Озеро было темным. Не потому что ночь — та начиналась за границей прикрытого искажающими полями Кошево, само по себе.

Стандартов тридцать назад, капитаном, Орлову довелось побывать в отданном под военные нужды полузаброшенном поселке. Тогда и запечатлелось образом — бескрайнее голубое небо и практически черная гладь… как омут.

Строительство базы только планировалось, вокруг было тихо и как-то умиротворенно. Словно именно здесь, у этой воды открывалась та непознаваемая суть, которую можно было лишь ощутить, пропустить через себя вместе с влажным ветерком, с жужжаньем насекомых, со сладким запахом полевых цветов, с раскинувшимся простором, в котором прозрачные рощицы напоминали миражи…

С тех пор многое изменилось. Озеро — нет… если не оглядываться на высотки зданий, в которых расположился Отдел стратегических операций.

— Отец передает тебе привет…

Кривых сдал не командный — Орлов сбросил его в режим кода «экстра», полковник сам не стал скрывать своего приближения. Ходить шумно не умел — все уже давно на уровне инстинктов, но чтобы обозначить свое появление хватило и отброшенного ногой камушка, недовольно прошуршавшего по подмерзшей земле.

— Все так же суетлив и полон идей? — вместо того чтобы поблагодарить, спросил Орлов.

Вопрос был пустым. О Георгии Варлановиче Кривых, последние восемнадцать лет бессменном генеральном директоре одной из крупнейших оборонных корпораций и члене научного совета при Совете Безопасности Галактического Союза, Орлову было известно достаточно, чтобы самому опровергнуть свои слова.

Не друзья, в чем-то даже противники, они без труда находили общий язык, как только дело касалось будущего. Не в мелочах, в понимании собственной ответственности перед ним.

И не важно, что подходили с разных сторон, во всем многообразии нюансов ценность жизни определяли одинаково.

— Твои инициативы кое у кого поперек горла, — отозвался Кривых. — Просит, чтобы сбавил обороты.

— Старик?! — только теперь обернулся генерал. Медленно… То ли через силу, то ли просто не хотел менять картинку перед глазами.

Последние дни были из тех, когда один за вечность. Полную, насыщенную под завязку событиями, эмоциями, своими взлетами и падениями…

Он прочувствовал их каждый, не все вместе — по отдельности. По минутам, секундам, вздохам-выдохам…

Держался скорее по заведенному десятки лет назад порядку, а не по внутреннему состоянию, но, главное, все-таки держался. А хотелось сорваться!

Чтобы уж совсем… Раз и… больше ничего!

Малодушие?

Ответ он знал — нет! Просто каждому в своей жизни доводилось доходить до края. Вот и ему… тоже.

Был бы рядом Шторм…

Мысль оказалась несвоевременной, возвращая к насущным проблемам. Известия, приходившие от Вячека, становились все тревожнее. Не по факту взаимоотношений со стархами, по той напряженности, которая отголосками доносилась из сектора скайлов.

— Ты сорвал лавину, — Кривых обошел генерала, встал у самой воды.

Метеорологический купол сглаживал стихию, но температуру практически не трогал, так что зима чувствовалась. И щекотавшим кожу на лице морозцем, и свежестью, в которой было от снежной чистоты.

И только озеро крепких минус тридцати словно и не замечало, курясь парком, лежавшим над гладью белесым туманом.

— Три-четыре дня, — Орлов не подошел ближе, лишь развернулся, взглядом скользнув по спине полковника. Та мало что выражала, но это было чуть больше, чем совсем ничего, так что хватило. — Ты ведь не с приветом от отца…

На «ты» они были с первой встречи.

Вот с отчимом Валентина всегда на «вы», хоть и практически ровесники. И даже не из принципа сохранения дистанции, из искреннего уважения, которое питал к немногим из тех, с кем не приходилось сдвигать земную ось.

Твердый мужик! Не согнуть, не сломать!

— Уверен, что будет результат? — Кривых на замечание не ответил.

— Валя…

— Информация в оперативку не пошла, я успел перехватить и убрать с контроля под свою ответственность.

Голос волнения не выдал, но…

Орлов все чаще ловил себя на том, что хотелось просто выругаться… Так, чтобы от всей души, не стесняясь в выражениях и коснувшись каждого, кто вместо помощи только и старался, что подгадить исподтишка.

Хотел, но… не мог. За столько лет в службе оброс привычками, сложившимися из понимания, что за каждое слово отвечать именно ему.

И за сказанное, и за…

— Кто? — в подоплеке проблемы Орлов не сомневался. Если уж Кривых пришлось действовать столь категорично.

— Соболев, — не задержался с ответом полковник. — Попытка диверсии на одном из тяжелых крейсеров головной эскадры.

— Попытка?! — не удержался генерал от уточнения.

Признаться честно, в вопросе адмирала слегка расслабился. Не так чтобы уж совсем отпустить, до этого было еще очень далеко, но сдвинув вниз в собственном списке приоритетов.

Непростительно!

Орлов невольно качнул головой, отвечая на мысленный спич. О непростительности речи не шло, просто… просто он признал, что Кривых, как и когда-то Ежов, Злобин, Воронов, Шторм, Лазовски, попал в разряд тех, кому либо доверяешь, либо… нет.

В данном случае речь шла о первом из двух вариантов.

— Внимательность техников не позволила зайти ситуации за критично, но сам факт…

— Сядешь на место Злобина? — не дал ему закончить Орлов.

Не хотелось торопиться с подобным решением, но… Будь хоть слабая надежда, что Борис вернется в ближайшее время…

Такой надежды у него не было!

— Как он? — Кривых развернулся, поежился…

Минус тридцать, а терморежим игнорировали оба. Не покрасоваться, ощутить, что кроме поставленных задач существовала еще и вот такая жизнь.

— Лучше, чем могло быть, но хуже, чем я рассчитывал…

— Генерал… — протянул полковник, едва ли не впервые за все время знакомства, используя подобную формулу обращения.

Почти ответ…

— Его разум собирали из осколков, даже если после восстановления признают годным, в Координационный он не вернется. Не на этих ролях.

— Сука! — резко бросил Кривых, скрипнул зубами. Зло. Едва ли не отчаянно…

Вроде и не учитель, но… в прошлом пересекались часто. И в доме отчима, с которым Злобин приятельствовал, и по службе.

— Ловить эту суку придется именно тебе, — ровно ответил Орлов.

Его приступ ярости прошел еще в госпитале, в кабинете лечащего врача. Жрец, которого по его просьбе прислал лиската Риман, находился там же, но в разговор не вступал, предпочтя остаться немой тенью в черном плаще.

Но сочувствия он не скрывал, несмотря на внешнюю бесстрастность. Человеческого сочувствия и понимая, какими именно эмоциями отзывался в душе Орлова вердикт медиков. Не отчаянием — с Лазовски вариант «идти до конца» был отработан в полной мере, так что опыт имелся, просто… той горечью, когда мог, но… не сумел.

Для кого-то — незаживающая рана, для него — постоянное напоминание, в котором вновь звучало твердое: «Я — должен!»

Себе должен!

— Я еще не согласился, — лишь теперь Кривых посмотрел на генерала. — Да и отец…

Отчима отчимом он никогда не называл. С первого дня, когда тот вошел в их дом, сообщить матери, что она больше не жена — вдова, и прозвучало сакраментальное: «Ты мой папа?», решившее на многие годы вперед.

Вальке было тогда чуть больше двух.

Настоящего отца живым он никогда не видел.

— Поворчит для проформы, но будет доволен, — обрезал его Орлов. Тут же добавив уже категоричней: — Да или нет?

— Что будет с Борисом?

Ответ так и не прозвучал, но теперь уже и не требовался.

— За него не беспокойся, — едва наметил улыбку Орлов. — Давай по Соболеву, — тут же сменил он тему, кивнув в сторону корпуса, подземные уровни которого занимал Координационный. Первым направился к дорожке, которая огибала эту часть озера, ведя к техническим сооружениям.

— Этот эксцесс я прикрою, — полковник пристроился рядом с Орловым. Когда справа мелькнуло отблеском, недовольно скривился, сделав пометку в памяти перетрясти генеральскую охрану, — но где гарантия, что не повторится?

— Твои предложения? — сдержанности Орлова можно было позавидовать.

— Пора переходить к активным действиям, — не помедлил тот. — Пока шли только разговоры, еще можно было тянуть, сейчас…

— Думаешь, осмелятся на кардинальные меры? — приостановился генерал. Посмотрел в глаза Кривых.

Губы замерзли, на ресницах иней…

В этом была своя прелесть.

— Сегодня проходило совещание рабочей группы Совета Безопасности. Отец тоже присутствовал…

— И? — поторопил Орлов, еще до того, как пауза затянулась.

— Есть мнение, что в случае вторжения домонов, сектор скайлов ждет участь Люцении…

— Что?! — дернулся генерал.

Какая выдержка?! К демонам! К той самой матери…

— Пока это только мнение… — было видно, с каким трудом дались полковнику слова.

— Если скайлам станет об этом известно… — голос Орлова сорвался. Хрипом, в котором жила ненависть…

Мнение… Способное стереть с лица Галактики расу, в тяжелое время протянувшую руку помощи! Уничтожить Службу внешних границ, командование которой абсолютно точно откажется исполнять предательский приказ!

— Отец потому и просит тебя чуть сбросить обороты, — перевел акценты Кривых. — Пока у нас нет чего-нибудь весомого…

Орлов не знал, почему именно в это мгновение вспомнил об Элизабет. Мысль мелькнула и… почти пропала, оставшись где-то на периферии острой занозой.

И лишь спустя двое суток, когда экстренный вызов Низморина вырвал из короткого сна, он понял, чем было мелькнувшее в памяти имя.

Предчувствием и… надеждой, в которую генерал продолжал верить несмотря ни на что…

* * *

— И почему меня никто не остановил?! — вспомнив уже мелькавшую мысль, глухо выдавила я из себя, принимая очередной пакет с данными.

Шли они через Орлова, ставшего чем-то типа координатора, к которому, прежде чем добраться до меня, стекалась вся информация. Еще одна ответственность плюсом к тем, что уже давили на его плечи, но генерал продолжал стойко держаться, четко играя свою роль и создавая видимость легкого ажиотажа в антураже повышенного уровня секретности.

В другой ситуации я бы может и пожалела, в этой…

Прав был Орлов, ох, как прав! Наш союз с самаринянами имел все шансы стать основой будущих взаимодействий в сфере антиправительственных выступлений. Это сейчас пока еще не полыхало… По прогнозам аналитиков, нас ожидал значительно более глобальный масштаб, как только ардоны домонов войдут в Галактику.

Введя личный код, открыла сопроводиловку на переданный массив. Первое, за что зацепился взгляд — аббревиатура отправителя.

Приам…

Связи тоже были личными… С Иари Куиши, старшим розыскником с Хиен Корон, наши пути пересекались дважды. В памяти остались оба раза. Дарис Ханри, глава «Ханри Сэвайвил», и его сын Санни — в первый. Владис Скорповски — во второй. И захочешь, а не забудешь.

— Чтобы ты в полной мере осознала, что инициатива — наказуема, — как-то… то ли вяло, то ли небрежно обернулся Тормш. Его терминал располагался перед моим.

— Так и запишем — месть, — фыркнула я, поведя затекшей шеей.

Третьи сутки… Идея пустить волну, став для кого-то очень большой проблемой, уже не вызывала энтузиазма.

Впрочем, не только она. Подвижек по нашим стратегическим объектам так и не было.

— Ты бы отдохнула… пока есть такая возможность, — оторвался от своих бумажек Низморин. Исчерченные схемами листы сменяли друг друга, но, судя по некоторой нервозности, с которой сминал очередной, что-то его продолжало не устраивать.

— Ты бы отдохнула… — шепотом передразнила я его, открывая следующий файл с протоколом допроса.

Перевалили за шестой десяток.… Это только по Союзу, Приаму и Самаринии. Стархи и демоны подключились чуть позже, но, по словам генерала, взялись шустро.

— Теряешь уверенность? — вновь решил высказаться Тормш. На этот раз оглядываться не стал.

— Ненавижу ждать, — честно призналась я, по диагонали просматривая информацию на экране.

Среди подданных шейханата шерстили не только членов их делегации, но и персонал, обслуживавший ту выставку вооружений. Оказалось немало, более четырех тысяч человек. Это из тех, кто контактировал непосредственно, а ведь были еще случайные стыковки, которые лишь предстояло отследить.

— Непростительно, но объясняет, — хмыкнул он… плечи дернулись в беззвучном смехе. — Помню, я…

— Тревожный код! — голос оперативного дежурного сбил иллюзию рабочей обстановки, за которой скрывалось напряжение. — Группе — готовность!

— Твою… — от всей души высказался Валера, первым зацепив отметку населенного пункта, неподалеку от которого произошло очередное нападение.

— И не говори… — продолжила я чуточку раздраженно, пройдясь взглядом по скупым строчкам поступивших на оперативный пульт данных.

Уничтоженный полуроботизированный комплекс управления телепортационными установками обслуживал основные магистральные каналы, соединяющие два лискарата: Храма Судьбы и Храма Предназначения. Охрана соответствующая…

По первоначальным оценкам последствий выживших не было.

— Вы с нами? — не дав и дальше предаваться рефлексиям — этот объект не входил в наш список, заглянул в оперативный Станнер.

— Куда же без нас, — резко поднимаясь, проворчала я. Проверив заряд, защелкнула парализатор в фиксаторы. Накинула на плечи плащ, висевший до этого на спинке кресла.

Низморин и Грони, как и следовало ожидать, проделали то же самое значительно быстрее и ждали у двери.

— От меня ни на шаг! — ради профилактики рыкнул Марвел. Чтобы проняло, еще и зыркнул исподлобья.

Этот раз, когда мы выезжали на происшествие в составе тревожной группы, был пятым. Уже не действовало.

— Как скажете, маменька, — иронично хмыкнула я, догадываясь, что со стороны мое поведение вполне можно подогнать под истерику.

Истерики не было. Если только ощущение, что пружина, которая закручивалась последние дни, была готова лопнуть, разорвав все вокруг на кровавые ошметки.

— Вот именно, деточка, — хохотнул Грони, подтолкнув к платформе телепортатора. Тормш уже стоял на ней, дожидаясь, когда мы закончим дружескую перепалку…

Еще одна иллюзия. За этой пряталось собственное бессилие. Мы делали все, что могли…

Для кого-то этого оказалось мало!

Ограничивающее поле взмыло вверх, не дав мне продолжить. Да и стоило ли… когда все и всё понимали.

— Сссуки… — процедил сквозь зубы Грони, как только защита опала, но уже там, с другой стороны телепортационного канала.

— Ты сегодня удивительно скромен, — глухо выдавил из себя Низморин, комментируя то же самое, что и Марвел.

Я решила промолчать, хотя бы ради разнообразия.

Впрочем, о каком разнообразии шла речь?! Говорить, когда от вставшего в горле кома перехватывает дыхание…

Мне многое доводилось видеть, но… Каждый следующий раз вновь становился первым.

— Ты уверена, что твое место здесь? — Низморин развернулся ко мне, загораживая то, что осталось от комплекса.

Мог сильно не стараться. Несмотря на отделявшее от объекта расстояние, для оценки масштаба происшествия хватило нескольких секунд, потраченных на то, чтобы отойти от платформы, вокруг которой уже вновь светилась пленка ограничивающего поля.

— Система активного контроля, два катера поддержки, постоянно находившиеся в воздухе, мониторинг с орбиты, восемь роботизированных турельных комплексов, ментальные датчики… — вместо ответа перечислила я основные компоненты защитного контура объекта. — Три уровня на поверхности, семь — под землей. Облицовка — карбиновый металлопластик. Насколько мне известно, именно он применяется для защиты резиденции эклиса, что уже говорит само за себя.

— Диверсия изнутри, — кивнул Валера, вновь отступая в сторону и давая мне увидеть изуродованные остатки того, что еще недавно было кажущимся неприступным сооружением.

Карбиновый металлопластик свою славу оправдал, плиты не были разрушены — главный корпус просто разошелся «по швам», раскинувшись перед нами чудовищным цветком.

Выжить в том, что творилось внутри, было совершенно нереально.

— Более чем вероятно, — вздохнув, согласилась я с высказанной мыслью, к которой сама и подводила. — Или кто-то очень хочет, чтобы мы так и думали.

Я обернулась на мобильную станцию внутреннего контроля, на территории которой находился блок телепортатора. До уничтоженного комплекса метров семьсот, но это если спускаться по пологому склону холма. Если по прямой, то с того места, где мы сейчас стояли, как минимум на треть меньше…

— Магистральная линия уничтожена, — вернулся к нам Тормш. Отходил к координатору, который четко и без суеты «раскидывал» появляющиеся команды. Одних — к катеру, так было быстрее. Других — ножками вниз. — Сейчас пробрасывают дополнительную.

— А эта, я так понимаю, — бросила я из-под капюшона взгляд на платформу, — была дублирующей?

— Что ты этим хочешь сказать? — Тормш хоть и выглядел спокойным, но внешней картинке на Самаринии я уже не верила.

— Где Валанд? — не то, чтобы проигнорировала я его вопрос, просто оставила без ответа. Пока…

— Внизу, — повел подбородком Тормш. Потом посмотрел вверх — в небе над руинами барражировали два катера. — Раксель — тоже.

— Раксель — тоже, — повторила я медленно. Закрыла лицо ладонью, сжав виски пальцами. Медленно выдохнула, успокаивая то, что дергалось внутри. Опустив руку, посмотрела на Влэдира: — Это — единственная станция?

— Нет, — качнул он головой. — Вторая в полутора километрах. С другой стороны.

— Думаешь, ловушка? — с напряжением спросил у меня Низморин.

Грони, что несколько радовало, явного беспокойства не проявлял. А ведь у него чутье… я помнила.

— Не знаю, — честно призналась я, отдавая дань легкому «зуду», который не позволял произнести твердое «нет». — О том, что мы присутствуем на месте происшествия широкой публике пока не известно, — начала я рассуждать вслух, не только убивая время — разрешения спуститься с холма мы не получили, но и рассчитывая, что вчетвером быстрее разберемся с причинами возникших сомнений. — Прибывающие группы здесь не задерживаются…

— Она намекает на отсутствие смысла, — сменив тон, иронично протянул Валера. Подмигнул, словно извиняясь…

— Ты ведь смотрел на прошлые объекты с этой точки зрения? — сделав вид, что не заметила своеобразной поддержки подполковника, обратилась я к Грони.

— Чисто теоретически… — Марвел говорил медленно, но не потому что взвешивал каждое слово — эти не были конкретными, звуча обтекаемо, просто внимательно наблюдал за тем, что происходило за моей спиной.

Пришлось оглянуться, не удивляясь, что Грони тут же замолчал.

С телепортационной платформы спускались двое. Капюшоны, как и у нас, низко опущены, но чтобы узнать одного из них, нет нужды видеть лицо. Достаточно того, как лежит на плечах плащ, как в каждом движении бьется сдерживаемая им сила…

Да и цвета одежды… Черный и голубой на фоне наших фиолетовых трудно не заметить.

— Лиската Джориш… — в голосе Тормша мне послышалось удивление.

Странно! Появление Римана его нисколько не смутило…

— … это нужно немедленно остановить! — донеслась реплика главы Храма Предназначения. И хотя относилась не к нам, но тут же вспомнился основной план, о котором упоминал Марк.

Оперативно-войсковая операция…

Хуже не придумаешь. И ведь противопоставить абсолютно нечего — обещанных результатов так и не было.

— Лиската Риман… — Тормш сделал шаг им навстречу.

Движение резкое… стремительное…

Плащ струился по воздуху, напоминая жаркое марево…

«Она намекает на отсутствие смысла…»

Наши взгляды… мой и Марвела, буквально столкнулись…

— Твою…! — выдохнул рядом Низморин, опоздав с выводами лишь на мгновение.

Я резко отбросила капюшон — слабый фактор неожиданности для тех, кто принимал решение…

— Всем вниз! — заорал Грони, откидывая меня в сторону Римана.

— Всем вниз! — повторил Тормш, группируясь уже в прыжке.

Последнее, что увидела, был сомкнувшийся вокруг меня черный плащ.

Потом рывок, падение и… темнота, в которой больше не было ничего…

* * *

— Чем меня так? — лишь теперь открыв глаза, довольно хрипло поинтересовалась я.

Прежде чем объявить о своем возвращении из бессознательного существования, дала себе время на воспоминания и осмысление.

Второе было особенно важным. Из-за выводов, оставшихся в сухом остатке после оказавшихся совсем недолгими размышлений.

С реальностью угрозы я не промахнулась — последнее, что отложилось в памяти, говорило о взрыве. С оценкой риска — тоже. Судя по голосам, Низморин, Грони и Тормш находились в этом же помещении, так что свой шанс спасти нам жизнь, я не упустила.

Основная задача — Риман и Джориш, в плюсе. В разговоре, который оборвался сразу после моего вопроса, оба принимали активное участие.

Хороший повод для удовлетворения, но его-то как раз и не было.

Почему? Ответ искать себя не заставил. Все произошедшее было, в том числе, и моей ошибкой.

— Скорее, кем, — хмыкнул Грони, оказавшись рядом. — Лиската Риман перестарался, спасая.

— Ну, да… — выдавила я из себя, только теперь догадавшись, что означали отголоски боли в груди. Прикрывал меня Риман собственным телом.

— Вот тебе и да, — как-то многозначительно протянул Марвел. — Извини… — помогая мне сесть, чуть слышно произнес он.

— Осталось выяснить, за что, — осматривая комнату, столь же тихо ответила я.

Стены рифленые, вертикальные полосы узкие, сантиментов пятнадцать в ширину. Горизонтальные — около метра. Потолок и пол такие же. Окон нет. Дверь визуально не определялась, но в том, что она имелась, сомневаться не приходилось.

Возможно, мобильный блок-трансформер.

Возможно…

Освещение неяркое, его источником являлись все поверхности. Из мебели — три узкие кушетки, на одной из которых я только что лежала, и активированный рабочий терминал. Там сидел Тормш. Лиската Джориш стоял у него за спиной.

Капюшон откинут, позволяя рассмотреть приятное мужественное лицо, небрежно уложенные на пробор слегка вьющиеся русые волосы. И взгляд… Один короткий взгляд зеленых глаз, которого оказалось достаточно, чтобы осознать — этот жрец полностью доверял своей Судьбе.

Такого внутреннего спокойствия… принятия всего, что он уже пережил и того, с чем ему лишь предстоит столкнуться на своем пути, я еще не видела. Даже у Римана, ставшего едва ли не образцом холодной отстраненности, присущей самаринянам.

— Вы спасли всем нам жизнь, госпожа майор, — заставив Марвела отойти в сторону, подошел ко мне Риман.

Низморин сидел на одной из кушеток, как-то… устало, глядя на меня.

Я его понимала. Когда дойдет до доклада генералу Орлову…

Думать об этом именно сейчас не стоило.

— Ловушка не выглядела очевидной, — не совсем по теме ответила я, опуская ноги на пол. Качнула головой, вновь возвращаясь к тому, что стало ошибкой: — А ведь ваше присутствие там легко просчитывалось…

Комплекс управления телепортационными установками, магистральной линией соединявший два лискарата…

Впору было рвать на себе волосы! И не только нам. Не сообразить, что оба лиската обязательно окажутся на месте происшествия и…

Я подняла взгляд на Римана, который смотрел на меня сверху вниз, то ли подбадривая, то ли… пытаясь дать подсказку.

Ни Раксель, который отвечал за все, что уже по факту, ни Валанд, в задачи которого входило тоже самое, но в режиме «предусмотреть», настолько серьезно накосячить никак не могли. Тогда…

Я усмехнулась…

Когда еще появится такая возможность, посмеяться над собой…

— Ваши плащи — система защиты, — в памяти всплыла короткая реплика Валанда, объяснявшего необходимость ношения верхней одежды вне внутренних помещений базы аркатов. — Вся разница в уровне…

Подтверждения я не получила, да оно и не требовалось, достаточно оказалось взгляда. Напоминало снисходительное сочувствие…

Впрочем, если и задело, то вскользь. Главное — вывод. Это действительно была ловушка, пусть и без попытки покушения. Лишь дать понять, что готовы и способны пойти на крайние меры.

— Голова не кружится? — Риман неожиданно присел передо мной на корточки, словно ставя точку в размышлениях.

Мог не стараться, мое недовольство собой было вполне конструктивным.

— Мы еще на объекте? — проигнорировав его вопрос, задала я свой. Браслет мини-диагноста, закрепленный на руке, выдавал чистую зелень. — И заканчиваем скалиться! — бросила я Низморину и Грони, которые вроде как демонстративно избегали смотреть в нашу сторону.

— Вы собираетесь продолжить работу? — оставив без внимания мою последнюю реплику, Риман встал, протянул руку.

— А вы считаете, что нам может быть достаточно сухих строчек протоколов и записей с места происшествия? — «не заметив» его ладони, подскочила я.

Ситуация нервировала, выбивая из ритма. Собственный просчет… присутствие рядом двух лиската…

Нет, ни о каком самоедстве речи не шло — мое состояние определял совершенно другой фактор. Время!

— Сколько я была без сознания? — спросила у Тормша, снимая браслет.

— Двенадцать минут, — вместо Влэдира ответил лиската Джориш, которому нас так и не представили. — Еще две…

— Спасибо, — моя благодарность отдавала невежливостью, но была не самой серьезной проблемой. — Господин подполковник, — четко развернувшись к Низморину, начала я, — мы могли бы…

— Господин лиската, вы позволите? — Тормш решил выступить в роли спасителя. Поднялся, обойдя Джориша, подошел ко мне.

— Да, можете действовать, — Риман отступил в сторону. — Вас будут сопровождать мои хошши, — добавил, когда на одной из стен проявился прямоугольник двери.

— Как прикажет господин лиската, — довольно ровно ответил Тормш, накидывая мне на плечи поданный Грони плащ.

— А зачем вы скинули капюшон? — остановил меня Джориш, не дав сделать и шага.

Нехороший вопрос… В любом из двух вариантов…

— Фактор неожиданности, — не оборачиваясь, произнесла я. Смотрела только на контур все еще закрытой двери. — Расчет был только на ваше появление, присутствие нашей группы могло сбить намерения.

— Это расценивать, как готовность пожертвовать собой? — Джориш решил до конца удовлетворить собственное любопытство.

Разница в восприятии?

Вряд ли. С Картом Вареем — да, с лиската Джоришем…

— Как четкое понимание сложившейся ситуации, — не позволила я себе ни единой эмоции. — Единственный шанс, я должна была его использовать.

— Прошу нас простить, господин лиската… — это опять был Тормш и обращался он к главе Храма Судьбы, — но в этом деле…

— Я вас не задерживаю, — оборвал его Джориш, словно отпуская поводок своего внимания.

Странное ощущение…

Я почти начала привыкать к Самаринии, но вот такие ситуации, как эта, возникавшие вновь и вновь, возвращали едва ли не к самому началу.

Не новый — другой мир. С его законами, тонкостями взаимоотношений, теоретические знания о которых ничуть не помогали ощутить смысл, делавший их живыми.

С его правилами.

С его сутью…

— Благодарю вас, лиската, — Тормш очень аккуратно подтолкнул меня к открывшемуся проходу.

Первый шаг я сделала машинально, все еще находясь под давлением отчетливо витавшего в воздухе напряжения, со вторым тяжесть ушла, как если бы переключился тумблер.

Хотя… так оно и было. Приоритеты!

Это тоже вылетело из головы, как только оказались снаружи.

Я была права — мобильный блок-трансформер в виде прямоугольного контейнера. И отчетливо мерцающая полусфера защитного поля высокой напряженности. Не только «урчало», но и отдавало на коже легким ознобом.

— Откуда? — догнала я Тормша, успевшего уйти вперед, пока я разглядывала наше убежище.

Переспрашивать, о чем это я, он не стал, просто оглянулся.

Я последовала его примеру…

С этого места, метров на двадцать ниже, впечатлений было не меньше.

«Правильное» с точки зрения удобства нахождения в нем положение модуля обеспечивали несколько стоек разной высоты. Диаметр небольшой… да и вся конструкция смотрелась скорее как игрушечный домик. Как-то… несерьезно.

— Сделай вид, что ты ничего этого не видела, — довольно угрюмо предложил Тормш.

Я медленно кивнула, не торопясь встречаться с ним взглядом. Даже если речь шла о трансформере, реализованном с помощью сверхлегких и сверхпрочных материалов, оставались еще рабочий терминал и генераторы защитного поля.

Вывод — телепортационные технологии без использования стационарных платформ…

Нам действительно не стоило об этом знать.

— У них конфликт? — Низморин решил проблему чужих секретов самым эффективным из способов.

— Ты про Джориша и Римана? — Тормш тут же воспользовался предоставленной возможностью. С выводами я несколько поторопилась. — Это — старая история, — как-то… загадочно протянул он, продолжив спускаться.

Тропинки не было, шли напрямик, если что и обходя, так попадавшийся на пути низкорослый кустарник. Не выше, чем до пояса, похожий на цветуще-колючий шарик на ножке. Листвы практически не видно, лишь нежнейшее сиреневое облако и тонкие длинные иглы, торчащие в разные стороны…

Странное восприятие странного мира, в котором снова мы и они…

Моменты истины?! Вопрос, для которого пришло время?

Все вокруг казалось неправильным. И при этом было четким… ярким… неправдоподобным!

Чистейшая синева бесконечно глубокого неба, мягкая трава, ковром покрывавшая склон. Похожие на шелест звуки, издаваемый насекомыми, которые выпрыгивали из-под ног. Клекот птиц… Небольшие рощицы, выглядевшие нарисованными в застывшем от безветрия воздухе…

И… аромат полевых цветов, который не удавалось забить запаху гари. Не тому, который мог дотянуться до нас снизу, который спускался следом.

Дым от горевшей станции внутреннего контроля кляксой расползался над холмом.

— Кто такие хошши? — догнав Тормша, спросила я, сбивая себя с ощущения, что еще немного и начну теряться в этих контрастах. В реальности… и жизни, и смерти, способных существовать одновременно в одном пространстве и времени.

— Ближний круг жреца высшего посвящения, — отозвался Тормш, подстраиваясь под мой шаг. — Верность, которая не подвергается ни малейшему сомнению.

Он поднял голову… беззвучной тенью над нами пролетел еще один катер. Шел со стороны уничтоженной станции…

Раненые и погибшие… Повезло далеко не всем…

Запоздалым был не страх — понимание.

«При любом раскладе всегда есть место случайности…»

«Ты когда-нибудь ошибалась…?»

И для обоих из вариантов следующий раз уже не предусмотрен!

— Осталось понять, будет ли это разовой акцией или у нас новые проблемы? — Грони избавил меня от смятения, возвращая к другим вопросам.

— Будем надеяться на лучшее, — откликнулся Тормш, давая понять, что в отношении нашей безопасности лиската может быть весьма категоричным.

Мог… И мне об этом было известно.

Оставшиеся метров триста преодолели молча. Мы четверо в центре и шесть воинов в черных плащах, держась от нас на некотором отдалении. Двигались мягко, слаженно, намекая на умение работать в команде.

В другое время я бы оценила… соответствующе, сейчас же все сводилось только к одной мысли: как бы не пришлось искать способ их нейтрализации.

— А вот теперь начнется самое интересное, — неожиданно выдал Низморин, забирая чуть в сторону.

Прозвучало… предупреждением.

— Предатели! — процедила я, когда и Грони предпочел оставить меня Тормшу.

— Жить хотят, — прокомментировал ситуацию Влэдир. Получилось не так уж и весело, но тут вина обстоятельств — смерть предполагала сдержанность чувств.

— И опять все на меня, — вроде как смирившись со своей участью, продолжила я идти навстречу стремительно приближавшемуся Валанду.

Пятьдесят метров… Сорок… Тридцать…

В отличие от Римана, этот свою силу контролировать даже не пытался. Мощью било, как если бы воздух рвал аварийно садившийся крейсер…

В странном мире даже ассоциации были странными…

— Ты… — Марк остановился на той грани, когда еще шаг, и я была бы вынуждена отступить.

— Это — случайность, — мне удалось произнести эти слова твердо, уверенно. — Недостаток информации, который сыграл против нас.

— Случайность?! — переспросил он… не спокойнее, просто ровнее. — Недостаток информации?!

— Чем больше мы будем знать… — отрезала я, глядя уже не столько на Валанда, сколько цепляясь взглядом за мелкие детали, до этого терявшиеся на фоне «раздутого» взрывом комплекса.

Черные языки на траве там, где пламя прорвалось сквозь разошедшиеся панели… Склонившиеся к земле стойки датчиков… Лежавший изуродованной лепешкой турельный комплекс… Оторванная нога в оплавленном сапоге… Кусок белой ткани, «звучавший» как обвинение…

— Не самое приятное зрелище… — Валанд приблизился, встал рядом. — С чего собираешься начать?

— Все, как обычно, — кивнув Низморину, что можно возвращаться, ответила я. — Обход по периметру и по спирали к центру. Потом сверимся по идеям.

— Хорошо, — несколько задумчиво протянул Марк. Уже собрался отойти, но в последний момент повернулся ко мне: — Этот комплекс вписывается в нашу схему. Их основной целью является лискарат Храма Предназначения.

— И хотела бы поспорить, — вздохнула я. И продолжила: — А еще он ломает наш план… — имея в виду переброску команд.

— Главное, чтобы с остальным не ошиблись, — отозвался Валера. — Ну что, приступаем? — посмотрел куда-то мимо.

Как просто… Всего лишь сказать: «Да…»

— Что? — вместо этого произнесла я, наблюдая, как «застыл» взгляд Марка. Сообщение на тэнэк… — Что?! — повторила уже жестче, когда он «обмяк», глядя только на меня. — Есть?! — спросила я с неоправданной радостью, видя, как на его лице появляется что-то похожее на удовлетворение.

— Да! — резко выдохнув, коротко ответил Марк. — Объект из нашего списка. Лискарат Храма Выбора!

Вздыхать с облегчением я не стала — очередное нападение подразумевало новые жертвы, но… что-то похожее испытывала.

Нам нужно было подтверждение… Нам нужна была вера…

И то, и другое мы только что получили…