Когда я открыл глаза, Кассандры уже не было. Я нашёл только записку:

«Спасибо за всё. Увидимся в университете».

Я с досадой швырнул записку обратно на стол. И это после того, что между нами было… Теперь, когда солнце высоко стояло над горизонтом, мои радужные надежды потускнели и мне казалось, что я вообще не сдвинулся с места. Словно я увидел сладкий сон, а теперь он рассеялся. Но я знаю, что снова буду гнаться за Кесси, пока не иссякнут силы, и даже тогда я не сдамся.

В этот день в университете я видел Кассандру лишь мельком, а потом, на моё несчастье, настали выходные. И тут я понял, что у меня нет никакой возможности связаться с ней, потому что я не знаю ни номера её сотового, ни адреса. Да, она живёт где-то рядом, но что толку от этого знания? Почему с женщиной, которую я так сильно хочу, всё идёт наперекосяк? Почему она так и не предложила мне взять у неё номер телефона? Хотя я сам виноват – по идее, я должен был об этом позаботиться. Я определённо был слишком разбалован женским вниманием – а теперь пожинал плоды своей самовлюблённости. Пришлось все выходные мучиться мыслями о ней. Что я только не передумал за это время! Я ещё никогда ни о ком столько не думал! Даже работал как робот, на автомате. Мне было не до чего. Я влюбился. Мне уже были знакомы симптомы этой болезни, а лекарство находилось вне досягаемости. Даже маленькой дозы для облегчения страданий я не мог получить, и это жутко удручало.

Мой начальник на подработке смотрел на меня с сочувствием. Думаю, на моей физиономии было отчётливо нарисовано отчаяние, и он отлично понимал, что со мной творится. В воскресенье я постарался взять себя в руки. Не хотелось бы, чтобы мои друзья поняли, как мне снесло башню из-за любви и уж тем более кто виновница. Но в итоге я всё равно не мог уснуть всю ночь, думая о том, что в понедельник встречусь с ней. Моё сердце бешено билось от одного ожидания этого момента. Я мечтал поскорее снова увидеть нежную улыбку Кассандры.

Однако мои расцветающие чувства омрачал один неприятный фактор – моя бывшая Мариса. После наших разборок она не прекращала мне написывать и названивать. Я удалял все сообщения, не читая, а телефон держал в беззвучном режиме, но её больное упорство всё равно начало меня напрягать. Мало на мне отыгралась, что ли? Чего ей ещё от меня надо, в конце концов? В понедельник утром я всё-таки открыл одно из её СМС:

«Лео, ну не молчи, прости меня! Я знаю, что была не права! Я погорячилась! Ты ведь был просто не в настроении. Давай помиримся и снова будем вместе».

Меня охватило дикое раздражение, и я стёр сообщение. Отвечать я ей, естественно, не стал. Мне было влом в очередной раз втолковывать ей положение вещей. Может, со временем она сама догонит, что мы разбежались безвозвратно. Мариса заявила, что спала с моим лучшим другом, прокляла на чём свет стоит, а теперь снова лезет. С логикой у неё, похоже, совсем беда, раз она ещё на что-то надеется. Уже молчу про то, что я люблю другую и она в курсе этого.

В университете меня ожидал ещё один неприятный сюрприз. Дирк уже не просто избегал меня, а полностью игнорировал моё присутствие – из чего я заключил, что Мариса успела поставить его в известность о нашем скандальном разрыве. Худшие прогнозы Кассандры оправдались, а мои надежды, что всё замнётся само собой, растаяли как дым. Чем же Мариса запудрила ему мозг? Вопреки моим ожиданиям, его надменная рожа не выражала ни капли раскаяния или сожаления, наоборот – словно я совершил наистрашнейшее преступление в этом мире. По логике вещей, это мне нужно обижаться, рога-то носил я, а он строил из себя агнца божьего. Чего он там, интересно, себе нафантазировал, чтобы оправдать свою совесть? А ведь я был готов закрыть глаза на его не шибко дружеский поступок.

Гидо и даже придурковатый Фабиан быстро смекнули, что что-то между нами нечисто, но только к концу недели осторожно озвучили свои подозрения. Я ничего не стал им рассказывать, лишь попросил подождать немного. Мы с Дирком оба понимали, что однажды придётся выяснить отношения, но первым я начинать не хотел. Не знаю, трусость ли это или здравомыслие, но я не мог пересилить себя и развязать конфликт – а он был неизбежен. Я не умел грамотно орудовать словами, и это здорово сказывалось в таких накалённых ситуациях. Во мне теплилась надежда, что в скором времени Дирк прозреет и мы сможем обсудить всё спокойно. Мариса явно не из того сорта девушек, из-за которых стоит жертвовать дружбой. Мне очень хотелось, чтобы Дирк сам до этого дошёл.

После неадекватного сообщения от Марисы я быстро пришёл в себя, стоило мне увидеть светлую шевелюру Кассандры в коридоре. На ней была одна из её любимых блузок на пуговичках и строгая юбка-карандаш. Я подметил, что болезненная бледность на её лице сменилась лёгким свежим румянцем. Меня это порадовало. Всё-таки ей полегчало, и это отчасти моя заслуга. Эта мысль переполнила меня гордостью.

Проходя мимо, я поздоровался и улыбнулся ей, очень внимательно наблюдая за её ответной реакцией. Кесси тоже улыбнулась, почти незаметно – но по блеску в её глазах я понял, что не только я провёл выходные в сладком томительном ожидании новой встречи. Я не мог дождаться окончания пар. Мне так хотелось обнять и поцеловать её, что ломило всё тело. Как только прозвенел звонок, я ринулся на выход. Я решил купить Кассандре цветы, чтобы сделать ей приятно. Раньше я считал букеты пустой тратой денег, но не теперь.

Недалеко от универа была цветочная лавка. Я долго раздумывал, какие цветы взять. Продавщица с доброжелательной улыбкой наблюдала за моими метаниями. Впервые я из кожи вон лез, стараясь проявить романтичную сторону, которой у меня нет. Раньше, покупая цветы, я брал первый попавшийся на глаза букет. А сейчас я вдруг обратил внимание, как много здесь сортов одних только роз. Про другие цветы я даже спрашивать боялся. Названий большинства из них я никогда раньше не слышал.

В магазине я проторчал больше получаса, рассматривая ассортимент. Наверное, я так и не решил бы, что купить, если бы не услужливая продавщица. Она сжалилась и дала мне дельный совет. В итоге я взял всего один цветок. Один, но со смыслом. Чутьё мне подсказывало, что Кассандра оценит этот жест больше, чем если я приволоку огромный дорогой букет для показухи.

Возвращаясь в универ, я был почти уверен, что Кесси всё ещё там. Теперь я знал, что она никогда не торопится домой, потому что не любит находиться в своей квартире. Больше мне не казалось странным, что её классная комната за короткое время стала выглядеть почти по-домашнему. Кесси сменила там занавески и наставила цветов, даже картины повесила и организовала мягкий уголок из кресла и диванчика у дальнего окна. Из-за того что её кабинет английского самый уютный, многие студенты любят оставаться подольше. Она никогда никого не выгоняет. Возможно, она даже ночует там иногда.

Дойдя до класса, я осторожно приоткрыл дверь и заглянул в щёлку, чтобы убедиться, что Кассандра одна. Она сидела за столом и сосредоточенно проверяла работы. Мне повезло – все её поклонники разбрелись. Я тихонько прокрался в помещение и плотно затворил дверь, пряча за спиной купленный белый гладиолус, обёрнутый в прозрачную плёнку. Она не сразу заметила моё появление, но когда заметила, вскочила с места и взволнованно выдохнула. Стул отодвинулся назад.

– Привет, – я попытался дружелюбно улыбнуться, но вышло скорее неловко. Она сорвалась и пробежала мимо меня.

– Подожди. Я запру дверь.

Повернув ключ, она ринулась ко мне на всей скорости и прыгнула мне на шею. Я обнял её одной рукой – во второй у меня был цветок. Такая бурная реакция меня немного ошеломила.

– Ого! Могу я предположить, что ты соскучилась? – произнес я с мягкой улыбкой.

– Дурень, – выдохнула она мне в плечо. – Конечно, я соскучилась! С утра я была уверена, что после занятий ты ко мне заглянешь, но ты удрал куда-то, и я потеряла надежду.

Моё сердце пело от радости. Даже не думал, что она будет так сильно меня ждать.

– У меня была причина, – я отстранился, доставая гладиолус из-за спины. – Это тебе.

Кассандра удивлённо подняла брови и неуверенно взяла цветок. Чем дольше она на него смотрела, тем сильнее заливалась краской, пока не стала похожа на свёклу. Я еле сдерживал улыбку. Она так сильно оробела, что мне даже не пришлось спрашивать, известно ли ей значение этого цветка. Флористка сказала, что гладиолусы символизируют глубину и искренность намерений: «Ничего не бойся. На меня можно положиться». Розы показались мне слишком откровенными. Красные розы олицетворяют страстную любовь и желание, а белые – чистую, возвышенную любовь. Я испытывал к Кассандре и то и другое, но сейчас мне хотелось показать нежность своих чувств, а не ураган, который бушевал внутри меня. Похоже, я не прогадал.

– Спасибо… – произнесла она, когда вернула себе голос. – Очень символично. Ты знаешь, чем угодить.

Я пожал плечами.

– На самом деле нет. Я пока совсем не знаю, что ты любишь или какие цветы тебе нравятся. Мне безумно хочется узнать тебя лучше. Продавщица в магазине рассказала, что у каждого цветка своё значение, и после этого выбрать было нетрудно.

Информацию о языке цветов я запомнил со всем старанием. Должен признать, это даже чуточку интересно.

Кассандра по-прежнему избегала моего взгляда.

– Вроде бы с твоим логическим умом неудивительно, что ты так тщательно подошёл к выбору, но то, что это именно для меня, да и сам цветок… – она запнулась. – Чувствую себя дамой викторианской эпохи. Меня уже давно никто так сильно не смущал. Хватит поступать со мной подобным образом! Ты же, в конце концов, младше!

Я рассмеялся.

– Железобетонный аргумент! Но обещать ничего не могу.

Это было до жути трогательно! Я до сих пор поражаюсь, какие мелочи превращают Кассандру в застенчивую девочку. Казалось бы, её ничем не пробить. Ни сарказм, ни откровенные наезды, ни приставания – на неё ничто не действует. Она на всё реагирует с профессиональным хладнокровием. Видимо, к этому у неё выработался иммунитет за годы работы учителем. А вот невинные жесты внимания тут же срывают с неё всю броню. Она показывает мне свою уязвимость, и я готов растечься лужицей от умиления. Не хочу, чтобы кто-то ещё знал об этой её особенности, кроме меня!

Моя рука прикоснулась к её лицу. Кесси робко посмотрела на меня исподлобья. Её щёки всё ещё пылали. Моё сердце пропустило удар. Эти волнующие чувства, которые охватывают меня рядом с ней, сводили с ума.

– Ну так что, раскроешь мне, какие цветы тебе нравятся? – выдохнул я тихо, глядя в её большие синие глаза.

– Тюльпаны. Но гладиолусы теперь нравятся больше.

И как у неё только получается становиться ещё привлекательнее, чем она есть? Моя сдержанность рухнула. Я сделал шаг, нагнулся и поцеловал её. Сначала осторожно и нежно, постепенно наращивая глубину и страсть. Я прижал Кассандру вплотную к себе и одной рукой стянул резинку с её волос, сразу же запуская пальцы в светлую копну. Мне так нравилась эта пушистая мягкость! Я не мог устоять. Мы долго и упоительно целовались, не торопясь, пока не утолили жажду. Когда наши губы разъединились, Кесси провела ладонью по моей щеке и подбородку, а потом произнесла:

–Ты заслужил свой шанс узнать меня лучше.

– Правда? Знаешь, я чертовски польщён! – усмехнулся я и снова полез к ней целоваться. Она остановила меня, приложив указательный палец к моим губам. – Нет, если будем продолжать в том же духе, наше общение станет однобоким.

Я хохотнул. Эта игра заводила и приятно щекотала нервы.

– Тогда как насчёт свидания? Нам непременно следует бороться с однобокостью в общении.

– Великолепная идея! Но чур я выбираю, куда мы пойдём.

И вот она снова ловко перетянула на себя инициативу, а я не решился возразить. Плевать. С ней я готов на всё! Я, как влюблённый балбес, рад уже тому, что у нас состоится свидание.

– Как пожелаете, моя королева!

Она радостно захлопала в ладоши, как маленькая.

– Тогда в субботу? Давай встретимся в центре на Александерплац3 часов в десять утра.

– Так рано? – удивился я. – Разве на свидания не вечером ходят?

Хотя что я вообще знаю о свиданиях? Мои так называемые свидания проходили всегда одинаково, а именно в кровати за занятием сексом. Даже с Марисой мы особо никуда не выбирались. Я, конечно, дарил ей иногда всякую ерунду, но на большее фантазии у меня не хватало, вернее я просто не хотел заморачиваться, поэтому обычно мы сидели в кафешке, а потом плавно перемещались ко мне или к ней домой. Ну и естественно, был секс. Могу ли я рассчитывать на секс после свидания с Кассандрой? Я помотал головой, освобождаясь от похотливых мыслей. Нельзя торопиться, скомандовал я себе. Я не для этого иду с ней на свидание. Мы собираемся узнать друг друга получше, а до остального дело как-нибудь само дойдёт… когда-нибудь… наверное…

– А где написаны правила, в какое время ходить на свидания? – Кесси подняла бровь. Мне нечего было возразить, и я сдался:

– В десять так в десять. И куда мы пойдём?

Она чмокнула меня в губы и подмигнула:

– Это сюрприз.

Кассандра вся светилась и сияла. Напевая какую-то мелодию, она пошла собирать свои вещи. Не знаю, что она задумала, но видеть её такой весёлой и счастливой стоит неизвестности, хоть я и не люблю сюрпризы.

Мы больше не говорили о её проблемах и погибшем женихе. Я полагал, что не стоит бередить старые раны. Конечно, мы наверняка ещё вернёмся к этой теме, но всё это в прошлом. Главное – будущее. И всё же где-то в глубине души я завидовал этому типу. Он умер, но сердце Кесси всё ещё в его власти. Тому человеку она отдала всю свою любовь и преданность – всю себя. Смогу ли я когда-нибудь стать ей настолько же близок и дорог? Я никогда её не обману и не сделаю больно, но примет ли она меня и мою любовь? Мне тяжело думать о таких вещах. И вообще, наверное, рано задаваться подобными вопросами. Моя ревность к умершему человеку была до идиотизма глупой и жалкой. Даже самому себе признаться в этом стыдно.

– Кстати, дай мне номер своего сотового, – попросил я вроде как невзначай, откашлявшись, когда она снова подошла ко мне. Я резко сконфузился. Чувствовал себя как школьник, который клянчит номер телефона у самой крутой девочки в классе.

– Будешь мне писать? – спросила она. Этот странный вопрос смутил меня ещё больше.

– Иногда… если можно…

Она мелодично рассмеялась и потрепала мои волосы. Мне не очень понравился этот жест – как будто я ребенок. Пока я дулся, Кесси взяла листок у себя на столе и быстро начеркала что-то на нём, а потом протянула мне.

– Вот. Можешь писать, когда захочешь. Я уже думала, ты никогда не попросишь.

Мы поменялись ролями – теперь она вогнала меня в краску. Не мог же я ей сказать, что я не просил её номер, потому что обычно девушки сами у меня его просят. Я лишь пробубнил неразборчивое «спасибо», но Кассандра словно не заметила моего смущения и больше ни о чём не спрашивала.

Из университета мы на всякий случай вышли порознь, но сели в один поезд. На моё предложение пойти ко мне последовало твёрдое «нет», чего и стоило ожидать. Мне и так перепало свидание. Даже если бы она согласилась, я бы решил, что она шутит. Проводить себя до дома Кассандра тоже не дала. Скорее всего, она пока не хотела показывать мне своё злополучное жилище.

В течение недели, к моему разочарованию, мы с Кесси виделись лишь мельком. Я поменял смены на подработке, чтобы освободить субботу для свидания, а ещё играл после занятий в баскетбол. К тому же, как назло, на меня свалился доклад. От досады хотелось лезть на стену. Как наркоману не хватает дозы, так и мне не хватало близости, объятий и поцелуев Кассандры.

Посреди этого хаоса, в четверг после тренировки, я обнаружил Марису на пороге своей квартиры, где она меня подкарауливала. Я опешил. Это же надо, ей ещё и наглости хватило заявиться ко мне лично! Мой бойкот не привёл её к единственно правильной мысли – оставить меня наконец в покое.

Завидев меня, она тут же нацепила фальшиво-неутешную мину.

– Уходи, – сказал я, не здороваясь. Достав ключи, я решительно отодвинул её в сторону. Она одной рукой загородила замочную скважину, а другой вцепилась мне в куртку.

– Милый, ну прекращай уже! Сколько ты ещё собираешься меня динамить? Это ведь была просто проверка, да? То, что ты влюблён в другую, ты ведь специально это сказал, чтобы увидеть мою реакцию! Ты хотел, чтобы я тебя приревновала, и я приревновала, но немного переборщила. Я наговорила тебя всякого, но это со зла.

Я кинул на Марису суровый взгляд. Это как – «со зла»? Она на всю катушку развлекалась с моим другом, пока была моей девушкой, тоже со зла? Интересный поворот!

– Ты вообще в своём уме? Забудь меня, забудь мой номер, забудь дорогу сюда и что я вообще существую! Топай домой! – я попытался отнять её руку от замочной скважины, но она настойчиво преграждала мне дорогу.

– Я не могу без тебя, Лео! Я люблю тебя! Не бросай меня! Ты не можешь этого сделать! – простонала она умоляюще.

Я тяжело вздохнул и снисходительно посмотрел на неё.

– Я уже это сделал. И не выдумывай всякую фигню. Ты меня не любишь, Мариса. Посмотри на себя! Ты спала с моим лучшим другом, зная, что это может разрушить наши с тобой отношения и мою дружбу с Дирком. Не строй из себя жертву. Ты использовала Дирка, чтобы сделать мне больно. И это, по-твоему, любовь?

– А сам ты? – наехала она на меня. – Ты начал встречаться со мной, хотя любил другую! Ты меня тоже обманывал!

– Не сравнивай! Это не одно и то же! Я признаю свою вину, но я никогда не изменял и не говорил тебе, что люблю. Это было неправильно – умалчивать о моих истинных чувствах. Но время назад не повернёшь. Я могу только попросить прощения, что я и сделал. Ты сочла, что моих извинений недостаточно. Твоё право. Злись сколько влезет. Я принимаю твою точку зрения, но и ты прими мою. Всё кончено! Ты можешь, если хочешь, и дальше кувыркаться с Дирком. Мне плевать. Мне даже плевать, если вы начнёте встречаться. Делайте что хотите, только меня не трогайте.

– Разбежался! – рявкнула она. – Я узнаю, кто эта стерва! Ты заплатишь мне за унижение! Заплатишь за свой обман! Вечно все тебе потакают, всё прощают, поэтому ты оборзел в край! Но со мной не выйдет!

– Да уймись ты! – сорвался я. – Чего ты хочешь этим добиться? Ненависти? Так тебе станет лучше?

– Мне станет лучше, когда я увижу твои мучения! Я приложу максимум усилий, чтобы это сбылось!

Я устало провёл рукой по лицу. Господи, театр одного актёра. Ей до лампочки, что я ей говорю. Как об стенку горох.

– Проваливай. У меня был тяжёлый день. Мой тебе совет: не пытайся строить козни и настраивать моего друга против меня. Когда-нибудь это выйдет тебе боком, и страдать уже буду не только я, но и ты тоже.

– Ну и пусть, – прошипела она. – Кто-то должен тебя наказать! Ты ещё приползёшь ко мне на коленях! Помяни моё слово!

После этого она наконец улетучилась, плюнув мне в лицо. Вот и поговорили. Я вытерся рукавом, внутренне свирепея. Возомнила себя ангелом правосудия, ненормальная! Я никогда не замечал, что в ней столько скрытой агрессии. У меня всякое бывало с девушками: и пощёчины я получал регулярно, и угрозы пару раз выслушивал, но вот преследование, шантаж и запугивание – с таким я ещё не сталкивался. И в лицо мне не плевали. Жутко гадко!

Когда я зашёл в квартиру, мне нужно было выпустить пар. Я пнул со всей дури шкаф в прихожей и отмудохал подушку – из неё даже перья полетели. Потом я попытался отрефлексировать ситуацию. Может, я недостаточно раскаялся, поэтому Мариса совсем остервенела. Но я не мог раскаиваться после всего, что она на меня выплеснула. Если поначалу мне ещё было совестно, то это чувство напрочь отпало после её выходок. Что ей вообще двигало? Фактически она начала мне мстить, ещё когда мы встречались, причём ни за что. Это какая-то женская солидарность или она заранее отрывалась на мне за надуманную будущую измену? Есть люди, которые страдают навязчивыми идеями и выдумывают на пустом месте то, чего нет. Но как она дошла до того, чтобы эксплуатировать моего друга в своих упоротых целях? Нужно срочно с ним поговорить, вразумить этого балбеса, пока Мариса окончательно его не опутала своей паутиной дебильных идей. Но сначала надо узнать, что она ему наплела и в каких они вообще отношениях. Вернее, в каких они отношениях по его мнению. Потому что непохоже, что Марисе он нужен как парень. Как бы и его с ней за компанию не переклинило… Мне стало совсем не по себе. Вечер был испорчен.

После душа я рухнул на кровать и взял свой сотовый с тумбочки. Дисплей ярко вспыхнул в темноте. С понедельника я ещё не пробовал писать Кассандре. Точнее, я пытался, но быстро понял, что не знаю, о чём писать. Я ведь никогда толком и не переписывался ни с кем, только обменивался короткими сообщениями по делу. Ещё одна моя черта, которая не нравится девушкам. Они меня просто заваливали горой сердечек и смайликов с какой-то непонятной словесной патокой. Я отвечал на всё это односложно, чтобы минимизировать ответную реакцию. Меня раздражало постоянное пиликанье телефона и не несущие никакой информации тексты… а теперь… теперь я раздумывал, как мне быть, ведь мне очень хотелось получить хоть пару строчек от Кесси. А может, позвонить? Услышать её голос было бы ещё лучше, но я побоялся, что она догадается о моём дурном настроении по интонации.

В итоге я всё же набрался мужества и написал простое: «Привет. Это Лео». Для начала сойдёт. Суховато, но я надеялся, она не будет ко мне слишком строга. Я с замиранием сердца таращился на экран в ожидании ответа. Прошло минут пять, прежде чем пришло ответное сообщение.

«Привет Лео, – рядом стоял улыбающийся смайлик. – Я уже решила, что ты потерял записку с моим телефоном или просто отправил меня в игнор».

Боже, что это за подражание молодёжному сленгу в последнем предложении? Меня это улыбнуло.

«Как прошёл день?» – спросил я.

«Было много работы, – она присоединила печальную мордашку. – Устала».

«Я тоже, – отправил я ответ, а потом добавил: – Очень жду субботы!»

«И я…» – призналась она. «Кстати, надень что-нибудь немного элегантное. Не костюм, конечно, это будет слишком, но и не толстовку. В общем, что-нибудь деловое и строгое».

Если бы потребовался костюм, это бы стало проблемой, потому что у меня его нет. Хотя Кесси должна была это заметить, когда инспектировала мой шкаф в поисках сменной одежды.

«Снова интригуешь?» – не удержался я. Во время нашей переписки с моего лица не сходила улыбка. Я представил, что она, как и я, лежит на кровати, пишет мне и тихо улыбается полученным строкам. Хм… Пришлось признать, что впустую обмениваться сообщениями иногда очень занимательно.

«Совсем нет. Просто хочу увидеть твои безупречные мышцы, запакованные в рубашку».

Я не удержался и расхохотался в тишину. Вот так парой слов Кассандра сумела прогнать моё гадкое настроение. Я повернулся на бок, поправляя одной рукой подушку под головой, и ответил:

«Сразу бы так и сказала. А в чём будешь ты?»

«Это тоже сюрприз, – она отправила подмигивающий смайлик, и я вздохнул. Я уже изнывал от бесконечного ожидания. – Потерпи ещё завтрашний день, и скоро всё узнаешь», – подбодрила она меня.

«Я скучаю…» – признался я. Минуту ответа не было, а потом пришло сообщение:

«Я тоже! До субботы! Жду с нетерпением!»

Это уже немного походило на романтику между влюблёнными. Мы однозначно двигаемся в правильном направлении! На душе стало тепло, и я задумался над тем, куда она меня поведёт. Что в стиле Кассандры? Пока мне трудно предугадать её ходы. Моя влюблённость основывается на нелогичном чувстве симпатии, но мне хочется узнать больше – о чём она думает, как живёт, чем дорожит. Я не строил иллюзий, что мы всегда будем сходиться в интересах, мнениях и вкусах, но я не считал это помехой. Мы можем многому научиться друг у друга. У Кассандры очень богатый внутренний мир. Она взрослая, но дело не только в этом. Я был уверен, что человек, который пишет книги, видит мир по-особенному и торопился понять, каков мир в её глазах и каков я в её глазах, – когда она откроется мне. Да, я обязательно отыщу ключ к её сердцу, потому что я так хочу и я так решил.