– Вы мне соврали, Пи. – Тон прячется за мягкой дружелюбной улыбкой, будто за маской, надеясь, что Нок не услышит в его голосе смешанную с неуверенностью дрожь. – Вы не были дома, когда отвечали на мои сообщения. Невозможно так быстро добраться сюда от вашего дома. Слишком далеко.

«Видел ли он, как рассыпался водой Туантонг? Видел ли он вообще Туантонга или только что подошёл?..» – лихорадочно соображает Тон, выискивая в находящемся в тени лице Нока хоть что-то, что может подсказать ответ.

– Мой номер в отеле для меня тоже дом, – парирует Нок. И вот он не улыбается. Совсем. – А вот ты соврал, сказав, что не знаешь этого человека.

«Видел…»

Улыбка сходит с губ Тона, и он на мгновение прикрывает глаза, решаясь.

«В конце концов, Пи Нока это тоже касается…»

– Кхун Туантонг действительно был старшим братом Кхема. Как я и предполагал.

Тон и сам не знает, какой реакции ждёт, однако вспыхнувший в тёмных глазах страх рождает внутри странное неприятие, а руки сами собой сжимаются в кулаки.

– Сегодня он просто хотел вернуть своего брата.

«Ты не делаешь лучше, Тон!» – проносится в голове, когда в тёмных радужках вспыхивают зелёные всполохи. Как северное сияние, которое он видел на фотографиях в интернете, такое же красивое и завораживающее.

– Но получил тот же самый ответ, – дополняет Тон, пытаясь сгладить ситуацию и развеять затаившийся в чужих глазах страх.

– И какой же был дан ответ ему, что в прошлый раз, что в этот, Нонг Тон?

Холод в голосе колет острыми шипами, однако деланная отчуждённость не касается глаз, в которых страх сменяется заинтересованностью.

– У меня есть ради кого жить эту жизнь, Пи Нок, – уверенно и твёрдо повторяет Тон то, что сказал и Туантонгу совсем недавно. – Как я могу бросить всё здесь и выбрать мир, который меня даже не касается?

«Даже если тот мир пометил меня ещё при рождении», – Тон проглатывает это откровение, так и не произнеся его вслух.

– Вы на машине, Пи?

– Поймал мототакси, иначе бы точно вовремя не добрался. – Нок криво усмехается, и узел внутри Тона начинает ослабевать.

– На скутере?

– На скутере. Второй шлем имеется, не переживайте.

* * *

О Синге Тон вспоминает, лишь когда сталкивается с ним лицом к лицу. Вместо того чтобы остаться в машине, как и договаривались, тот сидит на бордюре рядом со скутером и подскакивает, стоит им подойти ближе.

– Если ты только попробуешь что-то сказать о том, что я должен был ждать тебя в машине… – Синг спотыкается на середине предложения, будто только сейчас замечает Нока, и складывает ладони в вае. – Здравствуйте, Кхун Нок. Не думал, что увижу вас тут.

– Прости, я честно забыл…

– Забыл он. – Синг недовольно сверкает глазами. – Знаешь, как это со стороны выглядело? Появляется подозрительный тип, ты меня отсылаешь, на звонки и сообщения не отвечаешь, а потом забыл он…

Тону хочется пнуть Синга, но тот уже и сам затыкается, видимо, заметив, как меняется лицо Нока.

– Кхун Нок, простите, вы здесь из-за клуба? Так мы уже закончили… Боюсь, даже старшие все разошлись…

– Нет, – с нажимом отзывается Нок. – Я здесь не из-за клуба. Не только тебе Нонг Тон не отвечал на сообщения.

Улыбка, что появляется на губах Нока, колко-опасная, такая, что мурашки от одного взгляда на неё бегут по позвоночнику Тона.

«Ты попал» – будто бы говорит сочувствующий взгляд Синга, а в следующий момент он отступает, прежде чем начать говорить:

– Я смотрю у тебя всё в порядке, так что я поехал, пожалуй. Объяснишь все, когда приедешь домой.

И голос его говорит о том, что отвертеться от этого разговора у Тона не выйдет. Даже если он попытается.

Сейчас, находясь между этими двоими, Тон чувствует себя загнанным в угол. Ему хочется просто сесть на скутер и свалить на максимальной скорости, но вместо этого он кивает, соглашаясь:

– Потом поговорим. Лёгкой дороги, Синг.

«Побег – не выход».

– И тебе. – Синг многозначительно смотрит, прежде чем сложить руки в вае. – До свидания, Кхун Нок.

– Итак, – начинает Нок, но Тон, подступив к скутеру, уже открывает багажник, доставая из него запасной шлем.

– Идите сюда, Пи. Без шлема я вас никуда не повезу.

То, с какой улыбкой Нок подставляет голову под шлем, рождает в Тоне нехорошое предчувствие. Сейчас он похож на большого недовольного зверя, что только и ждёт, пока добыча сама придёт к нему. Маленькая и раздражающая добыча, которой Тон себя внезапно и ощущает, вспоминая забытую истину: Нок много старше его, и статус у него тоже выше.

Во рту сохнет, и Тон сглатывает, застёгивая ремешок под подбородком. Щелчок вставшего в паз замка звучит устрашающе громко во внезапно наступившей тишине. Тон отдёргивает дрогнувшие пальцы, спеша надеть собственный шлем, застёжка которого никак не хочет входить в паз.

– Мне помочь? – с лёгкой насмешкой предлагает Нок, не делая, впрочем, ни шага.

– Не переживайте, Пи, я сам справлюсь, – Тон отвечает ему насквозь фальшивой улыбкой, и именно этот момент выбирает застёжка, чтобы с тихим щелчком наконец-то войти в паз.

– Вижу, – соглашается Нок, и уголки его губ подрагивают в намёке на новую насмешливую улыбку. – Поедешь вслед за Нонг Сингом, и поговорим втроём?

Внутренне содрогнувшись, Тон спешит отказаться. Лавировать между вопросами, что будут сыпаться на него с двух сторон, он не готов.

– У вас были какие-то дела в отеле? Может, тогда я вас отвезу, и там поговорим?

Убрав подножку, он садится на скутер ещё прежде, чем Нок ответит.

– Тогда в отель. Давай сюда рюкзак, иначе он будет мешать.

Под требовательным взглядом Тону ничего не остаётся, кроме как снять рюкзак и передать его Ноку, который тут же перекидывает его себе за плечи, а следом садится позади.

– Держитесь крепче, Пи.

– Не думаю, что ты будешь гнать, – поддевает его Нок, сцепляя пальцы на животе.

– Как пожелает Кхун Чай, – поддевает Тон, опуская щиток на шлеме, прежде чем запустить двигатель.

* * *

В этот раз дождь не обрушивается стеной за их спинами, стоит только переступить порог уже знакомой гостиницы. В зоне отдыха первого этажа сидят сразу несколько человек, а за стойкой администратора не парень, что давал в прошлый раз аптечку, а девушка, что была, когда Тон искал ключи.

Он припоминает имя, мысленно катая его на языке:

«Кажется, Льеу?..»

– Кхун Нок, здравствуйте. – Она тут же делает вай, соскальзывая обеспокоенным взглядом с Нока на Тона, и смотрит так долго, что внутри него поселяется тревога, которая чуть притупляется, когда Льеу отводит взгляд обратно к Ноку. – Вам только ключ или что-то ещё хотите? Минг сейчас наверху. Возникли кое-какие сложности в одном из номеров, если вы за бумагами…

– Нет, я не за бумагами. Не нужно дёргать Минга. Просто дай ключ. И если возникнут какие-то вопросы, требующие моего вмешательства, – сообщи мне. И Мингу об этом скажи. Хорошо?

– Да, Кхун Нок. Я передам.

Она снова делает вай и отвлекается, возвращаясь к своим делам, как только забравший со стойки ключ-карту Нок отворачивается.

– Идём.

Тон послушно поворачивается следом, чувствуя, как между лопаток появляется странное, зудящее чувство, будто кто-то смотрит в спину. Оно остаётся с ним всю недолгую дорогу до лифта, а когда Тон оборачивается, то понимает, что оно не врёт. Льеу действительно смотрит. Смотрела. Потому что замершая фигурка тут же приходит в движение под его взглядом, отворачиваясь и снова хватаясь за какие-то бумаги.

– Мы могли бы поговорить и здесь, – замечает Тон тихо, когда двери лифта расходятся, приглашая войти.

– Предпочту обойтись без лишних ушей.

Шаг в лифт Нок делает первым.

* * *

За спиной закрывается дверь, а ему кажется, что захлопывается ловушка.

Снова.

Похожее чувство было у Тона тогда, в комнате Нока, после разговора с тётушкой.

«Но на этот раз ведь всё иначе?..»

Задаваясь этим вопросом, Тон прослеживает движение тёмного на фоне окна силуэта и на мгновение зажмуривается, когда вспыхивает не яркий, но внезапный свет – Нок включает одну из прикроватных ламп.

Следом начинает тихо шуршать заработавший кондиционер.

– Не стой на пороге.

«Сбежать всё равно не получится», – мысленно заканчивает за Нока Тон, хоть и понимает, тот этого не имел в виду. Нок, скорее всего, ничего вообще не имел в виду кроме того, что сказал.

Оставив обувь на пороге, Тон делает шаг в глубину помещения. Взгляд невольно скользит по небольшой комнате, пока Нок задёргивает плотные шторы, но обстановка ничуть не изменилась с его последнего визита. А вот они изменились, хоть и прошло не так уж много времени.

«О чём он спросит в первую очередь?»

Тон едва ощутимо хмурится, находя взглядом Нока. На этот раз тот выбрал место за столом, заняв один из двух стульев, и теперь смотрит в ответ: расслабленно и вместе с тем задумчиво.

«О чём вы думаете, Пи?»

Тон привычно тянется к кольцу, проводя пальцем по его неровной поверхности, прежде чем нарушить установившуюся в комнате тишину:

– Что вы хотели узнать, Пи? Спрашивайте.

Он не собирается оставаться здесь надолго, но Нок, улыбнувшись, кивает на второй свободный стул, предлагая:

– Садись. Мне не нравится такая разница. Хватает и того, что ты и так выше.

Стоит только Тону сесть, как с губ Нока слетает:

– Другой мир… Что ты имел в виду, говоря это?

В комнате, где совсем недавно включили кондиционер, внезапно веет холодом, а от пристального взгляда у Тона мурашки ползут по спине.

– О чём вы, Пи Нок?

Взгляд так и норовит скользнуть в сторону, сбежать от пристального внимания, так что Тону приходится заставлять себя смотреть прямо. Только в глаза всё равно не получается, и приходится сосредотачиваться на переносице. Зато рукам он волю даёт, позволяя пальцам обхватить неровные бока тонкого кольца и прокрутить его.

«Ты рассказал про сны, про то, кто такой Туантонг, но боишься сказать об этом? – внутренний голос звучит насмешливо, будто это не просто мысли, а кто-то другой говорит. Вот только Тон прекрасно знает, что в его голове больше никого нет. – Он поверил в реинкарнацию, не забывай».

«Поверил, – соглашается он сам с собой. – Лишь потому, что ждал возвращения Кхема. Только поэтому он и принял это так быстро. Потому что хотел. Мы не в прошлом, чтобы так легко принимать всё на веру».

«Но ты же принял», – шепчет внутренний голос, и возразить Тону нечем.

– «Как я могу бросить всё здесь и выбрать мир, который меня даже не касается», – повторяет Нок слова Тона, и сердце в груди того вздрагивает. – Это твои слова, Пи. Что ты имел в виду, говоря их?

Он не знает, нарочно или случайно Нок назвал его так, однако это тихое, но твёрдое «Пи» всё-таки заставляет Тона посмотреть в глаза, прежде чем с напускным спокойствием отозваться:

– Я не твой Пи и никогда не смогу им быть. Я не Кхем, Пи Нок, хоть он и часть меня. Не забывай, пожалуйста, об этом.

– Прости. – Нок извиняется легко, хотя взгляда не отводит, продолжая всё так же наблюдать. – Прости, – повторяет он. – Просто… Тон. Я, похоже, слишком скучаю по этому.

Тон прикрывает глаза и опускает голову, прерывая зрительный контакт. Только вот долго прятаться не получается. Чужие пальцы касаются соскользнувших на лоб волос, убирая короткую прядь, но лишь затем, чтобы ткнуть костяшкой в его центр. Не больно, но наглядно. Будто говоря: «Подними голову».

– Тон, – тихо зовёт Нок, и Тон, открыв глаза, поднимает взгляд.

Рука тут же исчезает из непосредственной близости.

– Что ты имел в виду, когда говорил про другой мир?

– Начнём с того, что… – задумчиво прикусив губу изнутри, Тон внезапно немного меняет тему: – Сначала скажи, когда ты пришёл? Что успел увидеть и услышать?

– Хочешь поднять эту тему?

Тон кивает, хотя по взгляду Нока понимает, что ответ ему, возможно, не понравится, и оказывается прав.

– Имя. Кого в твоей жизни звали так же, как и меня, Тон? Кого звали Наоварат?

Сердце в груди Тона испуганно замирает, а губы сохнут так, что хочется нервно облизнуть их, но он сдерживается.

«Тебя, Пи. Твою прошлую жизнь…» – слова, что так и не превращаются в звук.

«Если прошлое приходит к нему в кошмарах, имею ли я право напоминать о нём?..»

– Не в моей, Пи. В жизни Кхема.

Повисшая в комнате тишина заставляет Тона снова коснуться кольца, будто оно – якорь, что даёт поддержку.

– Что ты имеешь в виду? – Нок шепчет, однако в окружающей тишине его прекрасно слышно.

– Если верить снам. Смешно звучит, но другого объяснения у меня нет, Пи. – Тон криво усмехается и коротко разводит руками, прежде чем снова вернуть пальцы на кольцо. – Когда-то давно, когда Кхем был маленьким, у Кхун Туантонга была невеста… Её убили почти на глазах Кхема.

– Как?..

Голос Нока всё так же тих, руки сложены в замок, а взгляд… цепкий и ищущий. Иначе его назвать не получается.

«Как?..»

Перед внутренним взором Тона предстаёт один из снов. Ледяной клинок, что летит точно в цель – сердце и находит её…

– Пронзили клинком…

Тонг замечает, как взлетает рука Нока к груди. Как тот трёт пальцами почти самый центр, лишь чуть сместившись влево. Ровно то место, куда угодило в Наоварат остриё ледяного клинка.

– А что с другим миром? О чём ты говорил?

Нок спрашивает это настолько внезапно, что Тон на мгновение теряется, немного забыв, с чего вообще начался их разговор. И этого мгновения хватает, чтобы с губ сорвалось короткое:

– О мире нагов.

Только увидев, как расширяются глаза Нока, Тон понимает, что именно сказал, и прикусывает язык, но слова уже слетели с губ, и обратно их не вернуть.

– Тон… Это всего лишь легенды…

Перед внутренним взором Тона встают отделанные золотом и фресками стены дворца, внутренний дворик с прудом, на берегу которого Наоварат читала книги маленькому Кхему, и грустная улыбка касается его губ.

«Легенды…»

– Они же откуда-то должны взяться.

– И ты в это веришь? – Нок хмурится, но не спешит называть Тона глупцом или наивным.

– Я могу лечить прикосновением, Пи, а мои глаза в такие моменты светятся, – криво и чуть насмешливо улыбается Тон. – Думаете, я могу вот так запросто решать, что может, а что не может существовать?

– И ты веришь, что наги действительно существуют?

– Если я верю одним снам про Кхема, что нашли подтверждение в реальности, то как я могу отбрасывать другие?

– Ты хочешь сказать?..

Взгляд Нока останавливается, а морщинка меж бровей становится глубже, и Тон решается, прекрасно понимая, как со стороны выглядит этот разговор, но всё равно ныряя в пропасть.

– Кхем не был человеком, Пи. Никогда. – Когда наступившая после его слов тишина становится невыносимой, Тон тихо продолжает: – Я не буду доказывать это, Пи. Спросите лучше у тётушки Нэн. Это она нашла Кхема на берегу. Это она может сказать, как он тогда выглядел. И ей, возможно, вы поверите больше и легче, чем мне. А сейчас, надеюсь, у вас больше нет вопросов, потому что мне пора. Хотелось бы вернуться домой не совсем ночью.

– Ты снова это делаешь…

Голос Нока ловит едва поднявшегося из-за стола Тона, вынуждая его остановиться. И обернуться.

– Снова прячешься за излишней вежливостью.

– Я не назвал вас «Кхун», Пи. Это простая вежливость, – парирует Тон. – И мне действительно пора идти.

– Это было бы совсем уж слишком. – Нок криво улыбается. – Я спрошу тётушку. Напиши…

Договорить Нок не успевает, его прерывает мелодия звонка, и Тон спешит достать телефон, рассчитывая увидеть на экране имя Синга, однако там высвечивается короткое и лаконичное: «Мама».

– Простите, – коротко извиняется Тон, прежде чем принять вызов. – Что-то случилось, мам? Если нет, то давай я перезвоню попозже, я сейчас не…

– Ты сможешь приехать на этой неделе, Тон?

Тонг хмурится от того, каким усталым и надтреснутым звучит в динамике голос матери.

– Мам, что-то случилось?

Он краем глаза замечает, как поднимается из-за стола Нок и как подходит ближе, будто чтобы подслушать, но не останавливает его. Даже когда Нок встаёт вплотную к спине, не отступает.

– Твоя сестра…

Сердце в груди у Тона тревожно сжимается.

– Что с Пла?

На плечо ложится ладонь, чуть сжимая его пальцами, будто говоря: «Ты не один», и от этой молчаливой поддержки становится немного легче.

– На прошлой неделе ей стало нехорошо. Мы съездили к доктору, сдали анализы, но по ним выходит, что она полностью здорова. Твой отец просил тебя не тревожить, сказал, что нужно больше врачей, но… Тон, сынок, ты можешь приехать? Пла сейчас дома…

«Зачем врачи, когда есть я?» – соглашается Тон, сильнее сжимая пальцы на мобильнике.

– Я приеду. Завтра у меня занятия только после обеда, – врёт Тон, прикрывая глаза. – Приеду сегодня, переночую у вас, а утром обратно, как раз успею. Хорошо, мам?

– Я приготовлю что-нибудь поужинать. Ты, наверное, будешь голодным.

– Мам, ты наверняка сейчас на работе, какая готовка дома? Я сам что-нибудь сделаю, не переживай. Через несколько часов буду, и всё будет хорошо. Ты ведь мне веришь, мам?

– Да, – выдыхает она в трубку. – Будь осторожен на дороге.

Попрощавшись, Тон осторожно убирает мобильник в карман, умудряясь в первый момент промахнуться. Руки дрожат.

– Тон?

Пальцы на плече сжимаются чуть сильнее, привлекая внимание. Только Тон не оборачивается.

– Пла… В смысле, моя младшая сестра заболела. Мама звонила. Врачи не знают, что с Пла… Простите, Пи, мне нужно сейчас ехать.

Тонг стряхивает руку и делает шаг вперёд. Только далеко уйти не успевает.

– На скутере до Паттайи? Ночью? Не дури. Давай ключи от скутера, я скажу, чтобы его отогнали к твоему кондо, а ты поедешь со мной.

– Пи…

Тон всё-таки оборачивается, чтобы встретиться с серьёзным взглядом тёмных глаз.

– Ехать не так чтобы далеко, но лучше на машине. Так что напиши Нонг Сингу, почему ты сегодня не вернёшься, и поехали. – Нок огибает застывшего на месте Тона и оборачивается, чтобы с улыбкой поддеть: – Или ты планируешь завтра всё-таки прогулять?

– Не планирую.

– Вот и молодец. На лекции нужно ходить, иначе как потом экзамены сдавать? Поехали.

– Спасибо, Пи.

Отчего-то на душе у Тона становится легче, а пальцы больше не дрожат, когда он, выходя из номера, звонит Сингу.