– Сонни? Ч‐что ты здесь делаешь? – Я все еще не могла поверить своим глазам. Мое сердце подпрыгивало, как на скакалке.

– Можно мне войти?

Я отступила в сторону, придерживая дверь. Годы, которые мы провели в разлуке, пошли ему на пользу. Черные брюки вряд ли можно было купить в местном универмаге, а бордовая рубашка выглядела бы нелепо на большинстве мужчин, но на Сонни она смотрелась просто великолепно. Его волосы стали немного длиннее, чем когда мы были вместе. Это ему тоже шло.

– Проходи, – сказала я. – Ты знаешь дорогу.

Сонни направился в гостиную, и я последовала за ним. С какой стати он здесь оказался? Я подождала, пока он выберет место, чтобы сесть напротив него.

– Рада снова тебя видеть, – сказала я, поджимая под себя ноги.

– Я тоже, – отозвался Сонни. – Я был неподалеку, решил заглянуть и узнать, как у тебя дела.

– Нормально, – ответила я.

– А Калли-Роуз?

– С ней тоже все хорошо, – солгала я.

– Где она?

– Гуляет с подругой.

– А Мэгги?

– И она в порядке. Тоже гуляет.

– А ты, Сеффи?

– А что я?

Выражение лица Сонни сменилось с беспечного на самоироничное.

– Я соврал, что был поблизости, – признался он. – Я пришел, потому что должен был тебя увидеть.

– Почему? Что случилось? – Я достаточно хорошо знала Сонни и почувствовала: его что-то сильно беспокоит.

– Ты скучала по мне?

Я нахмурилась, глядя на него:

– Ты пришел, чтобы спросить об этом?

– Я просто хочу знать, скучала ли ты по мне?

– Что ты хочешь от меня услышать, Сонни? В первый год после того, как мы расстались, я все время скучала по тебе. Порой даже плакала, пока не засыпала. – Вообще-то гораздо чаще, чем «порой». – Калли-Роуз винила меня в том, что тебя больше не было рядом. Я скучала по тебе, по тому, как я писала с тобой, по тому, как разговаривала с тобой, по тому, как спала с тобой. Я слушала по радио наши старые песни и твои новые, и мечтала, и тосковала. Но это было тогда. Сейчас у меня все хорошо. Даже лучше, чем хорошо.

– Значит, ты меня любила?

– Очень сильно.

Сонни отвел взгляд, и его лицо исказилось, словно от боли. Когда он снова посмотрел на меня, оно стало непроницаемым.

– Знаешь, ты впервые сказала мне об этом, – наконец произнес он.

Я опустила голову. Неужели? Вообще-то да. Я не могла вспомнить, когда говорила ему эти слова. От попыток вспомнить у меня даже голова разболелась.

– Я очень сожалею об этом, – сказала я, глядя прямо ему в глаза. – Ты заслуживал это услышать. Когда мы встречались, я все еще не могла разобраться в себе. Думала, что во мне есть лишь ограниченное количество любви, которую я должна разделить между Калли-Роуз и Каллумом, ее отцом. Я убедила себя, что якобы то, что я чувствовала к тебе, было не любовью, а чем-то близким к ней. И оказала нам обоим медвежью услугу. А когда я поняла правду, было уже слишком поздно. Как и всегда в моей жизни.

– Почему ты никогда не пыталась связаться со мной после того, как мы расстались? – спросил Сонни.

Я посмотрела на него в замешательстве:

– А должна была?

– Я надеялся, что ты попытаешься.

– Зачем? Когда ты ушел, то ясно дал понять, что больше не хочешь ни работать, ни видеться со мной, – сказала я, уже совсем ничего не понимая. – Я должна была броситься за тобой вдогонку?

– Ты никогда не казалась мне женщиной, которая легко сдается, если ей чего-то действительно хочется.

– Люди – это не собственность, – возразила я. – И нельзя заставить кого-то полюбить себя. Ты разлюбил меня и влюбился в Шерону. Что мне оставалось делать?

– Бороться за меня, – ответил Сонни.

– Что, прости?

– Бороться за меня, – повторил Сонни.

Боль в голове усиливалась, как будто мне растирали лоб изнутри костяшками пальцев.

– Сонни, этот разговор мне не нравится. Вы с Шероной расстались? В этом все дело?

– Мы с Шероной даже не начинали, – сказал Сонни.

– Я тебя не понимаю.

– Мы пару раз встречались, но она бросила меня вскоре после того, как застала нас в твоей гримерке в том клубе.

– Ресторане, – педантично поправила я. Черт! Какая разница, где это было? Я как будто смотрела очень запутанный фильм и отчаянно пыталась понять, что происходит. – Почему она тебя бросила? – спросила я. – То был всего лишь один поцелуй, и если ты ее любил, то разве не мог бы…

– Причина была не в этом, – перебил Сонни.

– Поверить не могу, что она бросила тебя из-за меня. Я же исчезла из поля зрения.

– Но не из моей головы, – возразил Сонни. – Мы с Шероной были в постели, и я назвал ее твоим именем. Женщин такое не слишком радует.

Я не знала, что должна чувствовать после подобного откровения.

– Прости, – сказала я, понимая, насколько бесплодны мои извинения. – Но почему ты раньше не дал знать, что вы с Шероной расстались?

– Единственное, что я сохранил после наших отношений, – свою гордость. – Сонни пожал плечами. – Я не собирался отказываться и от нее.

– Так почему ты здесь, сейчас, спустя столько времени?

– Потому что гордость не делает меня счастливым при свете дня и не согревает ночью. Потому что с каждым днем я все больше скучаю по тебе и Калли-Роуз, а не меньше. Потому что я хочу дать нам еще один шанс, – ответил Сонни.

Потрясение – слишком мягкое слово, чтобы описать мои чувства. Сонни хотел, чтобы мы начали все сначала?

– И ты все это время ждал, чтобы сказать мне об этом?

– Я опоздал?

– Сонни, я только что согласилась выйти замуж за Натана.

– Натана? – прищурился Сонни.

– Натана Илинга, моего босса и владельца «Образцов».

– Ты его любишь?

– Иначе я бы не согласилась.

– Так же, как любила меня?

– Сонни, не начинай, – взмолилась я. – Так нечестно.

– Все честно, – возразил Сонни.

– Ты не можешь просто появиться после стольких лет и ожидать, что мы продолжим с того места, на котором остановились, – сказала я. – Твоя жизнь изменилась. Моя тоже.

– Ты любишь меня, Сеффи?

– Сонни…

– Просто ответь на вопрос. Ты любишь меня?

– Сонни, тебе нужно уйти. – Я встала.

Сонни тоже неохотно поднялся. Я направилась прямо в коридор и открыла дверь.

– Пока, Сонни.

– Я не сдамся, Сеффи. Не без боя.

– Пока, Сонни, – повторила я.

– И ты так и не ответила на мой вопрос, – заметил он.

Сонни направился к своей машине. Открыв водительскую дверь, он обернулся и посмотрел на меня:

– Я все еще люблю тебя, Сеффи.

Я вернулась в прихожую и захлопнула входную дверь. Прислонилась к ней, закрыла глаза. И не двигалась, пока не услышала, как отъезжает машина Сонни. Какая же несправедливость. Каждый раз, когда я думала, что разобралась с какой-то частью своей жизни, всегда что-то случалось, чтобы доказать мне обратное.