Ветер нагнал целые горы черных туч. Они наползали друг на друга, силясь погрузить город во мрак. Желтоватым светом зажигались в домах окна. Пешеходы ускоряли шаги, надеясь достичь убежища прежде, чем потоки холодной воды обрушатся на землю.

Роза вышла на опустевшую улицу и осмотрелась по сторонам.

«Собака, Доллар, обещал приехать, тварь ползучая, — мысленно выразилась она в адрес своего «личного» таксиста Гены. — Сейчас такой дождище хлынет — и зонт не поможет. Пока до стоянки добегу, вся вымокну».

Она еще раз посмотрела по сторонам.

На счастье, в конце переулка показался зеленый огонек. Салатная «Волга» двигалась по противоположной стороне дороги в поисках пассажиров. Роза подняла руку. Машина, заехав на полосу встречного движения, остановилась перед ней. В окне появилось добродушное лицо пожилого шофера. Роза заметила, как взгляд водителя скользнул по ее одежде.

— Куда прикажете, мадам? — шутливо-подобострастно спросил таксист.

— ВДНХ.

— Прошу.

Роза обошла машину и хотела открыть переднюю дверь, но задняя сама распахнулась перед ней.

— Прошу, мадемуазель, — раздался изнутри лукавый голос.

«На десятку без сдачи рассчитывает», — отметила про себя девушка.

Она села на заднее сиденье и закрыла дверцу.

Первые капельки, как вестники ливня, разбились о лобовое стекло. А через несколько секунд дождь уже неистово барабанил по крыше машины.

У выезда из переулка на Чистопрудный бульвар в салоне неожиданно раздался женский голос:

— Машина 34-16, получен заказ с улицы Чкалова. Запишите адрес…

Справа от водителя Роза заметила переговорное устройство — атрибут заказного такси. Водитель щелкнул рычажком. Голос пропал.

— Мы к Чкалову не поедем. Нам к Чкалову не нужно, — произнес он располагающим тоном. — Барышню доставлю, а там и в парк пора.

За несколько лет общения с таксистами Роза научилась неплохо разбираться в их психологии. Обычно довольно быстро определяла тип человека. Вот этот, например, будет полностью подстраиваться под нее. Заговорит она — обязательно поддержит беседу. Станет молчать — помолчит и он. Если сейчас закурить — кивнет головой на табличку и ласково скажет, что курить нежелательно, но симпатичной даме он делает исключение. Такие угодники Розе не нравились. У них одна цель — побольше ухватить «на чай».

Откуда-то из дождя прямо под машину выпрыгнул человек в старой нейлоновой куртке. Шофер затормозил и тихо выругался.

— Сергеич! — заорал мужчина, обегая такси. Костяшками пальцев он постучал в ветровое стекло.

Водитель приоткрыл дверцу.

— Мишка, ты, что ли? Черт нерусский! Жить надоело?

— Подбрось, слушай, до дому, — взмолился Мишка. — Проклятый дождь всего измочил.

— Не могу. Пассажира везу.

— Да ладно тебе. Тут всего ничего.

Мишка, не дожидаясь ответа, открыл заднюю дверцу и плюхнулся рядом с Розой.

— Здрасьте, — поздоровался он.

Роза кивнула в ответ и отвернулась к окну. Водитель грустно вздохнул, должно быть, по десятке без сдачи, но больше спорить не стал.

Они проехали Чистые пруды до конца, но вместо того, чтобы повернуть налево, машина пересекла улицу Чернышевского и помчалась дальше.

— Куда вы меня везете? — сердито спросила Роза. — ВДНХ в другой стороне.

— Да здесь недалеко, — беззаботно ответил Сергеич.

— Остановите машину. Я выйду, — потребовала Роза.

— Вы что, девушка. Ведь промокнете, — обеспокоился Мишка.

— Остановите машину, — еще решительнее потребовала Роза.

«Волга» продолжала лететь вперед.

— Стойте! — крикнула она, пробуя на ходу открыть дверь.

— Успокойтесь, гражданка Дешекова. Эта дверь не откроется, — вдруг сказал чей-то незнакомый голос.

Роза обернулась. От простака Мишки осталась только нейлоновая куртка. Перед ней сидел совсем другой человек, без признаков жалости и сострадания.

— Гражданка Дешекова, вы задержаны сотрудниками Комитета государственной безопасности, — холодно сказал он, показывая удостоверение в красной обложке. — Прошу вас вести себя разумно.

Роза замерла с открытым ртом. Ледяная фраза вызвала оцепенение. Знала, что рано или поздно ей суждено встретиться с чекистами. Но уж слишком неожиданной оказалась встреча. Что означали слова «вести себя разумно»? Выполнять любое повеление этих людей? Полностью подчинить им свою волю?

Девушка перестала дергать дверную ручку и постаралась успокоиться. Отвернувшись к окну, наблюдала, как катаются по стеклу дождевые капли.

Усилия Мишки и Сергеича казались странными до глупости. Розе не раз приходилось встречаться с сотрудниками спецслужбы уголовного розыска. В интеротелях есть комнатушки, в которых они проводят беседы с «ночными феями». Но даже имея на руках неоспоримые доказательства фактов проституции — в виде валюты, извлеченной у «фей» из тайников в одежде, — «спецы» бессильны что-либо предпринять. Согласно «учению о социализме» подобное зло в стране не существует, и, как следствие, для борьбы с ним не предусмотрено никаких законов. Полгода назад Розу могли бы привлечь к уголовной ответственности за тунеядство, но благодаря стараниям Казаряна эта опасность ликвидирована. На что могли рассчитывать чекисты? У Розы появилась надежда, что с ней опять зачем-то «шутит» Аршак Акопович.

Псевдотакси выбралось на Большую Ордынку и понеслось на юг Москвы. Роза узнала Люсиновскую улицу. За ней начался какой-то незнакомый проспект, и она перестала ориентироваться.

Когда такси остановилось, Михаил проинструктировал Розу все таким же металлическим голосом:

— Выйдите из машины и следуйте за нашим сотрудником.

Сергеич, накрываясь плащом, выскочил первым. Он проворно обежал машину, распахнул дверцу перед девушкой. Роза распустила зонтик-автомат и грациозно ступила на мокрый асфальт, полная достоинства перед противниками, но подвернулся каблук, и она упала в объятия Сергеича. Он заулыбался:

— Ну, дамочка. На меня бросаться смысла нет. У меня валюта не водится.

Роза фыркнула и, краснея, отвернулась. Краем глаза она заметила, как колко взглянул Михаил на своего товарища.

Сергеич направился к подъезду жилого кирпичного дома.

— Следуйте за нами, — приказал Михаил и сам пошел рядом с пленницей, поддерживая ее под локоток.

Дверь захлопнулась за спиной Розы. На пару секунд все погрузилось в полную темноту. Когда зажегся свет, девушка с удивлением обнаружила, что стоит в самой обычной прихожей, в которой с трудом умещались венский стул, длинный низенький шкафчик, вешалка и большое старинное зеркало. Такие или подобные им прихожие можно увидеть в каждой второй московской квартире. Сергеич взял из рук растерявшейся «дамочки» зонт и сумку. Буркнул:

— Раздевайся.

— Что? — изумилась Роза.

— Что-что? — передразнил ее старикан. — Пальто снимай.

Роза отступила на шаг.

— Куда вы меня привезли?

Сергеич сердито забубнил:

— А чего ты перепугалась? Грабить тебя рано. Ты сегодня еще ничего не заработала. Да и мы ведь не чета твоим приятелям — порядочные люди.

У бесстрашной женщины екнуло сердце. В этот момент отворилась дверь в комнату, и появившийся Михаил скомандовал тоном, не терпящим возражений:

— Пройдите сюда.

Помещение, в котором оказалась Роза, более напоминало служебный кабинет, чем жилую комнату. От большого письменного стола, от книжного шкафа, от стульев и даже от кожаного дивана веяло казенщиной. Возле стола стоял красивый темноволосый мужчина со строгим пробором. Он нежно улыбнулся вошедшей даме и вежливо предложил сесть.

— Роза Гаджиевна, вы уж извините нас за небольшой спектакль, — заговорил он приятным голосом. — Мы сами хотели обойтись без него, но, право, решили, что так все же лучше. В первую очередь для вас. Я очень надеюсь, что вы не станете сердиться на наших ребят.

Роза, не желая отвечать незнакомцу, молча слушала, как за плотными шторами бьется в стекло ветер.

— Вы бы сняли плащик, — предложил хозяин кабинета. — Вам будет легче вести беседу.

«До чего обо мне печется», — с сарказмом подумала девушка, не двигаясь с места.

— Ну как хотите, — не стал настаивать мужчина. — Вы, видно, все-таки обижены на нас.

Где-то под столом он нажал кнопку. Появился Михаил, уже без куртки, в сером вязаном свитере.

— Пожалуйста, принеси нам по чашечке чая, — попросил его красавец брюнет.

— Ну что ж. Давайте наконец познакомимся, — сказал он, когда Михаил удалился. — Меня зовут Александр Владимирович. Я работник Комитета государственной безопасности. А ваше имя мне известно — Нино. — Он сделал ударение на последнем слоге.

Роза впилась в собеседника округленными глазами. Неужели ей не послышалось? Она покачнулась, непроизвольно облокотясь рукой на стол.

Ее настоящее имя никому не было известно, даже Роману. По паспорту, приобретенному четыре года назад перед приездом в Москву, она числилась как Роза Дешекова и с уверенностью считала, что ни один человек не знает ее тайны, которую вот так запросто выложил сейчас этот таинственный Александр Владимирович.

— Я понимаю ваше удивление, — продолжал чекист. — Ведь по документам вы совсем другой человек. Если вам угодно, я буду называть вас Розой.

— Что вам нужно от меня? — наконец выдавила девушка и сама не узнала своего голоса.

Дверь открылась. Вошел Михаил с подносом, на котором стояли два стакана в серебристых подстаканниках и сахарница. Он молча поставил поднос на стол и удалился.

— Угощайтесь, пожалуйста, — предложил Александр Владимирович. — Желаете еще что-нибудь?

— Нет, спасибо.

— Не за что.

Он положил в свой стакан два куска и начал размешивать их ложечкой.

— Прежде чем ответить на ваш вопрос, я хочу немного рассказать о ваших родственниках. Вы ведь с ними давно не встречались, и вам, наверное, будет небезынтересно узнать об их судьбе. Гурам Бесланович по-прежнему работает на фабрике. Живет он неплохо, материальных трудностей не испытывает, недавно женил своего младшего сына и, стало быть, вашего кузена, Тимура. Жена Тимура, ее зовут Фариза, учится в медицинском училище. Ваша тетя уволилась с работы и теперь занимается только садом и внуками. Ну и, наконец, ваш бывший жених Хапсаев. Поверите ли, после того, как вы, Роза, или в то время еще Нино, сбежали от него перед свадьбой, он потерял покой и словно бы задался одной целью — найти и наказать вас. Он считает, что вы опозорили его род перед всем миром. Представляете, он поклялся, что не женится, пока не отомстит. До сих пор наводит какие-то справки, но, могу вас утешить, идет по неверному пути и ловит вас в Закавказских республиках.

Роза опустилась на стул, машинально взяла со стола карандаш, принялась вертеть его в руках. Александр Владимирович не спеша сделал глоток из своего стакана и продолжал:

— Роза Гаджиевна, давайте договоримся, что не будем играть в жмурки. Я думаю, вы догадались, что нам известен род вашей, так сказать, профессиональной деятельности. Но привезли вас сюда не для обсуждения моральной стороны вашего поведения, хотя вы нарушаете Уголовный кодекс и вас можно привлечь к ответственности за нарушение правил о валютных операциях.

— А вы докажите! — вырвалось у Розы.

Стало неудобно за свой выкрик. Именно так при задержании в гостиницах заявляют малолетки. Опытные дамы философски относятся к служебным обязанностям «спецов».

На лице Александра Владимировича проявилось удивление.

— Вы считаете, это сделать очень сложно? Всерьез сбором доказательств мы не занимались, но уже сейчас имеем данные о ваших вкладах в сберегательных кассах на общую сумму сорок две тысячи рублей. Объясните, пожалуйста, их происхождение. Давайте запросим ваших родственников, не получали ли вы наследство.

Роза смотрела в глаза собеседнику, не в силах отвести взгляд. Александр Владимирович продолжал:

— То, о чем мы будем говорить, должно навсегда остаться в стенах этого помещения. Поверьте мне, что бы ни случилось, в ваших собственных интересах сохранить нашу встречу в тайне.

Роза отложила карандаш. Волнение превращалось в любопытство.

— Мы обращаемся к вам за помощью. — Александр Владимирович сделал паузу. — Не правда ли, звучит странно? Но смысл нашей встречи именно в этом предложении.

— Что вы хотите от меня? — тихо спросила девушка. Александр Владимирович ответил не сразу. Он отпил чай и поставил стакан на край стола.

— Давайте вначале выясним некоторые детальки. Назовем их техническими… Роза, вы бы все-таки разделись. Право, мне самому как-то неудобно с вами разговаривать.

Девушка сняла плащ, бросила его на диван. На ней оказалось красивое платье вишневого цвета с переливающейся брошью у левого плеча.

— Прошу меня извинить, если некоторые вопросы будут не совсем приятны. — Александр Владимирович улыбнулся. — Такая уж у нас служба. Итак, постарайтесь ответить более обстоятельно: как и где вы знакомитесь с вашими клиентами? Роза опустила голову.

— В барах отеля «Космос». Они сами подсаживаются ко мне.

— «Космос» — ваше постоянное место?

— Нет. Иногда я бываю в «Украине».

— Сколько времени вы занимаетесь подобного рода деятельностью?

— Два года.

— На один год она сбавила стаж работы.

— Кто ваши клиенты?

— Обычно иностранцы.

— Как часто вы посещаете интеротели?

— Не знаю. По-разному случается.

— Ну все-таки? Раз в месяц? Каждый день?

— У меня нет графика, — резко ответила Роза. Она испугалась, что Александр Владимирович сможет вычислить ее заработок.

— Ну хорошо. Ответьте мне на такой вопрос: что вы делаете с валютой?

Девушка замялась. Романа выдавать нельзя.

— Я ее коплю и… мне звонит один человек… Мы встречаемся, и я меняю ее на наши деньги.

— Кто этот человек? Где он живет?

— Я не знаю. Он сам звонит мне по телефону.

— Как часто вы встречаетесь?

— Примерно раз в месяц.

— Когда состоится следующая встреча?

— Когда он позвонит. Недели через две.

— Как его имя?

— Сергей.

Александр Владимирович вздохнул. Так искусственно, словно давал понять, что ему отлично известно настоящее имя компаньона Розы.

— Опишите, пожалуйста, круг ваших друзей.

— У меня нет друзей.

— Но с кем-то вы встречаетесь?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Я люблю одиночество.

Александр Владимирович хмыкнул.

— Теперь вопрос несколько иного характера. Постарайтесь вспомнить, что вы делали двадцать девятого августа.

Роза задумалась.

— Я вам подскажу. Была суббота. Директор базы пригласил вас на дачу. Кто там был, кроме вас?

Роза поняла, что имеет в виду собеседник. В тот день она познакомилась с Бродовым.

Она решила уйти от ответа. Совершенно не хотелось участвовать в интригах против Министерства внутренних дел.

— У Казаряна гостили повар Азрик и какой-то врач.

Александр Владимирович строго сказал:

— Роза, мы же договорились, что не будем играть в жмурки. Мы перешли к основной части нашего разговора, и от ваших ответов будет зависеть ваша дальнейшая судьба.

Девушка закрыла лицо руками.

— Бродов… Там был Бродов…

Александр Владимирович спокойно продолжал беседу, как будто именно этот ответ он ожидал услышать от своей собеседницы.

— Сколько раз вы виделись с ним?

— Три раза, — ответила Роза, опуская руки на колени.

— То есть он еще дважды вызывал вас?

— Да.

— Где это происходило?

— На даче Казаряна.

Александр Владимирович откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.

— Скажите, Роза, а зачем вы ездили позавчера на улицу Михайлова к некоему Роману Метеру? Кстати, это его вы имели в виду под именем Сергей?

Роза побледнела. Откуда им все известно? Неужели за ней установлено наблюдение? Зачем тогда нужен этот допрос? Какая-то чертовщина. Они просто играют с ней в кошки-мышки.

— Я не буду ничего рассказывать о нем, — твердо заявила она.

— Роза, мы же договорились… — стал было уговаривать Александр Владимирович.

— Нет!

Чекист посмотрел в бледное лицо с горящими глазами и, почувствовав железную решимость, отступил.

Он достал из стола чистый лист бумаги и ручку, протянул их Розе.

— Опишите ваши встречи с генералом.

— Зачем? — испуганно спросила девушка, хрустнув пальцами.

Александр Владимирович положил бумагу перед собеседницей.

— Пишите: «Двадцать девятого августа я находилась на даче директора плодоовощной конторы Казаряна…» Дальше — сами…

Роза убегала из Архаза под покровом ночи. Чувство омерзения к собственному жениху, беря верх над страхом, гнало ее из родного городка накануне свадьбы. Бедная сирота не знала, за какую цену «дядюшка Гурам» сторговал ее местному князьку. С такого только и драть — директор крупного завода и полуофициальный миллионер, спровадивший в гроб двух жен. Она видела его всего три раза — противный жирный тип с неестественно маленькими глазками. На попутной машине Роза добралась до областного центра и по чужому паспорту, купленному за сто рублей у городского барыги, устроилась в гостиницу и на весь день забилась в номер оплакивать горькую судьбу. Отца и мать она потеряла еще в детстве, друзья остались в Архазе, дядя продал ее в прямом и в переносном смысле. Куда теперь? Без денег, без вещей…

Утром следующего дня Роза выбралась из комнаты и в поисках пропитания отправилась в гостиничный буфет. Именно здесь состоялось ее знакомство с Романом, приехавшим на гастроли с театром эстрады. Через неделю они вместе улетели в Москву.

Год проскользнул как один миг. Роман сумел заменить сироте и отца, И мать, и дядю. Ни одна ссора не омрачила их любовь до тех пор, пока Роза не принесла домой первые сто долларов. Через неделю еще сто и, наконец, привела рыжеволосую подружку Мари, выложившую из сумочки целый ворох валюты. Роман сильно переживал, но смирился с отчаянным зигзагом судьбы. Он оставил театр, перейдя на поприще сутенера и валютчика. Роза сняла отдельную квартиру, но часто продолжала навещать своего единственного друга. Как ни странно, их взаимная привязанность не исчезла, а лишь переродилась в новую форму. Пожалуй, Роза и сама не смогла бы объяснить, чем притягивал ее этот мужчина, но в его присутствии она ощущала подлинное спокойствие и уверенность в себе…

Из последующей инструкции сотрудника КГБ девушка поняла, что больших изменений в ее жизни пока не предвидится. Основным местом работы по-прежнему оставалась овощная база. Александра Владимировича интересовал только Бродов.

Подозрительные связи генерал-полковника с дельцами все чаще стали попадать в поле зрения работников Комитета государственной безопасности. Поступающая информация обескураживала и волновала. Огромная власть оказалась сосредоточена в руках нечистоплотного человека. Именно это обстоятельство не позволяло КГБ оставаться пассивным «наблюдателем» — с одной стороны — и оправдывало особую осторожность и «сотрудничество» с участницей развлечений генерала — с другой.

— Звоните нам по этому номеру. — Александр Владимирович протянул листочек из блокнота. — Это телефон квартиры, в которой мы сейчас находимся. Хозяйничает здесь Татьяна Ильинична. После нашей беседы я вас познакомлю. Пользуйтесь телефоном-автоматом. Звоните сразу же, как только станет известно о предстоящей встрече. Скажете, что говорит Розалия, и сообщите время, когда прислать такси. Скорее всего приедет Лев Сергеевич или Михаил. Вы с ними уже знакомы. Они будут вас инструктировать перед каждой встречей с Бродовым. Но фамилию его по телефону называть не надо. Запомните: для всех нас он становится Петровым.

Александр Владимирович еще раз пробежал глазами заявление.

— У вас дома есть фотографии четыре на шесть и шесть на девять?

— Да, кажется, есть.

— Захватите их в следующий раз с собой.

Он посмотрел на часы.

— Мне кажется, на ВДНХ вам ехать уже поздно. Возвращайтесь домой и отдохните. Все равно вид у вас сейчас не лучший.

Роза встала.

— Послушайте, — вдруг сказала она. — Какой мне смысл ездить по гостиницам? Вы теперь будете отбирать валюту.

— Да нет, — возразил чекист. — Пусть все остается, как прежде. Хотя мой вам совет: бросайте это скверное дело.

— Кого бросать? Вашего Бродова?

Александр Владимирович понял усмешку Розы.

— А вы думаете, мы вас насильно будем толкать в его постель? Вы имеете полное право отказаться от следующей встречи с генералом.

Роза передернула плечиками.

— Раз вам все обо мне известно, тогда дайте мне новый паспорт. В моем фотография не очень похожа. Из-за этого я боюсь его лишний раз показывать.

— Мы обсудим этот вопрос.

Он тоже встал, упираясь кулаками в стол.

— Успехов вам. Лев Сергеевич отвезет вас домой. Завтра мы встретимся еще раз. А пока соберитесь с мыслями. Войдите, так сказать, в новый образ.

— Скажите, зачем понадобилась комедия с таксистом? — спросила Роза.

— Если бы вы заупрямились и отказались сесть в машину, возник бы ненужный шум. Как видите, мы все сделали очень тихо. Помните, я сказал, что этот трюк проведен в ваших интересах? Генералу Бродову поступает обширная информация самыми различными путями. Все меры предосторожности, которые мы стараемся предусмотреть, направлены на обеспечение вашей безопасности. Вы понравились Бродову, и, судя по всему, он не намерен прерывать с вами отношения. Но, Роза, если ему станет что-нибудь известно о нашем разговоре, его действия будут непредсказуемы. Лучше не доводить до этого. Будьте осторожны и с Казаряном. Он очень хитрый человек.

Александр Владимирович нажал кнопку. Появился Михаил.

— Пригласи Татьяну Ильиничну.

В комнату вошла пожилая дама с тонкими чертами лица. На ней было темное кримпленовое платье и вязаный жакет.

— Добрый вечер, — поздоровалась Роза.

Женщина, не разжимая губ, кивнула головой.

Александр Владимирович совершенно некстати рассмеялся.

— Татьяна Ильинична, вы хоть что-нибудь скажите. Роза должна запомнить ваш голос.

Вечером Роза позвонила своему «траллеру» Гене. Он объяснил причину опоздания:

— Понимаешь, гаишник остановил. Я к тебе ехал, а он придрался к машине. Стал люфт руля проверять, то, се. Пока с ним возился, двадцать минут потерял. Вот такая невезуха. Ты уж не обижайся…