Ночью в Простоквашино было тихо, ничего страшного и даже странного не произошло. Дядя Фёдор, пёс и кот встретились за завтраком. Мальчик с удовольствием уплетал кашу, Шарик тоже с аппетитом вылизывал миску до блеска. И только Матроскин оставался недоволен. Он ковырял в тарелке ложкой и вздыхал.

– Что это мы всё без молока и без молока? – печально промурлыкал Матроскин и нарочно громко вздохнул. – Так и умереть можно. Надо бы корову купить, – заявил он деловито.

– Надо бы, – поддержал Дядя Фёдор. – Да где денег взять?

– Надо что-нибудь продать, – беспечно предложил Шарик. Люди всегда так делали, когда были нужны деньги.

– А что? – поинтересовался кот.

– Что-нибудь ненужное, – брякнул пёс первое, что пришло в его лохматую голову.

Такое вопиющее легкомыслие рассердило Дядю Фёдора. Он стукнул кулаком по столу, заставив кота и пса разом замолчать и задуматься.

– Чтобы продать что-нибудь ненужное, надо сначала купить что-нибудь ненужное. А у нас денег нет.

– А давай, Шарик, мы тебя продадим? – вдруг предложил Матроскин.

– Это как так… – Шарик аж поперхнулся. Такого отношения он совсем не ожидал.

– Никого мы продавать не будем. – Дядя Фёдор понял, что пора поставить точку в бессмысленном споре, и добавил с заговорщицким видом: – Вчера, когда мы в доме убирались, я кое-что нашёл.

Мальчик направился к комоду, извлёк из ящика старую шкатулку и раскрыл. Внутри лежал тот самый листок, на поверку оказавшийся картой окрестностей. Один из углов был отмечен красным крестиком – точь-в-точь как в романах про пиратов и сокровища.

– Смотрите, – он ткнул пальцем в крестик. – Я думаю, тут клад зарыт. И мы пойдём его искать!

– Ура! – радостно завопил Шарик, потянув себя за уши с такой силой, что не удержался на табуретке и рухнул на пол. – Склад!

– А был бы котом, приземлился бы на лапы, – философски заметил Матроскин, проследив за ним недовольным взглядом.

Днём вся компания отправилась на поиски. Дядя Фёдор шагал впереди, сверяясь с «картой». Шарик нарезал круги, принюхиваясь к каждому кусту и кочке, будто действительно мог взять след, Матроскин замыкал колонну.

На одной из полянок мальчик замедлил шаг, огляделся и, уверенно кивнув, ткнул пальцем в листок.

– Здесь!

Пёс, который по инерции проскочил вперёд, тут же прибежал обратно и закрутился на месте, осматриваясь.

– Да, я сразу понял, что здесь, – хвастливо добавил Шарик. – У меня нюх стопроцентный.

– Ага, – хмыкнул кот. – Враньём попахивает.

Эту реплику кота мальчик проигнорировал. Он молча взял лопату и принялся за раскопки. Пёс с котом, не в силах чем-то ему помочь, устроились рядом и сосредоточенно наблюдали. Вот Дядя Фёдор уже погрузился в яму по пояс, а клада было не видать. Что будет, если он на километр закопан? Да и вообще: кому пришло в голову спрятать что-то ценное в лесу, в паре сотен метров от деревни, да ещё и так глубоко? Но раз так, наверняка там как минимум сундук золота.

– И как это я сам не додумался про клад? – размышлял Матроскин вслух, разведя лапами. – Теперь и корову купим, и в огороде можно не работать. Мы всё можем на рынке покупать…

– И в магазине, – добавил Шарик и объяснил: – Мясо лучше в магазине покупать.

– Почему? – удивился кот.

– Там костей больше, – мечтательно вздохнул пёс, наблюдая за летящими в стороны комьями земли…

– Подождите клад делить, может, тут ещё и нет ничего… – сердито напомнил Дядя Фёдор.

– Да, это называется сосать лапу неубитого медведя. Народная мудрость, – с готовностью поддакнул Шарик. Он вообще любил болтать – неважно о чём, – главное, побольше и почаще.

Матроскин покосился на него и укоризненно покачал головой.

– Ой, Шарик. Не с тем ты народом общаешься…

Дядя Фёдор перестал копать и вытер лоб тыльной стороной ладони. Она стоял в яме почти по плечи, а рядом уже высилась солидная гора земли. Надо сделать перерыв.

Он с силой вонзил лопату в глину под ногами… и в ответ послышался металлический звяк. На мгновение вся компания застыла от волнения и даже легкого испуга.

Первым пришёл в себя Шарик. Он спрыгнул в яму и принялся отчаянно рыть лапами землю. Дядя Фёдор присоединился к нему спустя минуту. И вот что-то блеснуло. Вся компания чуть не завопила от радости. Клад! Он всё-таки существует!

Спустя ещё полчаса на свет извлекли заляпанный комьями грязи старый сундук. Шарик тяжело дышал, вывесив язык, Дядя Фёдор вытирал пот. Но главное было сделано: у них в руках настоящий клад!

Матроскин подцепил лапой замок и скептически покачал головой.

– Предупреждаю: я замки вскрывать не умею, – заявил он на всякий случай, предупреждая вопросы. – У меня в семье только приличные коты были.

– Как говорит мой папа-инженер: «Авось что-нибудь придумаем», – заверил друзей Дядя Фёдор, засучивая рукава. Раз он теперь самостоятельный, придётся научиться всё делать самому, даже замки вскрывать.

Тук-тук. Звяк-звяк. Тачка подскакивала на кочках, а сундук – на тачке. Стук-стук.

Было тяжело, но награда того стоила. Поэтому Дядя Фёдор катил тачку в сторону дома, несмотря на её солидный вес, а пёс и кот шли следом с инструментами на плечах. Было темно и тихо. Все жители уже давно спали в своих постелях и десятый сон видели… все, кроме вездесущего Печкина.

– А чего это вы в сундуке из леса тащите? – с любопытством спросил он.

Матроскина всё больше и больше раздражал назойливый почтальон. Что он всё время лезет не в своё дело? Как будто своих мало!

– Это мы за грибами ходили, ясно вам? – заявил он, выступая вперёд и перегораживая соседу дорогу.

– Что это за грибы такие, что вы их в сундуке носите? – не отставал Печкин.

– Обычные грибы, – пожал плечами Дядя Фёдор, поддерживая игру кота. – Подсундучники.

– А замок вам зачем? – Печкин указал пальцем на сундук. Когда творилось что-то интересное, он просто не мог удержаться. Не отступит, пока всё не разузнает! Любопытство было сильнее его.

– А это чтобы всякие любопытные почтальоны туда свой нос не совали, – огрызнулся кот.

Печкин проводил компанию недовольным взглядом и побрёл восвояси.

– Они бы ещё с чемоданом пошли, – пробормотал он обиженно, покрутив пальцем у виска. Мало того, что говорящие, так явно не в своем уме. Интересно, это заразно?

Как и ожидалось, никакого ключа в шкатулке – да и во всём доме – не нашлось. Пришлось воспользоваться дедовским методом – ножовкой. Дело шло медленно. Дужка поддавалась плохо, пила отвратительно скрипела, а Дядя Фёдор выбивался из сил. К сожалению, помочь ему было некому. Единственное, на что были способны кот и пёс, – это держать лампу и вытирать ему пот со лба.

Но вот дужка переломилась, и замок, поддавшись, с грохотом рухнул на пол. Дядя Фёдор тяжело вздохнул, опустив пилу, а Шарик с Матроскиным со всех ног бросились к сундуку. Никто не знал, что окажется внутри, но все трое ожидали чего-нибудь ценного. Это же настоящий клад!

Первой на свет вытащили старую керосиновую лампу, такую же, как у кота. Потом – потёртый дырявый чайник.

– Это что за бесполезные ископаемые? – фыркнул кот.

Шарик продолжал с энтузиазмом рыться в сундуке, а гора старого хлама у их ног росла. Наружу летела треснутая посуда, потрепанная одежда, сапоги, помятый самовар…

– Один хлам… – обиженно ругался пёс. – У нас на чердаке такого склада полно.

– Да, обидно, – громко вздохнул Матроскин. – Все наши старания – псу под хвост.

Шарик недовольно покосился сперва на свой хвост, потом – на кота. А Дядя Фёдор заметил, как среди хлама на дне сундука что-то блеснуло. Мальчик нагнулся и вытащил на свет блестящий кругляшок. Ничего себе! Старинная монета, царский рубль! Вот это действительно – сокровище.

– Если бы все клады такие были, пираты бы не сокровища, а вторую работу искали! – продолжал ворчать кот, искоса взглянув на Дядю Фёдора, который с любопытством разглядывал находку…

– Видимо, золото-брильянты только в мультиках бывают, – расстроенно вздохнул Дядя Фёдор. Он и сам отчаялся. Казалось – вот она, удача… но нет.

– Эх, плакала моя коровка! – Матроскин сам готов был расплакаться. – За такое не то что корову – стакан молока не купишь.

Он взял монетку у мальчика и крутил её в лапах. Дядя Фёдор расстроился не меньше кота. Он впервые оказался в ситуации, когда надо что-то достать, а его этому никто не научил. Поэтому он стал вспоминать, что обычно в таких случаях делали взрослые. И его осенило.

– А давай у кого-нибудь корову напрокат возьмём? Чтобы попробовать? Может, этой монеты и хватит? Она всё-таки старинная, а значит – ценная.

– Мысль правильная, – подумав, согласился кот. – Если нам с коровой жить понравится, мы её насовсем возьмём!