— И что это было?

Однажды я уже задавала Тарасу подобный вопрос. В тот раз он меня успокоил. В этот… на удачу я больше не рассчитывала.

Вместо ангела ответил Валечка.

— Капитан, кажется, это был залп «Пульсара».

— Кажется?! — рыкнула я, но, наткнувшись на укоризненный взгляд Дарила, слегка смягчилась. Демон был прав, за свои ошибки я должна была отвечать сама. А это… была именно моя ошибка. — Уверен?

Пока тот молчал, я мысленно считала: раз, два, три… Никакого смысла, даже не успокаивало.

Вздох и ответ:

— Уверен. Двинуло рядом с нами, сканеры уловили зияние открывающегося прокола.

Хотелось выругаться, чтоб от души, но вряд ли полегчало бы.

— «Корвет» задело?

Ответил опять Валечка.

— Нет. Он «ушел» раньше, да и прикрыли мы его.

Завидовать я не стала, радоваться за Стелькова — тоже. Если все будет так, как предполагает мое мрачное воображение, ему достанется. И за себя, и… за меня. Вполне стоило пожалеть.

— Будем ждать или думать? — Откинувшись в пилот-ложементе, перевела я взгляд с демона на ангела. Костас сидел у себя в навигаторской, Стас и Валечка, Дюша и Юл тоже на местах по боевому расписанию. Единственного пассажира, отказавшегося нас покидать, я отправила в каюту. Чтобы не крутился под ногами.

— Слишком много неизвестных, разброс получится большим.

Это был Костас, он правильно понял, что мой вопрос относился в первую очередь к нему.

— А нужно? — поинтересовался вслед за ним Дарил. — Выйдем, осмотримся.

— Что бы ни делать, лишь бы ничего не делать, — прокомментировала я предложение демона, проигнорировав замечание хакера.

— Согласен с ним, — протянул Тарас, пожимая плечами. — Только зря нервничать. Где-то же выскочим.

— Совсем обленились, — грустно усмехнулась я.

В принципе они были правы. Будь даже у нас точная мощность залпа «Пульсара» и еще десятка два параметров, необходимых для расчета, могли пропустить тот единственный, который и изменит результат до неузнаваемости.

Но… как это обычно и происходило, в этом самом месте вступало то самое «но», от которого хотелось выместить на ком-нибудь подкатывающую к горлу злость. У меня на борту был Юл.

Все остальные были достаточно взрослыми и самостоятельными, чтобы сознательно оказаться в этом… д, мальчишке такой возможности не дали. Он просто потянулся ко мне, стоило добавить в его жизнь капельку тепла.

— Зато я могу прикинуть время до выхода, — словно оправдываясь, заявил невидимый Костас.

— Это я и сама могу прикинуть, — поднимаясь, поморщилась я. — Мы шли на четыре двадцать, двинуло нам градуса под три-четыре, практически полное наложение двух проколов. Прыжок по пространству нам сбило, но по продолжительности практически нет, так что пройдем с искажением по времени минут на десять.

— На двенадцать, — мрачно поправил навигатор.

— На двенадцать так на двенадцать, — согласилась я, подходя к выходу из рубки. — Дарил, остаешься за меня. К выходу — боевая тревога.

— Принял, — отчитался демон и уточнил: — А ты куда?

— А я, — обернувшись, улыбнулась я, — спать. Через четыре часа понадоблюсь вам бодрой и решительной.

Спать я не собиралась. После всех событий на Штанмаре Стас настоял на глубоком отдыхе. Вино демонов для этого подошло прекрасно, парочка бокалов и на десять часов я выпала из действительности. До привыкания организма к этому напитку мне было еще очень далеко.

Но и сидеть в рубке, не сводя глаз с экранов, тоже было глупым занятием. Если вдруг что произойдет, я узнаю об этом позже лишь на несколько секунд.

Добравшись до каюты и сбросив китель, я нашла себе занятие интереснее — засела за планшет. Вывела на дисплей запись последних двух суток, начиная с того момента, как Таласки объявил операцию по сопровождению конвоя законченной. Событий за это время произошло так много, что было о чем задуматься.

Выступление императора Люцении, в котором он благодарил не только Индарса, но и нашу Службу, покушение на Искандера, заявление отца Дарила о вступлении в коалицию и высказанное им же желание выяснить, кто виновен в гибели важного заключенного и ранении адмирала. Заканчивал эту цепочку мой разговор с Таласки и нападение на нас вольных.

Высокоуровневый хатч, демоны его задери!

Если Индарс и Искандер — Императоры, то с остальными фигурами все было не столь просто.

Легче всего казалось определиться с отцом, в этой игре он выбрал для себя роль Друга. Еще бы знать, от чего именно он спасал скайла столь хитроумной комбинацией?

Несколько причин лежали буквально на поверхности. Если противостояние старха и скайла взять за основу, то вся эта история со взрывом тюремного кара была способна подпортить настроение Индарсу, бросить тень на его спецслужбы, дать Искандеру время для передышки, а главному демону — великолепную возможность оказать моему «мужу» поддержку, в которой он нуждался. Ну и конечно, Тадеус. Игорь лишь вскользь упомянул о смерти нашего бывшего друга, но стоило к этому добавить привет от Шторма, который мне передал Рауле, как все укладывалось в идеальную многоходовку.

Слава был мастером подковерных игрищ.

Не забыла я и о таинственном незнакомце, который должен был прибыть с делегацией Союза. Бывшего хозяина притона вроде как нет в живых, оставалась только я.

Жаль, не подумала об этом раньше — непростительная беспечность. Соглашаясь на предложение Таласки отправиться в обратный путь первыми, я даже не предположила, что нас могут ждать. Посчитала, что удар, который Служба нанесла вольным, заставит тех уползти на базы зализывать раны. Забыла, что и Ивар, и Шахин сумели уйти.

Эта парочка предпочитала решать свои проблемы быстро и кардинально. Я им такую возможность предоставила.

Одно не вписывалось в мое представление о происходящем: мы были все еще живы. Считать, что судьба решила дать мне еще один шанс, я не собиралась. На этот счет у меня были другие мысли.

— Как это у вас говорят, — иронично посмотрев на меня, начал Рауле, когда, получив разрешение войти, замер у двери каюты, — кусаешь локти?

Я бросила последний взгляд на планшет, на нем мы как раз подходили к месту ловушки, отодвинула его от себя.

— Уже в курсе?

Сетовать на его несвоевременное появление было поздно, скорее стоило порадоваться. Наблюдать снова за тем, как мы опростоволосились, было неприятно. Расслабились, окрыленные успехом, успокоились. Я так вообще только об Искандере и думала. Прилечу, кинусь ему на шею, уговорю потянуть с браком еще немного…

Прилетела!

Встретили нас… в лучших традициях вольных. Четыре корабля против нас двоих, один — классом выше. Мы со Стельковым посчитали, что нас гонят к засаде, оказалось…

Вот здесь у меня и не сходились концы с концами. «Пульсар» давал шанс выбраться, бой мог не оставить ни одного.

Я все еще чего-то не понимала.

— Наташа, — Рауле присел в кресло, не дожидаясь моего приглашения, — я давно уже живу одним днем, на завтра не загадываю.

Я улыбнулась в ответ, но он словно и не заметил. Была в нем настороженность, которая противоречила его словам.

Или я хотела ее видеть, зная, как он должен реагировать на эту ситуацию?

Размышлять над этим не стала, просто спросила:

— Потому и передал все материалы?

— Заметила? — В его взгляде появилось удовлетворение, что не помешало напряжению возрасти.

Я не была готова к этому разговору, но… время для него казалось как раз подходящим.

— На своем корабле я контролирую все, — продолжая взвешивать, нужны мне сейчас новые проблемы или достаточно старых, пояснила я, — а тут довольно большой пакет информации. Попросила Костаса, тот вскрыл сопровождающий. — Он слушал внимательно, даже, соглашаясь, кивнул. Моя предосторожность ему импонировала. Вот только он не догадывался, что не обойдется без сюрприза. — Уровень военной подготовки?

Вопреки моим ожиданиям, его губы тронула усмешка.

— Кто подсказал?

Я пожала плечами.

— Сначала ты сам, еще там, на Таркане. Я смотрела на тебя и несколько раз ловила себя на мысли, что ты слишком хорош для разыскника. Но тогда я нашла этому объяснение и забыла. А тут Тарас предложил обратить внимание на то, как ты двигаешься. Не по-человечески.

— Так я вроде как и не человек, а старх, — попытался он увести тему в сторону, но, заметив мой жесткий взгляд, поднялся. — Нам стоит закончить этот разговор. Тебе достаточно знать, что в случае чего я смогу помочь не хуже, чем метаморф. А все остальное…

Я сделала вид, что его не услышала.

— Тарас сказал, что ты в образе. Взял с того, кого хорошо знал. Но своя личность проявляется в рефлексах.

Я смотрела на него и… видела, о чем говорил ангел. Внешне — мягкий, рассудительный Рауле воспринимался сейчас запертой в клетке бурей. Оковы держали, но трудно даже предугадать, что будет, если вдруг эта стихия обретет свободу.

Он молчал. Спокойное, равномерное дыхание, расслабленное тело… Ни малейшей опасности, если жизнь не научила чувствовать ее кожей.

— А ведь Искандер не догадался, — продолжила я, «добивая». Наше будущее было непредсказуемым, нам предстояло решить, сможем ли мы продолжать доверять друг другу. Не безоговорочно, но хотя бы так, как сейчас, не опасаясь подставить спину. — А Артур, скорее всего, узнал. Случайно или нет, но он тебе поверил, и… — встреча взглядов была короткой, в глубине его глаз клубилась тьма, — помог. Потому ты и готов был ради него спасти мою жизнь.

— Не продолжай! — то ли умоляя, то ли требуя, прошептал он. Вот только шепот был похож на рев.

Странно, я должна была ощущать страх или… ненависть. Я ведь догадалась, кем в своей прошлой жизни был Рауле, и понимала, что, не будь тех семи лет перевозчицей, которые научили меня, что судить надо за то, что есть, а не за то, что ушло в небытие, один выстрел решил бы его судьбу.

Навсегда.

— Отправляйся к Дарилу, — повернулась я к планшету, вбивая приказ и ставя точку в этом противостоянии. Камил выдержал испытание, надеюсь, я — тоже, — он подкинет тебе что-нибудь серьезнее твоего парализатора.

Тот отреагировал так, как и должен был сделать это Рауле. Впрочем, для меня он им и остался.

— Думаешь, нам не повезет?

Я обернулась, подмигнув, заметила:

— А не слишком ли ты много хочешь от удачи?

Улыбнулся он мне легко. Или… с облегчением. Я не стала вдаваться в такие тонкости, мне оказалось достаточно просто знать, что на борту «Зверя» находился самаринянин.

И, если я не ошибалась, жрец их не знающей жалости богини.

* * *

— Если за тридцать минут не найдете ничего лучше, будем садиться на эту, — вынесла я вердикт, просматривая данные сканирования очередной планеты, которую мы намеревались приспособить под свое временное прибежище. Не скажу, что результаты мне очень понравились, но это если не сравнивать с предыдущими тремя. На тех мы бы долго не продержались, эта давала возможность ждать помощи.

Вынесло нас… слишком далеко от обитаемой части Галактики. Мы даже свое местонахождение определили весьма условно. Не оказалось в нашей базе навигационных карт, способных пролить свет на этот сектор.

Радоваться этому или нет, я пока не решила. С одной стороны, ограничения по топливу, воде, пище. Да и беспокоиться о нас будут. С другой…

Глядя с другой, я опять вспоминала про хатч. Мое исчезновение, да еще и при таких обстоятельствах, вполне было способно заставить Искандера и Индарса объединиться. Пусть и временно, но, как говорится, лиха беда начало. Вдруг вспомнят, ради чего создавалась Служба.

Надежда на это была слабой, но… была.

— Капитан, — обернулся ко мне Тарас, — это нереально. До ближайшей системы нам добираться…

Я не дала ему закончить.

— Знаю, — улыбнулась в ответ на мелькнувшее в глазах возмущение. — Вы что, считали, что я позволю бороздить просторы Галактики, пока топливо не закончится?

Дарил хмыкнул, ангел опустил виноватый взгляд.

— Значит, ищем место для посадки?

Теперь я смотрела на демона.

— Мне отправить тебя гальюн чистить?

Тот фыркнул, обиженно, но ответил как положено:

— Внести в журнал: готовность к выполнению посадочной карты на планете, не внесенной в реестр. Медику подготовить комплект универсальных ботов и защитные средства для членов экипажа.

— Курс менять, что ли? — грубовато уточнил Костас. Я специально за ним не следила, но, кажется, из навигаторской он так и не выходил.

— Менять, — равнодушно бросила я, пытаясь сообразить, чем меня смущает собственное же решение.

Вроде ничего, что могло бы насторожить, я в данных по планете не обнаружила. Шарик земного типа, да и остальные характеристики отличаются лишь немногим. Климат тяжеловат, большую часть суши занимают пустыни, но и зелень кое-где встречается, это уже поближе к полюсам. По сравнению с тем, на что наткнулись в первых четырех системах, можно было посчитать раем.

Но на душе продолжала оставаться тяжесть, словно предчувствие. И не понять, к чему оно, просто не дает оставаться спокойной.

— Таши, — неожиданно позвал меня Тарас, заставляя вынырнуть из круговерти странных ассоциаций. На миг возникло ощущение, что мы подходим к Харабу, только вместо трех лун — две. — Мне не нравится твое настроение.

Что я могла ему ответить… Мне в последнее время многое не нравилось.

— Что по карте? — обернулась я к демону, проигнорировав заявление ангела. Поговорить с ним я сумею и потом, сейчас не стоило расслабляться.

— Сбросил исследовательский, — правильно понял тот. — Жаль, аварийных нет.

Говорить, что на «Варварушке» и того бы не было, я не стала, тот и сам все знал. Это «Зверь» был оснащен на все случаи жизни, базовый перехватчик в чужом мире мог оказаться одним гробом на всех.

— Таши… — неожиданно вызвал меня Стас, но сказать ничего не успел.

Прервав медика, взвизгнул сигнал тревоги и… стыдливо замолк, словно извиняясь, что напугал.

— Что это было?! — рыкнула я, уже перебирая последние записи в журнале.

Дойдя до конца, сдвинула на шестьдесят секунд назад, взяв время с запасом. Разгонные, маршевый, топливная, противометеоритная, защитные, система регенерации воздуха, воды, запасы кислорода, связь…

Сменялись названия систем и отсеков, но результат был все тем же — ничего, что могло бы заставить ИИ устроить подобный демарш.

— Костас!

Сейчас больше хакер, чем навигатор, отозвался мгновенно, будто ждал, когда я обращусь именно к нему. И ведь знал, что доиграется…

— Попытка проникновения в систему управления. Источник не определен.

Значит, предчувствие. Мы еще не сели, а вокруг нас уже творилась какая-то чертовщина.

Корить судьбу и рвать на себе волосы я не собиралась. Чего только в нашей семилетней истории не было.

Пришлось себя поправить — такого точно не было.

— Валечка, ты все еще уверен, что это был «Пульсар»? — Оценивающий взгляд Дарила я проигнорировала. Если у него появятся умные мысли, выскажется, а нет… я ему не барышня на выданье.

— Обижаешь, капитан, — выдал оружейник, вот только обиды в его голосе я не услышала. Если только отголоски волнения. — По характеристикам, которые я успел снять с залпа, — точная копия нашего.

Еще интереснее! Жаль, нельзя вернуться и уточнить у Ивара, где он раздобыл эту игрушку.

И… Ивар ли это был?

— Костас, на него можно подсадить какую-нибудь дрянь? — Решив, что риторические вопросы могут и подождать своей очереди, продолжила я генерировать идеи. Чем их больше, тем… одно к другому отношения не имело, но шанс случайно наткнуться на умную мысль наличествовал. Стоило вспомнить… тот же Хараб.

На случайность это было уже мало похоже.

На этот раз между моим вопросом и ответом была короткая пауза.

— Если рассуждать гипотетически…

— А если без рассуждений, — жестко прервала его я.

— Нет. Это…

— Спасибо, — снова не дала я ему договорить. — Стас, что ты хотел сказать?

— Что у тебя пульс зашкаливал.

Я прислушалась к себе, убедиться, что не обманываюсь. Вывела результаты телеметрии на дисплей. Все было идеально. Для нынешней ситуации.

Вот только Стасу я верила.

— Сколько было?

— Сто тридцать. Скачок за четыре секунды до тревоги.

Демоны меня задери, если я что-то понимала!

Но страшнее было то, что «Зверь» уже выходил на внешнюю орбиту планеты.

— Ваши предложения? — перевела я взгляд с Тараса на Дарила. Я не собиралась делить с ними ответственность за решение, но послушать чужое мнение казалось нелишним.

— У нас есть запас для прыжка, но рассчитать его, не имея никаких данных по месту своего нахождения, мы не сможем. — Дарил говорил спокойно, вот только я не заблуждалась на его счет. То состояние, в котором он сейчас пребывал, я называла зовом предков. Его манила неизвестность. Способности рассуждать здраво в такие моменты он не терял, но не всегда реально оценивал возможный риск. — Нам нужно время для их сбора. Можно остаться и на орбите, но…

— …но каждый оборот, — закончила я за него, — уменьшает наши шансы на дальний прокол. — Демон кивнул и одновременно со мной посмотрел на ангела.

Тот улыбался. Многообещающе. Кажется, мне оставалось лишь озвучить то, что они хотели услышать.

Авантюристы!

— Мы могли и не получить предупреждения, — выдал он, когда я уже собиралась его поторопить.

— И вляпаться до того, как догадались о такой возможности, — вновь продолжила я, но теперь уже за Тараса.

— У нас нет другого варианта, — словно приняв эстафету, произнес демон и вывел на большой экран данные с исследовательского челнока, который он отправил к планете.

Цифры, формулы, кривые графиков, вероятностные прогнозы, цепочки ДНК.

— Слишком идеально, — не скрывая скепсиса, усмехнулась я.

— Он только начал брать пробы, — не согласился со мной Дарил. Просто для того, чтобы не согласиться.

— Вот пусть и собирает, — буркнула я, поднимаясь с пилот-ложемента. — Тридцать минут еще не закончились.

Когда выходила из отсека, чувствовала их взгляды. Жаль, читать чужие мысли не умела, узнала бы о себе много нового.

Рауле я нашла в кают-компании. Дежавю не получилось, этот на гитаре не играл, зато… он умел рисовать. В черно-белом варианте невинной я не выглядела, беззащитной — тоже.

— Странные у тебя фантазии, — тяжело вздохнула я, разглядывая одеяние, в которое облачил меня Камил.

Мой таинственный приятель промолчал, но пододвинул к себе планшет. Набрал запрос, когда тот выдал ответ, пододвинул его ко мне.

«Изображение Тайраши — Богини Судьбы, в храме Андерис на Самаринии», — значилось под картинкой, которую он мне показал.

— Странные у тебя ассоциации, — поправилась я, отметив сходство в одежде. Внешне мы были совершенно разными. Это радовало.

— Что ты хотела у меня спросить? — улыбнулся он заговорщицки, словно и не заметив моего недовольного взгляда.

— Уже ничего, — отвернулась я от него. После увиденного я не смогла заставить себя произнести вопрос, который меня волновал. Совпадение отдавало мистикой, рисунок и был ответом. — Мы собираемся садиться.

Вышла я из каюты раньше, чем он успел что-нибудь сказать.

У меня было еще минут десять до назначенного мною же времени. Если бы они еще могли что-нибудь изменить…

* * *

— Можете быть свободны, капитан! — Искандер оглянулся лишь на мгновение, чтобы тут же вернуться к записи последних минут перед прыжком, «снятой» с «Корвета».

Адмирал не ожидал увидеть ничего нового. Все, что творилось на экране, по его мнению, называлось одним словом. Однажды слышал его в горячке боя от Таши. Приверженности землян к забористым выражениям скайл никогда не разделял, но вот именно сейчас его тянуло произнести что-нибудь… эдакое. В расчете, что поможет понять, как они могли настолько… лопухнуться.

Это тоже было из лексикона жены, но звучало более прилично.

Увы, даже этой малости он позволить себе не мог, боялся потерять концентрацию.

Головная боль не отпускала вот уже несколько дней. То ли последствия жесткого ментального поиска, который он вел, то ли… давало знать о себе подготовленное Николаем покушение. Про великолепную регенерацию скайлов Орлов знал, а вот об определенной «слабости» к звуковым волнам — нет.

В какие-то моменты не спасала даже выдержка — хотелось просто закрыть глаза и завыть, в надежде, что это поможет сорвать тугой обруч со лба и висков. Но каждый раз он словно переступал через собственную слабость. Его состояние для него самого сейчас ничего не значило, только она…

Кажется, лишь теперь он начал понимать, о чем говорила Наташа. Долг и… долг. Честь и… честь. И между ними чувство, которое одновременно делало и сильным, и… беспомощным.

Еще один парадокс, с которым ему довелось столкнуться, покинув кангорат. Там такой дилеммы в принципе быть не могло. Их женщины…

Запретив себе даже думать об этом (дело было не в «покладистости» их женщин или свободолюбивой натуре его жены), он вновь пытался найти подсказку среди вереницы звезд и маневров кораблей.

Но ее не было.

Стельков, выслушав приказ адмирала, не шелохнулся. Продолжал стоять вытянувшись и поедая взглядом спину начальства.

Пока добирался от места выхода из прыжка до «Танталиона», еще на что-то надеялся. Верить в лучшее не мешало ни молчание «Зверя», который не откликался на вызовы, что шли один за другим, ни воспоминание о позициях кораблей за миг до того, как он увел свой перехватчик в прокол. После всего что вытворяла Наталья, пока сопровождали конвой, принять возможность ее гибели Виталий не мог.

Когда все-таки осознал, от уверенности в ее удачливости не осталось и следа. Хотел вернуться, но топливо было уже на исходе. Ну и запретили ему, конечно. Последнее не смущало, но против первого аргументов у него не нашлось.

И вот сейчас снова… Он знал, что должен был, обязан, но… адмирал явно не разделял его мнения. Это не злило, заставляло ощущать собственное бессилие.

Ему не приходилось раньше задумываться о своем месте в воинской иерархии. Приходило время, и новое звание вместе с новой должностью становились своеобразной наградой за его стремление быть лучшим.

Первые сомнения в понимании происходящего у Виталия появились, когда координатор потребовал вернуться на базу. А ведь именно в тот момент стало понятно, что с «Варвары» не просто так дали код Х4.

Тогда он всего лишь хотел, чтобы у него на борту находился не майор, которого он видел в первый и, надеялся, в последний раз в своей жизни, а Таласки. Тот в это время был еще капитаном и, что значительно важнее, вменяемым капитаном. Сейчас же он жалел, что адмиральские нашивки украшают не его форму Он бы… его мнение было однозначным: часть экипажей должны были отправиться на поиск.

Узнав Орлову лучше, Виталий мог с уверенностью утверждать — шансы найти «Зверя» у них были.

Способности ментата были не обязательны, чтобы ощутить напряжение, исходящее от продолжавшего стоять за спиной адмирала Стелькова. Да только Искандер его словно и не замечал. Знал, чего ожидал от него капитан перехватчика — произнести этого не мог. Не имел права. Реально оценивал возможности розыска корабля, попавшего в неконтролируемый прокол.

Хорошо если выбросит в той же Галактике, а ведь может закинуть и дальше. Теоретически. Практически о таких случаях известно не было. Зато был значительный список тех, кто считался пропавшими без вести. Пополнялся он регулярно.

Но не только эта причина заставляла его принять столь нелегкое решение. Нанеся удар по вольным, адмирал рассчитывал на передышку. С прогнозами ошибся и он, и аналитики. Шахин и Ивар предпочли действовать решительно.

Это была война. И первый удар нанесли именно им.

— Идите, капитан, — пришел на помощь Стелькову Орлов. Беспокойство офицера о его дочери генералу было… приятно. Ему было известно, насколько тяжело далось Наташе «вхождение» в команду перехватчиков. Увы, сейчас это помочь не могло. — Если будет принято решение о поиске, вы об этом узнаете.

Виталий сразу как-то сник, совсем не по-уставному кивнул и направился к выходу из кабинета. Расправил плечи у самой двери, наткнувшись на укоризненный взгляд Шмалькова.

Искандер и Орлов не стали дожидаться прибытия «Корвета» на Таркане, встречали перехватчик на «Танталионе». Получилось и быстрее, и… подальше от Индарса. Тому, конечно, сообщили, что «Зверь» не вышел из прыжка, но не лично, передали через оперативного дежурного. Он не мог счесть это оскорблением, даже если и хотел бы: кто он, а кто Наташа. Но как намек должен был понять.

— Когда прибывает Таласки? — неожиданно обернулся Искандер к каперангу.

Разлившаяся перед глазами темнота накрыла на мгновение, боль прокатилась раскаленным шаром, но лицо скайла осталось бесстрастным. Лишь Орлов заметил, как стали огромными зрачки Искандера и сделал для себя заметку, обязательно узнать, в чем дело. Адмирал уже давно перестал быть для него чужим. Сказал бы — сыном, но возраст не позволял. Если только жизненный опыт.

Шмальков вопросу удивился, но вида не подал.

— Ждем через двадцать часов. Он идет на перехватчике Ван Хилда.

Искандер выслушал ответ, кивнул.

— Благодарю вас, каперанг. И… не смею больше задерживать.

Командир базы и хотел бы остаться, но… уподобляться Стелькову не собирался. Ни одно решение мимо него не пройдет, а высказать свою точку зрения…

Шмальков был уверен, такая возможность у него появится.

Он хоть и начинал службу под началом Орлова, но предпочел прямое столкновение хитроумным планам. Да только знания, которые получил благодаря теперь уже генералу, никуда не делись. Сейчас это позволяло сделать кое-какие выводы. Он мог лишь догадываться, какой именно вид приобретет поисковая операция, но в том, что она будет, — не сомневался ни на мгновение.

— Надеешься получить новые данные? — осторожно поинтересовался генерал, когда они с Искандером остались вдвоем.

Тот взглянул коротко, потом качнул головой. Зрачки у него опять были большими.

— Есть кое-какие сомнения, — с хрипотцой ответил тот, опускаясь в ближайшее кресло. Движения были мягкими, плавными…

— Мне вызвать медика? — Орлов достаточно общался со скайлом, чтобы довольно быстро найти первую версию его несколько непривычного поведения.

— И это вместо того, чтобы спросить о сомнениях? — отделался вопросом Искандер, продолжая смотреть куда-то мимо генерала.

— О них ты и сам мне скажешь. — Орлов подошел ближе. — Это из-за связи с Наташей?

— Вряд ли, — нахмурился скайл, но продолжать не стал. — Я не уверен, что это были корабли вольных.

Генерал даже вздрогнул от такого предположения.

— Основания?

О «проблемах» Искандера он не забыл, решил, как только закончат разговор, отправит к нему специалиста из скайлов. Кангор позаботился, чтобы на адмиральском крейсере были и такие.

— Я проверил данные по всем «Пульсарам». Судьба каждого из них известна. Но дело даже не в этом. Повадки не те. Судя по записи, атаковали именно корабль Наташи. И Ивар, и Шахин не преминули бы пообщаться. Тем более что опасности для них не было никакой.

Как бы ни хотел Орлов возразить, но подобные мысли приходили и ему в голову. Он уже даже поручил Шторму поиск доказательств. Неприятно подозревать кого-то из «своих», но исключить такой вариант генерал не мог.

— Надеешься, что Игорь разубедит?

— Надеюсь, что он подтвердит, — тяжело поднялся Искандер. — Наверное, ты прав. Предупреди медика…

Закончить фразу ему не удалось, призывно замерцал комм. Код принадлежал оперативному дежурному по Управлению, игнорировать его не стоило.

Активировав связь, Искандер вывел изображение на большой экран.

— Господин вице-адмирал, — генерал стоял в стороне, его офицер не заметил, — срочное сообщение из канцелярии императора Индарса.

Ничего хорошего от старха скайл не ждал, но действительность превысила его мрачные прогнозы.

— Аналитики-навигаторы императора просчитали возможные точки выхода «Зверя» из сбитого «Пульсаром» прыжка. Шесть дальних разведчиков с аварийными командами отправлены на поиски корабля.

Задаваться вопросом, откуда у старха запись последнего боя Наташи, Искандер не стал, это было задачей Орлова и Шторма. У него же сейчас была другая — понять, что стоит за действиями императора.

От ответа на этот вопрос зависело слишком многое. Его дальнейшая судьба — уж точно.

* * *

— Вместе со мной идут…

Я была вынуждена проглотить следующее слово. Такими взглядами мои мальчики меня еще никогда не одаривали. Что самое интересное, Рауле среди них смотрелся «своим», тоже демонстрируя смертельную обиду. Хорошо хоть, Юл и Дюша в их выходке не участвовали. Понимали, что не вышли ни возрастом, ни опытом.

Хотелось выругаться, но я знала, это — бесполезно. И душу не отведешь, так потом еще и выскажут, что оказываю на подрастающее поколение дурное влияние.

— Хорошо, — сдалась я, — вместе с Дарилом идут… — Тут я могла хоть и слегка, но отыграться, паузу держала, как хорошую мину при плохой игре.

— Ты позволишь? — сорвал мне представление Камил.

Вместо того чтобы посмотреть на мнимого старха, я повернулась к Тарасу и приподняла вопросительно бровь.

Самариняне являлись потомками землян, покинувшими родину во время первой волны переселения больше трехсот лет тому назад. Самариния не была девственно чистой, на ней даже присутствовала разумная жизнь — выжившие остатки цивилизации, которая решила угробить себя, устроив глобальную войну.

На тот момент запрет на вмешательство еще не действовал, так что местному населению пришлось потесниться. Впрочем, только на словах.

Вновь прибывшие вели себя какое-то время вполне прилично, к аборигенам не лезли, строили свои поселения. Места хватало всем, всего остального — тоже. Последствия прошедших битв успели стереться не только из памяти нескольких миллионов потомком воинственных предков, но и с лика планеты. Препятствий не только для выживания, но и для бурного развития ни у тех, ни у других не наблюдалось.

Потом выяснилось, что обе расы генетически совместимы, потомство получилось жизнеспособным. И не только оно, но и остатки древних верований, которые пришлись по душе покорителям нового мира.

На Земле о них успели подзабыть, прошло почти двести лет, прежде чем самариняне сами напомнили о себе.

Экспансия в космос продолжалась, заключались союзы, вспыхивали первые галактические войны, в которых участвовал и флот Коалиции, как назывался тогда конгломерат из нескольких систем, центром которой стала Солнечная. На этом фоне появление еще одной расы, которая вела себя довольно миролюбиво, прошло практически незаметно. Несколько настораживала их военная мощь (чем-то мне это напоминало скайлов), но заключенные соглашения о ненападении остудили пыл даже у самых подозрительных. Других проблем хватало, чтобы тратить время и силы на несуществующие.

Больше пятидесяти лет соседство не докучало ни одной из сторон. Время от времени обменивались делегациями, иногда весьма многочисленными. Потом зашла речь об обучении курсантов Самаринии в военных учебных заведениях Коалиции. Намечался прорыв в туризме, культы трех богинь: Предназначения, Выбора и Судьбы — показались землянам весьма экзотическими.

Вот тогда-то все и произошло. Сначала Коалиция сменила название на Галактический Союз, присоединив к себе еще парочку систем. С этого момента сектор, который контролировала Земля, стал самым большим объединением, значительно обогнав и стархов, и демонов по числу населенных планет.

Вопрос о Самаринии возник не просто так. Именно там был впервые найден туоран, который быстро стал из просто красивого кристалла редким сырьем. Навигационные системы, создаваемые на его основе, значительно превосходили в быстродействии свои аналоги.

Война началась внезапно, предлог был формальным: неподобающее поведение одного из дипломатов в главном Храме, что самариняне сочли оскорблением, нанесенным их богине. Вопреки ожиданиям, оказалась она долгой. Не помогли ни многочисленные лозунги, ни амбиции наших вояк.

Когда корабли Союза попытались добраться до родины мнимого Рауле, стало понятно, почему самариняне чувствовали себя столь уверенно. Сама вселенная оберегала планету, сделав невозможным безопасный проход флота. Условно «слабые» места были прикрыты стратегически удачно расположенными космическими базами.

После нескольких попыток, потеряв больше половины судов, командование армады приняло решение отступить. Это стало сигналом к действию для самаринян.

Точечные удары смертников оказались для Союза основной проблемой в этой войне. Странная, нелогичная тактика с точки зрения нашего мировоззрения. Для них же она была столь же естественна, как есть, спать… Все они были жрецами храмов Судьбы.

Судя по всему, Рауле — тоже. И… не рядовым. Пусть я и имела ограниченную возможность получить нужную мне информацию, хватило и той, что нашла в блоках ИИ. Узнала много интересного, еще больше так и осталось неизвестным. Вопросы, вопросы, вопросы… Самым важным был один: что заставило его забыть о преклонении перед своей безжалостной покровительницей и вспомнить про инстинкт самосохранения?

Увы, было у меня подозрение, что ответ на него я получу лишь тогда, когда он сам этого захочет.

Никогда.

Но сейчас меня больше волновало другое — мнение Тараса о способности Камила вписаться в нашу команду. Самариняне не имели никакого отношения к метаморфам — в расовой группировке они входили в земную группу. Но сейчас речь шла не обо всей расе, а именно о Камиле, как жреце храма Судьбы. Изменчивость (и физическая, и психическая), гибкость, способность «копировать» тех, с кем сводила жизнь, которая развивалась при их обучении, добавляла им внутренней схожести.

Точка зрения Дарила, хоть он ее и не высказывал, была мне известна. Присутствие Рауле он воспринял равнодушно. Этого было более чем достаточно.

Ангел улыбнулся своей клыкастой улыбкой — это происходило все чаще, намекая, что пора бы мне разобраться с причинами, и кивнул. Камил усмехнулся и, неожиданно для меня, «сбросил» часть своего образа. Внешне ничего не изменилось, но от ощущения, что мы заперты в клетке с хищником, избавиться оказалось сложно.

— И… — передернув плечами, словно скидывая с себя тяжесть, произнесла я, — Рауле с Валечкой. Инструктаж получите перед выходом. Идете под полной защитой.

На сборы ушел почти час. Стас колдовал с данными по последним пробам, полученным уже после посадки. Они только подтверждали мои мрачные предположения — выглядело все подозрительно идеально.

Для своего лагеря мы нашли место на границе «зеленой» и «желтой» зоны, на самом большом из материков. Сканирование показало близость воды, что доказывало довольно крупное пятно буйной растительности, тоже смутно напоминающей ту, что мы встречали на Харабе.

Что еще привлекло, так это нечто похожее на каменную стену, — точнее, остатки бывшей каменной стены, которые прикрывали найденный нами оазис от наступления песков.

Немного поспорили, куда именно посадить «Зверя». Дарил с Тарасом пререкались, выясняя, с какой из сторон могли быть твари страшнее. Долго резвиться я им не позволила, еще во время первого облета будущего становища заметила, как сквозь песчинки неподалеку от развалин проскакивают искры, словно лучи звезды играют на гранях кристалла. Со сравнением ошиблась, но ровную и, что главное, достаточно твердую площадку, чтобы выдержать не только посадку, но и будущий взлет корабля, обнаружила. Что это была за порода, нам только предстояло узнать, но мое чутье опять твердило, что и эта загадка станет для меня сюрпризом.

Прогулка ребят, на которую я их снаряжала со всей тщательностью, закончилась ничем. Вода оказалась водой, но об этом мы уже и так знали, песок… с ним нам еще предстояло разобраться, как и с воздухом, хоть ничего угрожающего для себя мы в нем и не нашли. Биологические пробы, которые они принесли, тоже давали однозначный ответ — планета условно безопасна. Для защиты наших организмов хватало универсальных ботов.

Я этому даже не удивилась.

Единственным их приключением стала выходка Камила, тот поймал представителя местной фауны. Зверек смахивал на зайца, но оказался хищником. Взяли его как раз на «горяченьком», он закусывал кем-то из более мелких созданий. Без странностей вновь не обошлось, но касалось это скорее Рауле, чем лопоухого чуда, для которого встреча с нами стала судьбоносной.

Мой приказ отпустить зверя (что вызвало у Тараса едва ли не истерический смех) Рауле хоть и бурча себе что-то под нос, но выполнил. А вот зверь…

Трудно сказать, мамкой или вожаком он признал жреца, но покидать отказался, так и плелся следом до самого корабля. Камил ему даже на двух языках, стархов и межгалактическом, объяснял, что взять с собой не может, но пушистик продолжал делать вид, что не понимает.

До слез смеялся не только метаморф, тот вообще в последнее время стал более щедрым на эмоции, но и мы с Дарилом.

Заподозрив нового знакомца в разумности и отказавшись слушать их возражения, что сканировали перед посадкой, я заставила ребят проверить лопоухого. Результат меня не разочаровал, для животного мира он оказался весьма разумен.

На корабль я это лохматое чудо не пустила, хоть и Рауле смотрел на меня таким взглядом, что я готова была сдаться, но зверек, которого я предложила так и называть — зайцем, сильно не обиделся. На следующее утро мы нашли его логово между посадочными опорами.

В отличие от остальных, меня этот факт не обрадовал. С некоторых пор подозрительное я начала искать в самых обыденных вещах.

Жаль, на тот момент я еще не знала, насколько права.

* * *

— Индарс набирает очки, — с заметной издевкой произнес Игорь, продолжая вышагивать по диагонали кабинета. Тяжелый взгляд Шторма он словно и не замечал. — Службу еще открыто не обвиняют в бездействии, но настроение обывателей склоняется в эту сторону. Конвой — император, поисково-спасательная операция — император…

— Не отсвечивай, — мягко попросил Вячеслав, но Таласки от его тона едва не споткнулся. Годы совместной работы приучили Игоря опасаться именно такого полковника. — Индарс — политик и думает о своей репутации. А мы — вояки, наше дело не думать, а делать.

Искандер перевел взгляд с задумчивого Орлова, ставшего вдруг индикатором происходящего, на Игоря, вокруг которого извивались жгуты ярости.

Как ни странно, но облегчили головную боль адмирала не безуспешные попытки медика, а именно бешенство Таласки, который не успокаивался с самого момента прибытия. Эмоции эмпата пробили ослабленные барьеры скайла и разорвали в клочья ментальный контроль. Пара минут коллапса, когда свои и чужие чувства грозили проблемами всем остальным, — планы, родившиеся в этом состоянии, выглядели зловещими, и тяжесть ушла, оставив после себя спокойствие и понимание, как именно нужно действовать.

Но пока Искандер предпочитал молчать, лишь наблюдая за остальными.

— Просчитать залп «Пульсара» невозможно, — замерев, заявил Игорь. — Его разработчики клянутся и божатся, что все это — утка.

— Мы это и без разработчиков знали, — промурлыкал Шторм, еще вольготнее развалившись в кресле. И не скажешь, что гроза авантюристов и контрабандистов всех мастей. Внешне добродушный, одни усики чего стоили. — Просто реакция у Индарса хорошая. У нас — бюрократическая машина, у него — собственное самодурство. Что хочу, то и творю.

— И все в точку, — все так же мрачно отреагировал Таласки. — Не удивлюсь, если он всей этой шумихой прикрывает собственные планы.

— Дать опровержение…

— Не пройдет, — качнул головой Орлов. — Поздно. Это будет звучать как оправдание.

— И ведь понятно, чего он ждет! — воскликнул Таласки, оборачиваясь к Искандеру. — Теперь тебе придется объявить, что Наташа по вашим законам является твоей женой и только твоя связь с ней может помочь найти ее и экипаж.

— Жена? — удивленно протянул Шмальков, неожиданно для себя оказавшийся на этом импровизированном совещании. Да только, наткнувшись сразу на несколько довольно жестких взглядов, счел за лучшее не настаивать на ответе на свой вопрос.

— А это потянет за собой множество пересудов о скайлах. Вас и так-то воспринимают…

Искандер закончил за Орлова:

— Излишне экзотическими и чрезмерно таинственными.

Шторм довольно улыбнулся:

— Это весьма мягкое определение.

Шмальков тоже был бы не прочь внести свою лепту в размышления о скайлах, но вместо этого просто впитывал в себя происходящее вокруг. Когда еще доведется находиться в окружении сразу нескольких мастеров подковерных игр.

— Пустить слух о причастности самих стархов к нападению на «Зверя»…

Шторм одарил Таласки обиженным взглядом.

— Уже сделано. Через пару дней из невероятного предположения станет одной из основных версий. Но Индарсу это не повредит, он уже прочно занял место спасителя и благодетеля.

— Сформировать поисковую команду… — не унимался Игорь. Было видно, что он просто перебирает варианты. Только бы не молчать.

— Не имеет смысла, — опять возразил Шторм. — Распылять те немногие силы, которые у нас есть… Вольные только этого и ждут. В ближайшие десять дней начнут подходить транспорты с Союза, пойдут к Штанмару с минимальным сопровождением. Отдавать их на растерзание…

— Может, обратиться к тетушке? — только что не заламывая руки, выдал Таласки, с хитрецой посмотрев на Орлова. Тот все еще не мог забыть свой последний визит к леди и лорду Уэлри.

Искандер не удержался от невольной улыбки. Если бы не Джесс… вряд ли Наташа произнесла бы те слова.

Увы, но сейчас она мало чем могла помочь. Джессика умела предвидеть будущее, но не была знакома с навигационными картами.

— А потом объявим, — тут же подхватил полковник, — что так и так… по заверениям одной, весьма известной ведьмы…

— Хочешь сказать, что вариантов у нас нет? — огрызнулся Таласки. Теперь уже вполне серьезно.

Не впервые Игорь ощущал свою беспомощность, но никогда до этого так остро. Даже хваленая фантазия, не ограниченная никакими рамками, пасовала перед создавшейся ситуацией. А ведь только все начало налаживаться…

— Должны быть, — равнодушно пожал плечами Шторм, — мы их просто пока не видим. Или придаем слишком много значения факту, который на самом деле ничего не значит.

— Что ты… — зарычал Таласки, делая шаг в сторону Шторма.

Тот словно и не заметил.

— Капитан Орлова выполняла свой долг. Она — офицер Службы внешних границ, и все, что она сделала, сопровождая конвой и позже, — ее долг. Это не значит, что поисковой операции не будет, просто проводить ее огульно…

— Жестко, — вклинился Шмальков. — Сомневаюсь, что старх ждет именно такого ответа. Но если приглядеться…

— …то возникает образ сурового воина, готового ко всему ради спокойствия на окраинах, — закончил Шторм. — Индарс провоцирует нас на игру, мы же должны занять пусть и нелицеприятную для нас, но твердую позицию. К тому же капитан Орлова — один из опытнейших капитанов-перехватчиков, которая знает Галактику значительно лучше, чем те, кем рискует император.

— Цинично, — опять позволил себе заметить Шмальков.

Шторм только пожал плечами, мол, служба у нас такая.

Остальные промолчали, соглашаясь и… не соглашаясь. Опять пресловутые долг и… долг. Честь и… честь. Трудно делать выбор, когда это касается близкого тебе существа.

Каждый из них знал, что будь на месте экипажа «Зверя» другой, было бы не легче.

— Я согласую это решение с императором Хандорсом и кангором Синтаром и, если возражений не будет, оповещу о нем Индарса, — не показывая, насколько ему тяжело, прервал затянувшуюся паузу Орлов, отворачиваясь к экрану. Держал он себя в руках с трудом.

Сложно быть отцом. Чем старше становится ребенок, тем сложнее. Бесполезно повышать голос, требовать, поздно подкладывать соломку, беспокоясь, чтобы не поранился. Можно только надеяться и верить.

Верить и… надеяться.

— На борту «Зверя» находится самаринянин, жрец высшего посвящения богини Тайраши, — неожиданно для всех произнес Искандер.

Куда только делась вальяжная расслабленность Шторма и буйство эмоций Таласки. Оба напряглись, как две хорошие гончие, взявшие след. Шмальков, наоборот, откинулся на спинку кресла, пытаясь понять, чем же им может помочь эта информация.

А вот Орлов… генерал, резко развернувшись, просто смотрел на скайла, даже не пытаясь понять, почему тот раньше не поделился этими сведениями.

Впрочем, мгновение изумления прошло, вместе с ним ушло и недоумение. Присутствие жреца на борту корабля лишь усугубляло ситуацию.

Он ошибся. Подсказку дал не Искандер — Таласки. Опять буря эмоций, которую он даже не думал сдерживать, и взгляд, в котором сквозило облегчение.

— Только не говори, что у него есть побратим?

Адмирал не торопился с ответом, вспоминал, о чем говорил с Артуром.

Шорн узнал о происшествии с Таши от своих осведомителей, но даже не посетовал, что Искандер забыл о брате и его отношении к бывшей перевозчице. Догадывался, что у того своих хлопот хватало, с ней же как раз и связанных.

Говорили по защищенному каналу. Правда, дольше молчали, особенно сначала. Трудно подобрать слова, когда для одного эта женщина — фактически жена, а для другого…

Артур своих чувств к Наташе от брата не скрывал, хоть и отступился. У него был свой шанс, он его упустил.

Но не только это останавливало Шорна. Если бы Таши осталась Таши… Этого не случилось, а раз так, то и гадать, что было бы в этом случае, не стоило. Артур знал, что всегда будет рядом и, если ей потребуется помощь, пойдет на все, лишь бы эта женщина была жива и, по возможности, счастлива.

Вот и теперь, не случись беда, он предпочел бы скрыть то, что связывает его с мнимым Рауле. У него было право на то решение, он им лишь воспользовался. Правда, когда все уже произошло, об этом он не думал. Но между ним и бывшим жрецом было больше, чем спасенная жизнь, между ними было то одиночество, на которое каждый из них себя когда-то обрек.

— Есть, — взяв со стола чашку с уже давно остывшим кофе, Искандер одним глотком проглотил остатки. — Если мы максимально точно воспроизведем ситуацию со «Зверем», то высока вероятность, что богиня соединит побратимов. Самариняне верят в это.

— И не только, — холодно заметил Орлов. — Во время боев…

Шмалькову было известно, насколько генералу неприятно любое упоминание о войне с самаринянами. Его жена погибла на одном из крейсеров, подбитом их смертниками буквально за несколько дней до подписания мирного договора. Потому каперанг и счел возможным перевести разговор в иное русло, добавив в него конкретики:

— Капитан Стельков мне не простит, если мы отправим другой экипаж.

Никто не улыбнулся, но напряжение перестало быть тягостным. Плану только предстояло родиться, но теперь это было лишь дело времени.

* * *

Мне снился дракон. Тот самый белый дракон, что стал нашим помощником на Харабе.

Он вытягивал ко мне свою удлиненную шипастую морду и скалился, оставляя меня гадать, было это улыбкой или… предупреждением.

Хотелось прикоснуться к его ячеистой шкуре, погладить, как домашнего питомца, прижаться к огромному боку, ощутив его силу и почувствовав себя рядом с ним защищенной, но я не посмела. Все еще помнила, что потеряла его там…

Сон ушел резко, только был, и… уже нет. Я еще даже не успела предположить, что же могло меня столь неожиданно разбудить, как взвизгнул сигнал тревоги. Пронзительно, противно, не оставляя сомнений, только четкое понимание, что действовать надо незамедлительно.

Смолк он, когда я влетела в рубку. Хорошо еще взяла за правило ложиться одетой. Рауле я пока еще стеснялась.

— Что?! — рявкнула, пододвигая к себе пульт.

Словно уравновешивая мою взвинченность, Дарил выглядел слишком спокойным.

Весьма обманчивое представление.

— Попытка проникновения в систему управления, — отрапортовал Костас. Пауза была короткой, но мне ее хватило. Чтобы приготовиться. — Успешная попытка. Послание. Кажется, для тебя.

Впору было удивляться, но я не торопилась этого делать. Парящий на экране ящер был похожим на снег. Белый, звеняще искристый.

— Костас, — сделав вид, что не замечаю заинтересованного взгляда Камила, позвала я, — а ты не хочешь проверить положение спутников?

Теперь на меня смотрел не только Рауле. К восхищению в глазах демона я уже почти привыкла, а вот чувство, отголоски которого мелькнули во взгляде ангела, заставили меня насторожиться. Я не любила, когда чего-то не понимала.

— Думаешь… — попытался уточнить у меня навигатор, но я его оборвала.

— Думать я буду, когда ты выполнишь мою просьбу.

— Понял, — тяжело вздохнул тот, сетуя на мой произвол, но я предпочла пропустить и это.

Мысли лихорадочно метались в голове, пытаясь найти свое место, но порядка среди них не было и, как я предполагала, даже не предвиделось.

Удивляться этому не стоило, информации было одновременно много и… мало. К тому же она не позволяла ни за что зацепиться.

Не только первая, но и вторая, и третья, и даже четвертая вылазка, в которой участвовала и я, ничего нового нам не принесли.

Каменная стена оказалась остатками горной гряды, судить о судьбе которой было рано, а импровизированный посадочный стол — довольно распространенным на планете минералом, по твердости не уступавшим алмазу.

Искать причины, почему он появился здесь в таком количестве, я не собиралась. Нашей целью было провести в наиболее комфортных условиях то время, которое потребуется Костасу и Тарасу, чтобы максимально точно определить наше местонахождение в Галактике. После этого уже я буду решать, пытаться нам выбраться самим, ждать помощи, которая может никогда и не появиться, или… Или привыкать к мысли, что наше будущее — подохнуть на этой планете.

От старости или нет — другой вопрос, но в любом случае перспектива не выглядела радужной.

Теперь же мне предстояло скорректировать собственный план действий. Белый дракон в него никак не вписывался.

А минуты убегали, заставляя меня не то что нервничать — звереть. Все эти загадки плохо на меня влияли.

— Капитан, — нарочито равнодушно произнес Костас, когда я уже была готова нелицеприятно высказаться о его способностях, — во время обоих вторжений в управление мы находились в конусе одного из спутников. Данные на экране.

Это я уже и сама видела. Несколько картинок, цифры, графики, орбиты…

Один успевал прокрутиться вокруг планеты дважды за местные сутки, которые длились двадцать семь часов, второй… раз за трое.

Вот курс, по которому мы подходили, широкая дуга… Вот положение луны, которая меня заинтересовала… Вот три дня спустя…

Я посмотрела на Рауле, только сейчас заметив, какая в рубке тишина. Не сказать, что гнетущая, но такая… многообещающая.

— Говоришь, богиня Тайраши… — Как я и ожидала, тот ничего не ответил, только взгляд был… не шальной — отчаянный. — Костас, дай-ка мне данные по этому спутнику, которые мы сняли при подлете.

Трудно сказать, на какую пакость они еще рассчитывали, но все как-то напряглись. Признаться честно, я и сама себя начала бояться.

— Не знаю, что тебя там так…

Он не договорил, а на экране появились новые цифры. Три тридцать семь на подлете и… три двенадцать сейчас.

— Хараб-два, — с нескрываемым удовольствием выдал Дарил. У этого авантюризм был в крови, ничего другого я и не ждала.

— Хараб-два, — подмигнул мне Тарас, плотоядно улыбаясь.

И только Рауле молчал, но его молчание было красочнее, чем иные слова. Он явно не жалел, что отправился с нами.

— Значит, так, — жестко произнесла я, сочтя необходимым несколько умерить их пыл, — я объявляю высшую степень опасности. — Услышать подобное от меня они не ожидали. Я и сама не ожидала, просто чувствовала, что это — правильно. — Костас, твоя задача — как можно скорее определиться с нашими координатами. Дарил, — демон смотрел на меня угрюмо, будто я отобрала у него любимую игрушку, — можешь с Дюшей и Юлом изворачиваться как угодно, но у меня должен быть усилитель для аварийного сигнала. Камил, — тот видимо насторожился, догадливый мальчик, — ты молишься своей богине, чтобы она вытащила нас из того дерьма, в которое мы попали.

— А ты? — невинно уточнил Тарас, глядя на меня с преданностью юнги.

— А я, — протянула я, понимая, что моя капитанская осторожность, которую я только что продемонстрировала, уже почти сдалась перед внутренней потребностью во что-нибудь вляпаться, — а я, — повторила я с большим оптимизмом, — пересмотрю еще раз данные сканирования. Вдруг найду что интересное.

Терять такой шанс было не в моих правилах.

* * *

— Что это значит? — обернувшись к Рауле, уточнила я.

Про мои приказы команда забыла сразу, как только я начала выводить на экран результаты сканирования планеты. Сначала ко мне присоединился ангел, тот вроде как остался обделенным моим вниманием, потом рядом пристроился Камил, заверив, что его молитвы Судьба услышит и так. Дарил продержался минут пятнадцать, ровно столько ему понадобилось, чтобы воодушевить Андрея и Юла, на которых он свалил ответственность за усилитель.

Спустя еще пять появился Костас, заявив, что алгоритмы расчета для ИИ он задал, как только будет результат…

Его речь я даже не дослушала.

Стас и Валечка оказались последними, но лишь потому, что не сразу узнали, чем именно и по какой причине мы занимаемся.

Стоило взглянуть на полученные данные под иным углом зрения, как количество подозрительных мест на планете начало увеличиваться, грозя задержать нас здесь надолго. Я к такой перспективе не была готова — беспокоилась за отца и Искандера, которые знали способности Индарса портить другим жизнь. Так что сразу ограничила рамки будущих неприятностей. Не больше десятка, и только те, для изучения которых нам не потребуется временный лагерь. Туда и обратно, и на все — световой день.

Недовольство собственным деспотизмом пресекла на корню: или так, или… вообще никак.

И вот теперь мы собирались отправиться к первому из тех, что отобрали путем едва ли не кровопролитных боев. Шли втроем: я, Дарил и Рауле. Меня опять пытались оставить на корабле, но оказалось достаточно одного аргумента. Именно со мной пыталась выйти на связь база древних.

Прежде чем ответить на мой вопрос, Камил посмотрел на сидящего на песке зайца, в пасти у которого еще трепыхалась мелкая зверушка. Не сводил своих глазенок наш местный знакомец не с самаринянина, от которого не отходил, стоило тому покинуть корабль, а с меня.

— Если я правильно понимаю, то это жертвоприношение в твою честь, — без малейшего намека на улыбку произнес Рауле.

— Подлизывается, — конкретизировал Дарил с язвительной усмешкой. — Догадливый. Знает, кто здесь главный.

— И что ему надо? — разрываясь между двумя желаниями: заржать или встряхнуть этого подхалима за уши, чтобы больше не доводил меня до истерики, уточнила я. Все еще спокойно.

— Может с нами просится? — выдвинул первое предположение Камил.

— Или соскучился по женской ласке, — невинно заметил Дарил.

И это мой экипаж?!

Пришлось присесть перед зверьком, стоя разговаривать с ним было неудобно.

Стоило мне оказаться рядом, как заяц, все еще ходящий у нас безымянным, положил добычу на песок и даже пододвинул ее ко мне лапой. И не захочешь, а будешь вынужден согласиться с обоими.

— И что же мне с тобой делать? — поинтересовалась я у пушистика, только сейчас рассмотрев, насколько «умный» у него взгляд.

Тот опустил уши и морду, словно заверяя, что он — в моей власти. Если бы это так и было…

Оглянувшись на Дарила, который наблюдал за мной, словно вновь узнавая, я тихо произнесла:

— Давай договоримся. Сегодня я тебя с собой не беру, мы полетим на крыльях, а я не знаю, боишься ты высоты или нет, а вот в следующий раз ты отправишься с нами.

Тот поднял мордочку, потом подтолкнул лапой подаяние ко мне поближе и… смешно засеменил в сторону своего логова.

— Стас, — вызвала я медика, который присматривал за нами с опущенного трапа аварийного выхода, — прими дань и посмотри, чем нашему другу приглянулась именно эта тварь.

— Думаешь…

Закончить Стасу я не позволила. Их многозначительные «думаешь» начали выводить меня из себя.

— Я не думаю, я прошу проверить.

Спорить он со мной не стал. Давно бы так.

До первого подозрительного места мы добирались пару часов. Когда покидали корабль, снаружи было относительно прохладно, едва дотягивало до двадцати, когда приземлились на ровной, словно утрамбованной площадке, было уже за пятьдесят по Цельсию. А до полудня еще ой как далеко!

Спасали защитные костюмы, без них бы довольно быстро прожарились до корочки. Впрочем, Дарила такая температура не сильно смущала, у демонов и собственная терморегуляция шикарная.

Опустились за границей зоны, которая была видна очень четко. Тут шевелился под жарким ветром песок, там… ни одна песчинка не залетала за тонкую серебристую линию, которая окаймляла квадрат со стороной в несколько сотен метров.

— Я — первый, — не терпящим возражения жестом отодвинул меня за спину Камил.

Попыталась огрызнуться, но Дарил повторил его движение, передвинув меня еще дальше. Логика в их действиях была, так что пришлось смириться с мужской солидарностью. И… обидой. Берегли они не своего капитана, без него они вполне могли обойтись, а… женщину.

Когда я пересекла невидимую, но явно ощущаемую преграду, мальчики уже осматривались, сверяя собственные впечатления с данными встроенных в костюм сканеров.

В отличие от них, меня больше заинтересовала именно граница, все, что творилось за ней, являлось лишь следствием.

— Генератор защитного поля, — отвлекшись от общения с Камилом, Дарил присел рядом со мной. Рауле продолжал стоять в нескольких шагах от нас, к чему-то прислушиваясь. — На Харабе с таким не встречались.

Теоретически я была с ним согласна, но практически… Углубление в полсантиметра, похожая на ртуть субстанция, по которой постоянно бежали волны. Сканеры без труда определили химический состав сплава, вот только аналога в своей базе не нашли.

— Или его внешний контур, — протянула я затянутую в защитную перчатку ладонь к серебристому ручейку, но демон руку перехватил.

— Давай пока не будем торопиться тыкать пальцами, куда не следует.

Я улыбнулась — Дарил попался на детскую уловку. Тот ответил оскалом — и сам уже догадался.

— А это что? — раздалось из-за спины, заставив вздрогнуть. Про Камила я уже и забыла.

Ровная площадка, которая привлекла наше внимание, не была девственно чистой. Тончайший слой песка лежал поверх твердой, словно плотно укатанной из тех же песчинок поверхности.

На что именно показывает Рауле, не было понятно, пока мы не подошли ближе.

— Символ, — встал на колено Дарил, пытаясь разобрать изображение.

Сбросив с плеча походный рюкзак, я достала широкую кисть. К подобным сюрпризам мы были готовы.

— Подвинься, — оттолкнув демона, опустилась я на его место. Вымела песчинки из части иероглифа, который, похоже, был заключен в треугольник. На первый взгляд мне показалось именно так. — Костас, — позвала я хакера, который, как и остальные, постоянно был на связи. Командный интерфейс не давал лишь эффекта присутствия, позволяя видеть все, что видели и мы. — Снимаешь?

— Обижаешь, капитан, — фыркнул тот. — Уже даже пытаюсь сопоставить с известными.

— Не стоит, — как-то очень спокойно произнес Рауле. Он опять был у меня за спиной. — Дай.

Забрав у меня кисть, он несколькими резкими движениями очистил верхушку изображения.

Не скажу, что оно мне было знакомо, но в данном случае важнее казалось другое. С каким каменным выражением лица смотрел на четкие линии Камил.

— Привет из прошлого? — делая вид, что меня это нисколько не тревожит, уточнила я у него.

Дарил, как-то очень естественно, оказался между мною и самаринянином.

Пауза затягивалась, напряжение нарастало.

Впрочем, все это становилось уже привычным. За каждым из нас тянулся такой шлейф из тайн и секретов, что удивительно, как мы все друг друга еще не поубивали. Как врагов, врагов своих друзей, врагов друзей своих друзей и… просто темных личностей.

Все это уже давно не имело для нас значения. Доверие либо есть, либо… нет. Что делать, если оно было?!

— Не моего, — коротко бросил он, продолжая изображать статую.

Если смотреть со стороны, смотрелось эффектно. Черный защитный костюм плотно облегал тело, высокие сапоги на толстой подошве, импульсные излучатели в набедренной кобуре, компактно сложенные на спине «крылья». Жаль, профиль не четкий — опущенное «забрало» шлема закрывало лицо.

От глубины чувств я даже присвистнула. Цепочка прослеживалась легко. Хараб-2 имел отношение к Харабу первому. Сомневаться в этом не приходилось, белый дракон являлся довольно четким указанием на эту связь. Во время очередной вылазки, которую наметили на следующий день, я собиралась удостовериться в этом окончательно. Место, выбранное для прогулки, пробудет в конусе нужной нам луны достаточно долго, чтобы я могла попытаться вновь создать ящера.

Но если на планете, где мы громили базу переработки айо, ничего похожего на символы найти не удалось, то здесь они дали возможность продолжить рассуждения. О единственных известных потомках древних, которые продолжали жить на Самаринии. И о культах трех богинь, так удачно возрожденных переселенцами с Земли.

— И что он значит? — перевела я разговор в иное русло.

Кроме меня, о Рауле знали лишь Тарас и Дарил. Не знали, но молча догадывались. Остальным хватало и официальной версии, на которую можно было списать и не такие откровения.

— Они, — поправил Камил, наконец-то шевельнувшись. Его неподвижность меня уже едва ли не пугала. — Здесь три символа, мне известны только два.

— Давай хотя бы два, — тяжело вздохнула я, подходя поближе.

Рауле мой намек понял.

— Осторожность, — обвел он ладонью по воздуху один. Тут же прочертил другой: — Безопасность. — И, мгновение подумав, добавил: — В треугольник вписывались только предупреждающие знаки.

— Осторожность… Безопасность… — повторила я за ним. В голову мало что приходило.

— Здесь что-то есть, — неожиданно наклонился к изображению Дарил.

Я следовать ему примеру не торопилась, пробу возьмет и без меня.

— А если к этому добавить ровную площадку, вокруг которой до сих пор работает защитное поле… — размышляя вслух, протянула я.

Не знаю, что собирался ответить мне Камил, но Костас не оставил ему ни шанса.

— Капитан, зонд засек песчаную бурю. Движется в вашу сторону. У вас есть минут пятнадцать, чтобы свалить оттуда.

— Приняла, Костас, — тут же отозвалась я, поворачиваясь к Дарилу. Тот уже поднимался, закрывая контейнер с образцом.

— Нет! — рыкнул он, правильно сообразив, что означает мой взгляд.

Я нежно улыбнулась демону и вопросительно посмотрела на Рауле.

— Риск, — как-то устало произнес он. — Я бы не стал.

Разочарованно пожав плечами, я первая шагнула к защитному полю.

Трудно понять, что именно заставило меня остановиться и обернуться, но как раз в этот момент Камил провел носком сапога по символу, словно соединяя два открытых хвостика.

Стало это совпадением или нет, судить было рано, но стоило нам выйти за пределы площадки, как серебристая линия поблекла, а усилившийся ветер протянул через нее первую песчаную змейку.

* * *

Индарс смотрел на закат. Обычно это помогало вернуть спокойствие если не в душу, так хотя бы в мысли. Но не в этот раз.

Он заигрался, позволил личному взять верх, едва не допустил ошибку, дав увидеть скрытое внутри коалиции противостояние.

Непростительно! Для императора.

Впрочем, еще не поздно было отступить, никто, кроме него, и не заметит.

Не отступить… Его собственное «я» даже мысленно отказывалось произносить подобное, просто повернуть ситуацию иной стороной. Тем более что Искандер ему такую возможность предоставлял. Вряд ли желая того… так получилось.

Но Таши… Сделай он так, как навязывают ему обстоятельства, придется признать, что эта женщина для него окончательно потеряна.

Чувства отказывались принимать доводы разума и продолжали цепляться за несбыточное. Он был бы глупцом, если бы не понимал этого. Но сладость обмана была так приятна…

— Это весьма жесткая позиция, адмирал Искандер, — произнес Индарс после довольно длительного молчания, продолжая сжимать в ладони планшет, на экран которого был выведен совместный меморандум Службы внешних границ и глав секторов, вошедших в коалицию.

В этом документе недоставало только одной подписи — его.

Выглядело почти как ультиматум. С другой стороны, не загони он их в угол…

Древние предки в свидетели, когда он поторопился с сообщением о поисково-спасательной операции, об этом думал в последнюю очередь. Исчезновение Наташи дало ему повод, которого он давно ждал. В любой другой ситуации отправка в разные концы Галактики шести дальних разведчиков насторожила бы спецслужбы соседей. В этой был шанс, что если те и заинтересуются, то значительно позже. Когда искать их след будет уже поздно.

— Вы, император Индарс, уже один раз произносили эту фразу. Но тогда она звучала в положительном аспекте.

Искандер напомнил старху о встрече на его столичной планете, когда скайлы и Галактический Союз высказали идею о создании единой службы, которая взяла бы под контроль окраины.

Позиция, которую высказал от имени своего правительства генерал Орлов, была мягче, гибче… дипломатичнее. Открытым текстом ничего не говорилось, но и без слов было понятно, что те искали не столько порядка в свободных зонах, сколько возможности легально раскинуть свою разведывательную сеть далеко за границы своего сектора.

Индарс тогда потому и колебался, что ему хватало проблем с демонами, с которыми стархи уже не одну сотню лет вели необъявленную гонку за первенство. А если добавить в это негласное противостояние еще и Союз… Смесь могла оказаться весьма непредсказуемой.

Программа скайлов была более прозрачной, ее целью являлись вольные и контрабанда. Именно этой прямолинейностью она старху и импонировала. Он не сомневался, что другие задачи тоже будут решаться — куда уж без них, но правильно расставленные приоритеты сдвинули чащу весов именно в их сторону. Да и канир Искандер…

Индарс не был против контрабанды в том случае, когда она находилась под надзором его служб. Технические новинки из других секторов стимулировали местные разработки, экзотические товары укрепляли иллюзию свободы и открытости, которые он декларировал.

Но все требовало баланса. А вот он-то и был нарушен. Вольных с каждым стандартом становилось все больше — войны выбивали из привычного образа жизни, взращивая новых любителей пощекотать нервы себе и другим. Дурь, запрещенные препараты, живой товар…

Стархи находились слишком близко к окраинам, чтобы в скором будущем не наступил тот момент, когда этот поток грозил стать неуправляемым.

Канир Искандер выглядел способным справиться с этой проблемой.

Своего первого впечатления Индарс не изменил — скайл был на своем месте. Страсть Таши к другому мужчине не мешала быть объективным, она пробуждала древние инстинкты, требующие сразиться с достойным противником. Искандер был достоин.

— Я всего лишь пытаюсь понять, чего это стоило вам, адмирал?

Индарс не стал оборачиваться, чтобы увидеть реакцию Искандера. Она ему была не нужна. Исподволь накопившаяся усталость приближала его к апатии. Он об этом знал и в любом другом случае обязательно бы учел, но… сейчас он не стремился обыграть своего соперника.

Все, чего он хотел добиться на этом этапе, — добился. Хараб, как источник сведений о технологиях древних, для него был потерян — то, о чем известно двоим, ценности больше не имеет. Но кое-какие данные, которые успели найти его археологи, не оставляли сомнений: исчезнувшая цивилизация могла оставить свои следы не только на этой планете. Зацепки, где искать, они тоже обнаружили. Именно туда и отправились дальние разведчики под лозунгом спасательной операции.

Сбой прыжка при залпе «Пульсара» не просчитать. Спорить с очевидным Индарс не собирался.

— Вы хотите знать, господин император, что чувствовал я, подписывая этот меморандум? — Спокойный тон, которым произнес свой вопрос скайл, сильно противоречил смыслу.

Как бы ни хотел Индарс сохранить свою позицию стороннего наблюдателя, был вынужден обернуться. Ответ, который ему предстояло дать, предполагал и столкновение взглядов.

— Зная, что значат для вас узы, я был уверен…

Искандер остановил его улыбкой. Вопреки убежденности Орлова, что Индарс продолжит игру, адмирал видел — на этот раз император наиболее близок к тому, что можно было бы назвать искренностью. Применительно к таким персонам, конечно, как они. Потому и отказался от намеченного с генералом плана беседы, предпочтя импровизацию.

Пока чутье его не обмануло, Индарс не просто шел на контакт, он был практически готов к поиску компромисса.

Будучи воином, Искандер предпочитал мир — войне. Если император даст ему шанс… Загадывать было рано, но почему бы не помечтать.

— Подготовка к операции по спасению экипажа «Зверя» идет полным ходом. Вероятность благополучного исхода очень велика. Именно это и позволяет мне держаться.

— Но тогда зачем… — Индарс приподнял руку, в которой держал планшет, но тут же ее опустил, криво улыбнувшись. — Очень хороший ход. Жесткий, но… хороший. У многих отобьет желание добиться поблажек шантажом или заложниками.

— Мы думаем не только о настоящем, но и о будущем, — твердо, уверенно, произнес Искандер. — Но это только одна из причин. Вторая имеет непосредственное отношение к Наташе. — Заметив, как невольно напрягся император, тянуть с продолжением не стал. Пусть считает жестом доброй воли. — Есть информация, что с Тадеусом был связан кто-то из высших чинов Объединенного космического флота Союза.

— И тогда его смерть имеет отношение к тому визиту, сроки которого вы со мной согласовывали? — тут же поймал мысль Индарс, внезапно ощутив, что именно чего-то подобного, острого, ему в последнее время и не хватало. Уж больно все тихо да гладко было.

— И оба нападения на корабли Наташи, — более резко, чем до этого, продолжил Искандер.

Праздновать победу пока было еще рано, но он «чувствовал», насколько изменилось ментальное состояние старха. И пусть «прочитать» его он не мог, но и той информации, что получил, для выводов хватало. Индарс не откажется от своих игр, на то он и император, да еще и любитель хатча. Но…

Вот это и было самым главным: до следующего тура, который он явно отложит до лучших времен, подвохов можно не опасаться.

— Надеюсь, вы поделитесь рассказом о своих успехах, — приложил Индарс перстень-активатор к дисплею, «подписываясь» под каждым словом меморандума. — И попросите генерала, чтобы он усмирил своего полковника. Еще пара дней такого «наступления» слухов и домыслов, и моя репутация будет окончательно испорчена.

Искандер чуть заметно, но улыбнулся, давая понять, что оценил шутку императора. Но вместо заверений, что именно так и поступит, просто сказал:

— Как только что-то станет известно…

Они оба понимали — как только что-то станет известно, их недолгому перемирию может прийти конец.

* * *

— Не хочешь спросить про результаты? — Прежде чем задать вопрос, Стас терпеливо дождался, когда мы, теперь уже на словах, расскажем о нашей прогулке.

Я невинно улыбнулась и качнула головой.

— Знала? — насупился он, делая вид, что не замечает заинтересованных взглядов остальных.

Устроились мы в кают-компании, на этот раз полным составом. Юл пытался избежать участи совместного ужина — у него появилась какая-то суперидея по поводу усилителя сигнала, но я настояла. За всеми последними событиями я почти забыла про мальчишку, слишком много всего валилось со всех сторон. А ведь психологически он был самым уязвимым из нас. Вряд ли мысль о том, что мы можем застрять здесь надолго, не приходила в его умную голову. К чему именно она была способна его привести, мне оставалось только догадываться.

— Была уверена, — снизошла я до ответа. Зверушка была просто зверушкой, без малейшего намека на вселенские тайны.

— Это вы о чем? — осторожно полюбопытствовал Дарил.

— О добыче Тимоши, — произнесла я.

— О добыче зайца, — одновременно со мной выдал Стас.

Смеяться я не стала, из последних сил пытаясь сохранить более-менее серьезное выражение на своем лице. Это было странно, но кроме тревоги, которая не отпускала меня на Харабе-2, я чувствовала и какую-то бесшабашную легкость. Как если бы вновь стала перевозчицей и передо мной не маячило близкое замужество.

— Чьей добыче? — аккуратно уточнил Костас, глядя на меня.

— Тимоши, — улыбнулась я ему и пояснила: — Вы же ему так и не придумали кличку, вот я и озаботилась. Тимка, Тимоша.

— А дракона как величать будем? — Стас явно не был расположен к шуткам.

Что ж… я его понимала. В то время как Тарас, Валечка и Костас наблюдали за нашими приключениями, он был вынужден заниматься препарированием очередного представителя местной фауны. А учитывая мои намеки, еще и пару раз перепроверять, не веря собственным результатам.

— Дракона? — пожала я плечами. — А тоже Тимкой. Один будет большим, другой — маленьким. Не перепутаем.

— Не нравится мне твое настроение, — глубокомысленно заметил Тарас. Уже далеко не впервые. — Может, тебе чего успокоительного накапать?

Я только фыркнула.

— Зато ты не нервничал, — заявила я, вместо того чтобы попросить прощения за очередное проявление деспотизма.

Стас тяжело вздохнул и… согласно кивнул. Для Тараса и Костаса наш поход имел прикладное значение, они не столько переживали, сколько наблюдали за тем, чтобы мы чего не пропустили. Валечка взял на себя общий контроль — так что ему тоже было не до волнений. А вот Стас…

Я потому спокойно и оставляла корабль, что все были при деле.

— Ну, тогда, — я легко поднялась с кресла, — я — отдыхать. — Отошла к выходу, обернулась, строго посмотрев на Тараса и Дарила. — И никаких вечерних прогулок. Степень опасности я не снижаю.

Что порадовало, недовольства не было. Или начали что-то понимать, или… им надоело играть.

Добравшись до каюты, из двух вариантов: покопаться в истории Самаринии или лечь спать — выбрала второй. От сегодняшней прогулки я не ждала результатов и оказалась к ним не готова. Вот только пытаться по горячим следам ухватить хвост загадки, показалось мне бессмысленным. Это не тот случай, когда осеняет, тут нужно что-то большее, чем два символа.

Увы, моим планам сбыться не пришлось. Проворочавшись в кровати с час — все это время я убеждала себя, что думать мне совершенно не над чем, встала. Как была, в футболке и шортах, вышла из каюты.

Какое-то время побродила по затихшему кораблю.

Это на средних и тяжелых крейсерах жизнь не замирала ни на мгновение. Там большие экипажи, постоянно кто-то куда-то спешит. А на малых только рубка не засыпала никогда.

Пустая кают-компания, пустые коридоры… Я любила эти минуты. Понимала, что все окружающее меня — только иллюзия, но позволяла себе поддаться ее обману. Лишь я и… корабль. И вся Вселенная вокруг нас.

Ноги привычно принесли меня на смотровую палубу, здесь обычно мои прогулки и заканчивались. Но сегодня меня привело сюда не только желание разобраться в самой себе, ответить на вопросы, которые не давали спокойно спать, но и предчувствие. Я уже давно верила им не меньше, чем навигаторским расчетам Костаса.

Время шло, убегало мгновение за мгновением, а я все стояла у большого экрана, которое заменяло окно во внешний мир.

Прожектора корабля мы не включали, единственным источником света, дававшим мне возможность любоваться пустыней, была одна из лун. Жаль, не та, которую я жаждала видеть. С некоторых пор ожидание начало превращаться для меня в пытку. Или теряла хватку, или… у всего есть свой предел, в моей жизни последние восемь лет было слишком много событий, чтобы я не начала исподволь мечтать о покое.

— Тебя что-то гнетет?

Тарас подошел неслышно, но я предполагала, что мое уединение будет нарушено, потому и активировала командный интерфейс. Думать он не мешал, зато избавлял от сюрпризов.

Правда, с кандидатурой гостя, решившего разделить со мной одиночество, я ошиблась. Ожидала увидеть Рауле. С объяснениями.

— А тебя? — ответила я вопросом на вопрос. Делиться даже не сомнениями, а сухими фактами, которые остались для меня неясными, я ни с кем не собиралась.

— У Костаса неплохая база по самаринянам. Камил тебя не обманул, эти два символа чаще всего используются именно в этих значениях.

Я пожала плечами. Ничего нового! Капитаном на корабле была я, но каждый из моих мальчиков считал необходимым защищать меня всеми доступными способами. Самым эффективным им показался тот, где они досконально разбирались со всем, что привлекало хоть малейшее мое внимание.

На всякий случай.

— Кто еще знает, что Рауле — жрец?

Тарас усмехнулся. Я не увидела — услышала, стоял он прямо у меня за спиной.

— Не знают только Дюша и Юл. Не доросли пока.

— И давно?

Тот сделал шаг и встал рядом. Я не стала ворчать, что никого не приглашала. Вид на спящую пустыню был великолепен, добавляя настрою некоторой умиротворенности.

Я уже не раз замечала, что очарование других планет проявляется именно ночью. Словно едва приоткрывается вуаль тайны, позволяя любителям истины ощутить их «нутро», то, что днем скрыто за созданными разумными правилами и условностями.

Хараб-2 не был похож на первый. Тот испортил свою репутацию близостью к айо, этот… был не только девственно чист, но и доброжелателен. По крайней мере, пока.

— Нас с Дарилом предупредил Артур, попросил верить его побратиму, ну и… — его пауза отдавала сарказмом, — подготовить тебя.

Теперь хоть стало понятно, откуда у нас в базе так много о самаринянях, обошлось без лишних вопросов. Да и про побратима ангел вовремя ввернул, начисто избавляя меня от остатков подозрений. Эти узы были посильнее тех, что устанавливались у скайлов. Приговором за нарушение клятвы была смерть. Приемлемого объяснения этому эффекту я для себя не нашла, но случаи такие были.

«Случаи были…» — повторила я мысленно, примеряя ситуацию к Камилу. Ошибалась или нет, мне, возможно, узнать никогда не удастся.

— Спасибо, подготовили, — равнодушно заметила я, пытаясь найти на звездном небе хоть что-то знакомое. Когда валится под ногами, ищешь, за что ухватиться.

— Таши. — Тарас неожиданно оказался стоящим напротив. Достаточно шевельнуться, чтобы коснуться друг друга. — Тебе не надоело тащить все на себе?!

Сплошные открытия и откровения… И сбежать некуда.

— Я — ваш капитан! Ты — помнишь?

Я попыталась отступить, но ангел не позволил, успев придержать за плечо.

Продолжая молчать, смотрел мне в глаза, словно ища в них что-то для себя важное.

Не знаю, что чувствовал он, но мне было не по себе. В этой тишине, в окружавшем нас сумраке, в его жесте, не собственническом, но твердом, уверенном, было что-то для меня незнакомое. Но… волнующее.

Это было неправильно! Когда я шутливо убеждала себя в том, что мне нужно было влюбиться в Тараса, а не Искандера, я даже не думала, что в этом есть что-то… важное. Для меня.

— Я — помню, — с какой-то внутренней горечью произнес он. — А вот ты частенько забываешь, что мы — экипаж. Не «ты», «я», «он», а экипаж, в котором проблемы одного — проблемы всех.

Он говорил тихо, но в каждом его слове я слышала прорывающийся из души рык. Это било больнее, чем обидные фразы.

Вот только… я не была уверена, что правильно понимаю смысл сказанного.

— Оставь ее, — прозвучало резко из-за спины. Со всем этим накалом эмоций я пропустила появление Рауле. — Она сама со всем разберется.

Как ни странно, но Тарас даже не огрызнулся, как я ожидала. Как-никак, а на корабле его положение было более прочным, чем Камила. Опустил руку, освобождая меня от захвата, улыбнулся, оскалившись, и, отвесив шутливый поклон жрецу, вышел из отсека.

Рауле тоже задерживаться не стал, так ничего и не сказав, последовал за ангелом, оставив меня одну.

Вот и объяснились…

* * *

Вместо отдыха ночь стала кошмаром. Мысли об Искандере смешивались с догадками о приютившей нас планете, потом рывком скатывались на наш последний разговор с Тарасом, вплетали туда воспоминания о некоторых его оговорках и вновь возвращались к скайлу.

Как же все просто было, пока его не было!

Поднялась я раньше, чем планировала. Сообразила, что если не встану, то либо себя доведу до нервного срыва, либо… достанется команде. Им было не за что, а себя я пожалела.

Переодевшись в тренировочный костюм, добралась до тренажерного зала. Войдя, замерла. Идея начать утро с разминки пришла не только в мою голову. На бойцовской половине Тарас и Камил танцевали какой-то нереальный для человеческого восприятия танец. Понаблюдав за ребятами пару минут, тяжело вздохнула и направилась в свой любимый угол. Реакция, гибкость, скорость… Добавить изумительную технику, и этого окажется достаточно, чтобы заработать комплекс неполноценности.

Я этим уже давно не страдала. Демона и метаморфа в экипаже хватило, чтобы я перестала терзаться собственным несовершенством.

Когда закончила комплекс, их уже не было. Зато присутствовал Дарил. Что меня не радовало, он явно напрашивался на разговор.

— Нет, — спокойно произнесла я, вытирая полотенцем пот с лица и шеи.

— Я еще ничего не сказал, — улыбнулся тот.

— Идем утвержденным составом, ты остаешься за старшего. Тимку беру с собой, я ему обещала. На все случайности ты дашь нам корабельные сутки. Раньше этого времени никаких телодвижений, что бы ни случилось.

— Я не об этом.

Я посмотрела задумчиво, прикинула, что еще могла упустить. В принципе много чего, но ничего достойного его появления здесь.

— Тогда о чем?

Он отошел в сторону, опустился на пол, устроившись спиной к переборке.

— Ты не пыталась понять, кто из Союза может быть тем незнакомцем?

Демон всегда умел удивить, этот раз не стал исключением.

— Ты ради этого вопроса меня и искал?

— Значит, не пыталась, — вздохнул Дарил. — А ведь случаев, когда ты видела Тадеуса с кем-то, было немного. Он предпочитал вести свои дела так, чтобы на виду не оставалось никаких хвостов.

Я задумалась на мгновение — в сказанном демоном было рациональное звено. И… не одно.

— Его кабинет был защищен от записи, но в зале… Чтобы поднять архивы, тебе нужно мое разрешение?

Мое изумление он встретил хохотом. Отсмеявшись, качнул головой, словно поражаясь моему непониманию, и только потом ответил:

— Когда пытаемся действовать за твоей спиной — ворчишь, когда…

Теперь хмыкнула и я.

— Ладно, считай, что мы друг друга не поняли. А если серьезно, — я дождалась, когда он поднимется, и уже вместе с ним направилась к выходу из тренажерного, — я сомневаюсь, что мы откопаем хоть что-нибудь. Это для Тадеуса и офицера Союза та случайная встреча стала поводом для опасения, для меня она ничего не значила. Я потому и отказалась от идеи просмотреть записи, что не видела в этом смысла.

— А если у тебя будут данные по составу делегации? — невинно уточнил у меня демон.

Остановилась я резко. Окинула демона далеким от дружелюбия взглядом:

— Ну, теперь хотя бы понятно, чего Рауле с нами увязался.

— Не сам, — поправил меня Дарил.

Я помрачнела еще больше.

— Ты решил проявить инициативу.

Мой тон демона ничуть не смутил.

— Я, — признался он, даже не споря с очевидным. — У нас было время…

Договорить я ему не дала, заговорила резко, чтобы в следующий раз сначала думал и лишь потом делал. Если он будет, следующий раз.

— Заговорщики, демоны вас задери! А сообразить было тяжело, что в Управлении тоже крыса есть! А может, и не одна. Как только Рауле запрос на состав делегации отправил, нам приговор и подписали.

— Мы и так в смертниках ходили, — равнодушно возразил мне Дарил. — А о крысах мы подумали, но оставили их на Таласки.

Я не то чтобы успокоилась, просто взяла себя в руки. Помощник был прав, особой разницы не было, где угодить в ловушку. Пока что отделывались легким испугом, в другом варианте все могло оказаться значительно страшнее.

— Значит, к нашим архивам хочет присмотреться Рауле, — задумчиво протянула я, нисколько не веря наивно-восторженному взгляду демона. — А ты тут при чем?

Дарил тут же подобрался.

— Не люблю я, когда чего-то не понимаю.

И я тихонечко закончила. За него.

— И оставляю после себя нерешенные проблемы…

Он только улыбнулся. Грустно.

Значит, решение уже принял. Окончательное.

Вернулась я в свою каюту под впечатлением от разговора. Печаль была светлой, воспоминания — приятными…

Поймав себя на этой сентиментальной глупости, едва не засмеялась. Мы сидели на планете, которой не было ни на одной навигационной карте, не рассчитывая на помощь, не веря в чудеса, а я думала о том, как буду расставаться с демоном. По меньшей мере смешно.

Как и то, что ответа ему я так и не дала.

Завтракали опять все вместе. Юл откровенно клевал носом, явно всю ночь просидел над расчетами. Дюша тоже не отличался особо бодрым видом, но его, похоже, все еще спасала курсантская закалка.

Счастливое время. Если оглянуться назад, то самое счастливое из того, что у меня было… после смерти мамы.

— Валечка, челнок готов? — спросила я, отвлекаясь от чашки с ароматным кофе. Тишина не была напряженной, но с утра давила на нервы.

Тот поднял голову от тарелки с салатом — не ел, ковырялся вилкой, о чем-то думая. Но взгляд был осмысленный, переспрашивать не пришлось.

— Да, капитан. В полной.

И… улыбнулся, так залихватски, что я не удержалась от уточнения:

— Мне ждать гадостей?

Теперь уже не жевал никто, смотрели, как краснеют у оружейника кончики ушей. Такое с ним случалось не часто. Все мальчики у меня были твердохарактерные, в излишней склонности к смущению не замеченные, но иногда и они попадали впросак. Каждый по-своему, конечно. Шуточки Валечки были обычно невинными, но… запоминающимися.

— Обижаешь, капитан! — протянул он, опустив ресницы, но я уже успела заметить, как он украдкой посмотрел в сторону Стаса.

Месть! За Тимошу… А ведь медик идет сегодня с нами.

— Ладно, — сделав вид, что поверила, кивнула я. — Юл, как твои успехи?

Мальчишка с реакцией запоздал. Пока пытался открыть глаза, пока соображал, чего от него хотят, я уже успела повернуться к Дюше.

— Я кого поставила старшим?

Лейтенант ринулся вскочить, но сидящий рядом с ним Костас вовремя удержал его за руку.

— Не углядел, капитан, — вздохнул Дюша, намекая, что повинную голову…

Я, продолжая демонстрировать начальственный деспотизм, удрученно качнула головой, тут же сбившись с роли. Дарил был прав, чему я ребенка учу?!

— Что-то придумали? — спросила я, уже не скрывая интереса.

Дюша кивнул, но возможность ответить отдал Юлу. Тот уже успел окончательно проснуться и теперь жаждал отчитаться.

— Самый простой вариант, использовать аварийную капсулу…

Чем она могла нам помочь, я так и не узнала. Сигнал тревоги очистил кают-компанию за мгновение. Вот только вместо уже привычной попытки вторжения в управление кораблем нас ждал совершенно иной сюрприз.

* * *

— Дальний разведчик. Код стархов, — озвучил Тарас то, что и без него было понятно. — Интересно, по наши души или как?

— Или как! — холодно отрезала я, не замечая напряженных взглядов ребят.

В голове крутилось одно: «Ну и тварь же ты, Индарс!»

Слова не оправдания — объяснения, находились сами собой, но от этого легче не становилось.

Я связала две планеты благодаря белому дракону. Похоже, что все базы древних синхронизировались между собой или по меньшей мере обменивались данными. Это давало нам хороший шанс выбраться. Достаточно было лишь войти в контакт, что мне однажды уже удалось, и передать на первую, где именно мы находились. Насколько я была в курсе происходящего там, худо-бедно, но с «личностью» хранителя истории древних уже общались.

На непредвзятый взгляд цепочка выглядела простой, да только ее реализация обещала стать сложной. Но разве трудности когда-нибудь меня пугали? Да и был это лишь один из вариантов, я рассчитывала и на другие.

Стархи путали все планы. Мысли о том, что они прибыли за нами, у меня даже не возникло, их подход к планете был для этого слишком точным. Однозначно что-то раскопали на Харабе!

В этом был весь Индарс. Все для блага… Я всегда говорила, что он — достойный император.

Как же легко быть приятелями, когда между вами не стоят интересы империи!

— Что будем делать? — У Дарила явно были свои предложения, но он с ними не лез, ждал, когда выскажусь я.

— Что делать? — повторила я машинально. Злость отступала, на смену ей приходил кураж. Я не любила проигрывать. — Что делать… — Я перевела взгляд с демона на ангела, потом посмотрела на Рауле. Костас, ради разнообразия покинувший навигаторскую, моего внимания не удостоился. — Что собирались, то и будем делать. Исследовательский зонд вернуть, на корабль — полную защиту. Если что, мы первые — добыча наша. Отстреливаться будем…

— Капитан, — обескураженно прервал меня Тарас, — это уже из другой истории.

Я улыбнулась многообещающе.

— Если это то, о чем я думаю, история может стать нашей.

Я умела быть жестокой. А еще я без труда могла представить, что именно намерен здесь искать любитель игры в хатч Индарс. Вряд ли это будет новая туристическая зона.

— А если захватить? — промурлыкал Рауле.

Посмотрев на него косо, качнула головой. Пацаны, чисто пацаны! А мне за них отвечать!

— На сборы — полчаса, действуем по намеченному плану. Все изменения и уточнения, после того, как стархи себя проявят. Тогда и посмотрим, чем их встречать. — Я поднялась с пилот-ложемента, отметив, что демон уже запустил программу формирования защитного поля. Эксклюзивная штучка, ее не брали даже мощные орбитальные сканеры. — Дарил. — Я остановилась у выхода, с легким недовольством с ног до головы осмотрела продолжавшего сидеть Тараса. — Ты за ними присматривай, пока меня не будет.

Пока я говорила, ангел успел не только встать, но и выскочить из рубки, не пропустив меня.

Если не заладилось с утра…

Через тридцать минут я входила в челнок, выведенный на пусковой стапель. Мальчики были уже там, стояли плечом к плечу в крошечном коридорчике у шлюза.

— Где Тимоша? — невинно уточнила я, пытаясь сдвинуть плечом «взявшего» на себя центр Стаса.

— Госпожа капитан, — не сдался тот под моим напором, — юнга Тимоша находится на борту.

Расскажи кому… лучше не рассказывать, по комиссиям затаскают, проверяя профпригодность.

— И где он?

Тот сделал вид, что удивился.

— Как где? Ждет взлета.

И только теперь отступил, пропуская меня в единственный отсек, разделенный на две зоны.

Заяц и правда был там — в корзинке, втиснутой между двумя креслами. Амортизирующее покрытие внутри, установка компенсирующего поля — снаружи, черный костюм, из того же материала, что и на нас, — на нем. И узенькая табличка сверху — Тимоша.

Немедленное списание на «землю», без права полета даже в качестве пассажира…

— Не передумал? — остановилась я напротив нового члена экипажа, делая вид, что не замечаю сдерживаемых улыбок.

Тимка ничего не ответил, но дважды хлопнул глазенками и поднял длинные уши.

А вот шлема у него не было. Непорядок!

— Будем считать, что не передумал, — перевела я и обернулась к Стасу. — Он в нем двигаться-то может?

— Еще пара тренировок, и надевать сам будет, — твердо заверил меня медик и… фыркнул.

— Ну, раз так… — протянула я, прикусив губу, чтобы выглядело задумчиво, — тогда взлетаем.

Что меня всегда радовало, мальчики четко понимали, когда шутки уже закончились.

Кивнув Стасу на приемыша, я заняла кресло первого пилота. Тарас нахмурил брови, но, так ничего и не сказав, пристроился рядом. Место Рауле оказалось за моей спиной, напротив медика и Тимки.

Мысль о том, зачем я тащу с собой звереныша, появлялась уже не в первый раз. Ответа не было, оставалось свалить все на предчувствие.

Проверив последние данные — корабль стархов всего час как ушел на другую сторону, что давало нам полную свободу действий, — дала команду на взлет.

Двигатели я включила в верхней точке «плевка», так мы называли сброс челнока с пускового стапеля. Жаргонное словечко весьма точно отражало процесс. Удовольствие не из приятных, именно поэтому я предпочитала катер, но в данном случае у нас вариантов не было. Если что пойдет не так, Дарилу он пригодится.

Почти два часа полета вслед за местным Солнцем, и мы приземлились на краю намеченного оазиса. Этот попал в наш список не только за неожиданно большой размер, но и за загадочную возвышенность, над которой долго «размышлял» наш сканер. Результат он выдал, но рядом выставил точность. Было от чего опешить — немногим больше десяти процентов.

Мог бы просто проставить — не определяется, воспринималось бы спокойнее.

Прежде чем пристроить челнок под сенью гигантской растительности, напоминавшей папоротник, только высотой почти в пятнадцать метров, мы пару раз облетели «кляксу» по периметру. Протянувшись на двадцать километров в длину, в ширину она имела от семи до двенадцати. Было где заблудиться.

Зависнув над местом будущей посадки, я развернулась к мужской части команды. Ангел и Стас просматривали новые данные, которые мы получили во время последних кругов. Ничего неожиданного в них я не увидела, первая разведка с орбиты была скрупулезной. Насколько это было возможно, я пыталась свести риск к минимуму.

В отличие от этих двоих, Рауле о чем-то увлеченно беседовал с Тимошей. Тот устроился у него на коленях, предпочтя их корзинке, и очень внимательно слушал. Молча.

Теперь я знала, к кому отправлять желающих пообщаться.

— Ты у него спроси, садиться стоит или лучше сразу сваливать, — грубовато съязвила я, пряча за ехидным тоном внутреннюю напряженность. От идеи прогуляться я не отказалась, пусть она сегодня и не выглядела столь уж увлекательной, но чем ближе был этот момент, тем тревожнее мне становилось.

— Уже спрашивал, — как ни в чем не бывало отозвался Камил. — Говорит, что надо быть очень осторожными. Здесь водятся странные твари, а иногда из-под земли вырывается невидимый огонь.

— Так может, он останется? — поинтересовалась я, выпуская опоры-генераторы. Укладывать челнок на грунт я не стала, мало ли… Если что, антигравы заменят ускорители.

— Отказывается, — невинно улыбнулся Рауле, а Тарас, вместо меня, тяжело вздохнул. — Собирается за нами присматривать.

— Ну, если так, — мне хватило трех секунд, чтобы сигара зависла в захватах четырех опор, — тогда… готовность.

На проверку и еще один инструктаж у нас ушло еще минут двадцать. Челнок я покидала последней. Отнюдь не по своей прихоти. Деспотизм на моем корабле был не только командирский.

В том, что правы они со своей заботой, я убедилась довольно скоро. Насколько спокойно я чувствовала себя в космосе, настолько беспомощной ощущала, бредя по похожему на джунгли оазису. Костюм полной защиты и опущенное «забрало» шлема уверенности не добавляли.

Внутренний микроклимат не давал осознать высокой влажности и температуры, но мне хватало и раздающихся отовсюду хлюпающих звуков, да «дождика» с растительности, которую невзначай задевала.

Под ногами пружинило, словно мы шли по болоту, взгляд постоянно соскальзывал с данных командного интерфейса на какую-то мелюзгу, которая то норовила врезаться в тебя с лету, то зависала напротив, разглядывая с таким искренним изумлением, что хотелось вызвериться.

Полный сюр! Оставалось выяснить, кто именно в этом полном причуд месте относился к разумным? Лично у меня создавалось впечатление, что не мы.

А еще и Тимка… Не успела я подумать о зайце, как Рауле нарушил очередное затишье.

— Тимка, нам нужно не туда!

Я не вздохнула, простонала. Тарас, который шел следом за мной, обгоняя, ободряюще хлопнул по плечу.

Нечто подобное происходило уже не в первый раз. И каждый раз Камил долго и настойчиво объяснял нашему добровольному проводнику, куда именно мы должны попасть. Тот слушал, как всегда молча, и продолжал вести нас туда, куда считал нужным.

Что удивительно, мы следовали за ним. Несмотря на некоторую извилистость пути, курс он держал достаточно четко.

— Рауле, — не выдержала я, когда, только забравшись на очередную возвышенность, мы начали с нее спускаться, — может, привал?

Продирались мы через местный дендрарий уже минут сорок. От челнока до нужной точки по прямой было наполовину меньше.

— Держись, — усмехнулся тот, даже не оглянувшись. Впрочем, его хитрый взгляд я видела и так, с экрана. — Тимка говорит, что мы почти при…

Дослушать его я не успела. Боль в груди была неожиданной и оглушающей. По глазам резануло, словно прошило лазером, сердце трепыхнулось, тут же вскинувшись галопом.

Ощущение, что мир переворачивается вверх ногами, было последним, что я осознала. Дальше… пустота.

* * *

— Связь между нами практически разорвана.

Искандер произнес эти слова и, только услышав собственный голос, до конца осознал, что он только что сказал.

— Это невозможно! — В отличие от старшего брата, Артур своих эмоций не скрывал.

Вопреки ожиданиям Искандера, было это искренним сожалением. Шорн не собирался использовать подвернувшуюся возможность и пытаться вернуть Таши. О причине канир мог только догадываться, но был уверен, что это не мнимое «благородство». Скорее, признание, что судьба в таких делах второго шанса не дает.

— Мне бы твою уверенность, — все так же бесстрастно произнес Искандер, отворачиваясь к экрану. Подготовка к старту «Корвета» заканчивалась, еще пара часов…

— Это из-за взрыва?

Ответить Искандеру не удалось. Помешал залетевший в кабинет Таласки. Спрашивать разрешение войти он в последние дни забывал. Не по умыслу — темп, который набирало расследование, требовал отсекать все лишнее. Некоторые правила и условности, пусть и вбитые на уровне рефлексов, отбрасывались, как создающие помехи.

— Что из-за взрыва?

Переключился Игорь мгновенно. Хоть и устал смертельно, уже не веря, что может быть иначе, но нюх не подвел. Чувствовал, что за этой фразой скрывается нечто очень важное. Для него? Для Искандера? Это не имело значения, главное, что грозило либо новыми проблемами, либо… тоже новыми, но перспективами.

Искандер мог и не отвечать, эта ноша была не тяжелее остальных, но зачем тогда называть другом, если отказываешь в доверии?!

Это было одно из немногого, чему учило его общение с Игорем и Орловым, что скайл принял не ощущая внутреннего протеста.

— Артур предположил, что моя связь с Таши ослабла из-за последствий взрыва.

Таласки как замер у двери, так и продолжал стоять там, с недоумением смотря на Искандера.

Видел, что тот не шутит, внешнему спокойствию скайла уже давно не верил. Через ментальный барьер проходил редко, все-таки его способности, несмотря на постоянные тренировки, значительно уступали тем, которыми адмирал обладал с рождения, но отголоски чувств «ловил» без труда.

Да только поверить в разрыв этих двоих было труднее, чем в то, что кто-то из «своих» уже давно снабжает вольных не только закрытой информацией, но и секретными разработками.

Неучтенный «Пульсар» они все-таки нашли. Схема его исчезновения оказалась довольно простой, хоть и выглядела замысловато. Казалось бы, первая партия, учет должен быть наиболее строгим.

Действительность превзошла ожидания.

Экспериментальные образцы перебрасывались с базы на базу, с корабля на корабль. Установка монтировалась легко, за три часа вполне управлялись. Так и получилось, что в одной эскадре их вроде как две, а на деле — одна. Обнаружили практически случайно, сработало его знаменитое чутье на пакости. Игорь приказал своим ребятам сравнить учетные регистры, там и обнаружилось, что в одном, под одним кодом — две штуки, а в другом… тоже две штуки, только коды разные, на одну букву всего лишь и отличаются.

Афишировать свою находку они не стали, но за ниточку зацепились. Хотелось верить, что к моменту появления делегации на Таркане Наташа не только вернется, но и вспомнит, кого именно из офицеров Союза видела вместе с Тадеусом.

А если нет? Игорь предпочитал действовать наверняка, вот и крутился.

Но после признания Искандера проблема предательства отступала на второй план. Она «терпела» несколько лет, могла подождать еще немного.

А вот эта новость… Даже такой службист, каким себя считал себя Игорь, понимал, какие последствия мог иметь разрыв отношений Наташи и Искандера. Не только для них, для него, для Орлова… Все это было важным, но… личным, его больше интересовали кангорат и Союз. Так уж получилось, что их будущее было связано именно с этой парочкой.

Это осознавал даже тот, кого они искали. Оказалось, достаточно доложить наверх, что приглашение капитана Орловой к скайлам связано не только со званием литара, присвоенным ей кангором, но и с обсуждением ее брака с каниром, как вместо ожидаемого покушения на Наташу они получили залп «Пульсара». Их таинственный визави правильно рассчитал — погибнет она, перетряхнут всех и вся, потому и рисковать не стал. Самое главное для него было избежать встречи, сбитый прыжок такую возможность давал.

— Но ты считаешь иначе? — осторожно уточнил Игорь, пытаясь принять, что в этом вопросе он совершенно бессилен.

Мало того, что поведение Искандера все еще продолжало ставить его в тупик своей непонятной логикой, так он еще и достаточно хорошо знал Наташу. Этой бесполезно объяснять, что ее жизнь уже давно стала частью большой политики. Один раз положила рапорт на стол, повторит не задумываясь.

— Считаю.

Своей немногословностью Искандер не испытывал чужое терпение, не пытался убедиться, что иных причин нет. Он просто отсекал все, что имело меньшее значение, чем те задачи, которые он перед собой поставил. Поиск Наташи тоже был среди них, но только как одна из нескольких, особо важных.

Еще стандарт тому назад скайл мог бросить все и кинуться в авантюру, разыскивая корону кангора. Сейчас он не имел права позволить себе ничего подобного.

Искандер не рвался к власти, но власть выбрала его, со всей четкостью продемонстрировав то, о чем он интуитивно догадывался. Давая возможность изменять мир вокруг себя, она отбирала самое важное — свободу выбора.

— Тебя нужно уговаривать, или сам скажешь?

Игорь пересек кабинет стремительно, словно от того, как быстро он дойдет до адмирала, что-то зависело. Остановился напротив, без колебаний встретил ничего не выражающий взгляд друга.

Искандера обдало холодом, свои эмоции Таласки не сдерживал. Его бешенство напоминало идеальное зеркало воды, готовой прорвать плотину и уничтожить все на своем пути.

— Игорь… — Артур положил руку на плечо майора, пытаясь разорвать молчаливое противостояние, но Таласки только дернул плечом, сбрасывая чужую ладонь.

— Что-то подобное было после Хараба…

Он еще не закончил говорить, а Игорь словно обмяк, избавившись от напряжения.

— Теперь я знаю, почему вас называют отморозками, — вздохнул он, отходя к креслу. — Тогда это были последствия общения с Хранителем, а сейчас?

Артур, неожиданно для себя, улыбнулся. Наверное, Таласки был прав, реагируя на слова Искандера столь остро. Он и сам… Появившаяся мысль была похожа на откровение. Себя Шорн скайлом уже давно не считал.

— Сейчас? — повторил Искандер, «оживая». Когда рядом находился Игорь, оставаться адмиралом было трудно. Несмотря на взлелеянную годами обучения защиту, тот затягивал в водоворот своих чувств, заставлял воспринимать окружающее ярче, насыщеннее. Такие всплески для скайла не проходили бесследно, возвращение к привычному восприятию не всегда давалось легко, но в данный момент он был благодарен Таласки за подобную встряску. Будущее в черно-белых красках выглядело мрачно. — Даже предполагать боюсь. Вот Артур доберется…

Что будет, когда Артур доберется до побратима, они обсуждали уже не раз, так что вызов Стелькова, который доложил о готовности «Корвета» к старту, ничего не изменил.

Просто поставил точку в их разговоре.

* * *

— Пугать ребенка было обязательно?

Сначала появился шелест. Едва слышимый, на грани восприятия, но слишком знакомый, чтобы его не опознать, — так, после подключения, тестировался командный интерфейс.

Затем привкус крови во рту, судя по толчкам пульса в губе, я ее прикусила. Потом уже что-то мягкое под спиной. Рельеф был вполне определяемым — Тарас.

И вот уже после этого — вопрос.

— Что это было? — прохрипела я, пытаясь сообразить, чем же меня так «стукнуло». Память не подвела, выдала все подробности, так что информации оказалось много. Толку — мало.

— Ты вообще у кого спрашиваешь? — раздалось совсем рядом. Интересовался опять Рауле.

— У тебя, — теперь уже прошипела я, открывая глаза и понимая, что все не так хорошо, как бы мне хотелось. — Ты же у нас самый умный.

— А чего кривимся? — допрос продолжил Стас. Данных с моего диагноста ему явно не хватало.

— Пытаюсь понять, — решила я обрадовать его ответом, — это у меня со зрением проблемы или сбились настройки системы.

— А подробнее! — Тарас легко развернул меня к себе. Со стороны должно было выглядеть весьма сексуально.

— Подробнее? — Я закрыла глаза, надеясь, что что-нибудь изменится. Снова открыла. Зря надеялась. — Я бы сказала так… — Я опять помялась, вспоминая терминологию, но быстро плюнула на невозможность откопать в своей несколько взбудораженной голове нужные мне сведения. — Кажется, у меня значительно усилились цветоощущение и световая чувствительность.

— А… — с каким-то непонятным мне облегчением вздохнул Стас. — Это нормально.

— Нормально? — нахмурилась я, но тут же переключилась на другое. — А где Тимка?

— Какой? — вяло поинтересовался Тарас, невольно бросив взгляд мне за спину.

— А у нас их что, много? — подозрительно уточнила я, начиная кое о чем догадываться.

Жаль, не успела продемонстрировать свою способность быстро разбираться в нестандартных ситуациях. Ангел меня опередил.

— Как ты и говорила, один большой, другой… маленький.

И за что мне… Вопрос был риторическим, и я решила его опустить.

Выбравшись из далеких от нежности объятий Тараса и проигнорировав задумчивый взгляд Стаса, поднялась. Что обрадовало, ноги держали.

— Большой, говоришь? — одарила я усмешкой ангела и обернулась к колоритной парочке, что сидела шагах в десяти от нас.

На зайца я взглянула лишь мимолетно. Ничего нового, если не считать, что тот нашел себе нового друга. Вот он-то и привлек мое внимание.

Дракон был белым, морда — шипастой, глаза — умными, только ростом подкачал, мне где-то по пояс.

— Ну, здравствуй! — улыбнулась я ему, подходя поближе.

В какой-то момент попыталась найти в себе хотя бы отголоски страха, но ничего не обнаружила. И ведь не объяснишь причину такой уверенности лишь похожестью того, что был на Харабе и этого. Здесь и потаенная грусть, мелькнувшая во взгляде Рауле, и спокойствие Тараса, и некоторая беспечность Стаса. Ни один из них, грози мне хоть малейшая опасность, так бы себя не вел.

«Ну, здравствуй!» — возникло на экране командного интерфейса.

Теперь понятно, чем меня шарахнуло. Вторжение извне в управление, систему просто «вышибло» и меня вместе с ней. Со зрением тоже больше вопросов не было — проделки Хранителя, как назвали спецы визуализацию искусственного интеллекта, оставленного древними.

— Сколько до появления конуса луны?

Я обернулась к Тарасу, отметив, как заострились скулы у Камила.

Самообладание подводило жреца богини Судьбы. Плохо, что оснований для этого было слишком много.

— Час пятнадцать.

— Наземная база… — произнесла я, ни к кому не обращаясь. — На Харабе ничего подобного найдено не было. Или плохо искали, или…

«Все наземные базы на планете Хараб были уничтожены», — отозвался большой Тимоша надписью на экране.

Информация была не просто важной, она отдавала обреченностью. И будущими проблемами.

— Сколько их здесь? — продолжила я допрос.

Мне было не до сантиментов, на орбите шнырял корабль стархов. Благодаря моей паранойе мы заметили их раньше, чем те обнаружили нас. Но пока это являлось для нас единственным преимуществом. В прямом столкновении, если до него дойдет, исход боя будет зависеть больше от опыта и хитрости экипажей, чем от кораблей. «Зверь» когда-то тоже был дальним разведчиком.

«Одна орбитальная и четыре наземных. Три из них аварийных».

— Та, на которой мы были вчера, — аварийная? — игнорируя его смятение, обратилась я к Рауле. С чувствами жреца мы могли разобраться и позже, сейчас же меня больше беспокоило другое.

— Да! — отозвался тот. Что порадовало, голос, в отличие от метнувшегося взгляда, был твердым.

— Что находится на ней?

Я опять спрашивала у Камила, но тот только качнул головой. А вот дракон счел необходимым ответить:

«Аварийные базы переведены в режим самоликвидации при попытке несанкционированного вскрытия».

Задумываться о том, хорошая эта новость или плохая, я не стала. Рано или поздно вся мозаика соберется воедино, вот тогда и решу. Единственное, что себе позволила, — уточнить:

— Твоя работа?

Могла и не спрашивать, достаточно было посмотреть на Рауле.

Впрочем, делать выводы тоже не стоило спешить, только обратить внимание.

— Стас, — окликнула я медика. Когда тот посмотрел на меня, кивком показала на стоявшего рядом с ним Камила.

Было заметно, что мой молчаливый приказ ему не понравился, но возражений не последовало. Ни от кого. Только младший Тимка опустил уши, словно выказывая свое отношение к происходящему.

Очередная мысль о его разумности мелькнула и… пропала, уступив место другой. Проверять я ее не стала, особого значения не имело, сейчас или немного позже я узнаю, что наш мохнатый друг является искусственным биологическим созданием.

— Что на основной базе?

Предчувствие спазмом схватило горло, а перед глазами стоял рисунок Рауле. Я в образе его богини. Могла бы сказать, что святотатство, но уверена, что это было предупреждением.

«Межгалактический разведчик».

У написанных слов нет эмоций, но я ощутила тот адреналин, что бурлил в каждой букве. И задыхалась от него, не понимая, откуда во мне силы, чтобы продолжать дышать.

— С навигационными картами… — прохрипела я. Голос отказывался мне подчиняться, а попытки справиться с волнением лишь сильнее проявляли мою слабость.

Ситуация выглядела… мягко говоря, патовой. Прыжки через пространства с иной мерностью позволяли нам довольно свободно путешествовать по Галактике. Если и оставались неизведанные сектора, то лишь те, что пока не привлекли ничьего внимания. Но и их становилось все меньше. Пригодные для заселения планеты заселялись, непригодные — использовались как сырьевые придатки или базы для экспериментов с терраформированием. Процесс изменений был длительным, но правители думали не только о сегодняшнем дне.

А вот попытки уйти подобным способом в другие Галактики пока что заканчивались неудачами. Была ли причина в отсутствии привязки для расчета прокола или в недостаточности мощности излучателей и двигателей, с уверенностью сказать никто не мог. Это был тот самый случай, когда теоретические выкладки не удавалось подтвердить практикой.

А тут… и межгалактический корабль, и навигационные карты.

Я должна была сделать все, чтобы стархи не заполучили ни того, ни другого.

«С навигационными картами», — подтвердил Хранитель, правильно истолковав, что моя реплика вопросом не была.

— Что ты собираешься делать? — слишком спокойно для происходящего уточнил у меня Тарас.

Впрочем, его тон меня не смутил — он умел скрывать свои чувства. А еще… он хорошо меня знал и, кажется, заранее разделял еще не озвученное решение.

— Уничтожить базу, — едва ли не шепотом ответила я и посмотрела в глаза дракона: — Ты ведь для этого нас сюда притащил?

Ответ получила именно тот, что и ожидала, но я его только отметила, оборачиваясь к Рауле. Среди нас он был единственным, кто мог мне возразить. Как-никак, а древние были его предками.

— Ты со мной?

Что меня порадовало, на его лице было заметно облегчение.

— Да, Таши, я с тобой.

Наверное, он был прав, это — Судьба. Вот только мне от этого легче не стало. Не любила я быть чьей-то игрушкой.

* * *

В голове было пусто, на душе — противно.

Машинально поглаживая маленького Тимку по мягкой шерстке, я заставляла себя не смотреть вниз. Увы, это было выше моих скромных сил.

Стоящий в ангаре межгалактический разведчик не воспринимался большим, средний крейсер, не более. Формой похожий на клинок: чаша-гарда двигательной секции и сужающееся лезвие корпуса, он был абсолютно черным. Словно в противовес белоснежному дракону, который значительно увеличился в размерах, как только мы проникли на базу.

Но если можно было бы говорить о красоте кораблей, то этот походил на несбыточную мечту. Идеальные линии идеального оружия.

И я должна была его уничтожить!

Мальчики меня не трогали, давая возможность смириться с собственным же решением. Впрочем, моим оно не было. Обстоятельства, демоны их задери! Из тех, против которых невозможно найти аргументы даже имея изворотливую фантазию.

При том зыбком равновесии, что установилось в Галактике, добавить подобный фактор — значило спровоцировать новую войну. Не сегодня, так завтра, не завтра… И не важно, кому он достанется: стархам, Союзу, демонам, скайлам, Приаму… Результат все равно предсказуем. Имея полные навигационные карты не только нашей, но и полудюжины соседних Галактик, можно было чувствовать себя практически всесильным.

Или… считать так.

А если к этому добавить технологии… Думать об этом я не хотела. Достаточно вспомнить про оба Хараба, чтобы ужаснуться возможными перспективами. Ни одна мечта того не стоила.

— Таши, — вывел меня из мрачной задумчивости голос Костаса. Понимая, что наше пребывание на этой планете вот-вот закончится тем или иным способом, я приказала Дарилу перегнать «Зверя» к оазису. — Навигационные карты сектора я взял. Начинаю расчет курса для прыжка.

— Принято, — отозвалась я, покосившись на дракона, морда которого лежала на обрамлении галереи ангара, в нескольких шагах от меня. Выглядело это… уморительно, но смеяться мне не хотелось. — Ты проконтролировал, чтобы он ничего лишнего не стащил?

Несмотря на весьма впечатляющие возможности Хранителя — Тимка был продуктом его творения, активировать систему самоуничтожения он не мог. Или я, или Рауле. И земляне и самариняне являлись потомками древних. Правда, в моих предках значилась еще одна исчезнувшая раса, а вот Камил отличался завидной чистотой крови.

Способности к психологической гиперизменчивости и адаптивности, присущие жрецам всех трех богинь Самаринии, сохранялись только при этом условии. За этим следили строго, а воспитанием избранных занимались буквально с младенчества.

В отличие от фанатиков-полукровок, воля которых была подвластна влиянию высшим служителям культов, сами они никогда не участвовали в боях. Их прерогативой было повелевать, тех — смиренно умирать во имя могущества своей родины.

Это давало новую пищу для размышлений о прошлом мнимого Рауле. Попасть в плен он не мог. Оставшихся вариантов было немного: сбежал сам или… «Или» было значительно интереснее. Сомневаюсь, что у самаринян не было своего аналога разведки.

Рассуждала я об этом, перемежая допрос Камила с выбиванием из Хранителя нужных мне сведений. Как только стало понятно, что мы ему нужны, я начала составлять список того, что могу потребовать за свою покладистость. Сильно не наглела, а он почти и не сопротивлялся. Отслеживая активность моего мозга, он был прекрасно осведомлен, что базу я уничтожу и без его нам поблажек.

Но кое на чем я собиралась настаивать твердо. Чтобы исчезнуть отсюда, нам нужны были навигационные карты этого куска Галактики.

Просили мы мало, получили больше — координаты двух аварийных баз и коды доступа к ним. Одна на крупном астероиде в той же системе, что и Хараб, вторая тоже на окраинах, но ближе к Гордону.

Именно этим Костас последний час и занимался. Не только переводил данные в формат, который был способен переварить наш ИИ, но и припрятывал их среди моих старых архивов. Делиться полученной информацией я ни с кем не собиралась. А ребятам пригрозила, что лично порежу на шнурки каждого, кто не сумеет удержать язык за зубами.

Дюша и Юл подобных угроз избежали. Для их же безопасности я оставила наших деток на борту «Зверя». Предлог был все тот же: мне нужен усилитель аварийного сигнала.

«Проконтролировал, — появилось на экране командного интерфейса. — Твой экипаж держит свое слово».

Попробовали бы они иначе…

Я видела, насколько тяжело далось Дарилу согласие со мной, но и он спорить не стал, принял как данность. Сейчас рыскал где-то внизу. И не он один. Все понимали, что такой шанс выпадает лишь раз в жизни, вот и пользовались возможностью пощупать и потрогать.

Внутрь корабля их Хранитель не пустил, но и в самом ангаре было много чего интересного.

— Я не могу!

Я резко поднялась с каменного пола — стартово-посадочный комплекс, в котором мы находились, был вырублен в скальном основании, и только надстройка с управляющим модулем и створами являлась результатом технического прогресса. Неизвестные сканерам сплавы, непривычные формы, интуитивно понятная, но все равно чуждая система управления.

Не сдерживая эмоций, буквально пронеслась до конца галереи, так же стремительно вернулась назад.

— Я не могу уничтожить его! Он слишком…

Порыв «сожрал» мою решимость, и я вновь опустилась рядом с зайцем, прислонившись спиной к стене.

Тимка не шевельнулся, только приподнял одно ухо. Дракон закрыл глаза. Устало.

Я же говорила… чистый сюр!

— У тебя нет выбора, — не скрывая грусти произнес невидимый Дарил. Я забыла их отключить…

Глупо, но по сравнению со всем остальным это была такая мелочь…

— Ты должна это сделать, — вторил ему Тарас. Этот был спокоен до равнодушия.

— Ангел, — вновь вскочила я, буквально крича от неожиданно пришедшей в голову мысли, — а ты не хочешь заявить свои права на эту планету?

Тимка поднял оба уха, дракон, очнувшись от мнимой дремы, посмотрел на меня с некоторым изумлением.

Если мне это, конечно, не показалось.

Тишина была недолгой. Тарас решил меня не злить.

— Кардинально! — усмехнулся он. — Но если говорить о правах, то, скорее, о Рауле. У меня шансов значительно меньше.

Я была вынуждена тяжело вздохнуть. Ну и не надоело им быть правыми! Эту планету, в отличие от Хараба, было довольно легко связать с самаринянами. Отсутствие же собственного мира у практически истребленных метаморфов служило слабым основанием для присвоения такого богатства. Претендентов на него найдется слишком много, чтобы он сумел выиграть.

Да и само разбирательство… пока поставят точку, здесь уже не оставят камня на камне.

Это был не выход. Вот когда уничтожим главную жемчужину — базу, претендентов станет значительно меньше. Если, конечно… Сейчас думать об этом было рано, как и убеждать Тараса, что моя идея имеет право на существование.

— Таши. — Из коридора, ведущего на галерею, появился Камил. Как не вовремя! — Я посмотрел данные по кораблю.

— И что? — теперь уже вяло поинтересовалась я. Настроение напоминало раскачавшийся маятник.

Ответить ему не дал вклинившийся в разговор Костас.

— Капитан, наблюдаю корабль стархов. До контакта один час сорок три минуты.

— Обложили?! — рявкнула я, двинув кулаком по каменной стене. Боль была резкой и отрезвляющей.

— Что с данными по кораблю? — развернулась я к Рауле.

Тот улыбнулся уголком губы, оценив метаморфозу.

— Я не все понял…

— А если яснее!

Тот не стал испытывать моего терпения.

— Судя по всему, он полностью готов к полету.

— Автономный режим?

Дракон даже вздрогнул, когда я обратилась к нему. Кажется, я сумела напугать даже Хранителя.

«„Дальнир“ находится под управлением искусственного разума. Последняя задача была выполнена, ИР в спящем режиме».

— Ну так выводи его из этого режима! — прорычала я, сделав вид, что забыла, кем командую.

— Таши, — с придыханием начал Дарил, — ты сошла с ума!

— Сама знаю, — огрызнулась я, продолжая смотреть на дракона. Над его ноздрями курился едва заметный дымок, вызывая странные ассоциации. — Так что?

«Твой план?» — наконец-то откликнулся он.

— Мой план? — повторила я, жмурясь от удовольствия. Такой авантюры у меня точно еще не было. — Боюсь, мой план тебе не понравится.

Судя по воцарившейся в «эфире» тишине, остальные были со мной согласны.

* * *

— Я буду скучать по тебе!

Я прижала к себе Тимку-маленького и едва не хлюпнула носом. Это было глупо, но за несколько дней, проведенных на планете, я привязалась к зверенышу. Жаль, взять его с собой не могла. Скрыть, что он — продукт технологий древних, было практически невозможно. А нашим зубастым акулам в лице Шторма и Таласки только дай кончик веревочки, они тут же весь клубок размотают. И заметить не успеешь, как во всех грехах покаешься.

Допустить этого я не могла, слишком многое стояло на кону. Я не для того собиралась рисковать жизнями ребят, чтобы потом все это пошло прахом из-за моей сентиментальности.

«Ты всегда можешь вернуться», — выдал Хранитель на экране интерфейса, заставив меня прикусить губу. Чтобы не разрыдаться.

Будь я перевозчицей… Перевозчицей я больше не была, так что мое появление на Харабе-2 относилось к разряду маловероятных.

Впрочем, моя жизнь уже не раз совершала непредсказуемые кульбиты, кто знает, не готовит ли мне будущее что-либо подобное.

— Обещать ничего не буду, — резко отрезала я, понимая, что каждое мгновение отбирает у меня решимость. — Побереги малыша и… — Я оглянулась на Дарила, который в ожидании меня стоял на трапе «Зверя». — Себя тоже.

Уходила я не оглядываясь. Слишком много эмоций, это было опасно для того, что я задумала. Но каждый шаг походил на те, что вели к эшафоту. Мне было с чем сравнивать.

— Готовность! — бросила в пустоту, не замечая протянутую руку демона. Я не могла позволить себе ни малейшей слабости. Может, когда-нибудь потом, но… не сейчас.

— Принято, капитан, готовность! — отозвался Тарас. Тот был уже в рубке, готовил корабль к взлету.

По голосу не сказать, что совершенно спокоен, но это, скорее, не нервозность, а тот самый кураж, которого мне не хватало.

Я поправила сама себя — пока не хватало.

— Костас, что с синхронизацией?

Створ двери ушел в сторону, отсек встретил легким гулом и привычной предполетной суетой. Все четко, каждый знает, что должен делать, но стоит оказаться чуть в стороне, и все происходящее начинало восприниматься хаосом, в котором трудно отыскать систему.

Бескрылым не понять сладости этих мгновений. А крылатым… страх потерять все это был ночным кошмаром для каждого, кто родился с бескрайностью космоса вместо сердца.

— ИР программу адаптации принял, идем по протоколам. Данные о наших лежках я передал, журналы — тоже. Пусть самосовершенствуется.

Невольно усмехнувшись — Костасу удалось вывести меня из состояния глубокой меланхолии, — опустилась в пилот-ложемент. Развернула пульт к себе.

— Принято, подключи меня к Хранителю. Дарил, — в сторону устраивающегося на своем месте демона я даже не посмотрела, — твой «Дальнир».

— Принято, беру «Дальнир» на себя, — отчеканил он, ради разнообразия не став спорить.

Так, как в этот раз, мы с демоном еще никогда не ругались. Он рычал, сыпал проклятиями, утверждая, что это и есть тот самый случай, когда я сверну шею благодаря своему сумасбродству. В какие-то моменты даже казалось, что он накинется на меня.

Вот только ни Тарас, ни Рауле не пытались встать между нами или любым иным способом прервать наш «разговор». Так и стояли, не шевелясь, с любопытством поглядывая то на меня, то на него.

Вывод напрашивался без долгих размышлений — Дарил пытался заставить меня утвердиться в собственном решении. Сам он его уже принял, я же, о чем он правильно догадался, продолжала сомневаться. Уж больно рискованным был план, и непредсказуемыми последствия.

А потом к делу подключился Хранитель. Оказался он не меньшим авантюристом, чем мы, если так можно было сказать про искусственный разум. Впрочем, его создавали наши предки, так что ничего удивительного в этом не было.

Мозговым штурмом, который мы частенько устраивали с мальчиками, назвать устроенную нами вакханалию было невозможно. Идеи, идеи, идеи… Каждая последующая невероятнее предыдущей.

Но и цели, которые мы поставили перед собой, даже нам казались невообразимыми.

Задач было две. С первой — увести корабль древних так, чтобы о его присутствии на планете не догадалась ни одна ищейка, все было относительно просто. Запущенная система самоликвидации базы должна была сработать одновременно с его и нашим стартом. Полная защита «Дальнира», искажающие поля с луны, в конус которой мы уже вошли, и небольшой фокус, который на несколько минут вышибет внешние сканеры у стархов, легко решали эту проблему.

Вторая была сложнее. Мне было необходимо, чтобы дальний разведчик Индарса дал по «Зверю» залп.

Первым!

Именно этот момент и вызвал больше всего вопросов у моих оппонентов, но им все равно пришлось согласиться, что только так можно было отвадить императора от этой планеты.

Тот, конечно, докажет, что его экипаж действовал в крайне неоднозначной ситуации, но к тому времени, когда это произойдет, здесь будут и другие.

Или, на что мне очень хотелось надеяться, не будет никого. Слишком далеко Хараб-2, у всех своих проблем хватает.

А если еще и Дарил подсуетится да кангор не откажет в помощи, то, возможно, у метаморфов появится шанс когда-нибудь обрести новую родину.

Но об этой моей идее пока не знал никто, кроме меня и Рауле. Его я была вынуждена посвятить в эту часть своего плана. Камил был единственным, кто мог высказаться категорически против.

— Костас, не вижу готовности по запасной системе!

Еще одно слабое место — корабельный журнал. «Зверь» был временно приписан к Службе внешних границ, те имели полное право изъять всю последнюю информацию. На старые архивы они не замахнутся, договоренность об этом была жесткой, а вот все, что мы вытворяли, начиная с неудачного прыжка, их явно заинтересует.

С этой бедой пообещал справиться Костас, взяв в помощники Хранителя. Кажется, мы на него дурно влияли.

— Заканчиваем, капитан. Еще пара минут, и будет у тебя вместо системы системное месиво!

Шутки в исполнении хакера-навигатора были редкостью и звучали своеобразно. Но сейчас мне было не до оценки его извращенного юмора. Главное, я услышала: в том, что он оставит после своего вмешательства, правды не найдут.

Оставался последний вопрос — Дюша и Юл, но с этим разбирался Рауле. Ни мне, ни моим мальчикам не был страшен любой допрос с пристрастием. Да и врать особо не придется, только подкорректировать последние несколько часов пребывания на планете. А вот эта парочка вполне могла неосторожным словом разрушить всю нашу легенду.

У меня был выбор — вино демонов или способности Камила. Я решилась на второе. Самаринянин уверил, что все их воспоминания будут именно такими, какие мне и нужны, Тарас и Дарил, присутствовавшие при этом, меня не остановили. Похоже, и тут знали больше, чем я.

— Валечка, что по стархам?

— Двадцать три минуты, капитан.

— Приняла, двадцать три минуты. Всем готовность десять минут. — Я отключила внешнюю связь раньше, чем услышала ответы. — Тарас! — Изумление в его глазах мелькнуло и… исчезло, словно его и не было. Но мне хватило и этого, чтобы начать гордиться собой. Похоже, впервые за восемь стандартов вместе я наконец-то сумела его по-настоящему удивить. — В малом хранилище грузового отсека находятся документы на «Зверя». Если что…

— Таши! — рявкнул Дарил, поднимаясь с пилот-ложемента. Напоровшись на мой взгляд, медленно опустился обратно.

— Если что, «Зверь» принадлежит тебе.

Тарас пока молчал, но смотрел напряженно.

— Завещание? — язвительно протянул демон. Хоть так, но проявить свой протест.

— Предусмотрительность, — равнодушно отозвалась я. Но тут же сочла, что лучше объясниться. Из троих, находящихся в рубке, двое даже не пытались скрыть бешенства. — Я хочу, чтобы и тебе было куда возвращаться.

Дарил отвел взгляд первым. Тяжело вздохнул, потом кивнул, соглашаясь, и наклонился к пульту, дав нам возможность продолжить разговор уже без его участия.

— Это неправильно! — Ангел не успокоился, но внешне своего гнева больше не демонстрировал. — Из нас двоих…

— Я знаю, — перебила я его, не собираясь попусту терять время. — Из нас двоих мужчина — ты. А я — твой капитан. И на этом я собираюсь поставить точку. Этот корабль — твой. Можешь считать моим сумасбродством.

— А Юл?!

Так просто сдавать свои позиции Тарас не собирался.

— Как только мы вернемся, Юл отправится в академию. Этот вопрос уже согласован. И за ним есть кому присмотреть.

— Ты хочешь сказать…

Два нуль в мою пользу. Только радости это не принесло.

— Да! Я подала документы на усыновление. Предварительное одобрение получила перед конвоем.

— А Искандер? — Тарасу оказалось мало только факта, он жаждал подробностей.

У меня оставалось полторы минуты, чтобы удовлетворить его любопытство.

— Искандер знает. Что думает по этому поводу — я не спрашивала.

Больше вопросов не последовало. И не потому, что их не было.

Время, которое я дала нам всем, чтобы подготовиться к будущему, закончилось слишком быстро.

* * *

— Веди! Веди! Веди! — орала я то ли Тарасу, то ли себе, вытягивая «Зверя» под залп стархов.

Они поддались на провокацию и первыми открыли огонь — шли мы без опознавательных кодов и не отвечая на их запросы. Теперь, демонстрируя проблемы в управлении кораблем, сами лезли под выпущенную с разведчика ракету.

Подставлялись с ювелирной точностью. Нам нужны были повреждения, но не те, с которыми мы не сможем уйти в прыжок.

— Капитан! «Дальнир» ушел!

Дарил тоже кричал. И Тарас… То, что мы вытворяли, невозможно было делать в тишине.

Хранитель обещал, если когда-нибудь свидимся, дать запись того фейерверка, который мы устроили. Я не стала его огорчать, говоря, что у меня достаточно богатое воображение, чтобы представить полноту картины, а не только то, что он мне показывал. Но догадывалась, что даже оно не способно описать происходящее.

— Костас! Врубай систему! Позывные! — Удар сотряс корабль, но экран продолжал оставаться серым. Для тех, кто будет просматривать записи последних десяти минут, мы «сидели» на ручном управлении, ИИ вышибло внешним вмешательством. Но и без контрольных данных я была уверена, что мы справились. Иначе просто быть не могло! Против такой наглости ни одна удача не попрет. — Связь на разведчик!

Это была точка перелома в нашей игре. До этого мгновения мы «видели» благодаря Хранителю, контакт с которым поддерживала я и о чем распространяться не собиралась, теперь, по плану, нам «удалось» вернуть ИИ к жизни.

Если об этом станет известно…

Я оборвала саму себя — об этом никому и никогда не станет известно. Своим мальчикам я верила. Иногда даже больше, чем себе.

— Есть запуск системы… Позывные…

— Не стрелять! — Я опять кричала. Канал связи еще только открывался, но я уже кричала: — Не стрелять! Перехватчик «Зверь», Служба внешних границ. Не стрелять!

Ждать реакции долго не пришлось.

— Стапель вместо космоса! — не менее эмоционально раздалось в ответ. Пока только звук, о чем я несколько жалела. Очень хотелось посмотреть на физиономию собеседника. — Мы вас сильно задели?!

Я переглянулась с Тарасом и Дарилом. План работал, капитан стархов был настолько обескуражен нашим появлением, что даже забыл представиться.

— Информации нет, — хрипло, но с явным облегчением ответила я. — Система «легла», пытаемся поднять. Кстати, с кем имею честь…

— Капитан Шантир, дальний разведчик «Соумей», империя стархов.

Продолжить беседу я не успела. Канал связи не был защищенным, новое действующее лицо этим и воспользовалось.

— «Зверь», здесь «Корвет»! Орлова, ты не представляешь, как нам всем тебя не хватало!

Я откинулась на спинку пилот-ложемента и истерически расхохоталась.

Сколько раз я говорила себе, что всех мелочей не предусмотришь… Правда, сейчас появлению Стелькова оставалось только радоваться. Кто его знает, как бы повел себя капитан стархов дальше. Пара удачных залпов, и потом поди докажи, что мы когда-нибудь встречались.

Я, конечно, от Индарса такой подлости не ждала, но… мог быть и иной вариант развития события. Про его желание увидеть меня в своем гареме я еще не забыла.

— Виталий, — вместо меня отозвался Дарил. Понял, видно, что в ближайшие несколько минут я буду не способна вести разговор, — не могу сказать, что не счастлив тебя слышать. Еще бы увидеть… — И, уже обращаясь к старху, добавил: — Капитан Шантир, надеюсь, наше знакомство мы продолжим несколько позже. А сейчас прошу нас простить, неожиданная встреча со «своими».

Он язвил и намекал одновременно, как и я не исключал возможности атаки. Что ж, значит, на этом корабле паранойей страдала не только я.

— Здесь капитан Шантир. Вас понял, ложусь в дрейф, жду вызова.

Когда он отключился, я уже не смеялась, скорее, всхлипывала, но продолжая прикрывать ладонью рот.

Это было мгновение слабости, но я его заслужила.

Мы с «Дальниром» стартовали с разницей в несколько секунд. Уходили параллельными курсами, «Зверь» чуть выше, корабль древних — под нашим прикрытием и защитой с луны.

Искажающие поля полностью скрыть его не могли, но нам это было и ни к чему. На «картинке», которую Хранитель сотворил для свидетелей, его полет воспринимался серией импульсных залпов с поверхности планеты. «Находили» они нас на разной высоте, добавляя красочности беснующемуся внизу фейерверку и создавая так нужную нам легенду.

А потом рванула база. Взрыва не было, оазис просто осел на мгновение, а потом пылевым столбом устремился вверх, догоняя нас.

Встретились мы, когда поднялись почти на три километра, тогда и ощутили его мощь. Шли мы уже на ручном, держали корабль вдвоем с Тарасом.

Я давно мечтала отвести душу чем-нибудь забористым, но слов не хватало, вот тогда и начала орать. Трудно сказать, что помогло, но «Зверя» мы на орбиту вытянули. Как раз под орудия стархов.

— Что с Таши?! Где она?!

Дарил посмотрел на меня, улыбнулся своей знаменитой клыкастой улыбкой.

Он был прав, для полного счастья нам здесь только Шорна не хватало.

— Здесь я, Артур, — заставляя себя не засмеяться вновь, прохрипела я. — Костас просит еще несколько минут, чтобы окончательно реанимировать систему. Вот тогда и насмотришься. — Тот попытался продолжить разговор, но я прервала его на первом же звуке. — Виталий, вы далеко?

— Ну, Орлова, — в голосе Стелькова слышалось искреннее восхищение, — только не говори, что ты еще и слепая?

Я хмыкнула.

— Бери дальше. У меня только двигатели и работают.

— Капитан, — словно опровергая мое утверждение, вклинился Костас, — готов вывести ИИ на рабочий режим. — И через короткую паузу добавил: — Если опять не сдохнет.

— Наташа. — До капитана «Корвета», похоже, только сейчас дошло, в каком состоянии находился корабль, — мы будем рядом через тридцать минут. У меня на борту команда техников…

— Спасибо, Виталий, — усмехнулась я, разбавляя его похоронный тон, — мы пока держимся. Ты лучше присмотри за стархами, мне очень не нравится их появление здесь.

— Тебе еще больше не понравится их появление, — слишком серьезно, чтобы это можно было расценить как шутку, ответил он, появляясь на экране, — когда ты узнаешь последние новости. — Он полностью закончил фразу и только после этого прошелся по мне внимательным взглядом. Артур отсвечивал за его спиной, но пока в разговор не лез. — А я был уверен, что ты решила взять отпуск.

— Капитан, — это был опять Костас, — внешние и внутренние сканеры в режиме. ИИ тестирует повреждение посадочных двигателей.

Хотелось самодовольно улыбнуться, но при свидетелях я этого делать не стала. «Подставились» мы идеально. Для посадки на «Танталион» они нам нужны не будут, а Таркан, как конечная цель нашего путешествия, отпадал сразу, если только орбитальная база Управления…

Топлива все равно не хватало, можно было не подстраховываться. Но я привыкла иметь запасные варианты. К тому же жертвовать больше было нечем, только ими да защитным полем, но его мы вроде как «потеряли», пока взлетали.

— Приняла! Стас, что у тебя?

Стельков слушал, но пока в наш разговор не влезал.

Стас молчал, и эта тишина, мне не нравилось. Она намекала на очередные проблемы, которых и так в последнее время было слишком много.

— Стас! Что у тебя? — заставляя себя говорить спокойно, повторила я запрос.

— Капитан, — наконец отозвался он, — кажется, у нас неучтенный груз.

— Демоны тебя задери! — вызверилась я, не выдержав. Психика сдавала перед эмоциональным напряжением. — Что еще за груз?

— Ты только не нервничай, — вместо Стаса с нескрываемым ехидством ответил Рауле, — я тут на катере Тимку нашел. Видно, залез, когда мы смывались.

Я закрыла глаза. Только бы ничего не видеть и не слышать. Убеждать себя, что спокойна, я даже не пыталась. Хотелось сорваться с кресла и устроить что-нибудь… запоминающееся.

Увы, но после того, что мы учудили на планете, в голову ничего глобального не приходило. Все остальное просто меркло в блеске нашей последней авантюры.

— Капитан… — осторожно позвал Камил, догадываясь, что меня сейчас лучше не злить.

Пришлось открывать глаза и вновь брать ситуацию в свои руки. Наверное, это было наказание за мою самонадеянность… Или… я невольно улыбнулась, явно напугав всех, кто в этот момент смотрел на меня. Или это был прощальный подарок Хранителя.

— Я не знаю, как ты будешь договариваться со службами контроля…

Закончить мне Рауле не дал, заверил, не скрывая своей благодарности.

— Я договорюсь, капитан. Обязательно договорюсь!

Я могла радоваться — еще один… человек на моем корабле перестал быть одиноким. Я и радовалась, испытывая одновременно и удовлетворение, и… тоску. Как перед разлукой. Навсегда.

* * *

Возвращение на «Танталион» было триумфальным, но до этого было восемь дней пути и несколько проколов.

Корабль стархов, по официальной версии отправленный на наши поиски, был вынужден следовать вместе с нами. Не уверена, что я правильно поняла выражение лица капитана дальнего разведчика, но мне показалось, что он был рад такому повороту событий. После наших рассказов об ужасах Хараба-2 эта планета больше не воспринималась столь невинной, как первая.

Но чем ближе мы подходили к базе приписки, тем чаще мне хотелось вернуться обратно. Там было все понятно — выжить любой ценой.

Цель не изменилась, хищники стали гораздо опаснее.

Допросы начались еще на обратном пути. Как только мы выскочили из дальнего прыжка в более-менее обитаемые сектора, с нами связались Шторм и Таласки. Искандер оставил общение с собой напоследок.

Я не удивилась такому повороту событий, чего-то подобного и ожидала. Это когда сядем, мы станем героями, а пока это не произошло, перехватчик Стелькова был то ли спасателем, то ли… сопровождающим.

Винить Виталия было глупо, как и Артура, которому я запретила появляться у меня на борту. Роли менялись слишком быстро, чтобы я могла позволить себе доверять даже друзьям.

Беседовали сначала с каждым по отдельности, потом со всеми вместе. Дюшу и Юла, как я и предполагала, почти не трогали. Рауле свое слово сдержал, все их воспоминания сводились к главной задаче, которую они решали — поиску возможности дать достаточно сильный сигнал бедствия.

Меньше всего «врать» пришлось Стасу. Все образцы и пробы, которые мы брали, были «чистыми» с точки зрения нашей легенды. Единственной проблемой был Тимка. Но тут свое слово сказал Камил, взяв лопоухого на себя. Не знаю, использовал самаринянин свои способности или обошлось и без них, но присутствие на корабле зайца если и заинтересовало, то только с точки зрения возможной заразы, которую мы могли притащить с собой.

Тут вмешался Стас, заверив, что все необходимые исследования он провел и даже протестировал на звереныше универсальные боты. Последнее окончательно успокоило. Скорее не Славу, а того, с кем он консультировался, но эти подробности меня уже не интересовали. Главное — результат, Тимка был признан безопасным и безобидным, пусть и хищником. Чтобы проверить малыша на разумность, мысли ни у кого не появилось. Наша заслуга — мы не дали им ни малейшей зацепки.

Валечка тоже отделался легким испугом. Его задачей была защита корабля, он ею и занимался. Одна из фраз, которую он повторял раз за разом, сокрушаясь над тем, что корабль все-таки подбили, заставила спецуру оставить его в покое. Кому хочется, чтобы в самый неподходящий момент тебя со всей серьезностью уверяли, что если бы не рухнувший ИИ… досталось бы стархам.

Дипломатического скандала явно никто не желал.

Ну а мне, Дарилу, Тарасу и Костасу досталось по полной. Заходили и с одной стороны, и с другой, и…

Не на тех напали. Шахину когда-то удалось разговорить меня старым дедовским способом — бил нещадно, не оставляя возможности молчать. На этот раз я отыгралась, пусть ни Слава, ни Игорь не были врагами. Им нужна была моя тайна, я не собиралась с ней расставаться.

Нет! Ничего необычного, кроме того, что планета оказалась почти идеальной с точки зрения выживания. Ну, так и не такие встречались.

Нет, ни с чем удивительным не сталкивались. К чему сталкиваться, если все вокруг было удивительным?!

Тимка?! А что в нем странного? Звереныш как звереныш. Существо непуганое, любопытное. Когда поняли, что наша пища отравой для него не станет, начали прикармливать. Привязался еще сильнее, особенно к Рауле.

Как попал на катер?! В этом месте я хохотала. До слез из глаз, до прикушенной губы, до сжатых кулаков. Таласки, когда первый раз увидел, побледнел. Почувствовать эмоции не мог, не научились еще передавать на такие расстояния, но и их демонстрации ему хватило. Знал меня слишком хорошо, я после «смерти» на Таркане держалась, а тут…

И ведь не играла, просто отходила от произошедшего.

А вот Шторм повторил вопрос. Закалка посильнее, но я ничего другого от него и не ожидала.

Отвечала я ему, забыв про уважительное отношение к возрасту и чинам. И о том, как наткнулись на наземную базу древних, как я пыталась установить контакт с Хранителем, предположив, что он может там оказаться.

Как разбирались в управлении, в надежде найти навигационные карты сектора. Вернуться обратно стало практически навязчивой идеей.

Как начался обратный отсчет, когда ненароком активировали систему самоуничтожения. Руки бы оторвала самой себе, но… поздно. А вот тогда других вариантов не было, только действовать методом «научного тыка».

Как взлетали, молясь всем богам.

Как попали под воздействие неизвестного нам оружия, которое тут же «положило» ИИ.

Как уходили в ручном режиме…

Шторм на экране выглядел бесстрастным, но, когда меня особенно «заносило», допрос прерывал, давая возможность прийти в себя.

Вот во время одного из таких срывов у меня и мелькнула картинка перед глазами. Было это очень давно, мы тогда с Иваром только приглядывались друг к другу.

Происходило все в притоне Тадеуса, праздновали очередную удачу. Заказ был из тех, что дают один шанс на тысячу, но… мы его выполнили и вернулись. Все!

Нанимали нас через цепочку посредников, Тосор в ней был последним. Про груз ничего не известно, но по тому, что неприятности начались еще до того, как мы его забрали, в контейнере было что-то очень серьезное. Пункт назначения…

Воспоминание отдалось холодком по позвоночнику. Пунктом назначения был тот самый Штанмар, мирную жизнь которого прервал упавший астероид.

В тот момент, когда до меня «дошло», я стояла в коридоре и «смотрела» в пустоту. Вряд ли одно имело отношение к другому, но название пострадавшей планеты, вклинившееся в цепочку событий, случайностью не воспринималось. Как и отказ системы контроля и раннего предупреждения. Оставалось понять, имел ли к этому отношение Союз или опять разыгралась моя паранойя.

— Таши?

Рауле встретился мне очень не вовремя. Сил, чтобы скрыть свое шокирующее открытие, у меня не было. Все, что я могла, списать на последствия неприятного разговора с полковником.

Вот только… вряд ли Камил мне поверил. Продолжал смотреть вслед, пока я не скрылась в своей каюте.

Поднять архивы было делом нескольких минут. Но даже они показались мне слишком долгими. Кадры прошлого мелькали на дисплее планшета, возвращая к тем дням.

Вот я выплясываю вместе с Дарилом заводной местный танец. Юбка подлетает высоко, открывая колени, бедра, полоску кружевного белья. Команда вольных, расположившихся по соседству, смотрит с нескрываемым вожделением, но даже не дергается в нашу сторону. Знают, что мальчики только этого и ждут.

Хорошая драка — лучшая разрядка после тяжелого полета.

Вот Стас, подхватив меня на руки, несет по лабиринту коридоров на улицу, проветриться. Следом идет Тарас, выговаривая, что не стоит так дразнить изголодавшихся в космосе мужиков.

Я с ним соглашаюсь, но вино (это было до встречи с отцом Дарила, так что вино я тогда еще пила) мутит разум, заставляя тут же забыть о собственных обещаниях.

Меня выносят на стоянку каров, ставят на ноги. С неба падает то ли дождь, то ли снег — не понять. Ангел снимает китель, заматывает меня в него, прижимая к себе, но холод довольно быстро покрывает тело мурашками, вынуждая зубы отбивать чечетку.

Я канючу, что все осознала и исправлюсь, Стас и Тарас смеются, но продолжают удерживать меня на улице. Я ною, что заболею и умру, и тогда они останутся без своего капитана. Стас еще улыбается, а вот ангел, резко развернув меня к себе, одаривает таким взглядом, что возникает желание спрятать лицо на его груди, лишь бы не видеть. Но я продолжаю смотреть, понимая, что только что довела своего первого пилота до едва контролируемого бешенства.

Мгновенно протрезвевший мозг пытается выдать версию, но Тарас объясняется сам. Коротко, но настолько жестко, что я помню те слова, словно их выжгли в моей памяти.

— Не смей… никогда… говорить… о своей смерти!

Тогда я и заметила их, выходящих из приземлившегося кара. Тадеус и еще двое. Одного я никогда до этого не видела, а вот лицо второго показалось смутно знакомым.

Он успел отвернуться раньше, чем я смогла его узнать.

Разговор с Тарасом не оставил и следа от мимолетной встречи, общение со Штормом помогло вспомнить. Теперь я знала и кого благодарить за свои проблемы и… как нам найти Ивара и Шахина.

Уже за одно это Славу стоило поблагодарить.

Допросы прекратились, когда Дарил, без предупреждения зайдя в мою каюту, застал меня с импульсником в руке.

Стреляться я не собиралась, даже мысли не было, просто проверяла уровень заряда, но демон тут же устроил такой скандал, связавшись с отцом, что нас немедленно оставили в покое. Меня уложили в постель, напичкали успокоительными и, в качестве компенсации за все доставленные неприятности, выдали Тимку.

Спорить с мальчиками я не стала, объяснять, что вполне способна держать себя в руках, — тоже. Лежать на моем любимом истханском шелке, разглядывать завитки сельвинских кружев да поглаживать скалящегося от удовольствия зайца было значительно интереснее, чем гадать, что ждет нас на «Танталионе».

Если бы я знала… Тогда я еще ни о чем не знала, потому и не жалела, что не осталась на втором Харабе.