Где же вы, друг мой? Я так рассчитывал, что увижу вас во дворце, а получил лишь ваше послание. Я прочел письмо Бронзино и, кажется, понимаю, какая мысль бурлит в вашем мозгу, еще более воспламененном, чем мой собственный: «А ведь может статься, тому, кто, как мы полагали, находился в Риме, случай как раз и позволил убить Понтормо, коль скоро он знал, каким способом проникнуть во Флоренцию, минуя городские ворота, чтобы в итоге никто ни о чем не знал». Но, Винченцо, это просто-напросто невозможно. Великий Микеланджело едва ли мог бы отсутствовать больше одного дня, чтобы его не хватились. А ему понадобилось бы как минимум два, чтобы преодолеть двести миль, отделяющих Рим от Флоренции, и вернуться обратно. К тому же такая гипотеза годилась бы только для человека в цветущем возрасте, крепкого, в полном здравии, а не для почтенного старца восьмидесяти двух лет, когда последние двадцать пять из них ноги его не было в родном городе, да к тому же он бог знает как давно в каждом письме жалуется на немощь. Ему бы точно целая неделя понадобилась!

Посылаю этот конверт в Приют невинных в надежде, что, какие бы дела вас ни держали, вы сумеете найти время для встречи со мной.