Зато много чего имеют против Эхо.

— Я знаю, что ты имеешь в виду под «полной безопасностью», Ориас, — медленно, чуть ли не по слогам проговорил Эхо, как будто его собеседник был умственно отсталым. — Поэтому повторяю: тронешь её — и я превращу твою жизнь в ад, ты ещё будешь умолять меня о смерти.

— Катись к Хель, Эхо, — рыкнул Ориас.

— Хватит, — вмешался Риз. Его голос прозвучал неожиданно авторитетно. После той стычки на школьной парковке я уже догадывалась, что ему не нравится быть свидетелем конфликтов. Что ещё удивительнее, так это то, что и Эхо, и Ориас послушно отступили. Риз посмотрел на Эхо. — Что тебе надо?

Эхо помедлил, словно хотел что-то сказать, но затем передумал, пожал плечами и ухмыльнулся.

— Ничего. Я провожу Рейн домой.

Эхо глянул на Ингрид, между ними велась беззвучная беседа.

Слишком долгая история между магическими народами портила атмосферу в клубе. Пускай я пьяна, но всё же не слепа. Кора рассказывала мне о взаимоотношениях Эхо с бывшими братьями-друидами. Логично предположить, что Ориас один из друидов.

— Перед тем как уйти, можно я кое-что спрошу? В следующий раз, когда мы столкнёмся с колдунами или драугами, я ведь могу рассчитывать на вас, ребята? — Я подняла бокал.

Мне ответили поднятыми стаканами и одобрительными возгласами.

— Спасибо. Напитки за мой… — У меня ж нет денег. Я посмотрела на Эхо и ухмыльнулась. — За счёт Эхо.

Эти слова встретили с ещё большей радостью.

— Я не потрачу на них ни цента, — припечатал Эхо.

— Ещё как потратишь, Гримнир. Время налаживать отношения.

— Нет.

Я хлопнула его по груди.

— Ну же, ради Коры. Иначе она расстроится. У меня было видение.

Он прожёг меня взглядом.

— Тебе нельзя читать её.

— Её я и не читала. Это от тебя. — Я вскинула ладонь и выкрикнула: — Всем по два бесплатных коктейля!

— У меня нет с собой карты, — едва ли не прорычал он.

— Пусть запишут на твой счёт. Уверена, ты справишься.

Он вздохнул.

— Хуже Коры, — проворчал он и кивнул бармену. — Вернусь и оплачу.

Затем подхватил меня на руки.

Только один парень носил меня на руках, и я чувствовала себя в безопасности. Торин. Скучаю по нему. Слёзы подступили к глазам. Я зажмурилась, уткнулась лицом в футболку Эхо, раз уж висела на нём, как будто он моей спасательный круг, и молилась о том, чтобы мир вокруг перестал вращаться.

— Что такое? — спросил Эхо.

— Ничего.

Он опустил меня, и я поняла, что мы больше не в «Склепе». Мы в моей спальне. Эхо положил меня на кровать и посмотрел на Ингрид, которая накрыла меня одеялом. Я старалась не обращать на них внимания, но их шёпот был слишком громким.

— Ты дала ей алкоголь? — спросил он. — Они с Корой не пьют. Они даже не знают, как пить и оставаться трезвыми.

— У меня были на то причины. Спасибо, что донёс её, дальше я сама о ней позабочусь.

— А где, Хель раздери его, Торин?

Похоже, Эхо не собирался никуда уходить.

— Занят.

— Чем? Она его главный приоритет.

— Эхо, просто уйди уже. Я справлюсь.

— Позову Кору, чтобы помогла.

— Нет! — Ингрид разозлилась. — Не надо впутывать её в это.

— ДА ХВАТИТ УЖЕ! — заорала я. — Выйдите оба отсюда! — Я всё ещё чувствовала их присутствие в комнате. Взмахнула рукой и выкрикнула: — ВОН!

Повисла тишина. И затем они оба вышли. Оникс выбралась из того места, где она пряталась, и запрыгнула на кровать.

«Так и знала, что ты что-то подцепишь от Гримниров. Например, тягу к вареву смертных. Отвратительно».

«Оникс, заткнись!»

Кровать куда-то уплывала. Внутренности ходили ходуном.

~*~

Я проснулась с сильной головной болью, звоном в ушах, странным привкусом во рту и урчанием желудка. Рядом раздался смешок.

— Оникс, отвали.

— Тебе рано или поздно придётся проснуться, — весело произнёс Торин. В его голосе не было ни намёка на злость.

Я открыла один глаз, подождала, когда свет лампы перестанет причинять боль, и затем открыла второй. Торин лежал на животе рядом со мной с широкой ухмылкой на красивом лице.

— Я была в опасности, а ты не пришёл, — прошептала я. Хотелось произнести это обвинительно, но прозвучало жалобно.

Он убрал прядку с моего лица.

— Норны помешали мне. Да и это только усложнило ситуацию. — Он коснулся татуировки кинжала. — Не мучайся, активируй обезболивающие руны.

Я так и сделала. Головная боль быстро отступила.

— Если продолжишь так развлекаться, мне придётся научить тебя выводить алкоголь из организма с помощью вибраций и рун скорости. Чтобы больше протрезветь, не выходя из бара.

Почему он не злится из-за моего исчезновения? И как кинжал усложнил ситуацию?

— Я пила алкоголь в первый и последний раз. Если мне захочется опьянеть, лучше буду использовать магию.

Я села. Желудок издал такой громкий звук, что я поморщилась.

— Когда ты последний раз ела?

Я пожала плечами.

— В обеденный перерыв. — Нет, я толком не поела суп в доме Эхо в Майами. — Хотя нет, утром.

— В смысле вчера утром?

Мой взгляд взметнулся к часам. Время шесть утра. Неудивительно, что я помираю с голоду.

— Блин! Я пропустила занятие с Бо.

— Он отнёсся с пониманием, потому что я согласился помочь ему с машиной. Возился несколько часов. Не знаю, как людям хватает терпения заниматься всем этим на обычной скорости. Пойдём, я приготовлю тебе завтрак, пока ты принимаешь душ. Тебе повезло, твои родители не знаю, что вы с Ингрид решили устроить девичник в баре, полном Гримниров, одетые в пару кусочков кожи.

Девичник? Да, пожалуй, безбашенная Ингрид могла бы это так назвать. А вот Торин…

— Почему ты так доволен? Норны смогли нас разделить, — мрачно отметила я. — Если мы поженимся, они убьют тебя, как убили мужа Фрейи, или нашего будущего ребёнка, как убил отца Эрика.

— Теперь понятно, почему Бо сказал, что ты выглядела несчастной вчера в школе. Он подумал, что тебя кто-то обижает. Например, я. — Торин спрыгнул с кровати, поднял меня на руки и двинулся в сторону ванной. — Имей немного веры в меня, Веснушка. Родственные души всегда находят друг друга. Взять к примеру нас. Я нашёл тебя, несмотря на то, что нас разделяло восемь веков. Даже если Норны преуспеют, а это ещё под большим вопросом, я найду тебя вновь.

Мои глаза наполнились слезами.

— Нет, нет, любимая, не плачь. — Он усадил меня на столешницу рядом с раковиной и обхватил руками моё лицо. — Я хочу, чтобы ты злилась. Потому что когда ты злишься, ты задаёшь им всем жару. А плакать — плохо. Это слабость. Уортингтоны не женятся на слабых женщинах, и ты, Веснушка, не слабая. Ты скоро станешь моей женой.

Я ущипнула его. Кажется, я начинаю видеть надежду посреди бескрайнего отчаяния. Если он сохраняет оптимизм после всего того дерьма, с которым ему пришлось разбираться, то и я должна. Он прав. Мы со дня на день поженимся. Что может быть лучше?

Торин потянул за один из кожаных шнурков, на которых держался мой топ.

— Мне нравится этот наряд. Я даже хотел бы, чтобы ты его оставила. При одном условии. — Я поймала его руку, когда он уже собирался снять с меня этот топ. — Ты не будешь носить его в моё отсутствие. Или мне придётся выбить зубы всем мужчинам, засмотревшимся на тебя.

При других обстоятельствах его собственнические замашки взбудоражили меня или хотя бы позабавили. Но не сегодня.

— Ты мне не хозяин.

Его брови взлетели.

— Хочешь поспорить? Восемь веков я посвящал себя собиранию душ. Теперь у меня возник новый приоритет. Ты, Рейн Купер. Любить тебя. Присматривать за тобой. Смеяться вместе с тобой. Плакать вместе с тобой. Делать с тобой детишек. — Он ухмыльнулся. — О да, я буду лучшим папой в мире. Ты можешь спасать весь мир, пока я забочусь о семье. И если тебе понадобится помощь, я приду и спасу тебя.

Я закатила глаза на его глупости.

— Я прекрасно справилась вчера без тебя.

— Ты нормально справилась без меня. Приказала матушке-природе помочь тебе с медведями, а затем пошла в бар и наклюкалась. Мне не нужна помощь природы, да и если бы я вчера был в «Склепе», ты бы не замечала никого другого на зависть всем присутствовавшим там Гримнирам.

Я сдалась. Когда он в таком игривом настроении, никакие мои слова не будут восприняты всерьёз. К тому же я слишком устала и голодна, чтобы придумать достойный ответ. В животе заурчало. Кто-то должен придумать руны от голода.

Торин вернулся к развязыванию моего топа.

— Давай снимем это и отведём тебя в душ. От тебя несёт Гримнирами и Хель.

Я оттолкнула его руку.

— Нет. Перестань. Выйди.

— Боюсь, ты можешь упасть, если я…

— Уйди.

Он снова хмыкнул и вышел из ванной. Не сказать, что под душем мне стало легче, но, по крайней мере, я теперь чистая. Кожаный наряд куда-то исчез. Торин. Он же не собирается реально оставить эти вещи на будущее? Они сотканы из магии, а значит, рано или поздно вернут первоначальный вид.

Время было полседьмого, в доме стояла тишина. Я взяла крем. Мой взгляд задержался на татуировке. Очень удобно носить так кинжал. Может, я смогу так сделать и с другими артаво?

Я извлекла клинок из руки и отдала Оникс на хранение.

Затем пошла к Торину. Он готовил стейк и яйца на завтрак. Я подошла к нему и обняла за талию.

— Прости, что я такая ворчунья.

— У тебя будет возможность загладить вину в эти выходные. — Он развернулся лицом ко мне и провёл пальцами по щекам, словно запоминая их на ощупь. — Знаешь, почему?

Я покачала головой.

— Потому что в субботу мы с тобой поженимся.

21. МЫ ЗНАЕМ ПРАВДУ

И как после этого я могла сосредоточиться на чём-то другом? Одно дело обсуждать что-то гипотетическое и другое — знать, когда это точно случится.

Я не помню, что было после этого. Вот я дома, вот я в школе. Кольцо висит на цепочке на моей шее, бриллиант немного впивается в кожу, но мне всё равно.

Хочется кричать: «Я выхожу замуж в субботу!»

По словам Торина, организация идёт полным ходом, но в строжайшем секрете.

— А твой отец в курсе? — спросила я его по пути к школе.

— Да.

Я всё ещё не доверяю этому чернокнижнику.

— Помни, об этом никому нельзя рассказывать, даже Коре.

— Это будет сложно.

Я видела, как Кора заходит в школу вместе с Ингрид, но когда мы дошли до шкафчиков, её там уже не было. Торин проводил меня до кабинета английского, который располагался напротив его класса.

Как только он ушёл, я почувствовала их присутствие. Я окинула взглядом коридор, но не увидела их. Я решила, что не позволю им испортить мне настроение, поэтому пожала плечами и вошла в класс. Мистер Кью уже был в кабинете.

Однако я не могла сосредоточиться. Мысли метались между субботними планами и Норнами. Они поджидали меня в коридоре после урока. Первым порывом было проигнорировать их. У меня сегодня прекрасный день, и я не хочу его омрачать. Я вошла в туалет, заперлась и стала ждать.

Они вплыли с самодовольными лицами. Да, я уже неплохо считываю настроение по их морщинистой мимике.

Я молчала.

— Мы знаем, что ты задумала, — сказала Мардж; её противный голос действовал мне на нервы. — Это не сработает.

У меня внутри всё сжалось. Как они узнали? Не успела я ответить, как кто-то начал стучаться в дверь. Я проигнорировала неизвестную школьницу, желающую попасть в туалет.

— Что не сработает? — разыграла непонимание я.

— Сопротивление приведёт к серьёзным последствиям, — продолжила Мардж, как будто не услышала моего вопроса. — И Валькирия, и твоя мать — все они пострадают из-за тебя.

Я сглотнула, сердце кольнула тревога. Кто им рассказал? Чернокнижник? Наверняка он шпионит для них.

В дверь продолжали ломиться.

— Подумай обо всех тех людях, которым ты помогла. Ты хочешь разрушить их жизни? — спросила Джаннетт.

— Не делай этого, Лоррейн, — сказала Кэти. — Если хочешь, чтобы мы отстали от тебя, мы отстанем. Но не отказывайся от своего дара подобным образом. Тебе придётся совершать ужасные поступки.

Она вытянула руку, словно хотела коснуться меня. Я отпрянула, скривившись.

— Совершенно отвратительные, — пробормотала Джаннетт.

— Ты разрушишь свою жизнь, — грозно предупредила Мардж, тоже подплывая ближе.

— Запятнаешь душу, — подхватила Джаннетт.

Они втроём загоняли меня в угол.

— И души тех, кто тебе помогает, — добавила Кэти.

— На веки вечные, — сказала Мардж.

— УХОДИТЕ! — закричала я.

Они остановились и попятились назад.

— Не делай этого, Лоррейн, — хором произнесли они. — Не делай этого.

Я закрыла уши, но слова эхом повторялись в моей голове.

«Не делай этого, Лоррейн… Не делай этого, Лоррейн…»

Помещение наполнил громкий треск, и в следующее мгновение дверь повалилась на пол. Инспектор Рэндольф, мистер Кью и несколько школьников заглянули внутрь.

— Мисс Купер, с вами всё в порядке? — спросил мистер Кью.

— Мы слышали крик, — добавил инспектор Рэндольф и вошёл в туалет, сканируя взглядом помещение в поисках посторонних.

Не очень хорошая ситуация. Школьники уже достали телефоны и теперь фоткали меня, снимали на видео. Как бы я ни была зла из-за Норн, я не смогу это замять, если быстро не включу голову.

— Мисс Купер? — позвал мистер Рэндольф.

— Здесь был паук, — сказала я, вставая. — Гигантский, мохнатый паук с огромными глазами. Он двигался прямо на меня! — Школьники выбежали в коридор. — У меня аллергия на пауков, и поэтому я их очень сильно боюсь.

— Это правда, — раздался голос Ингрид из толпы. — Я видела, как она вся надулась как шарик от одного укуса. Пришлось вызывать скорую помощь. Дайте пройти. — Школьники расступились, пропуская её. Она взяла меня за руку. — Ты в порядке? Он тебя укусил?

Если я правильно поняла её взгляд, она хотела, чтобы я ответила: «Кажется, да». Я схватилась за свою руку, как будто та болела от укуса.