В последние годы в результате проведенных масштабных археологических исследований на памятниках Боспора, других античных центров Северного Причерноморья, а также сопредельных территорий, населенных варварскими племенами, стало возможным предложить схему исторического развития района, которая отличается от привычного деления античной истории на архаическую, классическую, эллинистическую и римскую эпохи. Такая схема, конечно, ни в коем случае не отрицает традиционной периодизации, но конкретизирует ее и, учитывая региональные особенности, наполняет местным содержанием. Предложенный подход, правда, не может считаться вполне новым. Хорошо известна периодизация истории Северного Причерноморья, разработанная В. Д. Блаватским[427]. В основу его схемы была положена идея социально-политического развития местных греческих государств, в частности, возникновение здесь такого явления, как «протоэллинизм» и пр. Допуская возможность такой периодизации, хотелось бы подчеркнуть, что в ней почти не нашла отражения важнейшая из региональных особенностей северного берега Понта, заключающаяся в наличии здесь варварского, или более определенно — кочевнического фактора. В. Д. Блаватский к тому же не придал никакого значения одному принципиально важному выводу М. И. Ростовцева, указавшего, что на протяжении античной эпохи в Северном Причерноморье можно выделить периоды синхронного и однородного расцвета культуры. На эти эпохи расцвета приходится «огромное большинство наиболее богатых и характерных погребений как в окрестностях <греческих> городов, так и в безбрежных степях нашего Юга»[428]. Иными словами, для М. И. Ростовцева было вполне понятно, что мир эллинов и мир варваров в известном смысле представлял взаимосвязанную систему, функционировавшую в едином ритме. В наши дни уже не может быть сомнения в том, что для построения периодизации истории любого античного государства на северном берегу Черного моря первостепенное значение имеет изучение грековарварских взаимоотношений в регионе и, прежде всего, вычленение этапов, связанных с продвижением сюда новых и новых кочевых этносов. Эти периодические миграции номадов создавали ритмичность в истории греческих государств Северного Причерноморья со всеми характерными для них периодами культурного подъема или, напротив, упадка. История Боспора, расположенного на пути всех варварских продвижений с востока, в этом отношении очень показательна.
Методика построения такой периодизации была предложена в серии работ, которые частью были подготовлены автором этих строк совместно с К. К. Марченко[429], частью с К. К. Марченко и Е. Я. Роговым[430], а частью индивидуально, отражая определенные различия во взглядах соавторов на обозначенную проблему[431]. Отвлекаясь от этих различий, необходимо подчеркнуть, что объединяющий, стержневой момент нашей концепции заключается в попытке подхода к анализу истории Боспора и других греческих государств северного берега Понта как ответа или, скорей, серии ответов на вызовы, исходящие из степей. Вторжения кочевников из глубин Азии в степи Причерноморья, как было сказано выше, вели к дестабилизации военно-политической ситуации в регионе, к распространению кризисных явлений на сопредельные со степью территории, в том числе и на греческие государства (см. гл. 2, раздел «Миграции кочевников и археология»). Стабилизация обстановки в степях имела своим результатом рост экономики, развитие торговли и расцвет культуры[432]. Предложенная методика позволяет разделить историю Боспора конца VII в. до н. э. — VI в. н. э. на десять основных этапов.
К сожалению, боспорская история в трудах древних историков и географов освещена весьма фрагментарно. Имеющиеся в сочинениях древних авторов точные даты событий, имевших для Боспора ключевое значение (480/79 гг. до н. э. — приход к власти Археанактидов, 438/37 гг. до н. э. — утверждение власти Спатока I, 310/9 гг. до н. э. — усобица сыновей царя Перисада I, 63 г. до н. э. — смерть Митридата VI Евпатора), представляют собой скорей исключение из общего правила. В такой ситуации принципиальное значение приобретают результаты археологического изучения древних городов, сельских поселений, могильников и т. д. Однако, как хорошо известно, современная античная археология позволяет датировать раскопанные памятники в пределах четверти или трети столетия, более точные («узкие») датировки пока почти невозможны. Предлагаемая периодизация, базирующаяся в основном на данных археологии, закономерно имеет достаточно условные хронологические рамки многих из выделенных периодов. Иного сейчас предложить просто невозможно.
Десять основных периодов истории Боспора античного времени можно кратко определить следующим образом:
1. Конец VII в. до н. э. — 480/79 гг. до н. э. — период появления греков на берегах Керченского пролива, установления и развития их связей с местными племенами, время относительно мирных и стабильных взаимоотношений с варварами.
2. 480/79–438/37 гг. до н. э. — период дестабилизации, усиления агрессивности скифов, вызванной, очевидно, вторжением новых кочевнических орд с востока (скифов царских?). Это время войн и междоусобных столкновений, ответом на которые со стороны боспорских греков стало создание оборонительного союза во главе с Археанактидами.
3. 438/37 гг. до н. э. — рубеж IV–III вв. до н. э. — период стабилизации в степях, «золотой век» эллинства в Северном Причерноморье. В начале этого периода власть на Боспоре перешла к Спартокидам, которые вскоре создали самое большое в регионе государство. В его состав вошли как греческие колонии Боспора Киммерийского, так и некоторые местные варварские племена; формой правления в государстве стала наследственная монархия. Период отличают теснейшие союзнические связи Боспорского государства с Великой Скифией.
4. Первая половина III в. до н. э. — время крушения Великой Скифии под ударами сарматов, продвинувшихся с востока в степи Подонья — Прикубанья. Период дестабилизации военно-политической обстановки в Северном Причерноморье и одновременно переориентации политики Боспорского государства на союз с новыми владыками степей.
5. Вторая половина III — первая половина II в. до н. э. — период относительной стабилизации в степях северного берега Понта, который особенно ярко проявился на Боспоре. В истории государства, как можно считать, тогда были продолжены и развиты тесные связи с местными племенами Прикубанья.
6. Середина II в. до н. э. — 107 г. до н. э. — новая дестабилизация в степях Северного Причерноморья, вызванная продвижением на запад кочевых племен роксоланов, языгов и др. Правители Боспорского государства попытались противостоять угрозе, исходящей из степей, опираясь на союз с Крымской Скифией. Этот союз, однако, оказался очень ненадежным. В результате Боспор, как и другие греческие государства региона, оказался в ситуации острейшего политического и экономического кризиса, выходом из которого стала передача власти царю Понтийского государства Митридату VI Евпатору.
7. 107–63 гг. до н. э. — Боспор в составе Всепонтийской державы Митридата. Для владыки Понта в разразившейся тогда борьбе с Римом за гегемонию в Средиземноморье Боспор стал важнейшим стратегическим пунктом, через который, как представляется, осуществлялся его контроль над всем Северным Причерноморьем. Поражение понтийского царя и его гибель в Пантикапее стали теми событиями, которые как бы подвели итог более чем пятивековому развитию Боспора.
8. 63 г. до н. э. — первая половина I в. н. э. Этот период выделяется прогрессирующей стабилизацией обстановки в регионе, но на Боспоре он был ознаменован острой борьбой за царский престол.
9. Середина I — середина III в. н. э. — новый расцвет Боспорского царства, на сей раз под контролем Римской империи. В начале этого периода в причерноморские степи продвинулись кочевники-аланы, но эта этническая перемена не привела к радикальному изменению военно-политической ситуации в Северном Причерноморье. Более того — пришельцы даже не сумели поставить под свой контроль весь этот регион. Территория их обитания в основном была ограничена северо-восточным Приазовьем. Конец девятого этапа связан с вторжением в регион германских племен готов.
Период их доминирования в степях Северного Причерноморья не имеет непосредственного отношения к кочевникам, хотя черняховская археологическая культура (середина III — начало V в. н. э.), которую обычно связывают с готами, имеет отношение не только к германцам, но и к местным племенам поздних скифов, сарматов, аланов и др. Вообще же готскими походами обычно завершают историю античного Боспора Киммерийского. Тем не менее, в наше повествование уместно включить еще один (десятый) период, который служит своего рода переходным к эпохе Средневековья и в котором кочевники сыграли весьма существенную роль.
10. 70-е гг. IV в. — 70-е гг. VI в. — гуннский этап в истории Боспора. До недавнего времени в нашей научной и популярной литературе он рассматривался как сугубо негативный, что, на мой взгляд, не совсем верно.
Остановимся на каждом из названных периодов более подробно.