Бассейн преобразился.

Пока Тон помогал на факультете, здесь перекрыли свободный доступ к внутренним комнатам и украсили бортики с волногасителями зеленью и цветами, сделав намёк на естественный водоём. «Даже листья лотоса принесли, пустив их в воду в компанию к получившим свои хвосты пловцам», – отмечает замерший у самого выхода Тон.

Ним, кажется, эта заминка не приходит по вкусу, потому как она уверенно огибает его, направляясь к ведущим с трибун вниз ступеням.

Тон отмирает, стоит ей спуститься всего на несколько шагов, и спешит догнать, пристраиваясь позади, будто телохранитель.

Большинство людей сосредоточилось у бассейна, хотя на трибунах тоже хватает зрителей, видимо, решивших посмотреть на «русалок» с высоты.

– Может, останемся здесь? – предлагает Тон, оценивая открывающийся с их места вид.

– Хочу посмотреть ближе, – качнув головой, отказывается Ним и с улыбкой напоминает: – Пи, а как же повод для поддразнивания? Давай найдём Пи Синга. Пожалуйста? Можно?

Ним возвращается на ступеньку вверх, кажется, лишь для того, чтобы сделать жалобный вид и заглянуть в глаза.

«Вот так она из вас верёвки вьёт, да, Пи Нок?» – мелькнувшая в голове мысль вызывает улыбку, но Тон поджимает губы, не позволяя ей появиться. Однако в конце концов с просьбой Ним соглашается:

– Идём.

– Спасибо, Пи!

Ним разворачивается так быстро, что высокий хвост едва ощутимо хлещет воздух.

Мгновение, и она уже сбегает, бодро стуча невысокими каблучками, по ступеням, и этот звук вплетается в окружающий шум, будто был тут всегда.

Следуя за Ним, Тон переводит взгляд на бассейн, где в воде, подныривая под волногасители, хаотично плавают те, кто не успел сбежать от Ная. Яркие хвосты делают их похожими на разноцветных рыбок. И чем ближе они подходят к бассейну, тем больше становятся «рыбки».

– Пи, посмотри, как красиво!

Ним становится похожей на маленькую восторженную девочку. Такое же выражение лица было у Пла, когда ей подарили долгожданный двухколёсный велосипед.

– Это фантастично, – шепчет Ним, продолжая блуждать глазами по плавающим фигурам. – И ощущается совсем не так, как в аквариумах.

Кто-то подплывает к бортикам, чтобы поздороваться с такими же восторженными, как и Ним, школьницами или заглянувшими на огонёк студентками, кто-то выныривает, забираясь на противоположный бортик, чтобы передохнуть. Настоящая лагуна…

– Я же просил не приходить, – вынырнув из воды рядом с бортиком, ворчит Синг, и стоящая совсем рядом Ним прыскает в кулак. Тон, впрочем, с ней согласен. Плавательные очки с ярко-рыжим, как всполох пламени, хвостом совсем не сочетаются и портят всю сказочность образа. Похоже, уговорить Синга плавать без них оказалось делом непосильным, и Най сдался.

– Прости, Пи, мне было слишком интересно посмотреть, – кается Ним, на мгновение складывая ладони в вае и тут же пряча их за спину, чтобы в следующий момент вполне искренне протянуть: – Так красиво…

– Ну, если красиво, тогда смотри, – расплывается в улыбке Синг и, ухватившись за бортик под зеленью, чуть разворачивается, демонстрируя хвост и искусственный плавник. – Хорош, а? Давай к нам, Тон. Окунись и охладись. Кто-нибудь точно одолжит тебе хвост.

– Спасибо, воздержусь, – смеётся Тон, подобно Ним пряча руки за спиной. – Пи Нок скоро должен прийти.

Тон оглядывается в сторону выхода, и именно этот момент выбирает Синг, чтобы плеснуть в них водой.

Ним с тихим писком отскакивает, стуча каблучками по полу, а Тон чувствует, как в ботинках, которые приняли на себя большую часть воды, становится сыро. Не смертельное, но неприятное чувство, тем более кажется, будто Синг целился именно в его сторону.

– Мне тебя притопить, русалочка?

– Вам придётся спуститься в воду, принц, – насмешливо отзывается Синг, отталкиваясь от бортика и ложась на спину. Для полноты картины он ещё и руки за голову закладывает, позволяя всем желающим рассмотреть не только крепкие мышцы живота и то, с какой лёгкостью он держится на воде, но и хвост. Будто хвастаясь. – Рискнёте, ваше высочество?

– В ближайшую неделю ужин готовишь сам, понял меня? – с колкой усмешкой отзывается Тон, и Синг тут же уходит под воду под испуганный писк Ним.

Разворачивается в ней он, впрочем, тоже с невероятной лёгкостью, а на поверхность выныривает уже снова у бортика, задирая голову вверх, будто в попытке заглянуть в глаза.

«Позёр», – хмыкает Тон, выгибая бровь в ответ на жалобный взгляд друга.

– Ты ведь это не серьёзно, да? Ты ведь не оставишь меня голодать целую неделю? Ты не можешь быть таким жестоким…

Появившаяся в голосе Синга плаксивость заставляет Тона закатить глаза и вздохнуть.

– Пи-и-и, – тянет Ним и смотрит, кажется, ещё более жалостливо, чем только что смотрел Синг, и вместе с тем осуждающе, будто он тут маленького щеночка без еды оставить хочет.

– Не ведись на его жалобные взгляды, Нонг Ним. Он вполне может заварить лапшу или купить ужин. Голодным не останется.

– Но ты готовишь вкуснее, – тут же парирует Синг. – Честно, вкуснее. Нонг Ним, знала бы ты, как он умеет готовить.

– Хватит, – ворчит Тон, хотя внутри разливается приятное тепло, будто его только что погладили по голове, а так и рвущуюся на губы улыбку едва удаётся подавить. Улыбнись он сейчас, и Синг, почувствовав слабину, не отстанет, пока он не согласится готовить.

– Пи, ты умеешь готовить?

– Умеет, – замечают из-за спины голосом Нока, и Тон цепенеет. – У его родителей ресторан в Паттайе.

– Кхун Нок.

– Пи!

Два голоса звучат почти одновременно, а Тон, отмерев, медленно оборачивается, чтобы взглянуть в лицо Ноку, и внезапно встречает прямой взгляд.

* * *

– Кхун Нок?

Голос Кома разрушает сгустившуюся вокруг них тишину. Тон смаргивает, прерывая тем самым зрительный контакт, да и Нок отворачивается, переключая своё внимание на внезапно появившегося Кома.

Досада разливается внутри Тона и слегка кислит на корне языка, хотя он должен был испытать облегчение. И благодарность за то, что Ком разрушил это странно повисшее молчание за него.

Тон оборачивается, чтобы увидеть опускаемые после приветственного вая руки. Ком, как всегда, сосредоточен и спокоен. Даже тень улыбки не трогает его губы.

– Вы с сестрой пришли посмотреть на шоу, Кхун Нок?

Ним сейчас выглядит совершенно иначе, чем буквально несколько минут назад: собранная, тихая, будто черепашка, спрятавшаяся в свой панцирь, и Тон удивляется, насколько, оказывается, она была открыта перед ними там, в столовой и позже.

– Здравствуйте, Пи.

– Не только мы, – улыбается Нок, кивая на толпящихся школьниц с другой стороны бассейна, там, где места у бортика гораздо больше.

– Могу я чем-то помочь? Если вы хотите, могу организовать вам экскурсию по университету.

Тон оборачивается к неожиданно притихшему Сингу, ожидая обнаружить пустоту, но друг всё ещё на месте, лишь притаился у украшенного зеленью бортика, будто в надежде там спрятаться.

Словно в подтверждение его подозрений, Синг прикладывает палец к губам и уходит под воду ещё больше, так что из-за зелени становится видна лишь макушка.

– Нонг Тон.

– Да?..

Тон оборачивается, понимая, что, кажется, пропустил часть разговора, как и перестановку. Он даже не заметил, как Ним не только перебралась поближе к Ноку, но и спряталась за его спиной, теперь поглядывая на всё происходящее из-за его плеча.

– Раз уж ты здесь и, похоже, свободен, возьми у кого-нибудь из старших хвост и поучаствуй.

– Эй! – Синг выныривает из воды по плечи, привлекая к себе внимание и не давая Тону даже рта раскрыть. – Он работал на стенде факультета и только недавно закончил. Имей совесть, Пи. Он с самого утра там был.

– Что ты здесь делаешь? – Ком складывает руки на груди, становясь более внушительным.

– Плаваю? – Синг дурашливо улыбается, разводя руками. Будто грозный вид Кома его совсем не пугает. – Вот, приплыл справедливость сохранить. Вовремя я, да, Тон?

– Вовремя, – соглашается Нок, и теперь уже Ком не успевает высказаться, хотя весь его вид говорит – собирался. А вот Ним смелеет, уже не только выглядывая из-за плеча Нока, но и немного выходя из-за его спины. – Нонг Тон проводил экскурсию для Ним, так что можешь не беспокоиться насчёт этого, Нонг Ком. Я сегодня здесь не как спонсор, а как гость и просто Пи. Однако…

Тишина на несколько секунд сгущается вокруг них. Даже голоса людей будто бы становятся глуше.

– Я хотел бы попросить, чтобы Нонг Синг присмотрел немного за моей сестрой.

– Пи!

Вся напускная серьёзность слетает с Ним, словно шелуха, и она опять становится той девчонкой, с которой Тон уже успел познакомиться. И снова вызывает улыбку.

– Мне просто нужно поговорить с Нонгом, Ним. Потом мы поедим то, что тебе захочется, хорошо?

– Да, Пи.

– Да не кусаюсь я, чего ты нос повесила… – тихо и как-то расстроено бормочет Синг, но никто не обращает на него внимание. Только Тон на мгновение оборачивается, чтобы убедиться – друг действительно удручён.

– Нонг Ком, могу я воспользоваться вашей клубной комнатой?

– Да. Идёмте…

– Я помню, где она находится, спасибо. Нонг Тон?

Удивление вспыхивает и гаснет внутри Тона, стоит ему встретиться взглядом с Ноком. На языке так и вертится вопрос: «Вы хотите поговорить со мной?», однако с губ так и не срывается.

– Идём поговорим.

Нок кивает в сторону едва заметного прохода в ограждении. Видимо, именно оттуда пришёл к ним Ком.

– Нонг Синг, оставляю Ним на тебя. Не позволяй ей скучать.

* * *

Тон ёжится, переступая порог пустой сейчас раздевалки вслед за Ноком.

Тишина тут же ложится на плечи тонким покрывалом, приглушая голоса оставшихся позади людей и порождая странное напряжение. Оно словно сгущается в воздухе и множится от молчания Нока.

«И как мне себя вести с ним?»

Всё недавнее дружелюбие может быть лишь маской и игрой на публику, однако здесь и сейчас они одни. И от этой мысли становится не по себе.

«Разве есть моя вина в том, что я просто хочу понять, что происходит в моей жизни?» – глядя в спину замершему в нескольких шагах от него Ноку, вновь задаёт себе вопрос Тон. Тот самый, что уже один раз поддержал его и вдохнул уверенность.

– Кхун Нок, о чём вы хотели поговорить? – всё-таки спрашивает Тон, нарушая тишину. – Кхун Нок?

Нок наконец-то отмирает, будто только сейчас вообще вспомнил о его присутствии, и оборачивается: странно медленно и как-то деревянно.

– Сколько раз мне просить тебя называть меня «Пи»? Или стоит воспользоваться правом старшего и приказать?

Нок щурится, и от этого прямого недовольного взгляда становится стыдно. Действительно просил. Тон даже принял просьбу, но сейчас…

– Простите… Пи, – выдыхает он и замирает, когда Нок внезапно делает шаг, сокращая расстояние между ними. Лёгшая на макушку ладонь лишь добавляет Тону растерянности.

– Умница, – тянет Нок с усмешкой, ероша волосы. Будто собаку треплет за ухом.

– Пи!

Тон выворачивается из-под наглой ладони, отступая на шаг и принимаясь приводить волосы в условный порядок. Нока это, похоже, только веселит, потому как улыбается он довольно, едва ли не сыто.

– Пи, вы взрослый человек, да и я не ребёнок, чтобы вы так поступали…

– Ну да, взрослый… Успел забыть, что мне уже тридцать три… Спасибо, что напомнил, Нонг Тон.

Улыбка пропадает с губ Нока, будто её там и не было, и вместо неё появляется усмешка: острая, горьковато-колкая, но направленная словно внутрь.

– Тридцать три?..

Тон замирает, забывая и о растрёпанных прядях, и о лёгкой обиде на чужое веселье.

– Ну да. – Пожав плечами, Нок поправляет ремень сумки, и всё та же горько-колкая усмешка на мгновение снова мелькает на губах. – Слишком стар? Продолжишь называть меня «Кхун»?

– Нет. Просто… Я думал, вам гораздо меньше. Максимум тридцать…

– С чего вдруг?

В тёмных глазах зажигается неподдельное любопытство, и от этого огонька Тону отчего-то становится легче.

– Посчитал?

– Плохо с математикой? – поддевает Нок, но мягко и по-доброму, и, не успевает Тон даже показательно обидеться, идёт на попятную: – Прости. Я позже поступил в университет. Не хочу об этом говорить сейчас. Давай лучше…

Тон с любопытством смотрит, как Нок копается в небольшой наплечной сумке и недоуменно приподнимает брови, когда тот протягивает ему несколько тетрадей.

– Возьми. Пусть ты и использовал их как предлог войти в мой дом, однако… Они всё равно могут пригодиться тебе в этом году.

Тон замирает, не решаясь взять из рук Нока протянутые конспекты. Неуверенность и неприятное напряжение возвращаются, тяжестью оседая на плечи, и исчезают от одного прикосновения.

Нок сам вкладывает в его руки тетради с конспектами.

– Держи. Пригодятся. Скажешь потом, какие предметы выберешь на следующем курсе. Поищу конспекты и по ним.

– Вы… Не сердитесь, Пи?..

Тишина вновь заполняет небольшую раздевалку, но она больше не давит на плечи.

– Тётушка Нэн мне всё рассказала.

– Всё?..

«Что именно входит в это самое “всё”, Пи Нок?..»

– И даже про то, как ты точно описал крышечку от её любимого шампуня, – усмехается Нок, но как-то по-доброму. – Кстати, каким образом ты это сделал?

Сердце у Тона в груди вздрагивает, а пальцы впиваются в конспекты так, что рискуют помять их.

– Я просто… – Тону хочется облизнуть пересохшие губы или хотя бы поджать их, но он лишь продолжает говорить, мешая правду с ложью и невольно отводя взгляд: – Запах просто показался знакомым, наверное, кто-то подобным пользовался, вот и вспомнил…

– И больше ничего?

– И больше ничего, – на этот раз Тон смотрит прямо, желая тем самым поставить точку в этом разговоре. Он понятия не имеет, сколько на самом деле рассказала Ноку тётушка Нэн, и проверять не собирается. – Простите, Пи, не могли бы вы подвинуться? Мне нужно убрать конспекты, а вы как раз стоите рядом с моим шкафчиком.

Тон делает шаг вперёд, и Нок отступает, давая ему пространство.

– Как насчёт поужинать с нами, Нонг Тон? – предлагает Нок, стоит только дверце шкафчика оказаться закрытой. – Я угощу тебя, в знак извинения. И Нонг Синга, разумеется. Он ведь твой близкий друг?

– Друг, – то ли соглашается, то ли просто повторяет Тон. – Только шоу вряд ли скоро закончится. Может быть, в следующий раз, Пи?

– Как тебе будет угодно, Нонг Тон, – с улыбкой соглашается Нок. – Просто не забывай, что я должен тебе ужин, хорошо?

– Вы такой… – Тон заминается, не зная, как правильно охарактеризовать упрямство и не всегда соответствующее возрасту поведение Нока, но тот приходит на помощь, внезапно напоминая ему Синга:

– Молодой? Общение со всеми вами делает меня моложе…

– Невыносимый, – припечатывает Тон, на мгновение переставая бояться чужой реакции. – Невыносимый, Пи.

«А ещё упрямый», – добавляет он уже мысленно.

– Эй! Не забывай, что я твой Пи.

– Вы мне об этом постоянно напоминаете, Пи Кхун Нок. Тут не забудешь.

– Спасибо, – внезапно говорит Нок, вместо того чтобы разозлиться на непочтительность, и Тон теряется. – Спасибо за всё.

* * *

«Так что же ему всё-таки рассказала тётушка Нэн?.. – в который раз задаётся вопросом Тон, бездумно наматывая на вилку лапшу и снова позволяя ей соскользнуть обратно в тарелку. – Что такого, что Пи не только решил поговорить, но и поблагодарил?..»

– Тон? Эй, Тон!

Тон вздрагивает, когда его пинают под столом, и поднимает взгляд на недовольного Синга.

– Ешь, пока не остыло. Чего завис?

– Задумался, прости…

В очередной раз подцепив лапшу вилкой, Тон наконец-то перекладывает её в ложку, прежде чем отправить в рот.

– Сначала ешь, потом думай. Я понимаю, что ты умный, но давай будешь заниматься этим на сытый желудок, – ворчит Синг и тут же выходит из образа заботливого друга: – Или, если в следующий раз захочешь подумать, отдай сначала еду мне, чтобы она не остыла.

– Проглот.

– А то ты не знал.

Усмехнувшись, Тон качает головой. Однако он благодарен другу за то, что тот отвлёк его от мыслей. Ответа на крутящийся в голове вопрос он всё равно не найдёт. Сколько ни думай.

– Спасибо.

– Вместо того чтобы благодарить, не знаю, правда, за что, но ладно. Так вот… Скажи лучше… – Синг дожидается, пока Тон прожует, и заканчивает: – Тебе нравится сестра Кхун Нока?

– Чего? – Если бы во рту Тона была еда, он бы непременно подавился.

– Нонг Ним, – как маленькому, медленно повторяет Синг, откладывая столовые приборы. В отличие от Тона, он свою порцию лапши с курицей уже подъел. – Ты получил её лайн.

– Ты тоже, – напоминает Тон, возвращаясь к ужину.

– Тебе она дала его сама, а мне просить пришлось. Это не одно и то же.

– Мы вроде бы говорили, что не стоит лезть к Нонг Ним, – напоминает Тон прищурившись. Есть остывшую лапшу не особо приятно, и он выбирает оставшиеся в ней кусочки курицы, прежде чем отодвинуть тарелку.

– Ты просто скажи: нравится или нет. Трудно, что ли? – Синг подаётся вперёд, опираясь локтями на стол, будто ответ ему действительно очень важен и нужен.

– Да, – спокойно признаётся Тон, с интересом глядя на то, как меняется в лице друг. – Она милая, забавная и решительная девушка. Думаю, моему факультету повезёт, если она не передумает и поступит сюда.

– Да ну тебя! – Синг морщится. – Я про другое. Как девушка. Как девушка она тебе нравится?

– Си-и-инг, – тянет Тон хмурясь. – Она несовершеннолетняя и к тому же сестра Пи Нока.

– Я так понимаю, это значит «нет»?

– Синг.

– Кстати, «Пи Нок»? Серьёзно? Смотрю, ты с ним сблизился.

– Пи Най тоже его так называет.

– Спорим, что Пи Най не бывал у Кхун Нока дома? – насмешливо щурится Синг, поднимаясь из-за стола. – Просто признай, что вы подружились.

– Просто иди мыть посуду, – ворчит Тон, утыкаясь в мобильник, однако не спеша заходить ни в один из чатов «Лайна». Соприкасаться с делами факультета или клуба совсем не хочется.

– Это и собирался сделать, Кхун Ча-а-ай, – насмешливо тянет Синг, собирая тарелки в стопку и подхватывая приборы.

Новое сообщение, как и новый чат, появляется в тот момент, когда Тон собирается заблокировать телефон, и привлекает внимание именем отправителя.

Ним.

Тон щёлкает по сообщению, прежде чем успевает подумать, и замирает.

«Пи Тон, помоги, Пи пропал!»

Сердце пропускает удар, проваливаясь по ощущениям куда-то к желудку, а пальцы уже набирают ответ, когда сам Тон поднимается из-за стола:

«Что случилось? Вы где?»

«Мы ужинали, и Пи вышел ненадолго… Его всё ещё нет, а телефон не отвечает. Я боюсь за брата, Пи. Ты можешь приехать? Пожалуйста?»

«Где ты?»

– Эй, ты куда?!

Синг возвращается в комнату в тот момент, когда Тон уже обувается, засовывая босые ноги в кроссовки. О том, что нужно бы переодеть домашние шорты, он даже не задумывается. В голове будто счётчик появляется, отсчитывая время и подгоняя.

Тик-так.

– Ним написала. Сказала, что Пи Нок пропал. Нужно съездить успокоить её, – скороговоркой поясняет Тон, заканчивая с кроссовками и поднимаясь.

– Возьми ключи от машины.

– А?

– Ключи от машины бери, говорю. Я с тобой.

Синг уже и сам обувается, напоследок приглаживая волосы.

– Не тормози, Тон. Если что-то действительно случилось, то нужно поторопиться.

«Тик-так», – соглашается с Сингом что-то внутри, и Тон, подхватив с полочки у выхода ключи от машины, выскакивает за порог. Спорить с другом не хочется. Хочет – пусть едет.

– А если всё в порядке, то просто купим на обратном пути что-нибудь к завтраку, – заканчивает Синг, выскакивая следом и захлопывая дверь. – Всё тебе утром не готовить.

– Проглот, – коротко хмыкает Тон, и странный узел в груди немного ослабевает.