Героиня единственного законченного романа Любови Достоевской «Эмигрантка» (1912) живет в Риме, потому что только там она «чувствовала, как с каждым днем в душу ее вливался безмятежный покой, какой невольно ощущают люди, придя в монастырь. А этого монастырского покоя и тишины более всего жаждала измученная душа Ирины». Что же измучило ее душу?

Она здорова, состоятельна, сама себе хозяйка. Правда, ей тридцать лет, и она еще не замужем, хотя и мечтает об идеальной любви. И именно это одиночество, да еще разочарование в России, только что проигравшей Русско-японскую войну, гнетет ее. Ей кажется, что ее жизнь кончится разочарованием во всем, во что она верила. Она возненавидела Петербург и влюбилась в Рим, где люди умели быть довольными и счастливыми, несмотря на бедность, и умели жить одним днем, несмотря, а может быть, благодаря многовековой истории, что осталась у них за спиной. И они, в отличие от русских, соблазненных атеизмом, искренне верят в Бога.

Какой контраст с Россией! «Ирина с горечью думала, что в одной лишь России религия оставлена на попечение жадных мужиков. Бурса, семинария всегда были в России синонимами грубости и вульгарности. Образование, умственное развитие этих будущих пастырей, — ничтожно. Общественная жизнь им совсем не известна. Едва кончившего семинарию юношу спешат посвятить в священники и отправить в глушь, в деревню, где окружающие его дикие мужики учат пьянству своего юного пастыря. Но и те, которые попадают в большие города, не приносят пользы своим прихожанам, так далеки они от общественной жизни, так мало ее знают. Они только раздражают свою паству нелепыми исповедями, дикими проповедями, бесцеремонным отношением к святыне. Храмы обращают они в мелочную лавочку и спешат извлечь из них как можно больше доходов. С горьким чувством вспоминала Ирина, как священник, давая после обедни целовать крест прихожанам, в то же время служил молебен чтимой иконе, повернувшись к ней спиной и лишь изредка отвечая на возгласы дьякона. Вспоминался еще более отвратительный молебен в провинциальном монастыре перед чудотворной иконой, где пьяный священник бранился с пьяным дьячком в промежуток между молитвами. Да мало ли было таких случаев, что больно ранили ее сердце и подрывали уважение к православию». И она начинает подумывать о переходе в католичество.

Но Ирину пленяют и памятники древней истории, которыми так славится Рим: «Чудесная лунная январская ночь спустилась на землю. Рим нежился в голубом теплом воздухе. Все приняло фантастический вид, и развалины не поражали более своей стариной рядом с современными постройками. И церкви, и дома, и улицы носили сказочный характер. Но лучше всего было в Колизее, куда направилась в эту ночь Ирина». Именно здесь, в ночном Колизее, она и встретит мужчину, который захочет отговорить ее от ухода в монастырь и сделает ее по-настоящему счастливой и по-настоящему несчастной.