Небольшая рябь в глазах, и обстановка поменялась – все собравшиеся в рубке оказались на большой площадке, похожей на вертолётную. В самом её центре стояло нечто, меньше всего напоминающее звездолёт и больше всего – уменьшенную версию вагона поезда, только начисто лишённую окон и колёс.

– Это твой корабль?! – удивился Макс.

– Нет, мог бы и догадаться, – закатил глаза Хамки. – Это – твоя пассажирская капсула. А корабль – вон он, – словно из ниоткуда над «вагоном» возник маленький розово-фиолетовый кораблик. В одно плавное движение его форма изменилась, и «ножки» плотно пристыковали его к крыше капсулы. Эта штука, имеющая странную форму, вряд ли сильно превосходила по размеру походный рюкзак.

– Это тот самый «мотылёк», которым можно планеты и флотилии крошить?! – не поверил глазам Макс.

– А что ты ожидал увидеть?! – усмехнулся Хамки. – Размер имеет значение, когда девку ублажать собрался, а тут главное – технические характеристики.

– Да ладно, я просто удивился…

– Короче, если тут всё более-менее ясно, предлагаю выдвигаться. Чёрт его знает, когда наши ребята найдут твою Землю.

– Хамки, а что дальше будешь делать ты? Когда отвезёшь меня домой и проведёшь… биоочистку.

– Ну, поскольку Финна обеспечит отлёт ксинори отсюда – эта проблема решена. На Зелирии мне тоже делать теперь особо нечего, если так подумать. Этот мир очень мал и в целом стабилен. Думаю, после исчезновения стены он продолжит своё развитие.

– После ухода ксинори я присмотрю за планетой, пока не смогу вернуться домой сама, – сказала Финна. – Я правильно понимаю, что когда его восстановят – я смогу связаться с ним как делала это раньше?

– Да. Создавай себе звездолёт и вали домой, как только сможешь. Тут не держу, но если присмотришь за местными ещё какое-то время – буду очень благодарен.

– С удовольствием! – улыбнулась эзирийка.

– Отлично. А я вернусь домой, – Хамки вдруг стал задумчивым. – По Зелирии и ещё некоторым… хм… моментам у меня появились кое-какие вопросы, которые я могу решить только там. Поэтому разберусь с делами на Новом Салангане, а потом, через несколько тысяч лет, ещё раз слетаю сюда. Так, проведать и проверить… Ну, прощайтесь и в путь.

«Прощаться… – вдруг подумал Макс. – Вот так сразу? Я, конечно, хотел вернуться на Землю, но события после моего появления на Зелирии закрутились так быстро, что у меня не было даже времени соскучиться по своему родному миру… Да и ждёт меня теперь не та Земля, которую я оставлял, а убитый горем мир, потерявший значительную часть своих жителей… И обязательно ли вообще прощаться?..» – он обернулся на Лику и Эйку.

– Макс, помнишь наш разговор? – и тут же встретился с розоволосой взглядом. – Прошу, позволь мне отправиться с тобой.

Пришлось задуматься.

«Лика – умари. Кошкодевушка, с хвостом и ушами. Как я буду с ней?..»

– Ай! – что-то словно легонько шлёпнуло Макса по шее. Не больно, но так неожиданно, что он рефлекторно схватился за неё ладонью.

– Пользуйся на здоровье, – ухмыльнулся Хамки.

– Что это было? – не понял Макс.

– Трон твоей планеты, который я тебе и предлагал, – снова ухмылка во все зубы. – Если захочешь, конечно.

– Что?! – растерянно переспросил Макс.

– Я повесил на тебя ошейник контроля, – пояснил Хамки. – Не делай большие глаза – он даёт контроль тебе, а не над тобой. Это разработка делалась для умари, но изготовить прибор проще, чем биологический вид. Поэтому устройство сделали, а самих умари – нет. Его задача – снабдить умари хотя бы частью способностей саланганцев.

Поскольку умари – вид изначально полностью подчинённый нам, на генетическом уровне, мы всегда могли доверять своим помощникам. Поэтому планировалось, чтобы в случае необходимости им выдавали такие ошейники. Эти штуки позволяют управлять сознанием других существ, создавать для них иллюзии и всё в таком духе. Заодно она может закрыть носителя силовым полем, ну, короче, там много полезных функций, разберёшься на досуге.

– Ошейник? – Макс провёл рукой по шее. – Но я ничего не…

– Он не у тебя на шее. Он у тебя на позвоночнике, – как ни в чём ни бывало, сказал Хамки, а Максу сразу начали мерещиться какие-то странные ощущения в районе загривка. – Ошейник – признак раба во всей Вселенной. Умари в ошейнике и с милым «питомцем» на плече вызывали бы вопросы, что «не того за домашнюю зверушку посчитали». Поэтому устройство проникает сквозь плоть и обвивается вокруг позвоночника, становясь невидимым снаружи.

Создавался он, чтобы при необходимости умари могли использовать больше свойственных самим саланганцам возможностей. Если уж решил путешествовать «под прикрытием» по опасным местам – лучше, чтобы и твой «питомец» не отъехал от первой оплеухи. Кстати, снять с тебя ошейник могу только я, как хозяин этой игрушки. Это не вредно, зато так ты его точно не потеряешь… Ну, если головы не лишишься, – он снова улыбнулся. – Так что пользуйся этой штукой, как душа пожелает. Хочешь – всю планету к ногтю прижми и правь в своё удовольствие, хочешь – настрой свой запрос ошейнику так, чтобы все твои собратья понимали речь Лики и видели её как обычную земную девушку. Хотя… – его словно озарило. – Хотя нет, давай лучше пусть все видят её как огнедышащего трёхглавого дракона! Вот все охренеют!

– Даже так можно?! – воскликнула Лика.

– Нашему земному другу теперь вообще всё можно в рамках его мира, – усмехнулся хомяк. – Ибо у него внутри первый и единственный саланганский предмет, отданный не саланганцу.

– Хамки?.. – Максу вспомнились слова Хамки про использование их техники в интересах инопланетян. – Но это же вроде как нельзя?..

– Скользкий вопрос, – вздохнул Хамки. – Это не оружие. Точнее, он может превратить твои мысли в высокоэффективные пси-команды, типа молнии, которой можно кого-то зажарить. Но для любого саланганца это не будет представлять угрозы. Это не ремонт или модификация чужой техники. И, главное, это личная передача – эта штука безраздельно твоя – когда помрёшь – она самоуничтожится. В остальном же, дорогое моё ЧМО, я уверен в тебе на все сто.

– Хомяк… – протянул Макс, не зная, как реагировать на это откровение.

– Мне прямо интересно, как ты распорядишься этой штукой – обеспечишь себе семейное счастье с хвостатым чудом или весь мир с ног на голову поставишь, – Хамки снова расплылся в саркастической ухмылке. – Так что это ещё и научный эксперимент. Ну, знаешь, как зелирийским приматам атомную бомбу выдать.

«Вот сволочь…»

– Семейное… счастье?.. – Лика вмиг зарделась.

– Ну, мало ли.

– Так, фиолетовый, раз на то пошло – эта штука может продлить Лике жизнь? – спросил Макс. – Я не хочу, чтобы она умерла, едва дожив до тридцати.

– Не-а, – мотнул головой хомяк. Макс едва успел набрать в лёгкие побольше воздуха, чтобы обругать Хамки, на чём свет стоит, но саланганец продолжил. – Как и в случае с Финной. Нельзя решить проблему «здесь и сейчас», если она уже решена ранее. НОРА при воскрешении автоматом «отремонтировала» генетический код Лики. Сдохнет годам к девяноста.

«Сдохнет… Засунуть бы его формулировки ему куда поглубже».

– Хамки… – Лика не смогла сдержать слёзы. – Спасибо!.. Я не знаю, как могу отблагодарить тебя!

– Стандартный протокол воскрешения НОРЫ, – махнул лапой хомяк. – Легко исправить твой генетический код. А вот «доработать» весь ваш народ, чтобы получить устойчивые гены на стандартную продолжительность жизни – процесс долгий. И этим заниматься будут уже сами умари… Если, конечно, сумеют достичь такой ступени развития, а не перебьют друг друга вместе с зелирийцами.

Эта новость обрадовала Макса, но оставался ещё один вопрос, особенно волновавший его после произошедшего с Мисси.

– А если Лика заболеет? – спросил он. – У неё другая физиология. Земная медицина будет бесси…

– Во-первых, у неё есть ТУЛУП. Он сам может при необходимости заменить ей хоть всю имунную систему. Кроме того, функция дистанционной регенерации есть и в твоём ошейнике – вылечить ты сможешь любое существо рядом с тобой. А сам не сможешь ничем заболеть. Но воскрешать он никого не умеет, конечно, не обольщайся. В том числе – тебя самого… Ну что, пошли уже – грузитесь с Ликой, да полетели?

– Хамки, подожди… Я бы хотел кое-что сказать… Некоторым из присутствующих… – замялся Макс. Хомяк пожал плечами и парень, подойдя к Грисае и взяв её за руку, отвёл немного в сторону.

* * *

– Грисая, я бы хотел попросить тебя об одолжении, – сказал Макс, когда они подошли к перилам взлётной площадки – здесь они могли поговорить «без лишних ушей» – все остальные остались терпеливо ждать их возле звездолёта.

– Об одолжении? Меня? – удивилась она. – Но что я могу сделать?!

– Грисая, когда ты встретишься с жителями той деревни, что на поверхности, пожалуйста, найди там девушку по имени Тиара, – попросил Макс. – Расскажи ей, что со мной всё в порядке, скажи, что чудовища на них больше не нападут и о том, что я нашёл способ вернуться домой. Можешь заодно привет передать, – вздохнул он. – Так получилось, что я убежал оттуда, даже не попрощавшись, и скорее всего она считает меня погибшим. Успокой её и передай мою благодарность за её доброту и доверие ко мне!.. И ещё момент – Тиара полностью слепая. Помоги ей, раз этот корабль может лечить своих обитателей, то возможно он сможет исцелить и её, вернув зрение. Сделаешь?

– Да, Макс, обязательно! – энергично закивала девушка. – Пусть не мы сами, но наши предки очень виноваты перед жителями деревни, мы сделаем всё, чтобы помочь им. Я сделаю всё, что от меня зависит. Я очень постараюсь, обещаю!

– У тебя получится, – улыбнулся Макс, положив руку ей на плечо. – Я в тебя верю. И Финна вам поможет по мере сил, всё будет хорошо!

– Спасибо, Макс, – на глазах у Грисаи снова выступили слёзы, но она сдержалась и не расплакалась. – Я оправдаю твоё доверие. Ради всех, кто живёт здесь и доверяет мне, – Макс понимал, скольких усилий Грисае стоил самоконтроль и уже принятые решения. И, внезапно для себя, он обнаружил, что и в самом деле верит, что эта наивная, но всё же не безнадёжная девушка сможет сделать то, что пообещала.

* * *

– А? Что? Я? – растерянно воскликнула Эйка, когда Макс, вернувшись к остальным с Грисаей, тут же взял за руку её и решительно повёл в сторону.

– Эйка, – настала очередь Макса смущаться. – Я должен тебе кое-о чём сказать перед отлётом… И попросить.

– ТУЛУП не отдам, – нахмурилась она.

– Да я просто пошутил, – усмехнулся он. – Эйка, что ты… планируешь делать?

– Я останусь тут, Макс, – Эйка погрустнела. – Ты стал для меня добрым другом, и я не хочу расставаться с тобой, но ты должен спасать своих сородичей, а у меня есть планы здесь, на Зелирии. Мой ТУЛУП обеспечит мне осуществление всех моих планов в ордене Обречённых. Я всегда мечтала стать его главой. И теперь, уверена, у меня это получится без проблем.

«Ну, с таким-то прикидом точно получится».

В одно движение Эйка оказалась вплотную к парню и крепко обняла его, положив голову на грудь.

– Спасибо за всё, что сделал для меня, Макс. Спасибо, что помог по-новому посмотреть на многие вещи. Не волнуйся. Я не буду использовать подарок Хамки во вред Зелирии и её жителям. Пусть мне придётся убить главу ордена, чтобы занять его место, я использую свой новый титул, чтобы закончить вражду с умари. С помощью Лассы, стоящей во главе Теократии и Вельге с виконтом Кабиром, мы сможем сделать много для объединения Зелирии. У меня получится, я уверена. Я буду очень стараться.

«А девочка-то повзрослела. Кажется, ей тоже смерть на пользу пошла, как и Лике».

– Есть ещё кое-что, – Макс заметно покраснел. – Прежде чем отправляться в Орден крошить бывшее начальство… Загляни в Теократию, пожалуйста. Вместе с Лассой разыщите там бывшую отшельницу по имени Маинаки. Во многом благодаря ей я вообще сумел попасть на станцию вовремя и рассказать Хамки о произошедшем с вами.

– Не проблема, – махнула рукой Эйка. – Послание донесу, будет в Теократии почитаемой особой.

– И ещё, – ощущая, как полыхает лицо, сказал Макс. – Она беременна.

У Эйки вытянулось лицо.

– Ты её обрюхатил?!

– Нет, то есть да, я просто… – оправдываясь и мямля как школьник, Макс вкратце пересказал Эйке историю с «благородным зачатьем». Под конец та лишь головой покачала.

– Будь на твоём месте кто-то другой – подняла бы на смех за враньё, – вздохнула бывшая Обречённая. – Но учитывая, что за полгода в теократии ты не перетрахал всех сохнущих по тебе послушниц… то есть вообще всех, включая Лассу – я тебе верю. Хорошо, мы позаботимся и о Маинаки, и о её ребенке. Думаю, что она права – это даже к лучшему, теперь у Теократии останется наследник Гласа Салангана – новый лидер, которого признают все умари. И можно будет не бояться возможных распрей в будущем. – Она победно улыбнулась. – Поздравляю, Макс! Ты основал первую королевскую династию умари!

Макс не знал, то ли плакать ему, то ли смеяться, то ли нервно хихикать.

– Пошли уже, – Эйка потянула его к остальным. – Не люблю долгие прощания.

* * *

Макс и Лика стояли у капсулы, а Грисая, Эйка и Финна в нескольких шагах от них.

– Грисая, прости, что отказал, но я хочу вернуться домой. И желаю тебе и твоим подопечным тоже вернуться домой и быть принятыми там с распростёртыми объятиями. Ведь вы ксинори. И это не изменить, – прервал он недолгую паузу.

Девушка смущённо улыбнулась и опустила глаза.

– Спасибо, Макс! И счастливого пути!

– Финна, спасибо за эту капсулу, – поблагодарил он кузнеца. – Без тебя путь домой был бы мне заказан. Рад, что история твоего мира будет продолжаться, а твоё одиночество скоро закончится.

– Спасибо за таких «друзей», Макс. Удачи! – Она подмигнула ему и отправилась внутрь станции. Суровая леди, сантименты – явно не её стезя.

– Прощай, Макс, – подлетев к нему, девушка чмокнула Макса в щёку и, крепко обняв Лику, махнула рукой и исчезла в ещё не закрывшихся за Финной дверях.

– Прощай, Эйка… – уже ей вслед прошептал Макс.

– Идём, Макс, – Лика взяла парня за руку, и они вместе шагнули вошли в уютное нутро «вагона».

«Домой, – пронеслось в голове у спецназовца. – Наконец-то!»