– А что будет, если они нас все-таки найдут? – спросил Коди.

– Не знаю, – честно ответил Хантер. Ему вообще не хотелось забивать этим голову. Хотелось, чтобы в ней было место лишь для мыслей о Луне и ровном сиянии ее светляков.

Братья лежали рядышком в домике из одеял: головы касаются стены, а ноги торчат снаружи из-под угла одеяла, которое служило дверью (то есть ноги Коди; Хантер торчал почти весь, начиная с пояса).

Пододвинувшись к брату, Коди уткнулся ему в плечо:

– А кто такие «они»? Кто – «он»?

Хантер закрыл глаза:

– Не знаю.

– Но ты должен знать! – обиженно воскликнул младший брат. – Ты уже большой. – Хантер услышал, как брат выбирается из крепости и идет в другой угол комнаты, чтобы открыть клетку. Скоро Хантер ощутил, как локоть щекочет нежный мех. Когда он открыл глаза, крольчиха сидела у его щеки.

– Нефрите страшно, – сказал Коди.

Хантер уставился на «потолок» домика – старое лоскутное одеяло, купленное матерью за пару баксов на дворовой распродаже. Разумеется, она его выстирала и каждое лето вывешивала дезинфицировать на солнышке. Но желтые пятна, навечно приставшие к нескольким квадратикам, не давали забыть о том, что одеяло стало принадлежать семье И лишь после того, как другие попользовались им и решили от него избавиться. О том, что они могли позволить себе только такие вещи. Как и о том, что они так живут потому, что родители несколько раз подряд принимали неверные решения, из-за которых они теперь скрываются, платят только наличными и экономят буквально на всем в надежде, что когда-нибудь им удастся выкупить свою свободу.

– Хантер! Ты меня слышишь?

– Нефрите давно пора учиться быть смелой.

Ему очень хотелось, чтобы брат не понял, как он мрачен.

– Что, если Нефрита не знает, как это сделать?

Хантер повернулся на бок и оперся на локоть. Коди поднял крольчиху и коснулся ее носиком носа Хантера.

– А вот совет ей не помешает.

– Смотри, Нефрита. – Хантер увидел, как крольчиха моргнула, что она делала редко, и не удержался от улыбки. – Иногда нужно рассказать себе историю, которая поможет набраться смелости. А порой – заставить себя делать то, что страшно. А иногда – поступать спонтанно. Словом, пробовать и искать свое.

– Как это – спонтанно? – спросил Коди.

– Это значит… сделать что-то, не планируя заранее, принять решение в последнюю минуту.

– Ого, мне нравится, как это звучит.

– Вот, например, сейчас ты принял спонтанное решение выпустить Нефриту из клетки.

– Но это не страшно! – Коди погладил крольчиху по спинке.

– Правильно. Больше не страшно. Но помнишь, как было, когда она только появилась у нас? Ты боялся, что, если ты ее выпустишь, она поранится или убежит.

Коди кивнул.

– Немного тренировки – и ты перестанешь бояться и того, что поважнее. И тоже сможешь принимать спонтанные решения.

Коди поднес крольчиху к уху.

– Нефрита говорит, что постарается. И я тоже.