– Хорошо! Хорошо, я поняла, – упёрлась ладонями в его грудь, не позволяя снова набрасываться на себя. И по лицу командора прошла рябь.

– Не хочешь… – это даже был не совсем вопрос.

Но вместе с ним его огромная ладонь накрыла мою грудь, смяв её через одежду. А его эрекцию я ощутила в районе низа живота. И моё дыхание предательски сбилось. Потому что и по этой части жизни с ним я тоже скучала.

Наверное, потому что только тогда и чувствовала себя нужной ему. Но сейчас… Сейчас я вряд ли была готова к подобному снова. Кроме того, если окажется, что мои подозрения о причинах того, почему на нервах и голодном пайке я совсем не теряю в размерах талии, окажутся верными, то… То представить страшно, чем закончится близость с командором, который может слететь с катушек в любой момент. И как минимум по этой причине я не хотела ему уступать. По крайней мере сейчас.

Но он и сам не давил, не настаивал, не заставлял.

– Понимаю, – почти рухнул на меня сверху, накрывая собой, но всё же основной вес удерживая на руках и утыкаясь носом в мою шею. – Ты на меня злишься. Если думала, что я к тебе отношусь вот так, несмотря на твои поступки, – продолжил размышлять уже из такого положения, машинально поглаживая меня по голове. – Если бы то же самое мне не сказали другие, я бы не поверил, – прикусил мочку моего уха и потёрся о него носом потом. – Но то, что ты спасала меня – факт. И хотя я не верю в то, что землянки могут что-то чувствовать к мне подобным…

– Ну конечно не могут, если вести себя с ними как чурбан, – фыркнула я, немного расслабляясь от его размышлений вместо безудержного секса с горой неконтролируемых мышц.

– Я так и сказал, – не впечатлился он, продолжая задумчиво перебирать мои волосы и тыкаться носом мне то в шею, то в щёку, то в ухо. – Так… хорошо, – усмехнулся вдруг тоже расслабленно. – Я не помню ничего хорошего из прошлого. Но сейчас мне хорошо. Буду помнить это, – вздохнул, чуть сдвигаясь с меня и ложась вплотную, но рядом.

Уложив голову ему на плечо, ладонью я накрыла его сердце, которое опять билось ровно и спокойно. Стало как-то… уютнее…

– Я не знаю, почему так вёл себя с тобой. Не помню. Но даже если у меня на то были причины, сейчас я не хочу о них знать, – сообщил мне тихо. – Плевать на всё. На днях мы улетим на Рай-Тар и там сможем делать всё, что захотим…

– А что будет, когда вернётся твоя память? – приподняла голову, чтобы увидеть его глаза.

– Тогда и будем решать, – отозвался он сонно, широко зевая.

И таким я тоже видела его впервые. Будто бы кот, объевшийся сметаны. И главное переключается с домашнего ласкового кота до опасной рыси за пару секунд…

– Ши-Ран? – позвала, пока он окончательно не уснул.

– М? – чуть прижал меня к себе одной рукой.

– Будь со мной… мягче… и осторожнее… – решилась на просьбу. Даже не совсем ради себя.

– Я был груб? – он, кажется, и правда не замечал, потому что в сонном голосе прозвучало удивление.

– Я не рай-ши, а ты забываешь об этом, – погладила его по груди, и неожиданно увидела его улыбку.

– Поверь, об этом забыть невозможно. Конечно, ты не рай-ши. Ты – совсем не как мы… Ни капли не похожа. Но я понял, о чём ты, и постараюсь… Хотя иногда… мне… хочется… тебя… – с каждым новым словом пауза становилась всё длиннее до тех пор, пока он кажется не заснул, так и не рассказав мне о том, что именно ему хочется.

Правда, догадаться по его недавним действиям было несложно. Так что я вздохнула и тоже прикрыла глаза, сосредотачиваясь на его дыхании. Оно было ровным, спокойным и убаюкивало.

И не помню, когда последний раз я себя ощущала вот так.

Командор сказал сейчас, что он не мог быть безразличен ко мне. Он не стал настаивать на своём, когда попросила остановиться. Он слушал и даже (невероятное!) слышал меня, мои просьбы. Он был открытым. Честным. Он не пытался делать вид, что внутри у него кроме каменной породы нет ничего. Он почти признался в том, что я для него хоть что-то, но значу. Он считает меня красивой и притягательной. Он сам не понимает, почему мог вести себя так со мной. Но главное – внутри, без своей привычной брони равнодушия, он оказался именно таким, каким я его видела.

Я не ошиблась! Он правда способен чувствовать. Ему тоже нравятся такие вот уютные вечера с объятиями, а не только быстрый и жёсткий секс. Ему тоже тяжело от печальных воспоминаний. Он тоже хочет улететь со станции, чтобы где-то там чувствовать себя свободнее, не будучи скованным условностями и правилами. И туда с собой он не просто возьмёт меня, он хочет меня туда взять…

Конечно, это всё пока. Наверняка временно. Но я не могла представить, чтобы после этого вот разговора он мог сообщить мне об утилизации например…

Мелькнула мысль даже разбудить его, пока он такой, и спросить об этом. Узнать, что это такое. И мог ли бы он на самом деле меня туда отправить. Но стоило приподняться на локте, как я увидела, как он спит.

Словно не непобедимый, безжалостный рай-ши передо мной, а наконец нашедший умиротворение, расслабленный мужчина. Пусть и огромный, мускулистый, с синей кожей. Но живой, чувствующий, настоящий. И совсем не безразличный…

Что же такого происходило в его жизни, что он стал носить эту жуткую маску отрешения? Почему даже меня, зависимую от него, не подпускал ближе, как делал сейчас? Почему отказался от меня, вернув обратно и позволив снова отправить на аукцион?

Но теперь на эти вопросы не мог ответить даже он сам. А я… Я просто снова легла к нему под бок, прижимаясь к спящему командору, и наконец тоже выдохнула, хотя бы временно успокаиваясь.

Не знаю, что будет завтра. Но сейчас мне тоже хорошо. С ним.