Мысли об уходовых средствах для бороды не покидали мою буйную головушку. Рано утром после тренировки я позавтракала и, взяв с собой Прошку, пошла прогуляться по Тверской. Хотелось заглянуть в магазины, чтобы иметь хоть какое-то представление о товарах и услугах этого времени. Я, конечно, понимала, что даже если здесь и удастся найти экзотические масла, то стоить они будут приличных денег. Но в России должны были быть масла из местных растений эфироносов. Увлекаясь всеми этими «пахучками», я всегда интересовалась историей их происхождения.

Мои предположения оказались верными. В аптеке я обнаружила эфирные масла миндаля, мускатного ореха, корицы, кориандра, шафрана, ванили, розы, апельсина, мяты, чабреца и многих других. Естественно, они отличались в цене, но для меня это было не критично. Начинать нужно всегда с малого. По-другому большие дела не делаются.

За базовое масло я взяла конопляное, а к нему мятное и чабреца. Еще купила настойку красного перца, специально для тех бород, которым требовался рост. Батюшке с накладной бородой она точно потребуется.

— А вам для чего маслице-то? — старый аптекарь с улыбкой посмотрел на меня. — Для волос? Они у вас красивые, на золото похожи.

— Для бороды, — ответила я, весело наблюдая, как увеличиваются в размерах его глаза. — Чтобы росла густая и блестящая.

— Вы думаете, что борода украсит ваше милое личико? — шутливо поинтересовался мужчина. — Мой вам совет: оставьте все как есть. Могу предложить средство для отбеливания кожи. Мне кажется, это нужнее молодой девице.

Я понимала, что он шутит, но все-таки прояснила ситуацию:

— У нас с дядюшкой парикмахерская недалеко отсюда.

— Ваш дядюшка Тимофей Яковлевич Волков? — догадался аптекарь.

— Да. Меня зовут Елена Федоровна Волкова, — представилась я, и он вдруг всплеснув руками, воскликнул:

— Стриж? Это о вас говорят?

— Обо мне, — мне не удалось сдержаться тяжелый вздох. Похоже, эта кличка прилипла ко мне навсегда. — Вы уже тоже слышали?

— И видел! Наш Яичкин своими усами произвел в обществе переполох! Экая вы выдумщица, Елена Федоровна! И где только науку эту освоили?

— Что ж я вам все тайны раскрою? — шутливо ответила я. — Приходите к нам красоту наводить.

— Всенепременно! — мужчина протянул мне пузырьки в бумажном пакете. — Меня зовут Никита Мартынович, милая. Вы тоже заглядывайте почаще.

Мы попрощались, я вышла на улицу. Но как только мы с Прошкой отошли от аптеки, меня окликнули:

— Елена Федоровна! Вы настойку красного перца забыли! Чтобы борода росла!

Я обернулась и увидела аптекаря, машущего мне рукой. Вот растяпа!

— Прошка, а ну-ка вернись, — попросила я. — Шустренько.

Мальчишка побежал к Никите Мартыновичу, а рядом со мной совершенно неожиданно прозвучал знакомый голос:

— Добрый день, Елена Федоровна.

Я удивленно обернулась и увидела Сергея Фролова, сына купца. Он стоял в нескольких шагах, глядя на меня веселыми глазами. Мне даже показалось, что он вот-вот рассмеется.

— Добрый день, — я нахмурилась. — Чего это вы на меня так смотрите?

— Еленочка Федоровна! Вот! Настойка ваша для бороды! И чево, от нее прям до пупа волосища вырастут? — запыхавшийся Прошка сунул мне пузырек и только потом увидел Сергея. — День добрый, барин!

Плечи Фролова затряслись от хохота. Молодой человек опустил голову, пряча лицо, а когда поднял, я увидела, что на его глазах выступили слезы.

— Что такое? — мне стало не по себе. Может, у меня грязное лицо? Прошка сказал бы…

— Прошу прощения, Елена Федоровна, — выдохнул Сергей. — Могу я поинтересоваться: для чего вам настойка?

— Бороду отпускать надумала, — ответила я с абсолютно невинным выражением лица. — Знаете ли вы, что бородатые мужчины чаще изменяют супругам, чем бородатые женщины своим мужьям?

Молодой человек пару секунд молча смотрел на меня, а потом захохотал.

— Господи, Елена Федоровна давайте уйдем отсюда, иначе на нас уже обращают внимание!

— Мы уже возвращаемся домой, — я не рассматривала его в открытую, но отметила, что Фролов одет с иголочки. Аккуратный элегантный мужчина больше походил на дворянина, чем на сына купца. Но это, скорее всего, объяснялось тем, что он долгое время находился за границей.

— Позвольте проводить вас, — как и в первый раз предложил Сергей. Посмотрев в его веселые глаза, я не стала отказывать. Пусть идет, если ему так хочется.

Прошка побежал вперед с покупками, а мы не спеша пошли по тротуару.

— Так значит, вы живете у дядюшки? — молодой человек завел разговор.

— Тимофей Яковлевич дядюшка моего покойного мужа, — ответила я, с интересом наблюдая за его реакцией. — После его смерти мы с дочерью переехали к нему.

— У вас есть дочь? — удивился Фролов. — И сколько ей?

— А почему это вас удивляет? Танечка еще младенец.

— Не обижайтесь, Елена Федоровна, — спохватился Сергей. — Просто вы совсем девочкой выглядите.

— Такая уж у меня стать, — мне вдруг снова стало обидно. Вот почему было не засунуть меня в тело видной девицы? Чтобы рост и размах рук были соответствующими… Нет же… рыжий дрищ на кощеевых ножках. Сразу вспомнился прикол из прошлой жизни: «Маша всегда мечтала играть роль Джульетты, но из-за маленького роста и странной формы позвоночника она играла канделябр».

— Что Богом дано, всё прекрасно, — вполне серьезно сказал Фролов. — Себя любить нужно.

— Вы себя, значит, любите? — я взглянула на него, приподняв брови.

— Не путайте любовь к себе с самолюбованием, — Сергей усмехнулся. — Этого во мне точно нет.

У калитки мы на минуту остановились, и я заметила, как он бросил быстрый взгляд на парикмахерскую, из-за угла которой выглядывало мое непрезентабельное жилище.

— Как вам живется с дядюшкой, Елена Федоровна?

— Хорошо мне живется, — меня почему-то задел этот вопрос. В нем чувствовался намек на то, что Сергей увидел. — Не хоромы, но и за это спасибо. Пойду я. Всего доброго.

Фролов что-то хотел сказать, но не стал. Он поклонился и пошел обратно в сторону Тверской.

И тут из парикмахерской раздался громкий рёв. Кто-то так голосил, что в ответ на этот вой слабо залаял Туз. И это притом, что изможденная псина не лаяла, даже когда во дворе шастали чужие.

Я бросилась туда, боясь представить, что могло приключиться.

По залу бегал Прошка, схватившись за лицо обеими руками, и орал как резаный. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что случилось. На тумбочке стоял открытый пузырек с перцовой настойкой.

— Ох, ты ж! А ну, стой! — я схватила Прошку и оторвав его руки от лица, увидела, что оно пылает как советское знамя. — Не ори! Пошли со мной!

Захватив на кухне кусок мыла, я подтащила мальчишку к бочке с дождевой водой и умыла его. Но лицо продолжало пылать, словно он не просто размазал по нему эту чертову настойку, а втирал ее!

— Морда-а-а гори-и-ит! — продолжал реветь Прошка. — Без кож-и-и-и остану-у-усь! Слезе-е-ет ве-е-едь!

Выбежавшая следом Евдокия испуганно наблюдала за нами, не переставая креститься.

— Водка есть? — спросила я и она кивнула. — Неси!

Повариха вынесла полбутылки, но стоило мне ее взять в руки, как Прошка заголосил еще больше.

— Не стану-у-у пи-и-ить!

— Да кто ж тебя заставляет?! — я смочила тряпку водкой и протерла ему лицо. — Сейчас жечь перестанет!

Этот прием я знала, потому что иногда использовала перцовую настойку при растяжении мышц.

Спирт действует на капсаицин как растворитель.

Когда мальчишка немного успокоился, я поинтересовалась:

— Ты зачем настойку брал?

— Думал быстрее мужиком стану! — обижено всхлипнул Прошка. — Борода полезет!

Мы с Евдокией принялись хохотать, а он опять завыл, зло топая ногами.

— Пойдем со мной, — повариха подтолкнула его к двери. — У меня средство есть хорошее. Чтобы кожа не слезла. Ох, горе луковое! Бестолковое!