«А вообще я считаю, что жизнь — это компьютерная игра. Сюжет дрянной, зато графика отличная».

На следующий день мы отправились по координатам квеста. Когда я рассказал Сильвии, что у меня есть квест-цепочка, она сильно удивилась. Ведь их создаёт ИИ, а не разработчики. Разработчики уже давно не управляют игрой, остались только админы, что поддерживают сервера, вот они себя и возомнили богами, элитой. Я же понимал, что всё, что я нахожу и обретаю, всё это кем-то выстроено, я просто иду по этому пути и стараюсь не сдохнуть, заодно приобретая плюшки для себя в виде семьи, рунной силы, замка, золота и, конечно же, врагов. Так что касается квеста. Если это цепочка, то награда будет очень большая. А так как его можно передать, то за таким игроком начинается охота всеми кланами. Когда узнала, что у нас есть сетовый предмет и как его мы получили, так и вовсе замерла. Она стояла и, как рыба, то открывала рот, то закрывала. Моё внутреннее ощущение говорило, ей можно доверять. Да и мои друзья молчали, когда я ей всё рассказывал. Значит, так же ей доверяли.

Ближе к полудню мы достигли негостеприимных Каменных Пустошей, царства ветра, пыли и безмолвия. Уровень местных обитателей, неповоротливых каменных големов, колебался от 25 до 27. Они и впрямь двигались медленно, но каждый их удар был подобен падению валуна с горы. Вул’дан, понадеявшись на свою броню, попытался принять атаку на щит. Результат был впечатляющим: удар отшвырнул его на добрых пятнадцать метров, оставив за его спиной глубокую борозду в земле, словно в каком-то батальном мультфильме.

Как и предупреждала наша друидэсса, это место было безжизненным. Ни души вокруг. Опыта големы давали гроши, дропа с них не было практически никакого, а их каменные шкуры обладали высокой устойчивостью к магии и стали. Народ обходил Пустоши стороной. Услышав это, я понял лишь одно — здесь определённо скрывалась какая-то тайна. Ох, как же я чую такие вещи нутром.

Мы быстро выработали тактику. К счастью, големы бродили поодиночке.

Бой всегда инициировала Сильвия, опутывая голема «Голодной Лозой», которая не столько наносила урон, сколько прочно удерживала его на месте несколько секунд.

Вторым в бой вступал я, накладывая на цель «Последний Приговор», чей эффект увеличивал получаемый големом урон с каждым последующим попаданием.

Как только мой дебафф достигал максимума в 10 стаков (увеличивая урон на 50%), вся группа бросалась в атаку. Лирель использовала «Проникающий Выстрел», который игнорировал часть защиты, так как обычные стрелы просто отскакивали от каменной брони. Вул’дан и Бренор били по слабым точкам — суставам и «шейному» соединению, а Грохотун старался крошить кристаллы, что давали голему силы.

После первой же победы мы были вынуждены отступить для долгого отдыха — все ключевые умения находились на откате, а мана и здоровье восстанавливались мучительно медленно. Да уж, локация явно для…

Кач был адски медленным. За четыре дня мы не получили ни единой вещи и не набили и половины уровня, уперевшись в жалкие 15% опыта. Я уже был готов махнуть рукой на эту авантюру.

Именно в момент нашего глубочайшего разочарования земля содрогнулась. Не в одном месте, а по всей округе. Словно сам ландшафт начал двигаться. Из-под тонн земли и камня на середине высохшего солёного озера поднялся исполин. Это был мини-рейд, босс локации Страж Порога, 30 уровень, — прочитал я надпись. Голем невообразимых размеров, превосходивший своих сородичей в два раза. Его тело было сложено из тёмного, отполированного временем базальта, а в груди пульсировал тусклый багровый кристалл, и несколько помельче в голове, руках и ногах. Да так, что эпилепсию можно заработать. Совсем не заботится об игроках.

Схватка со Стражем Порога оказалась для нас подлинно эпическим испытанием. Оглядываясь назад, я с трудом понимал, как нам удалось уцелеть всем.

Помня по старому опыту, что могучие создания подобного рода обладают несколькими фазами ярости, я принялся быстро пересказывать чего можно ждать. К счастью, это грандиозное создание двигалось столь же «стремительно», как его обыкновенные сородичи.

— Здоровенная каменюка! Как думаешь, Кай, одолеем? — буднично поинтересовался Бренор, сжимая рукоять своего боевого молота. Словно о погоде спрашивал или что будем есть на ужин.

— Обязательно, — крикнул я в ответ, шум от его пробуждения стоял колоссальный. — Иначе нам снова придётся маршировать сюда в одних подштанниках.

Да, один раз наша команда уже познала горький вкус полного поражения, когда прямо у нас за спиной материализовался один из бродячих големов. Неожиданная атака с тыла отправила всю нашу группу к месту возрождения, безжалостно обнулив все добытые за день крупицы опыта. Хорошо ещё, что точка респауна находилась неподалёку, однако осадок от позорного бегства в исподнем оставался горек. Нам безмерно повезло, что никто не успел поживиться нашей добычей, и особенно — моими сетовыми перчатками. «Нужно бы обзавестись запасным комплектом экипировки, — мелькнула у меня мысль, — вот только где раздобыть на это золото?»

Уже первая фаза боя наглядно продемонстрировала, насколько серьёзным окажется это противостояние.

Главной атакой Стража был «Земной Разлом» — чудовище с размаху всаживало свой каменный кулак в землю, порождая расходящуюся во все стороны трещину, от которой приходилось отпрыгивать, словно от раскалённой лавы. Я и сам владел подобным умением, но лишь в своём реальном воплощении. Здесь, в этом теле, доступ к нему был для меня закрыт. При первом же применении этой атаки не всем удалось увернуться, и Сильвию с Бренором отшвырнуло в стороны как щепки. Они чудом выжили, откатились и начали восстанавливать очки жизни, пока остальные отвлекали на себя взор рейд-босса.

Мы не стали изобретать новую тактику и решили действовать по проверенной схеме: Сильвия пыталась опутать монстра «Голодной Лозой», хотя это удавалось ей далеко не с первой попытки — рейд-босс, да ещё и на пять уровней выше нас, обладал внушительной сопротивляемостью. Зато мой «Последний Приговор» ложился на цель неумолимо, без единого промаха. Однако теперь мы не могли безнаказанно стоять на месте — Страж был столь огромен, что его атаки накрывали обширные участки местности, заставляя нас постоянно находиться в движении, уворачиваясь и перестраиваясь.

Поворотный момент в битве наступил, когда мы вычерпали из монстра первую четверть его здоровья. Внезапно тело Стража сгустилось, а поверхность потемнела, словно вобрав в себя всю твердь окружающих пустошей. Над его головой всплыла иконка баффа — «Каменная Кожа». Сопротивление урону взлетело до небес, и теперь даже самые сокрушительные удары Вул’дана и стрелы Лирель выбивали из исполина жалкие 1–2 единицы здоровья. Учитывая, что его запас жизни исчислялся десятком тысяч, это повергло нас в шок. Отчаяние, холодное и липкое, начало подбираться к сердцам.

«Странно, — пронеслось у меня в голове, — зачем каменному голему умение с названием «Каменная Кожа»? Его и так не пробьёшь, а теперь и вовсе…»

И тут меня осенило. Такой механикой наделяют не обычных мобов. Значит, перед нами и впрямь уникальный противник. Возможно, даже тот, с кого падает легендарный сет. Да-да, Женя, помечтай, — я едва не фыркнул, — мы скорее получим губозакаточную машинку эпического ранга.

Когда, наконец, мерзкий бафф рассеялся, началась вторая фаза. Багровые кристаллы, вмурованные в его грудь и спину, принялись пульсировать с угрожающей частотой.

На сей раз атака Стража была куда опаснее. Он применил «Шквал Осколков» — громовой рёв, световая вспышка из центрального кристалла, и в воздухе засвистели сотни заострённых каменных глыб, накрывая веером всю группу. Уворачиваться было бессмысленно — только блокировать. Лирель едва успела рвануться за массивный щит Бренора, прижавшись к его спине и помогая ему удержать позицию. Без её помощи гнома бы смело, как пить дать.

Пришлось импровизировать. Старая тактика себя изжила. Вул’дан с рыком активировал «Берсерк» — его мускулы взбухли, а глаза налились кровью. Он яростно обрушился на ногу голема, полностью переключив агро[11] на себя. Грохотун, вертясь как волчок, использовал это. Он юркнул сзади и начал исполнять свой новый коронный навык «Грязный Приём» — серию молниеносных тычков в те самые пульсирующие кристаллы на спине чудовища. Каждый точный удар заставлял Стража вздрагивать и сбивал его концентрацию, ненадолго прерывая чреду залпов.

«Вот так, уже лучше, — подумал я, обновляя на монстре «Последний Приговор». — Ещё часик, и с ним покончим».

Но на седьмой такой попытке удача отвернулась от нас. Грохотун на долю секунды задержался, и огромная каменная лапа обрушилась на него, размазав по земле. Иконка его портрета в группе померкла.

— Чёрт! — выкрикнул я, в ярости швырнув новый «Приговор». — Ладно, главное, он живой и возродится. Теперь бы нам самим не зафейлить этого РБ и дождаться его возвращения.

Что, впрочем, казалось весьма вероятным — с уходом гоблина наш и без того невысокий урон упал катастрофически. Гоблину точно хватило бы времени на два таких забега от точки возрождения.

Едва я это подумал, как началась третья фаза. Я бы назвал её «Отчаянный Штурм». Каменный великан словно взбесился. Он начал швырять заклинания направо и налево, одно опаснее другого, и среди них были совершенно новые, даже Сильвия была впечатлена. Если честно сам бы от таких не отказался. Надо бы запомнить их.

Настоящая жесть наступила, когда Страж применил новую, до настоящего времени невиданную атаку — «Гравитационную Воронку». Вместо того чтобы целиться в атакующих, он произвольно выбирал жертву, создавая рядом с ней зону искажённой реальности, сковывающую движение и неумолимо затягивающую к его грандиозной тушке для неминуемого после сокрушительного удара. Первой под раздачу попала Лирель — самая проворная в нашей группе. Мы застыли в боязни что вот он конец нашему рейду, наблюдая, как её стройная фигура замедляется, будто в густой патоке, и начинает скользить по земле навстречу гибели. Едва лишь в последнее мгновение она сумела активировать навык «Фантомный Рывок» и буквально вырвалась из тисков гравитации, оставив после себя только разочарованно сомкнувшуюся каменную лапу. В тот миг я забыл, как дышать — ведь именно её «Проникающие выстрелы» наносили голему самый ощутимый урон. Потеряй мы её — и наш шанс на победу обратился бы в пыль.

С этого момента наша тактика свелась к отчаянному «бей-беги-выживай». Мы действовали на пределе сил, понимая, что следующий провал станет последним. Сильвия полностью переключилась на поддержку, безостановочно накладывая «Целебную Плесень» на измождённых Вул’дана и Бренора. Видя, что магический резервуар вот-вот иссякнет, я в отчаянии швырнул в кристалл «Костяное Копьё» — базовую атаку, в которую трансформировался костяной нож и стоившую крупицы маны. Лирель, не целясь, почти инстинктивно осыпала слабое место голема разящими навыками. После достижения двадцать пятого уровня она избрала специализацию «Духовный Лучник», и теперь её мана восстанавливалась с поразительной скоростью. Я же пока медлил с выбором — опции были слишком запутанными.

Когда шкала здоровья Стража окончательно истончилась, он издал оглушительный рёв, а кристаллы на его теле вспыхнули ослепительным алым светом. Не нужно было быть провидцем, чтобы понять — готовится финальная, отчаянная атака, способная смести нас с лица этих пустошей. «Помираю, а так жить охота», — вспомнил я фразу одного жадного дядьки, которого всегда было мало. Вот и нам сейчас мало не покажется.

И тут Вул’дан, чьё тело было исполосовано порезами, а выносливость почти исчерпана до дна, совершил невозможное. Собрав последние силы, он рванулся вперёд и навыком «Ускорение Берсеркера» отшвырнул Бренора от эпицентра готовящегося удара. Сокрушающая мощь обрушилась на него одного. Орк пал, но в ту же секунду мой «Последний Приговор» достиг десятого, максимального стака, а стрела Лирель и моё «Костяное Копьё» почти синхронно пронзили багровый кристалл.

Раздался оглушительный, победный хруст, словно ломалось само небо. Кристалл раскололся, его внутреннее сияние мгновенно угасло. Гигантское тело рейд-босса замерло, пошатнулось и с оглушительным грохотом обрушилось наземь, рассыпавшись на груду ничем не примечательных булыжников.

Триумф был горьким, но награда — щедрой. Поток опыта моментально восполнил наши шкалы и поднял всех до долгожданного 26-го уровня. Среди груды обломков, сверкая таинственным внутренним светом, лежал необычный предмет, обещавший новые загадки. И более ничего. Скудный лут, скажу я вам за такого-то босса.

— И что же за диковинку мы отвоевали? — задумчиво произнёс я, принимая из рук Бренора странный предмет.

Он лежал на ладони, тяжёлый и прохладный, словно был высечен из цельного куска ночи. Глубокий чёрный обсидиан пронизывали тончайшие светящиеся прожилки, пульсирующие неярким серебристым светом, словно жилы из жидкого звёздного вещества. Очень красиво сделан, прям ну вот очень-очень.

— Какая красота, — прошептала Сильвия, заглядевшись. — Я бы сделала из такого материала кольцо.

— Или изящный браслет, — поддержала её Лирель, склонившись рядом, чтобы разглядеть находку.

Перед моим мысленным взором чётко всплыло описание:

Ключ Древнего Рунного Камня

[Квестовый предмет]

Используется для активации древних механизмов, созданных расой каменных ремесленников.

Теперь я знал — моё чутьё не обмануло. Вера в эту безжизненную локацию оказалась не напрасной. Этот ключ был первой вещественной деталью гигантского пазла, ведущего к разгадке, сокрытой в том самом месте, куда вели нас координаты, оставленные зайцем. Возникало стойкое ощущение, что кто-то свыше направляет нас, будто невидимый режиссёр расставляет декорации. Иначе как объяснить, что именно здесь, в этом богом забытом углу, мы нашли именно то, что требовалось для продолжения тайного квеста? Кто-то очень хочет, чтобы мы его завершили.

Что ж, мы не против. «Если бы ты, — мысленно обратился я к этому незримому покровителю, — подкинул нам ещё и пару-тройку мешков с добротной экипировкой да пачку зелий, я бы тебе лично руку пожал». Я даже на мгновение замер в ожидании, но в ответ повисла лишь тишина, нарушаемая свистом ветра. «Увы, — усмехнулся я про себя. — Печалька».

Дождавшись, когда к нам подтянутся с зоны респауна гоблин и злой как собака орк, мы тронулись в путь. Делать на этих негостеприимных пустошах было больше нечего. Наша цель лежала впереди, и теперь у нас был ключ, чтобы отпереть дверь в следующую тайну.

***

Мы двинулись в путь по безжизненным пустошам, где единственным ориентиром служила пульсирующая точка на карте, в то время как сама местность медленно раскрывала свои очертания по мере нашего продвижения. К рассвету следующего дня мы достигли подножия невероятных размеров скалы. Она вздымалась в небо отвесной стеной, теряясь за пеленой высоких облаков, и, судя по всему, простиралась в обе стороны дальше, чем мог охватить даже мой магический взор.

— М-да. Друзья мои, наш путь лежит наверх, — объявил я, окидывая взглядом каменную преграду. — Кто из вас искусен в скалолазании?

По их озадаченным и немного растерянным лицам стало ясно — лишь гоблин, орк и гном видели в этом нечто большее, чем непреодолимое препятствие.

— Так я и предполагал.

«Помнишь, что говорил Котеус? Нужно верить, что это мир реален. А вот не получается. Игра есть игра», — пронеслось у меня в голове.

— Сильвия, сможешь создать прочную лиану? И желательно очень длинную.

— Это возможно… но зачем? — удивилась друид.

— Если надо смогу конечно.

Когда наша «зелёная» подруга (меня окружало всё больше и больше зелёных существ хе-хе), эмиссар природы, материализовала лозу длиной почти в сотню метров, я взял одну из стрел Лирель и накрепко привязал её к концу растительного каната.

— Лирель, теперь твой черёд. Пусти стрелу так, чтобы она вонзилась в скалу как можно выше.

Она улыбнулась, поняв мою затею.

Эльфийка сделала несколько шагов назад, натянула тетиву, и стрела, окутанная сиянием навыка «Призрачный выстрел», помчалась ввысь, исчезая в облаках. Не знаю, куда именно она впилась, но ясно было одно — она нашла свою цель.

— Отлично. Теперь сделаем ещё пять таких же, для надёжности. И тогда — в путь.

— Кай… мне пришло уведомление об опыте, — с лёгким изумлением сообщила Лирель, выпуская последнюю стрелу.

— И мне! — тут же добавила Сильвия.

— Тебе-то понятно — мы в группе, потому награда общая. Но вот что странно… откуда? Ладно, не будем терять времени. Вперёд.

Первыми, с обезьяньей ловкостью, принялись взбираться наши «физики»: гоблин, гном и орк. Что касается меня… С моей физической подготовкой дела обстояли куда плачевнее. Сколько ни тверди я себе, что это всего-навсего игра, мой разум, отягощённый знаниями о виртуальной природе мира, упрямо отказывался верить в реальность происходящего. Каждая мышца протестовала против подъёма.

А вот мои спутники, никогда не знавшие, что такое «компьютерная игра», вели себя так, словно всё это — подлинная реальность. Их движения были уверенными и естественными, будто они взбирались на деревья в родном лесу или карабкались по склонам родных гор. Им, определённо, везло куда больше.

Взобравшись на вершину, мы оказались на обширном каменном плато, где поначалу царила неестественная тишина. Однако, едва мы сделали сотню шагов, с клёкотом на нас обрушились ранее виданные грифоны. Не благородные и белоснежные из свиты короля Нифейна, а их дикие, ничем не примечательные сородичи. К нашему облегчению, их уровень был с нами наравне. Кстати, мы наконец разгадали загадку с нежданным опытом: одна из стрел Лирель угодила прямиком в одного из этих крылатых хищников, и, судя по всему, попала критически — ведь тварь пала с первого же выстрела. Хорошо, что по той лиане взбирались наша самая маленькая спутница — будь на их месте кто-то из наших «тяжеловесов», они неминуемо рухнули бы вниз вместе с тушей птицы. Сильвия, оказавшись наверху, чуть не лишилась чувств, обнаружив перед собой мертвецкие глаза огромной птицы с когтями, словно бритвы.

Стаи пернатых хищников были невероятно агрессивны. Они атаковали нас сразу по две, а то и по четыре особи, но, что любопытно, не пытались разорвать когтями. Вместо этого они мощными взмахами крыльев создавали «Сбивающий Шквал» — концентрированный поток ветра, который должен был отбросить нас к краю пропасти. Падение с такой высоты сулило мало приятного, особенно с учётом перспективы карабкаться обратно в одном лишь исподнем.

К счастью, удача была на нашей стороне. Вул’дан и Бренор, словно две несокрушимые скалы, поднимали свои щиты и укоренялись на месте. Более того, гном получил после принятия новой специализации новый навык — умение «Каменная Стена». Перед ним мгновенно вырастала баррикада из твёрдой породы, способная поглотить до пятисот единиц урона.

Под её прикрытием мы неспешно, но, верно, продвигались вперёд, не ставя целью очистить всю локацию, а только прорваться сквозь неё. Когда нам это удалось, каждого из нас осенило сияние нового, двадцать седьмого уровня. Опыта эти твари давали действительно щедро, и, посовещавшись, мы решили задержаться здесь для прокачки. Проведя на плато двое суток и достигнув вожделенной двадцать девятой ступени, мы двинулись дальше — разница в три и более уровня уже ощутимо снижала получаемый опыт.

Плато оказалось обширным, но не бескрайним. Мы шли вдоль его кромки, стараясь не приближаться к опасному обрыву, но на третий день наши взгляды привлекло нечто необычное. Это была одинокая статуя эльфа-лучника, застывшая в вечном ожидании и смотрящая в пустоту по ту сторону скал. Подойдя к краю, мы попытались разглядеть, что же влечёт его каменный взор, но густая пелена облаков скрывала всё, что было ниже. С неохотой преодолевая страх высоты — ирония, учитывая, что я умею летать, — я направился к самой статуе, чувствуя, что именно здесь нас ждёт новая загадка.