Архитектура выглядела хаотичной и неправильной. Казалось, что замок был построен наобум и без всякого плана. Башни крутились, как козлиные рога, стальные валы были зазубрены, как скалы, а балконы провисали, как языки, высунувшиеся из пузатых окон. Гитлеру казалось, что это самое отвратительное и несовершенное произведение архитектуры, которое когда-либо было построено, а размеры здания подавляли его своей громадностью. Рядом с ним он чувствовал себя маленьким и хрупким.
Мост заканчивался перед лестницей, которая вела к единственному входу в замок. Когда они поднимались по ступеням, замок казался пустынным. В окна не проникал свет. В воздухе не было слышно ни звука. Все было мертво. Адольф чуть не откусил себе язык, когда они поднялись наверх и заметили двух человек, лежащих на земле рядом с искусственной серой изгородью.
Мертвые?
Один из мертвецов храпел.
- Я никогда не могу заснуть, когда он храпит, - сказал другой мертвец, когда они подошли. - Я не могу заснуть при малейшем звуке, а он не может спать без храпа. Нам приходится спать посменно.
Охранники были одеты в красную форму с красными коническими шапочками и черным макияжем глаз. Присмотревшись, Адольф понял, что оба охранника соединены у бедра. Они, должно быть, сиамские близнецы.
- Мы хотим пойти на бал, - сказал Адольф сиамскому охраннику.
- На бал? - переспросил сиамский охранник, словно не понимая, о чем идет речь.
- Да, у нас есть приглашения, - сказал Адольф.
Человек-бородавочник наклонился и протянул отдыхающему приглашения.
- Приглашения? - охранник начал раздражаться.
Он пару секунд смотрел на бумаги, а потом отбросил их в сторону.
- Я не могу вас впустить, - сказал он.
Спящий охранник захрапел.
- Почему? - спросил Адольф. - Мы одеты неподобающим образом?
- Нет, - сказал охранник. - Вы родились неподобающим образом.
- Что ты имеешь в виду? - спросил Адольф.
- Ваши тела раздельны! - сказал он. - Это оскорбительно.
Спящий охранник захрапел.
- Только сросшиеся близнецы могут попасть во дворец, - сказал бодрствующий охранник. - Если вы хотите попасть на бал, вы должны быть сросшимися.
- Сросшимися? - спросил Адольф. - Связанные друг с другом! - Адольф сжал кулак. - Сиамские близнецы - это противоестественно!
- У меня приказ убивать всех, кто плохо отзывается о сиамских близнецах, - сказал охранник. - Богини - сиамские близнецы, вы должны знать.
- Богини?
- Императрица и ее сестра, - сказал охранник. - Жена Золотого угря.
- Сиамские близнецы не могут быть богинями! - сказал Гитлер.
- У тебя есть три варианта, - сказал отдохнувший охранник. - Ты можешь снова богохульствовать и быть казненным на месте, можешь повернуть назад и никогда не возвращаться, а можешь пройти через разъем и затем отправиться на бал.
Странно, но Адольф начал чувствовать себя запуганным охранником.
- Разъем?
- Это вон там, - сказал охранник, указывая на три алькова слева от входа. - Он превращает двух отдельных людей в одного. Они не будут относиться к вам с таким же уважением, как к природным сиамским близнецам, но вам будет позволено войти в этот город.
- То есть я должен физически сблизиться с этим существом? - спросил Адольф, указывая на человека-бородавочника.
Охранник кивнул, ударившись головой о землю.
- Ваши половинки для свидания тоже должны быть связаны.
- Мое тело - воплощение совершенства, - сказал бородавочник. - Я никогда не соединю свою плоть с плотью мутанта!
- Только так вы сможете войти в замок и попасть на бал. Присоединяйтесь или уходите, мне все равно, что вы сделаете. Только сделайте это быстро. Я считаю вашу внешность отвратительной и оскорбительной.
У Гитлера и бородавочника челюсти отпали от такого гротескного отношения.
"Как может человек, который настолько отвратителен и оскорбителен, думать то же самое о таком безупречно красивом человеке, как я", - думали про себя и бородавочник и Адольф Гитлер.
В следующее мгновение Гитлер уже пристроился сбоку от потного бородавочника и шагнул через разъем в замок. Поскольку он был намного выше Адольфа, бородавочнику пришлось идти, приседая, чтобы ноги Адольфа хотя бы касались земли. Их спутники тоже пристроились рядом и следовали за ними.
В замке их ждали черные, сочащиеся кровью стены. Чучела насекомых размером с медведя украшали коридор, как экспонаты в музее. Здесь были жуки, уховертки и множество стрекоз. Дальше по коридору статуи насекомых больше походили на произведения искусства. Их части были собраны вместе, чтобы получились новые гротескные насекомые. Здесь были статуи сороконожек с крыльями бабочек и паучьими лапками. Были статуи тараканов с хвостами скорпионов и панцирями божьих коровок.
Замок выглядел невероятно тихим и пустынным. Казалось, что по этому коридору никто не ходил годами.
- Он где-то здесь, - сказал бородавочник. - Я чувствую его.
- Да, - сказал Гитлер. - Это место излучает чистое несовершенство. Оно должно быть источником несовершенства этого города. Я не сомневаюсь, что несовершенный человек находится где-то здесь. Возможно, он даже стоит за всем в этом городе.
Их голоса эхом разносились по пыльным коридорам. Кроме хруста выцветшего красного ковра под ногами, других звуков не было.
- Пойдем на бал или осмотримся? - спросил бородавочник.
- Полагаю, большинство обитателей замка будут на балу, - сказал Адольф. - Если несовершенный человек - гость, мы найдем его там.
- Но если его похитили на улице, то, скорее всего, его держат где-то в другом месте, - сказал бородавочник.
- Надо бы осмотреться.
Коридор заканчивался и разветвлялся в четырех разных направлениях. Два из них оказались очень узкими диагональными коридорами, в которых можно было пролезть, только если бородавочник втянет живот и они пойдут боком. Они выбрали самый широкий коридор справа, который был уставлен чучелами насекомых поменьше, прикрепленными к панелям, как рыбы. Здесь были чучела термитов, личинок, муравьев, сверчков, плодовых мух и пауков-крабов.
В конце коридора их ждал небольшой люк, открывавшийся в узкую винтовую лестницу, спускавшуюся в темноту.
- Нам не стоит туда спускаться, - сказал молодой Адольф, глядя на лестницу. - Лестница не может вести в приятное место. Придется вернуться и попробовать другое направление.
- Но она может привести в подземелье, где в плену находится несовершенный человек, - сказал бородавочник.
- Возможно, - сказал Гитлер. - Но это может привести и к неприятному месту, где несовершенный человек не будет находиться в плену. Это может привести даже к выгребной яме.
После этого молодому Адольфу больше нечего было сказать по этому поводу, так как бородавочник спустился по лестнице и просто потянул с собой мужчину гораздо меньшего роста. Женщины последовали за ними.
У подножия черной лестницы они попали в выгребную яму. Хрустальные люстры на потолке давали скудное освещение. Запах был пронизывающим и насыщенным, но больше напоминал мед, чем экскременты. Они пошли по узкой деревянной дорожке в сторону, которая шла вдоль реки черного ила. Молодой Адольф смотрел вниз, на грязь, постоянно опасаясь, что они могут упасть в нее.
- Это именно то место, где я не хотел оказаться, - сказал Гитлер.
- Да, но вполне вероятно, что именно в таком месте есть подземелье, - сказал бородавочник.
- Да, но, скорее всего, мы будем слишком отвратительны, чтобы присутствовать на балу, когда к нам пристанет эта вонь.
- Да, но мы здесь одни. Мы можем спокойно обыскать это место.
- Да, но мне здесь не нравится, - сказал Гитлер. - Посмотри на люстры. Что такие красивые предметы делают в таком месте? Им здесь не место.
Человек-бородавочник чуть не сбил их в грязь, когда наклонился, чтобы получше рассмотреть.
- Тут все странно.
Через несколько минут осторожного следования по слабо освещенной выгребной яме они услышали тихую бальную музыку. Шепчущие голоса и трогательная скрипичная музыка эхом разносились по туннелям.
- Должно быть, бал находится прямо над нами, - сказал Гитлер.
- Я так не думаю, - сказал бородавочник. - Смотри вперед.
В конце туннеля Гитлер обнаружил большой портал, из которого, судя по всему, и доносилась музыка. Портал был великолепно украшен золотой и изумрудной фурнитурой. Такого не встретишь в выгребной яме.
- Это путь на бал? - спросил Адольф. - Зачем им устраивать такой парадный вход для такого грандиозного события в такой выгребной яме?
- Некоторые из гостей, вероятно, придут из выгребной ямы, - сказал человек-бородавочник.
Адольф вздрогнул.
Связанные пары оказались перед порталом, но не решались войти. Офицеры в форме с трудом оттирали с одежды зловоние помоев. Женщины переминались с ноги на ногу и охали.
- Мы собираемся смешаться и поискать несовершенного человека, - сказал бородавочник. - Если его здесь не окажется, мы проберемся в укромные уголки замка.
Адольф кивнул.
Они открыли большие двери в бальный зал. Едва они прошли через них, как музыка и общий гул голосов смолкли.
В почти пустом бальном зале стояла мертвая тишина. Комната была настолько белой, что Гитлер был ослеплен ею. Белые фарфоровые стены, белый кафельный пол, белые настенные висюльки из паутины. Единственное, что не было белым, - это немногочисленные гости в зале и огромная картина высотой в несколько этажей, изображающая Золотого угря.
Три группы связанных пар стояли на танцполе, вращаясь по кругу, как ветряная мельница. Каждая соединенная мужская пара танцевала с соединенной женской парой. Музыка не играла, но они танцевали так страстно, как будто она была. Они двигались так, словно танцевали под скрипичную музыку, игравшую в выгребной яме, но здесь единственным звуком был стук их ног.
Гитлер нашел их удивительно элегантными для мутантов. Это были желтые мужчины-осы и зеленые рогатые женщины-рептилии, но их одежда выглядела благородно, а движения - точно рассчитанными и величественными.
Гитлер покачал головой.
"Нет, это просто мутанты. Они искажают истинную элегантность".
В комнате не было полной тишины. На заднем плане слышалось электрическое гудение и бульканье. И тут Гитлера осенило. Гигантская картина с угрями на другой стороне бального зала была вовсе не картиной, а огромным аквариумом, в котором плавал чудовищный угорь. Вероятно, он был размером с обычного речного угря, но поскольку Гитлер был едва ли больше крошечного насекомого, угорь показался ему огромным, как бог. Постепенно Гитлер понял, почему люди в подземном мире поклонялись угрю как своему богу.
На этом балу у них не было возможности общаться. Гостей было так мало, они были так щедро распределены, что их бы сразу заметили. На танцплощадке стояли еще только две пары, женская и мужская. Двое связанных мужчин уже направились к Адольфу и бородавочнику.
Стараясь быть незаметными, Гитлер и человек-бородавочник повернулись к своим спутникам и сделали вид, что увлечены разговором, который не хотят прерывать. Однако их преследователи пропустили этот намек.
- И снова здравствуйте, - сказал один из мужчин, когда они подошли.
Это были господин Брови, безносый первосвященник, и господин Песня, владелец зоомагазина. Они недавно соединились, и на них были дорогие, украшенные драгоценностями одеяния, как у королей.
- Как хорошо, что ты наконец пришел, - сказал господин Брови.
Он обнял Адольфа.
- Меня ждали? - спросил Гитлер.
- Ты - почетный гость, - сказал господин Брови.
- Я ничего об этом не знаю, - сказал Гитлер.
- Уже знаешь, - сказал господин Брови. - Ты только что был выбран богиней в качестве почетного гостя.
Господин Брови указал на одну из женщин, стоявших на другом конце танцпола у аквариума с угрем. Затем он понял, что эти две женщины не связаны между собой.
- Я думал, что богиня тоже из сиамских близнецов? - сказал Адольф.
- Да, - ответил бородавочник. - Они сказали, что все должны быть связаны, чтобы быть похожими на нее.
- О да, - сказал господин Брови. - Они тоже были связаны, но несколько дней назад их разлучили. Теперь они гораздо счастливее, когда их разделили.
- Но я думал, что здесь быть не сиамскими близнецами - это оскорбительно? - спросил Адольф.
- О, это так, - сказал господин Песня. - Это точно.
Гитлер недоумевал, почему императрицу так высоко ценили, а всех остальных женщин считали просто домашними животными. Даже господин Песня и господин Брови, которые раньше, казалось, не любили женщин, вели себя по отношению к ней крайне почтительно. Отличаются ли гендерные роли в том городе от ролей в этом городе? Это было совершенно бессмысленно.
- Но хватит об этом, - сказал господин Брови. - Как почетный гость, ты должен познакомиться с Золотым угрем и его женой.
Господин Брови с завязанными глазами повел Свиногитлера к большому аквариуму с угрем. Молодой Адольф понял, что на самом деле угорь не был золотым. У него были золотые чешуйчатые пластины. Чем ближе Гитлер подходил к угрю, тем более обычным он ему казался. Он вовсе не казался ему гениальным богоподобным существом. Обычный угорь, хотя и во много раз больше. Его глаза уставились в пространство.
- Оно говорит? - спросил молодой Адольф.
- Никогда не называй его так, - ответил господин Песня.
- Он говорит? - спросил молодой Адольф.
- Не с нами, - ответил господин Брови. - Только богиня может говорить с Золотым угрем.
- А кто-нибудь видел, как угорь делает что-нибудь, кроме того, что плавает в аквариуме? - спросил молодой Адольф.
- Да, богиня рассказала о многих великих делах, которые он совершил в прошлом. Золотой угорь гениален и ответственен за все чудеса нашего мира.
- Но видел ли ты или кто-нибудь из твоих знакомых, кроме богини, чтобы Золотой угорь делал что-нибудь, кроме как плавал в аквариуме? - спросил молодой Адольф.