После того как Хами исчез, трое учеников и сибу по имени Уиглз приготовились к выполнению стоящей перед ними задачи.

– Просто сформулируем наши намерения? – скептически повторила Айрис.

– Помяни чёрта, – пробормотал в ответ Генри.

Его комментарий заставил брови Айрис подняться. Он пояснил:

– Это человеческая поговорка. «Помяни чёрта, и он появится». Звучит плохо, но это просто значит, что когда ты думаешь о чём-то или говоришь об этом, с большей вероятностью это станет реальностью. В данном случае Эсси – чёрт.

– Не думаю, что он был бы в восторге от такого сравнения, – сказала Айрис, пытаясь пошутить.

– Особенно если твой отец ангел, – ответила Трим с сарказмом.

– Я… – начала Розмари, но затем замолчала. Было слишком много информации. Слишком запутанно. Слишком маловероятно.

– Что? – спросил Генри.

– Да просто… я знаю, вы говорите, что русалок не существует, но я недавно нарисовала одну. А потом Хами…

Она вспомнила набросок, который сделала в гостиной посреди ночи, когда лунные мотыльки порхали вокруг неё. Тогда она представляла себе говорящих животных, пока на скорую руку чирикала высокую траву и улыбающуюся обезьяну.

– Неважно, – она покачала головой. – Ничто из этого нам не поможет, если только не приведёт нас к Эсси в мире людей.

Трим протянула руку, но остановилась в задумчивости. Она нерешительно посмотрела на Розмари.

– Какой он? – спросила она.

– Мир людей? – нахмурилась Розмари.

– Всё в том мире не так, – сказала Айрис тихим голосом. – Я выросла с матерью в мире людей, но предпочла бы мир магических существ в любых обстоятельствах. Мир фей волшебный. Феи ценят наши способности. Они могут осуществить все наши мечты. Люди даже не знают разницы между хорошим человеком и плохим. В отличие от людей, феи всегда относились ко мне с уважением, которое я заслуживаю.

– Так почему ты тогда пошла с нами? – спросила Трим. Возможно, её вопрос звучал грубо, но в нём совсем не было остроты. Трим устала.

Возможно, воспоминания Розмари о человеческом мире были не самыми приятными, но утверждение Айрис было несправедливым. Её губы скривились, когда она обдумывала вопрос.

– Ну, я не знаю, что сказать. Я не знаю, в чём разница между миром магических существ и нашим. У нас есть толпы, школы и иногда хорошая погода, иногда плохая. У вас есть машины?

Трим наклонила голову, и её волосы упали набок.

– А как насчёт телевизоров? Торговых центров? Конфетных фабрик?

Трим задумчиво чесала Уиглза.

– Конфеты у нас есть, это точно. Я знаю это слово – «телевизор» – от Оуэна. Что такое «торговые центры»? Это рынок?

– Это рынок, – согласился Генри. – Он часто блестящий, с мраморными полами и яркими огнями, и ты не можешь торговаться за цену. Стоимость указана на ценнике.

– Так в этом и есть люди? – спросила Трим.

Уголок рта Розмари приподнялся в ухмылке.

– Иногда так и кажется.

– Люди, – закатила глаза Трим.

Генри хихикнул. Он расправил плечи.

– Ты готова?

– Сейчас или никогда, – согласилась Трим.

– Трим, подожди, – Розмари схватила её за руку, но вместо этого проглотила свои тревоги о том, сбудется ли её видение и смогут ли они изменить будущее. У неё не было ничего конкретного. Ничего правдоподобного. Ей просто приснился сон, в котором она чувствовала, что Трим должна была там быть, но её не было. Это ничего не значило. Не стоило этим делиться, да и волновать других из-за её необоснованных страхов тоже не было смысла. – Ерунда, – тихо сказала она.

Генри пошёл первым, ухватившись за выемку в дереве, и исчез. Розмари посмотрела на свою соседку по комнате и улыбнулась с надеждой.

– Что бы мы там ни нашли, у тебя есть три человека-проводника. Не волнуйся.

– Отлично, – сказала Трим. – Но, если мне там не понравится, ты будешь виновата.

* * *

Магия.

Жар, свет и запахи обрушились на Розмари, как цунами. Острая солома впилась в её пальцы, когда она приземлилась на колени и ладони на рассыпанное сено. Она вытянула шею, чтобы найти источник света и рассчитывая увидеть луну, но это оказался гигантский прожектор, свет которого просачивался сквозь редеющую крону узловатого саженца. Это был совсем не лес. Маленькое деревце, казалось, цеплялось за жизнь, томясь в небольшом квадрате совершенно высохшей земли, окружённой со всех сторон цементом.

Исчезли природа, покой, умиротворение… но где она оказалась? Не было рядов бежевых домов и ухоженных газонов. Не было торговых центров, добрых соседей и кирпичных зданий школ. Возможно, это была не совсем магия, но это было так похоже на мир людей. Только несколько одичавший, отличающийся и удивительный.

Она стряхнула грязь и сено с рук и колен и встала на ноги. Наступила ночь, но яркие неоновые вывески, светящиеся прожекторы и мигающие стрелки освещали мир, будто стоял полдень. Воздух был с привкусом попкорна, сахара и пыли. Бурлящая река звенящих аттракционов и жуткой музыки должна была сопровождаться смехом и толпами, но вместо этого её встретило странное отсутствие жизни. Всё вокруг казалось странным.

Нет, она ошибалась. Это была не магия. Всё было призрачно вокруг.

В киосках не было никого, кроме мигающих огней и свисающих игрушек. Не было очередей на аттракционы. Скомканный флаер прыгал и скрёбся по пустому бетону как перекати-поле. Она потёрла глаза и попыталась понять, что видит вокруг.

Розмари уже видела такую радугу цветов, огней и звуков раньше, задолго до своих видений. Мать брала её на ярмарку в Западной Виргинии, когда ей было девять. Они лопали воздушные шары, кружились в скрипящих чашках и ели слишком много сахарной жареной выпечки. Там были радость, смех и толпы. Не было пропавших друзей, жутких шатров, колышущихся на ветру, никаких тайных способностей, никаких страшных игр и заброшенных аттракционов, никакого ужаса, или других миров, или миссий по спасению мира, о существовании которого она не знала.

Она была просто Розмари.

Но было именно так. Были радуги, огни, музыка, которые она видела в своих снах. Именно это она подавляла с того самого момента, как встретила Эсси. Она вовсе не хотела видеть его смерть.

Он не умер в её видении. Пока нет. И, возможно, если они добрались сюда вовремя…

– Я думала, ты говорила, что мир людей скучный, – сказала Трим с улыбкой.

Розмари обернулась с открытым от удивления ртом, чтобы узнать, что привлекло внимание Трим. Её потянуло к ярко-розовому киоску, который превращал сахар в пушистые голубые облака, хотя даже если кто-то и управлял этой сладкой лавкой, ей не удалось никого разглядеть. Но дети, рождённые в человеческом мире, знали, что что-то совсем не так.

– Это не…

– Мы не…

– Но…

Айрис, Генри и Розмари начали свои скептические предложения одновременно.

– Смотрите! – замахала Трим. Она указала на деревянную стрелку с размазанной красной краской, на которой было написано «КОНТАКТНЫЙ ЗООПАРК ТАМ». Розмари открыла рот, чтобы возразить, но увидела, как Уиглз спрыгнул с плеча Трим и нырнул в своё укрытие в рюкзаке. А Трим уже направилась к животным, прежде чем Розмари успела её остановить. Она попыталась дотянуться и схватить свою соседку по комнате, прежде чем та свернула за угол, но чуть не ударила Айрис в ответ от испуга, когда та закричала рядом с ней.

Аниматронный клоун выскочил на своих колесах из зеркального лабиринта неподалёку. Скрипучий смех робота с разряженной батареей звучал глубже и ниже, чем должен был. Когда-то весёлая песенка играла медленно, разбитыми нотами, а его голосовой аппарат скрипел что-то о том, какие чудеса они обнаружат, если войдут в его дурдом.

– Я ненавижу это место, – Айрис затрясло, несмотря на жару.

– Я ненавижу ещё больше мысль о том, что Эсси здесь, – ответила Розмари.

Они пробирались сквозь киоски с воздушными шариками, играми с водяными пистолетами и огромными молотами, зазывающими их проверить свою силу. Казалось, никто не работал на этом карнавале, хотя все огни были включены, а звуки разносились отовсюду.

– Трим! – крикнула Розмари вслед своей соседке по комнате, но это было бесполезно.

Генри беспомощно пожал плечами.

Розмари сказала:

– Ей не понравится человеческий контактный зоопарк. Там будут только козы, кролики, овцы и тому подобное. Ничего волшебного.

– Козы волшебные, – возразил Генри. – Я за ней схожу.

Она смотрела, как он побежал за её соседкой, пока они не исчезли на фоне низких металлических решёток и единственного пятна зелени на тёмном, как ночь, карнавале. Где-то вдали под деревом блеял козёл.

Айрис осталась стоять на месте как вкопанная.

– Мы уверены, что Эсси именно здесь?

– Твоя догадка не хуже моей, – с досадой ответила Розмари, хотя это было не совсем правдой. А правда была в том, что это были те самые цвета, те самые огни, но где… – Если Хами прав и установка наших намерений привела нас к нашему другу, то Эсси определённо здесь… где-то. Это жуткое место. Я не хочу оставаться здесь ни минутой дольше, чем потребуется.

Айрис встала на цыпочки, словно это поможет ей найти признаки жизни среди жуткой пустоты.

– Если бы я была Эсси и меня действительно похитили бы… разве всё не началось бы у фонтана?

Розмари нахмурила брови:

– Что?

Девушка не встретилась с ней взглядом, когда продолжила:

– Он же джинн, верно? Желания – это своего рода их конёк. И где люди загадывают больше всего желаний? На тортах в день рождения? В колодце желаний? Может, у гадалки? Или у…

В этот момент взгляд Розмари зацепился за что-то прямо над плечом Айрис. Это был гигантский фиолетовый баннер: «МИСТИЧЕСКИЙ ОСОБНЯК МАДАМ МИЛЛИ: ЗДЕСЬ СБЫВАЮТСЯ ВСЕ ВАШИ ЖЕЛАНИЯ».

– Или мистический особняк? – спросила Розмари. Она схватила Айрис за плечи и повернула её, чтобы та увидела палатку. – Если бы я пообещала людям место, где сбываются все их желания, мне пригодился бы джинн. Разве нет?

Рот Айрис открылся от удивления. Она помахала рукой, направляясь за Генри и Трим.

– Я пойду за остальными. Скажу им, куда ты направляешься.

Может быть, ей следовало подождать, чтобы войти всем вместе. Возможно, было бы разумнее позволить Генри и его теням взять на себя инициативу или Трим с её криком. Но у Розмари тоже было что-то полезное.

Она бы уже знала, если бы её действие в одиночку могло привести к каким-нибудь трагическим последствиям.

И поэтому она не стала ждать. Она позволила срочности и смелости потянуть себя вперёд, как будто её поймали лассо и тянули всё ближе и ближе к Эсси.

Едва Айрис успела повернуться к ней спиной, как Розмари направилась к шатру в красную полоску. Она протянула пальцы к завесе входа к мадам Милли и засомневалась. Неуверенность охватила её, и сердце задёргалось и забилось чаще. Возможно, она выживет, что бы ни было внутри, но тот, кто забрал Эсси, был достаточно силён, чтобы поймать джинна.

Прямо сейчас Эсси не нужны были её суперспособности. Её другу нужно было, чтобы она была смелой.

Розмари протиснулась сквозь завесу. Она крепко зажмурила глаза, готовясь к страшным похитителям, к щёлкающим челюстями львам, к клеткам для заключённых, и огню, и любому количеству ужасных вещей. Она приоткрыла один глаз, чтобы осмотреть тихий шатёр, грязный пол, пустой стол и в самом конце – стеклянный механический ящик. В центре комнаты вращался наполовину перегоревший диско-шар и освещал шатёр тусклыми красными и жёлтыми лучами.

Она открыла другой глаз и нахмурилась.

Розмари прошла в шатёр и подпрыгнула от внезапно раздавшегося голоса, хотя никого не было видно. Внизу она увидела железную коробку со старинным динамиком, которая среагировала на её движение и статично повторяла своё сообщение: «Шоу мадам Милли в шесть, восемь и десять. Машина предсказаний доступна в любое время. Не стесняйтесь».

Она сдерживала свой страх, пока осматривала шатёр. В центре комнаты стоял круглый стол с фиолетовой бархатной скатертью. В самом центре стола был хрустальный шар, крутящийся в клубах дыма. Розмари заглянула под стол и увидела трубки и провода, которые подавали дым.

Она вздохнула, опустила скатерть и подошла к единственному предмету в шатре. Манекен в натуральную величину, запертый в стеклянной коробке, одетый как ведьма и украшенный монетами, магическими картами, сундуком с пластиковыми сокровищами и тем, что, по-видимому, было лампой джинна. У него в руках был шар, похожий на тот, что приклеен к столу, хотя этот шар светился ярким зелёным светом. Буквы на стеклянной коробке гласили: «УЗНАЙ СВОЁ БУДУЩЕЕ ЗА 25 ЦЕНТОВ».

Что-то зловещее таилось в манекене с неморгающими глазами, будто он бросал ей вызов проверить свою судьбу. Сердце Розмари заколотилось, она подавила свои страхи и постаралась вспомнить, что она не чужда будущему.

Она заглушила мысль о том, сколько денег у неё было бы, если бы она получала по четвертаку каждый раз, когда предсказывала кому-то будущее, хотя её дар не был связан с тем будущим, которое люди хотели знать. Вместо этого она нахмурилась и сунула руку в карман, чтобы проверить, есть ли у неё лишний четвертак. К её большому удивлению, у неё оказалось несколько монет, которые, должно быть, остались в кармане с тех пор, как она приехала из своего дома в Поинт-Плезант. Она вставила монету в машину, и челюсть манекена заскрипела на петлях, как у страшной театральной куклы.

Голосовое устройство монотонно стонало от старости, пока произносило: «Узнай своё будущее».

Огромная стеклянная коробка выплюнула тонкий прямоугольник бумаги. Розмари вытащила его из устройства: «Иногда, чтобы двигаться вперёд, нужно вернуться назад. Обратись к своему прошлому за ответами».

Парк был настолько ужасным, что это бесполезное предсказание надломило что-то в ней, и она не удержалась от резкого смеха.

– Спасибо.

То, что она вошла в шатёр, не обещало большого шанса на успех и в конечном итоге оказалось тупиком, если только следующий мудрый совет манекена не скажет ей точно, где найти Эсси. Любая идея была бы лучше, чем тратить ещё один четвертак, но у Розмари не было идей. Она огляделась, чтобы проверить, не уронил ли кто-нибудь мелочь, когда заметила что-то странное.

Монета.

Нет, не одна, не три и не пять. Это была аккуратная дорожка из медных монет, ведущая от машины к тёмной щели в стене позади неё. Тревога хлынула на Розмари, когда она вспомнила, как Эсси ловил монеты из фонтана в Ферн и прятал их в карманы.

Там должен был быть он. Она сглотнула ком в горле и сделала нерешительный шаг к дорожке из монет.

Она обернулась и увидела Трим, Генри и Айрис, на их лицах читалось недоумение. Она махнула им, чтобы они поторапливались, и нырнула в тёмную щель за машиной, надеясь, что они последуют за ней.

Никакой мадам Милли здесь не было.

Никаких хрустальных шаров, машин или стопок четвертаков.

Она вошла в шатёр с маленьким столом, большим, ярко освещённым зеркалом, тремя узкими койками и человеком, сидящим со скрещёнными руками посередине комнаты в зелёной тунике с вышивкой. Большие глаза оливкового цвета уставились на неё.

Её сердце наполнилось радостью. В ушах зазвенело от волнения. Она хотела прыгать, бежать к другу, обнять его, но Эсси вскочил на ноги прежде, чем Розмари успела сказать хоть слово. Шарканье, спешка приближающихся шагов и перепалка прервали их. Эсси схватил её за руку, толкнул к толстым занавескам, свисающим рядом с зеркалом, и произнёс лишь одно слово:

– Прячься!