— Привет, Лизкин, — оттолкнулся от блестящего бампера и с улыбкой на меня пошел. Свиньей, как шведы. Так, а у меня не зима и ледовое побоище не выйдет провернуть. Придется импровизировать.

— Чего тебе? — буркнула, воинственно сложив руки на груди.

— Ну хватит, давай поговорим без нервов. Ты пообижалась. Я все понял, — и любовно погладил черное крыло мерседеса. — Это я для нас заработал. Возвращайся, Лиз, м?

— Ты сейчас серьезно? — ошеломленно округлила глаза. — Ты трахал начальницу, Макс. Ты блядун! Предатель!

— Ой да ладно! — завелся с пол-оборота. Он всегда пытался найти крайних. Виноват кто-то, но не он. — Это был просто секс. Сброс энергии. Рабочий момент. Я тебя люблю, Лиза. Мы поженимся, как и собирались. У нас все будет.

— Что тебе нужно, а?

В любовь я не верила. Я ведь застала их в машине возле нашего дома: он даже в отель свою директрису не повез! В квартире, где мы жили, с ней развлекался! Когда собрала вещи и ушла, устроив скандал, Макс кричал, чтобы валила, а сам барыню свою обхаживал.

— Я скучаю, Лиза. У нас с Мариной Сергеевной все. Клянусь.

Я смотрела на него статного, красивого блондина, с которым мы встречались еще с университета. Макс всегда жаждал успеха и признания. Был карьеристом, и мне это нравилось. Я сама такая: уверена, что женщина должна иметь профессию и собственные деньги. Но я бы никогда не легла с начальником ради должности, а он…

— Я люблю тебя, Лиза, — попытался обнять меня. Я краем глаза заметила агрессивную черную морду со значком порше. Авто плавно притормозило, а через секунду из нее вышел Белов: белые кроссовки, светлые джинсы, белоснежная футболка и стильные очки-капли. Жаль, что дождей давно не было и грунт подсох, эх!

— А я не люблю, — ответила и шагнула к Демьяну Белову. Грех не воспользоваться ситуацией. Такой экземпляр способен вызвать зависть. Пусть Макс желчью подавится! — У меня новый мужчина, — обняла широкие плечи и, привстав на носочки, сама поцеловала Демьяна. Он был в замешательстве ровно полсекунды, затем жадно скользнул языком мне в рот и положил руки на ягодицы. Даже ущипнул меня за правую, мерзавец!

— Так тебя нужно всего лишь хорошенько вспахать, клубничка? — шепнул, вдавливаясь в живот бляшкой от ремня. Это ведь она, не Белов младший упирался в меня, правда?

— Лежать, дружок, — ответила в губы, коленом взвесив его пах. — Если не хочешь омлет из двух яиц и одной сосиски.

Демьян очень по-мужски хмыкнул.

— У меня венская сарделька, кудряша.

Я услышала оглушительный хлопок двери и визг тормозов.

— Шлюха! — из приоткрытого окна крикнул Макс. Я показала ему фак и звонко рассмеялась. Затем оттолкнула Демьяна.

— Фу, не люблю колбасу. В ней одна химия, — и отпрыгнула, заметив, что достаточно пухлые губы превратились в тонкую линию. Не любит, когда обижают младшего братишку. — За мной, дружок, — дернула плечом и пошла во двор. Наш месяц начался!

Глава 3

Демьян

— Ты что?! — Олег демонстративно выпучил глаза. — Реально коров пасти поедешь?! — и ржать начал. Стас его поддержал. Кони.

Олежа включил запись стрима кудрявой болонки. Звездец, это выглядело еще хуже, чем я запомнил. Клубничная, конечно, стерва, но и я дурак. Выставил себя заносчивым снобом, еще и подвязался на идиотскую авантюру. Если честно, первым порывом было послать ее, как только в машину сел и рванул в город. Но это коза кудрявая тут же сообщила на своем канале, что будет вести отчет каждому дню, а еще, что уверена будто я слиняю максимум через неделю.

— А как это все будет выглядеть юридически? — поинтересовался Стас. Он ведь адвокат, зрит в корень. — Нужно заключить договор…

— Ага, — прервал Олег, — он будет месяц комаров кормить, а стройку девчонка все равно забреет, — рассматривал Клубничную. — А она ничего так, — оценивающе присвистнул.

— Ничего особенного, — вяло парировал я.

— А что, — хищно улыбнулся Олег, — давай забьемся? Неделя норм или много завалить ее?

— У меня на деревенскую романтику вставал примерно никогда, — промочил губы безалкогольным пивом. Мне еще со Светкой объясняться.

— А может, деревенская ягодка не для тебя цвела, а? — подначивал Олег.

— Ну, не такая уж деревенская, — Стас изучал информацию на айпаде. — Питерская она. Журналистка, блог ведет.

— Можно женщину вывести из деревни, но деревню из женщины никогда, — со знанием дела заметил я.

— Светка? — понимающе хмыкнул Олег. Я только кивнул. Вот никогда с бабой не жил и не нужно было начинать! Единственная женщина, которую выносил, это мать. И то дозировано. И нет же, ударила моча в голову: повелся на длинные ноги и упругие сиськи. Веселая, красивая, мозг не выносит и денег не клянчит. Думал, счастье мое зеленоглазое. Тигрица в постели, котенок в быту. Ага, сейчас! Через три месяца ключи от моей квартиры выпросила: на время, пока в ее съемной якобы воду отключили. Ну ок, я даже рад был: Светка очень качественно умела работать ртом и часто будила меня именно так. И вот она как поселилась… Недели не прошло, как начала трахать меня исключительно в мозг. Ах и ох, да с оттяжкой. Даже сейчас наяривала. Мне не нужно было читать, чтобы знать, что там:

Ты где? Я жду! Обещал быть в семь! Ты задолбал со своей работой! Или у тебя новая баба!

И так по кругу. А я ведь не ходок. Не, ну с пацанами бывало кутили и гуляли, девчонок таскали, спорили с Олежей, кто круче, но это по молодости. Сейчас я уже перерос, и линейку, которой прибор мерил, отложил на дальнюю полку. В бизнес семейный вошел, возможно, даже женюсь, но не скоро и точно не на Светке.

— Ладно, мужики, — пожал руки, — поеду изгонять дьявола из своего дома.

— Ладан и кадило захвати, — ржал Олег.

— Мое личное мудило при мне. Этого достаточно.

Домой ехал нехотя: не люблю скандалы, а Светка последнюю сцену устроила с битьем какого-то пафосного фарфора, подаренного мне матерью. Нужно купить такой же, а то приедет с ревизией и тоже бубенцы крутить начнет. Я вроде давно от сиськи отлучен, только мать не понимала: отца задушила опекой, теперь мне покоя не дает. Но я не батя, не брошу. Я его не осуждал, что устроился между молодых и стройных ножек, тем более мать финансами не обидел. Ушел честь по чести. Дотошная она, педантичная, с такой чем дальше тем сложнее. Но сын не муж, не оставит.

Я вышел из лифта и уже на подходе к лофту услышал подозрительные стоно-крики. В моей квартире либо сношались в особо извращенной форме, либо кого-то убивали. Мы же в Питере. Расчлениград.

Открывать не пришлось, ручка поддалась без проблем. Вошел и охренел: мать и любовница занимались перетягиванием какой-то хитрой скатерти. У меня все четко, минималистично и умеренно эклектично. Так какого ху… хрена мой лофт переживал нашествие Годзиллы и Кин-Конга одновременно?!

— Что здесь происходит?! — прогремел в ярости.

Мама, изящная маленькая брюнетка, сразу застыла, на ходу собирая привычный образ утонченной леди. Светка выдернула у нее скатерть и победно улыбнулась.

— Сынок, что за хабалку ты привел в дом?! Ты посмотри, что она устроила?!

— А вы?! — Светка в долгу не осталась. — Это не ваш дом, чтобы порядки здесь наводить! Я здесь хозяйка: хочу бью посуду, хочу стены перекрашиваю, хочу…

— На транзисторе играю, — холодно добавил и прошел в спальню. Вещи в чемодан побросал, мыльно-рыльные туда же, пару наручных часов. Может, и хорошо, что уеду из города: планировал отпуск на Бали, но Верхние Ляшки те еще неизведанные земли. Стану Колумбом!

— Ты, — ткнул пальцем в Светку, — съезжаешь отсюда нахрен. Ты, — и в мать, — приведи в порядок это ледовое побоище. Через месяц проверю, — затем гордо удалился.

Переночевал в отеле. Телефон отключил. Перед отъездом заехал в офис и перевел отдел в автономный режим. Деду не стал говорить о споре с кудрявой болонкой. Просто объявил, что решаю вопрос и уложусь в срок. Поселюсь в вагончике Сан Саныча, работать удаленно буду, а через месяц начнем стройку, ну либо я эти Ляшки сожгу к чертовой матери!

Остановился возле дома Клубничной: тут и она и парень какой-то. А Лизонька ничего при ближайшем рассмотрении: волосы густой волной до талии спускались, шортики возмутительно короткие, живот открыт и лифчика кудряша точно не носила.

Ох ё! Она подошла и сама меня поцеловала. А пахнет-то ягодами! Естественно, у меня встал. Я со Светкой в последнее время больше ругался нежели ипался. А тут само плывет в руки, и не говно, что очень важно! Признаюсь, думал, кроме него в этом местечке, больше нечего ловить. Возможно, ночь сегодня будет томной. У меня никогда не было на сеновале.

— Пошли, покажу твои апартаменты, — слишком сладко улыбнулась. Я непонимающе нахмурился.

— В смысле? — бросил в спину. — Ты меня у себя поселишь, кудряша?

— Нет, — звонко рассмеялась. — Рядом, — и открыла дверь в какой-то курятник. На меня натурально бросился петух!

— Фак! — выругался, потирая руку. — Это что за черт?!

Клубничная Лиза показательно ударила себя по лбу.

— Это не черт! Это петух! — заметила, словно я законченный олигофрен. — Зовут Семен. Будет твоим соседом.

— Ты реально думаешь, что останусь здесь жить? — презрительно оглядел убогое жилище. Маленькое пыльное окошко, по углам паутина, узкая кровать с тряпочным матрасом. Я такие видел только в старых советских фильмах.

— Мы перешли на «ты»? — стрельнула в меня ярким голубым взглядом.

— Сегодня да, — сухо бросил.

— Поцелуй ничего не значил. Это так, показательное выступление. Ты, Демьян Белов, вообще ни в моем вкусе.

Я громко рассмеялся. Да ладно!

— Я, конечно, ради дела мог бы с тобой, а так… — придирчиво осмотрел ее. Симпатичная, фигурка ничего, взгляд дерзкий, но так-то ничего особенного. — Ты фейс-контроль в мою постель не проходишь.

— А что же не так? — переняла мой тон и руки на груди сложила. Хорошие сиськи и задница тоже. Что есть, то есть.

— Метр семьдесят, пятьдесят килограмм, блондинки во всех местах, грудь полная тройка. Ты проходишь только по последнему параметру.

— Мне тоже нравятся высокие блондины во всех местах. Ну и двадцать сантиметров, — бросила взгляд на мой пах.

— Солидно, — отметил уважительно. — Мне нужны гарантии, что через месяц твоя кудрявая башка не будет крутиться на стройке.

— А мне, что твоя надменная морда через месяц больше не будет мозолить нам глаза.

— Мой адвокат подготовит документы, идет? — протянул руку.

Клубничная облизнула губы и пожала мою ладонь.

— Ты же понимаешь, что это война? — дернул ее на себя.

— Главное, чтобы ты понимал, — пяткой наступила на белый носок моих кроссовок, да еще и прокрутила. Ну и зараза! Будет ей настоящая война!

Глава 4

Лиза

Я проснулась в шесть утра. По будильнику, естественно. Надобности так рано вставать у меня лично не было, но я просто не могла позволить этому наглому снобу Белову сладко выспаться на деревенском воздухе. У нас подъем с петухами, причем в прямом смысле!

В деревне я одевалась просто и удобно: шорты, майка, никакого макияжа, разве что на стримы могла подкраситься и надеть что-нибудь яркое и запоминающееся.

Вооружилась беленькой кошкой Тяпкой, лейкой с холодной водой и злым петухом Семеном. Надеюсь, он не возьмет на таран меня.

— Цыпа-цыпа, — шла на вредного Семку. Он, завидев меня, хвост распустил, крыльями захлопал, броситься привычно хотел. — Зараза, когда-нибудь я точно сварю из тебя суп!

Я кинула ему семечек, а потом метлой погнала к флигелю, где Белов устроился. Хотела завалиться с песнями и плясками, но неожиданно замерла, рассматривая его спокойное умиротворенное лицо. Когда высокомерно говорил и обводил надменным взглядом все, до чего глаз дотянуться мог — ну такой противный! Всегда терпеть не могла мажористых снобов! Со мной много таких училось: знаю, как они устроены, насколько уверены в собственной безнаказанности и способны на все виды подлости.

Я на цыпочках подошла к кровати, с интересом разглядывая лицо и голую грудь с редкой порослью темных волос. Белов в форме: руки рельефные, жилистые, загорелый живот подтянут, без кубиков, но очень даже.

Повернула голову на бок и прикусила губу, завистливо разглядывая длинные кружевные ресницы — вот везет же некоторым! Какого цвета у него глаза? Не помню. Не смотрела. Прочитала всю его подноготную, перерыла интернет, но внешностью совсем не интересовалась. Красивый, этого не отнять. Сильный подбородок с ямочкой, твердая линия губ, пухлее, чем положено мужчине, но ему шло, высокий лоб и взлохмаченные темные волосы. Ему тридцать и он успешен, богат, привлекателен, а я собралась укрощать его трудом: лопатой, грядками и курами.

Тихо рассмеялась и непроизвольно коснулась спутанных со сна волос, убирая непокорную челку с глаз. Дальше опомниться не успела, как оказалась прижата мощным телом к скрипучей кровати. У него что, эрекция?!

— Офигел?! — руками в плечи уперлась.

— Вот черт, — взгляд Белова прояснился. — Думал это кто-то посимпатичней, а это ты кудряша.

Гад! Ну мерзавец!

— Тогда слезь с меня!

Демьян перекатился на бок, но все равно касался меня. Места критически мало, как и воздуха.

— Признавайся, фапала на меня? — с насмешкой бросил.

— Порчу наводила, — вскочила, как гордая козочка. — Будешь руки распускать, отвалится хозяйство.

Белов рассмеялся, так искренне и весело, прежде чем смерить меня критическим взглядом.

— Кудряша, я говорил, ты не в моем вкусе.

— Правда? — округлила глаза и скосила их на вздыбленный пах. Эта сволочь самодовольная даже прикрыться не захотела. Он конечно не голый, но зачем мне трусы вместе с прибором показывать?! Внушительным, кстати. Сарделька явно стремилась к двадцати сантиметрам.

— Извини, — накинул простыню и погладил прыгнувшую на кровать Тяпку. — Какая красавица. Вот такие блондиночки в моем вкусе.

— Зоофил и гомосексуалист в одном флаконе? — вздернула бровь.