программа. Я пью много мартини и веселюсь. Участвую во всех конкурсах, почти не сижу на месте. Охотно знакомлюсь и болтаю с гостями. Ко мне клеится какой-то старпер с пивным брюшком. Он оказывается дядей Сони. Дядя с гордостью говорит, что он владелец сети магазинов глазированных сырков, а затем настойчиво выпытывает мой адрес, желая отправить мне целую коробку самых разных сырков.
Часто украдкой бросаю взгляды на Сержа: что он делает? Смотрит ли на меня? Какое у него настроение? Но Серж меня разочаровывает. Он будто обо мне забыл. Все внутри опускается: неужели мои старания и правда впустую? Серж не замечает во мне перемен, у него не осталось ко мне никаких чувств и для него я просто бывшая?
Конкурсы прерываются на танцы.
Музыка почти вся заточена под родственников. Чувствую себя на дискотеке 80-х.
Затем – первый танец молодоженов.
– А песню для первого танца молодых имел честь выбрать папа невесты! – с гордостью объявляет ведущий.
Я с ужасом гадаю, что это будет за песня.
Начинает играть «Знаешь ли ты» певицы Максим. Хм, выбор не так уж плох. Это куда лучше, чем «А белый лебедь на пруду…» или «Я люблю тебя до слез!». А от такого человека, как папа Сони, можно ожидать какой угодно подставы.
Но оказывается, что я все-таки недооценила папу Сони. Уже через десять секунд он громким басом начинает подпевать. А вслед за ним – и его друзья. И тут я вспоминаю, что эта песня – неофициальный гимн болельщиков «Спартака»! Вот почему такой выбор. И теперь, не имея слуха и голоса, зато бурно желая продемонстрировать всем свои вокальные данные, толпа мужиков орет и перекрикивает запись.
Я смотрю на молодоженов. Мне их ужасно жаль. Стас топчется в танце с растерянным видом. Лицо Сони каменное. Она пытается всеми силами не дать прорваться истинным эмоциям, далеко не самым позитивным. Но вот над цветом лица она не властна – и потому сначала бледнеет, потом зеленеет, а потом краснеет. Переговаривается со Стасом. Наверное, молится, чтобы вся эта клоунада побыстрее кончилась.
А клоунада все не кончается.
Папа Сони встает, за ним – все его друзья. Они обнимают друг друга и раскачиваются из стороны в сторону. Песню орут все громче. Завтра большинство наверняка проснется без голоса.
Теперь я думаю, что для такой свадьбы мои туфли не так уж плохи…
Песня кончается, и начинает играть следующая, тоже медленная. На этот раз танцевать выходят все парочки. С досадой смотрю, как Серж танцует с Марго. А потом замечаю, что по залу в поисках отгадайте кого ходит дядя Сони. Прихватываю свой бокал мартини и выбегаю в холл, пока сырковый магнат меня не засек.
Отсюда на задний дворик ведет дверь, выхожу на улицу. Удивительно, но тут довольно уютно: небольшая зеленая лужайка, пара скамеек, стильный деревянный забор. Даже декоративные фонарики есть. Я ожидала увидеть голый асфальт и мусорные баки…
Дверь шумно распахивается. Выходит Соня, сердитая, взвинченная. Достает из-под лавочки пачку сигарет и зажигалку, нервно закуривает. Протягивает пачку мне.
– Не курю.
– Чего тогда тут делаешь? – удивляется она.
– Прячусь от твоего дяди. Пока он не посадил меня на своего глазированного коня и не увез в творожное царство.
Соня хихикает:
– Да, мой дядя тот еще принц!
Тут дверь открывается и появляется Света, моя соседка по столу, – женщина в зеленом платье в пол и в шляпке с вуалью на голове.
– Вы Гошу не видели? – спрашивает она нас.
Мы отвечаем отрицательно. Света уходит. Соня о чем-то задумывается, делает затяжку, выдыхает дым.
– Представляешь, я даже не знаю половины гостей, – хмыкает она. – Эта, например, кто была? – Она кивает на дверь. – Я вот понятия не имею. И кто такой Гоша?
– Это Света, коллега твоей тети Марины, – охотно рапортую я. – Гоша – ее сын. Ему двадцать четыре, и это был хитрый совместный план твоей мамы и тети Марины – привести на свадьбу Гошу и свести его с Таней, дочкой тети Кристины…
Соня смотрит на меня во все глаза.
– Я просто сижу за столиком с родственниками, – пожимаю я плечами.
– Извини, – смущается Соня. – Мы долго думали над рассадкой, у нас половина гостей не стыкуется друг с другом, поэтому пришлось так…
– Ничего, я даже рада, – успокаиваю я Соню и подмигиваю: – Если вдруг нужно досье еще на кого, обращайся. Я тут всех выучила.
Наступает пауза. Соня затягивается, явно о чем-то размышляя, я делаю глоток.
– Я вообще не хотела эту дурацкую свадьбу, – вдруг бросает Соня в сердцах. – Но родители пообещали оплатить первый взнос за нашу ипотеку, и свадьба была их условием. Ты видела моего папу, да?
Я киваю.
– Он требовал торт с логотипом своего «Спартака», но я уперлась: если на свадьбе планируется такой торт, то никакой свадьбы не будет вообще. И так здесь все как он хочет: и оформление, и музыка, и все-все-все. Вот как тебе мое платье, например?
– Милое. Тебе хорошо, – осторожно говорю я.
– Не ври! – хмурится Соня и с досадой оглядывает себя. – Я в нем как баба на чайнике, особенно с моим мелким ростом. Платье тоже выбирал папа. И подружкам невесты это он выбрал красный цвет. А я не хотела им его – он слишком кричащий, на их фоне я теряюсь…
– Да ладно, все не так плохо! – Я пытаюсь подбодрить Соню. – Расслабься, выпей, потанцуй. Все сегодня кончится, немного осталось. А дальше со Стасом будете делать что хотите: уедете куда-нибудь, отдохнете! Там можешь и платье себе новое купить для идеальной фотосессии. А фотки с этой свадьбы распечатать и сжечь.
Соня смеется.
– А это идея! Пожалуй, так и поступлю. Ты видела этого фотографа? – Она понижает голос. – Он одет в какой-то ковер! Боюсь даже представить, что он там нафоткает…
За Соней приходит Стас и говорит, что папа ее ищет. Соня со Стасом уходят, а я остаюсь в компании своего наполовину полного бокала.
Захожу в соцсети. Проверяю, есть ли новые истории в профилях Сержа и Марго. Мне интересно, выложили ли они что-то со свадьбы. Но Марго опубликовала только одну историю перед выходом – селфи в зеркало с цветами и подписями: «Спасибо бутику “Чашка кофе и три пиона” за нежнейший букетик и быструю доставку».
В истории есть ссылка на цветочный бутик, перехожу в его профиль. От нечего делать разглядываю посты с миленькими букетиками в оригинальной плетеной бумаге. Никогда такую не видела. Видимо, это фишка магазина. На многих фото букетики стоят на бледно-зеленом столе, столешница разрисована узорами-веточками.
Открывается дверь. Я напрягаюсь: вдруг это дядя Сони? Но это… Серж.
Он не удивляется, увидев меня, просто смотрит, застыв на месте. Кажется, у него ко мне зреет какой-то вопрос.
– Марго сюда не выходила, – говорю я, подумав, что он ее ищет.
– Я не к ней. – Он не уходит.
А зачем он тут? Он не курит… Просто подышать, как и я? Или же он вышел специально, зная, что найдет здесь меня? Я напрягаюсь. Не знаю, чего ожидать. Он собирается выяснять отношения? Мы опять будем выносить друг другу мозг насчет нашего разрыва? Но по его взгляду понимаю, что вряд ли он станет в чем-то меня винить. Он пришел с добром, и я расслабляюсь.
– Я к тебе. – Голос Сержа звучит странно, как-то тяжело и важно, будто он оглашает приговор. – Хотел спросить… Как твои дела? Как ты живешь вообще? – Теперь в его тоне слышится неловкость.
– Все нормально, – пожимаю я плечами. – Снимаю квартиру рядом с работой. Получила повышение.
– Правда? – Новость его радует. Ложь про работу он не раскусил. – Поздравляю!
– Спасибо.
– Ты… – Он запинается. – Тебе все сегодня это говорят… И я бы тоже хотел сказать… В общем, ты отлично выглядишь!
Его смущение меня удивляет. Мы словно превратились в шестиклассников.
– Минус девять килограммов, – говорю я так небрежно, будто сбросить их ничего мне не стоило.
– Ты молодчина, Еся! – восклицает он. – Я очень рад! Видишь, и с работой все наладилось! Стоит взяться за себя с какой-то одной стороны, как не заметишь, что и с других тоже все налаживается!
Он горд и искренне рад.
– Ты прав, – соглашаюсь я язвительно. – Стоит избавиться от якоря, как кораблик тут же поплывет.
Серж поникает. Почему-то становится гадко на душе, ведь он сейчас искренен, как ребенок. Может… он не такой плохой? И не изменял мне с Марго? А расстался со мной… Ну… Многие расстаются. Чувства могут угасать и вспыхивать заново с другими.
Серж смотрит на меня с глубокой тоской и тихо говорит:
– Прости меня.
Я будто врастаю в землю. В этих двух словах на самом деле скрыто так много. Он признаёт вину за наше расставание. Мы больше не два упрямых и гордых осла, готовые с жаром доказывать свою правоту. Серж решил выйти из этой битвы и признать поражение.
– Я очень и очень виноват. – Он смущенно проводит по своим волосам, не зная, куда деть руки. – Я много думал о нас. И понял, что я не так должен был расстаться с тобой. Точнее… Я не должен был расставаться с тобой вообще.
Последнее предложение он говорит медленнее и с расстановкой.
Все мои накопившиеся обиды на Сержа испаряются в один миг – остается только тоска. А в голову почему-то лезут только хорошие воспоминания о временах, когда мы были вместе. И вдруг мне хочется убежать с этой свадьбы вместе с Сержем. Купить вина, посидеть в парке, рассказать о том, что со мной произошло за несколько месяцев. Послушать, что нового у него. Сжимаю бокал с такой силой, что он вот-вот треснет. В горле будто застрял шарик, не могу сказать ни слова. Волнуюсь, отвожу взгляд. Бегаю глазами туда-сюда по дворику.
Но тут во мне просыпается она – Мстительная Бывшая, которую позорно бросили.
«Эй, тряпка! Ты что, в таком отчаянии, что готова простить его после парочки сопливых фраз? Это так низко… – слышу я ее презрительный и разочарованный голос. – И это не в твоих интересах. Ты собиралась отомстить, помнишь? А что делаешь сейчас? Хочешь снова замутить с ним, чтобы он опять бросил тебя? Нет? Что? Ах, думаешь, он может измениться? Как бы не так! Такие не меняются. Выброси из головы эти глупости! Не поддавайся ему. Покажи, что так легко ему не загладить свою вину. Ну же, скажи что-нибудь резкое, заставь его почувствовать себя ничтожеством!»
Я выпрямляю спину. Наконец-то осмеливаюсь встретиться с Сержем глазами. Я считаю, что он все еще с гнильцой, и хочу донести ему это взглядом.
– Хм, как интересно, – говорю я с напускной наивностью. – А ты уже обсуждал это с Марго?
Серж стушевывается:
– Марго – моя ошибка, Есь.
– А она об этом знает? – усмехаюсь и изгибаю бровь. Мстительная Бывшая сейчас у руля. Поэтому словами Сержа я не проникаюсь.
На этот раз Серж запускает в волосы две руки, растерянно проводит ладонями по черепушке. У него несчастный вид.
– Нет. Но у нас ничего не получается… Мы часто ругаемся. Я думал, что мы подходим друг другу. Но понял, что нет.
– Да неужели? – Я притворно удивляюсь. – Как это так? Вы же такая спортивная пара! По утрам печете протеиновые блинчики, затем дружно – на пробежку… В субботу – на какой-нибудь марафон, а в воскресенье закупаетесь в отделе правильного питания… Вы же можете все делать вместе… Прямо семейная идиллия!
– Есь, я так и думал, да, теперь знаю, что дурак, – виновато признается Серж. – Думал, что общие интересы сильно помогают в отношениях. Но все не так. Не интересы решают, будете ли вы счастливой парой или нет.
– А что же тогда? Поделись рецептом семейного счастья, раз уж ты его открыл.
Серж пристально смотрит на меня, будто этот рецепт написан на моем лице.
– Я думаю, это в первую очередь эмоции, которые один человек испытывает рядом с другим, – отвечает он задумчиво. – Эмоции, которые ты давала мне… Они ни с чем не сравнимы – сильные, яркие и очень приятные. С тобой я был… живым. Это как в детстве: поездка на море, школьные каникулы, покатушки на мотоцикле дяди Васи.
Мда-а-а. Меня еще никто не сравнивал с покатушками на мотоцикле дяди Васи!
Но все равно звучит это потрясающе… Хочется слушать и слушать, потому что я понимаю Сержа.
В детстве все впечатления острее. И когда мы, повзрослев, приезжаем в любимые места из прошлого, надеясь увидеть нечто волшебное и получить те же эмоции, то разочаровываемся. Мы не понимаем, почему нам все так нравилось, казалось таким большим, ярким и классным. Вероятно, Серж хочет сказать то же самое про отношения: что со мной его эмоции были куда ярче, чем с Марго.
Для него все-таки не важна внешность, и теперь он это понял!
Хм, что происходит? Еся-тряпка начинает отнимать руль у Мстительной Бывшей! И последняя явно недовольна.
«Ну же, уткнись ему в плечо и порыдай», – язвит она.
– И что ты собираешься делать? – спрашиваю я как можно спокойнее, скрывая волнение.
Серж подходит ближе, так что мне приходится задирать голову, чтобы мы смотрели глаза в глаза. Сердце стучит быстрее.
– Ты самый удивительный человек, которого я встречал, Еся, – тихо говорит он. – Ты что-то зажигаешь внутри.
Он касается моего лица ладонью, нежно поглаживает. Меня будто укрыли одеялом. В животе разливается тепло, становится все горячее и горячее, а ноги подгибаются.
– Я должен был ценить тебя и беречь, как величайшее в мире сокровище. – Он нежно смотрит на меня. – Простишь ли ты меня? Вернешься ко мне?
Еся-тряпка отбила руль и задвинула Мстительную Бывшую куда подальше. Та что-то гневно кричит, но Еся-тряпка не слышит.
Я думаю о том, что рядом с ним я тоже испытываю эмоции, которые не дарит мне никто другой. Они как наркотик, и я хочу больше и больше. И я так мечтаю быть рядом с ним… Любить его… Наслаждаться тем, как мне хорошо просто находиться рядом.
Только сейчас я поняла, что люблю его.
Тело слабеет, ноги сильнее подкашиваются. Я словно сделана из ваты.
– Я люблю… Люблю… Люблю… – твержу я будто под гипнозом.
– Я тоже люблю тебя, Еся, – шепчет Серж, склоняясь все ближе и ближе, прижимаясь вплотную, обнимая меня одной рукой, второй – нежно водя по моему лицу, спускаясь ниже, по шее… И вот я чувствую на коже его горячее дыхание.
Растекаюсь в этих объятиях, как томная барышня из женских романчиков, и выпаливаю:
– Я люблю тебя, мистер Дораку!
Серж на мгновение застывает. Хмурится. Его мускулы напрягаются. Затем он отстраняется и озадаченно смотрит на меня:
– Кто такой мистер Дораку?
Я словно в эйфории. Блаженно улыбаюсь:
– Мистер Дораку – продавец газовых котлов. Он лучший человек на всей Земле. И я так его люблю!
Вдруг больше всего на свете мне захотелось оказаться в своей комнате. Немедленно. Сесть в уютное кресло и написать мистеру Дораку. Признаться ему в чувствах!
– Мне нужно идти, – говорю я все с той же глуповатой улыбкой.
– Но… Куда? – недоумевает Серж.
Он выглядит так, будто внутри у него сбиты все настройки, но я лишь мотаю головой и машу руками, показывая, что нет времени объяснять.
Влетаю в зал. На празднике танцевальный перерыв. Меня переполняют эмоции. Хочется бросаться на людей и говорить им о том, как сильно я влюблена.
Я нахожу танцующих Соню и Стаса. Очень извиняюсь за то, что мне срочно потребовалось уйти. Благодарю за приглашение, говорю, что свадьба проходит здорово и мне все очень понравилось.
Я быстро иду к выходу. Ступаю так легко, будто стала почти невесомой. Я самая глупая и легкомысленная девчонка на свете. Я безумно люблю парня, которого ни разу в жизни не видела и про которого не знаю ни-че-го.
Я люблю мистера Дораку.
Пока еду в такси домой, разглядываю последнюю из двух фотографий, что он мне прислал. Увеличиваю, всматриваюсь в его руку. Глажу экран и как будто чувствую черную мягкую кожу перчатки. За рукой на фоне – букет в плетеной бумаге.
И тут… Мне будто ударяют под дых. Не слишком ли много букетов в плетеной бумаге на сегодня? Марго выложила фото с таким же!
Я разглядываю детали. Замечаю кое-что новое. Стол, за которым сидит мистер Дораку, бледно-зеленого цвета. И на нем ажурные узоры-веточки, как и на фото Марго!
Мое сердце словно танцует сальсу. О, мистер Дораку, кажется, мне в руки попала ниточка, которая скоро выведет меня к вам!