Не спалось. Я, промаявшись некоторое время и смяв постельное бельё в комок, села на кровати и посмотрела в окно. Обычная тихая ночь. Одна из множества, проведённых в келье Ордена. Но за ней настанет необычное утро – утро, когда я и остальные послушницы и послушники будем сдавать последний экзамен – Обряд посвящения Обречённых, он же – Обряд Отчаяния.

Зевнула и потянулась. На миг решила, что всё же не стоит сидеть, а надо лечь и снова попытаться уснуть, но отбросила эту идею как бесполезную.

«И чего я спать-то не могу вдруг?!» – подумала тогда я, глядя на кусочек звёздного неба, который был виден через небольшое окошко, рядом с которым стояла кровать. Мне повезло – в нашей келье, расположенной на четвёртом этаже замка Ордена, в Казарменном крыле, было целых два окна. И они оба выходили на внешнюю сторону замка, не во внутренний двор, где не на что смотреть, кроме мрачных каменных стен.

– Волнуюсь, – прошептала я, опустив глаза в пол, и на душе сразу полегчало. Сознаться самой себе в любой слабости было для меня тогда почти немыслимым делом. Как и для любой Обречённой. Я вздохнула и привычно пересчитала звёзды на клочке тёмного неба. Двадцать три, как и всегда. Сейчас это было просто привычкой, но когда-то давно, когда я впервые вошла в эту келью, звезды в окне были тем, что помогало мне и успокаивало. Это было давно, больше четырнадцати лет назад, когда я, пятилетняя девочка, впервые переступила порог Ордена. Тогда пересчитывание звезд было моим основным способом уснуть ночами. Способом маленькой напуганной девочки, которая с тех пор не видела ничего, кроме изнуряющих тренировок и испытаний, которые для нескольких её друзей уже закончились гибелью.

Я мотнула головой, отгоняя мрачные мысли и осмотрела комнату, где кроме меня находились ещё пять послушниц Обречённых. Они, к моей радости, мирно спали, а не изводили себя пустыми переживаниями.

«Умнички», – улыбнувшись, подумала я. – «Надеюсь, всё будет хорошо». – В самом деле, волновалась я не за себя. За них. Я по праву считалась лучшей ученицей и сильнейшей послушницей. Мои результаты были столь впечатляющими, что в моём успехе на экзамене никто не сомневался. Больше того, по слухам, после обряда меня ждало нечто особенное, пусть пока и не известное.

Я расправила бельё и вновь легла.

За несколько минут мне удалось почти полностью расслабиться и наконец, закрыть глаза в надежде уснуть, но тут что-то мягкое и тёплое нырнуло мне под одеяло.

– Эй! – мне стоило больших усилий не вскрикнуть, а лишь возмущенно прошептать это. – Что ты творишь, Ксиль?!

– Привет! – оказавшись нос к носу со мной, прошептала фигуристая черноволосая девушка, всем телом наваливаясь на меня. Она улыбалась от уха до уха, но мне не составило труда понять истинное состояние подруги – та едва не тряслась от волнения. – Смотрю, тебе тоже не спится! Волнуешься?

– Не то, чтобы, просто я…

– Ну конечно! Ты же считаешься сильнейшей из нас! Тебе уже готовят сюрприз! – радостно защебетала Ксиль, перебив меня. – А вот я…

Она замолкла и уронила лицо мне на грудь. Учитывая мой «размерчик», Ксиль уткнулась в меня, как в подушку.

– Всё будет хорошо, – вздохнув, я погладила Ксиль по голове. – Ты справишься, я уверена. – Ещё до того как это договорила, я поняла, что моя подруга уже не смеётся, а тихо всхлипывает. – Ну, тише, тише…

– Эйка, я боюсь! – шмыгнув носом, прошептала она. – Я боюсь, что умру завтра… Я не такая сильная, как ты… Мне страшно!

Я крепче прижала к себе подругу, продолжая гладить её по волосам.

– Всё будет хорошо, ты справишься. Ты выложишься на полную и пройдёшь лабиринт, я верю в тебя, солнышко!

– Правда? Ты веришь в меня?! – Ксиль подняла полные слёз глаза. – Прости, прости, – захныкала она, вновь уткнувшись мне в декольте. – Я знаю, что веришь! Ты всегда, все прошедшие годы поддерживала меня! Без тебя бы я не справилась!

– Ну что ты, – я опустила руку ниже и гладила девушку уже по спине. – Ты умница, твои успехи – только твоя заслуга!

– Врёшь! Помнишь, ты поймала меня тогда на тренировке? Чуть сама не упала следом, но удержала нас обеих! Ты спасла мне жизнь!

Я помнила. И до сих пор удивлялась и своей решимости спасти Ксиль, даже рискуя собой, и тем, что всё же устояла на ногах на шатающейся узкой доске над глубокой ямой, утыканной торчащими вверх копьями.

– А теперь я буду совсем одна там, на испытании, – я с удивлением обнаружила, что впервые вижу Ксиль такой расстроенной. Да, на фоне меня самой Ксиль может и выглядела слабее, но она была ловчее и сильнее абсолютного большинства зелирийских девушек. И никогда она не раскисала до такой степени. Всегда весёлая, беззаботная, бесстрашная, сейчас она была совсем не похожа на себя.

– И пройдёшь его! – с нажимом произнесла я.

По странным движениям головы Ксиль я поняла, что та активно закивала, на отрываясь от декольте.

– Пора спать, – я не договорила, как ощутила, что руки Ксиль, нырнув под тонкую ткань ночной сорочки, крепко сжали мою грудь. – Ах… – стон вырвался непроизвольно. – Что ты делаешь?

– Чтобы уснуть – надо расслабиться, так ведь? Я тебе в этом помогу, – блеск в её глазах уже не был переливами слёз – в них горел бесовской огонёк.

* * *

Девушки в обнимку лежали на кровати и тяжело дышали.

– Успокоилась? – улыбнулась я.

– Ага! – кивнула Ксиль с привычной ухмылкой на лице. – Можно я у тебя посплю? Мне нравится твой запах! А ты в моей постели, идёт?

Я удивлённо вскинула бровь, но спорить не стала и, чмокнув подругу в лоб, перебралась на её кровать. Сморило меня сразу, едва голова коснулась подушки.

* * *

– Приветствую вас! Меня зовут Мастер Лорнло. Итак, мои дорогие послушники, все готовы? – экзаменатор, высокий черноволосый мужчина с маленькой, аккуратно стриженной бородой и серыми глазами, одетый в короткую чёрную тунику и серые штаны, окинул ряд стоящих перед ним Обречённых. Семнадцать человек – одиннадцать парней и шесть девушек, с детства обучающихся в стенах Ордена и сегодня, наконец, готовых к последнему испытанию.

– Да, мастер! – хором рапортовали мы.

– Отлично, я не вижу смысла сейчас тратить слова на всех вас, – он хмыкнул. – Лучше поговорю потом с теми из вас, кто пройдёт испытание.

Я знала, что наш замок – одна из нескольких резиденций Обречённых, и сегодня, в день экзамена, наши собственные наставники и руководство уехали в другую резиденцию на испытания тамошних неофитов.

«Разумно, – подумала я. – Этот мастер видит нас впервые, и никакие личные эмоции и чувства не будут затмевать его разум. Можно быть уверенной, что суд будет беспристрастным, а лабиринт – невероятно трудным», – всем был известен тот факт, что внутренняя конструкция экзаменационного полигона строилась работниками другой резиденции, и даже глава этого отделения Ордена не имел права туда входить до начала Обряда.

– Итак, – указав на тяжёлую дверь, закрывающую вход в подземелье, сказал Лорнло, – вот вход. Дальше – лабиринт. Что там есть – вы узнаете сразу, лишь только войдёте туда. Пройти лабиринт живыми и найти выход – и есть ваша экзаменационная задача. С того момента вы станете истинными Обречёнными и сможете получить своё именное оружие и первые задания.

Я не рискнула оборачиваться, но боковым зрением увидела, что Ксиль стоит с мечтательной улыбкой на лице. Хоть меня и порядком удивил ночной выпад подруги, сейчас я убедилась, что не зря поддалась ей – моя поддержка и ласка явно придали Ксиль энергии и решительности.

Утром мы успели перекинуться лишь парой фраз. «Я в тебя верю, Ксиль, у тебя всё получится! Обещай мне, что пройдёшь лабиринт и победно улыбнёшься мне!» – потребовала я тогда. «Торжественно клянусь, госпожа Эйка!» – вытянувшись по стойке «смирно», рапортовала в ответ Ксиль и рассмеялась. Мы обнялись и пошли на испытание.

– Очередность все помнят? – слова экзаменатора вернули меня в реальность. – Отлично, первый пошёл! – он и впрямь не собирался тратить время на разговоры, и ждать ответов не стал.

Дарв, единственный послушник со светлыми волосами, значившийся первым в списке, скинул плащ и, быстрым шагом дойдя до двери, решительно вошёл в лабиринт. Он не оборачивался, не прощался и не просил пожелать удачи. Ещё загодя мы все договорились не проявлять эмоций, оставив их последок. Это должно показать проверяющим наш профессионализм, а значит – наше отделение получит определённые очки престижа в общем зачете, что отразится и на отношении к нам, его представителям, в будущем.

Я значилась в списке десятой, Ксиль – последней. Но слишком долго ждать не пришлось – спустя всего несколько минут Лорнло скомандовал: «Следующий!», и Марви, сорвавшись с места и на бегу скинув плащ, скрылась в лабиринте.

* * *

– Следующий! – я избавилась от плаща там, где стояла – подобрать его можно будет и позже. Теперь я осталась лишь в персиковом корсете, который совсем не стеснял движения – можно было идти.

Миновав расстояние до двери, я решительно вошла внутрь и, сделав несколько шагов, слегка подпрыгнула, услышав тихий щелчок внизу. Простейшая ловушка, но если не знать о её признаках или не успеть среагировать – махом лишишься ступней.

Следующая дверь – и свист арбалетных болтов у самого лица. Всё очевидно – легкая деревянная дверь с бесшумными, следовательно, хорошо смазанными петлями подалась со значительным усилием, а значит, при открытии были взведены минимум два арбалета за ней.

Несколько шагов – треск сверху – резко пригнуться почти к полу – и две утыканных лезвиями доски с треском сходятся над моей головой, едва не задевая волосы.

Бегом по шатающейся доске – так проще держать равновесие, прыжок-кувырок, не задеть натянутую леску и не упасть на расставленные внизу пики.

Дальше всё просто мелькало вокруг, сознание фиксировало лишь ключевые моменты происходящего, а тело двигалось, повинуясь отточенным навыкам и природным рефлексам. Меньше пяти минут – и я уже стояла в маленькой круглой комнате с достаточно высокими каменистыми сводами, у противоположной двери которой меня ждал другой, незнакомый мне мастер-ассасин, одетый подобно Лорнло, но с тремя короткими мечами в руках.

После ужасов вроде расщелины с бурлящей водой и чаном с кислотой, над которым надо было пробежать по натянутой веревке, он казался почти родным и совсем не опасным… Обманчивое ощущение.

– Одолеешь меня – и ты прошла испытание! – объявил он, бросая мне оружие. Я поймала «подарок» и мельком осмотрела – мой клинок тупой, а лезвия оружия противника остры как бритвы.

– Нечестно, – шутливо возмутилась я, по голосу парня поняв, что передо мной такой же вчерашний неофит, прошедший экзамен буквально на днях.

– Не спорю, – пожал плечами он и метнулся ко мне.

Отразить атаки двух клинков одним было просто невозможно, и я это осознавала. В этом коротком поединке мне понадобились все способности к рукопашному бою и все ресурсы тренированного и гибкого тела – уклоняться от атак врага, быстро парировать и отбивать его удары, одновременно пытаясь атаковать.

Подсечка, удар по руке, один клинок улетает в стену, а рука со вторым фиксируется в жёстком захвате на полу.

– Я победила! – белозубо улыбнулась я, водя лезвием кинжала по шее экзаменатора – если бы оружие было заточено – он бы уже лишился головы.

– Поздравляю! – почему-то не скрывая радости, ответил парень.

– Эм? – я помогла ему встать.

В ответ он лишь опустил глаза и покачал головой. Вздохнув, Обречённый махнул рукой в сторону двери.

– Ну… Спасибо… – не понимая, чем вызвала такую реакцию, я открыла дверь и вышла из лабиринта.

* * *

Миновав узкую щель в скале, я вышла на свежий воздух. И с удивлением обнаружила, что оказалась по другую сторону крепостной стены – замок теперь возвышался позади меня. Получается, что лабиринт был еще и своего рода потайным ходом, выход из которого до этого был замаскирован и засыпан камнями. Сейчас передо мной простиралась с детства знакомая травянистая равнина, на которой и стоял замок Ордена, и я прекрасно помнила, что никаких расщелин тут раньше не было. Получается, что создатели лабиринта умудрились столь качественно его замаскировать, что никто из послушников даже не подозревал, что всё время их главное испытание находилось у них под боком. Впрочем, это открытие не слишком удивило меня – судя по всему, ловушки были установлены в лабиринте совсем недавно, а значит перед каждым испытанием их размещение менялось.

– Мои поздравления, Обречённая дочь Алсары, – глаза ещё не привыкли к яркому солнечному свету после полутьмы лабиринта, поэтому я не сразу увидела мастера-ассасина, стоявшего в теньке развесистого дерева. – Ты прошла испытание, и сегодня вечером получишь награду, достойную тебя.

– Спасибо! – я прищурилась, рассматривая собеседника, а заодно пытаясь увидеть остальных послушников, ушедших на экзамен раньше меня. – А где… – начала было я, быстрым шагом направляясь к нему.

В ответ мужчина лишь посмотрел куда-то в сторону и сердито хмыкнул.

Меня будто окатило ледяной водой.

«Не может быть! Не может быть, чтобы испытание прошла я одна! Это просто невозможно!» – подумала я, пытаясь унять начавшуюся дрожь. Боясь, что экзаменатор заметит накатившую панику, я решила вернулась к двери лабиринта.

– Отойди оттуда, – окликнул он. – Жди чуть поодаль.

Я вздохнула и отошла. Время для меня словно застыло. За мной ещё четверо и пятая – Ксиль. Чувство времени никогда не подводило меня, но сейчас внутри всё металось, а секунды казались часами. Вся закалка и стальные нервы Обречённой, готовой спокойно смотреть в лицо смерти, сейчас дрожали, словно у маленького котёнка, потерявшего маму. Это было так не похоже на меня, но так естественно для обычной молодой девушки, уже потерявшей большую часть близких и не знающей, увидит ли она ещё хоть раз свою лучшую подругу.

* * *

Прошло ещё немного времени, но мне оно показалось вечностью. С каждой минутой становилось очевидно, что ещё один послушник расстался с жизнью, не справившись с испытаниями лабиринта. И всё ниже был шанс, что его удастся пройти Ксиль…

«Ну же, давайте, ребята, Ксиль, ты же мне обещала!» – закусив нижнюю губу и пытаясь успокоиться за счёт дыхательного упражнения, подумала я.

Словно в ответ на её мысли дверь лабиринта открылась, и оттуда вышла Ксиль.

– Ксиль! – воскликнула я, даже не пытаясь скрыть ликование. Хотела броситься к ней, но что-то меня остановило. Во-первых – явный намёк экзаменатора, что подходить не надо. Значит, и бросаться с воплями на шею выходящим тоже. Нельзя не учитывать этот момент. А, во-вторых, что-то в выражении лица Ксиль было не так – она шла медленно, со слабой улыбкой на лице, и словно не видела ничего вокруг. – Ксиль! – снова окликнула подругу я, сделав несколько шагов в её сторону.

– Эйка! – Ксиль остановилась и медленно обернулась на мой голос. – Я прошла! Я сдала экзамен! Всё, как и обещала тебе! – Только сейчас я увидела, что девушка зажимает рану на боку. Беглой оценки хватило, чтобы испуг сменился облегчением – да, Ксиль ранена, да, ей пришлось сражаться в таком состоянии, и она обессилена и потеряла прилично крови. Но эта рана не смертельна!

Забыв обо всём, я бросилась к подруге и поддержала её, чтобы та не оступилась.

– Ксиль, ты справилась! – воскликнула я.

– Эйка, – Ксиль уже немного отдышалась и, хоть рана и давала о себе знать, смогла выпрямиться, почти не опираясь на меня. – Спасибо, что верила… Я сдержала обещание. Я прошла лабиринт… Сдала Экзамен… – растерянно сказала она, сама ещё не веря, что происходящее – не сон.

– Ты умничка! – с трудом сдерживаясь, чтобы не задушить Ксиль в объятиях, прошептала ей в самое ухо Эйка. – Ты молодец, Ксиль, ты справилась! Ты стала Обреченной!

– Теперь я – Обречённая, – просияла Ксиль. – Ты и я – мы осуществили наши мечты! – её улыбка хоть и была чуть натужной из-за боли, но это было уже не важно. У меня в голове стояла лишь одна мысль: «Ксиль жива! Мы справились! Мы вместе! Мы…»

Что-то сбоку громко щёлкнуло, глаза Ксиль на миг округлились, и она начала медленно оседать на землю, непослушными руками пытаясь придержаться за меня.

Я испуганно обернулась – экзаменатор стоял всё там же под деревом, в его правой руке был арбалет.

– Она слишком слаба, чтобы стать Обречённой, – холодно сказал ассасин. – Рана для Обреченного – это смерть. Но, что важнее, она нарушила запрет Ордена на близкую связь. Ты же не думаешь, что ваши ночные развлечения были для кого-то тайной? Ты хороша, поэтому ты будешь жить и служить Ордену. Она же – нет. А потому заплатила собой. За вас обеих. Тебе стоит поблагодарить её.

Я застыла ни жива, ни мертва. Ещё миг назад я была на седьмом небе от счастья, а сейчас в горле стоял ком, не дающий даже вскрикнуть. Уже неживая, моя лучшая подруга застыла у моих ног в неестественной позе с торчащей из груди стрелой.

«Это моя вина! – набатом звенело у меня в сознании. – Если бы я не поддалась ей… она была бы жива!»

На какой-то миг отчаяние сменилось яростью, желанием броситься на экзаменатора и убить его здесь и сейчас, но выдержка взяла верх – я понимала, что не справлюсь с опытным ассасином, тем более, не будучи вооружённой. И, больше того, он не был ни в чём виноват. Он лишь поступил согласно букве Устава Ордена. Всё случившееся – наша с Ксиль вина. И в первую очередь – моя…

Сзади раздались негромкие ритмичные хлопки.

– Я объявляю испытание завершённым! – провозгласил мастер. – Ещё раз прими мои поздравления, Обречённая! Ты справилась! Теперь ты – одна из нас. И пусть ты единственная, кто сегодня справился со всеми сложностями, сегодня Орден получил нового могучего ассасина, став ещё сильнее! Сегодня вечером в твою честь будет торжество! А пока – можешь отдохнуть.

По тому, как он произнес «можешь отдохнуть», я поняла, что мне следует уйти отсюда. Впрочем, спорить у меня не было ни сил, ни желания – отчаяние, чувство вины и безысходности накрывало всё сильнее с каждой минутой. И уже сама, не видя ничего впереди, я двинулась ко входу в замок под ритмичные хлопки экзаменатора, которые сейчас казались издёвкой и отдавались гулом в затуманенном сознании.

* * *

Едва передвигая ноги, я вошла в келью и рухнула на свою кровать, уставившись в потолок.

Всё здесь было как обычно: аккуратно заправленные кровати, тумбочки с личными вещами – у кого-то чистые, у кого-то заваленные книгами и яблочными огрызками. Келья выглядела так, словно все её обитатели лишь вышли ненадолго и совсем скоро вернутся. Я не раз оставалась здесь одна, но никогда окружающая меня в эти моменты пустота и тишина не казались зловещими, как это было сейчас.

«Никто уже не придёт. Я осталась одна. Все, кого я знала, остались в лабиринте», – в голове образовалась какая-то звенящая пустота. Мыслей не было. Как и радости от пройденного экзамена. Все мечты стать Обречённой в один миг казались какими-то прошлыми и далёкими. А тупая боль утраты и давящее чувство вины были здесь и сейчас. Какая-то часть ещё не верила, что всех, кого я ценила и любила больше нет в живых, и словно ждала, что ещё миг – и все они, живые и здоровые войдут сюда, как обычно после тренировок – шутя и весело болтая… Но другая часть разума уже всё осознала. И, кроме прочего, в мозг врезалась новая истина – не любить никого. Никогда. Нет любви, нет дружбы, но нет и боли. Устав верен. Он абсолютен. Для меня. Обречённой дочери Алсары.

Я сама не заметила, как погрузилась то ли в сон, то ли в непонятное оцепененье и забытье.

* * *

Я остановилась и обернулась назад – замковые шпили уже не нависали надо мной, а казались лишь чёрными пиками на фоне ночного неба. Зато теперь впереди вставали огромные тёмные глыбы гор, окружавших небольшую долину, где располагался замок Ордена.

Села на траву и посмотрела на звёзды. В окружающей темноте лишь они, да цветы – светлячки позволяли разглядеть хоть что-то.

С тех пор, как я сдала экзамен и официально получила титул Обречённой, прошло три дня. Мне была выделена отдельная келья, куда более просторная, чем та, где я жила с остальными послушницами, и не в пример лучше обставленная. В новой комнате мне предстояло провести как минимум следующие шестнадцать лет – потом или уход «в мир» или переход в Тайную ложу – правление Ордена. Конечно, всегда был риск погибнуть на задании и просто не дожить до любого из этих вариантов.

– Так странно, – вздохнула я, вынув из потайных ножен два клинка, полученных на Обряде Принятия. – Эциол и Люция. Легендарные клинки, их получали лишь лучшие Обречённые. И теперь они мои, – я посмотрела на слабо переливающиеся в свете цветов лезвия. – Получить эти клинки было нашей общей мечтой. И вот она осуществилась для меня. Но некому меня с этим поздравить, – я вспомнила церемонию, бал, где вместе со мной присутствовали ещё трое новоиспечённых ассасинов из других резиденций. Мы познакомились лишь мельком, но я отметила в них ту же странную отрешённость, которую ощущала в себе. Они также потеряли всех, кого знали и кого ценили. И боль от утраты с лихвой перекрывала чувство радости и собственного триумфа. Эгоизм в нас всех пусть и ненадолго, но проиграл.

Подняла голову и посмотрела на небо.

– Звезды. Всё такие же, как и обычно. Будто ничего и не происходило. Словно никогда и не было здесь никого, кроме меня. А пройдёт время – не будет и меня, – перевела взгляд на оружие в моих руках. – Меня, сильнейшей Обречённой… – ловким движением я убрала оружие и положила ладони на подол платья. – Ксиль, я знаю, что ты мечтала увидеть мой триумф также сильно, как и свой. Прости, что так получилось… – слёзы ручьями струились из глаз против моей воли.

Все эти дни я держала себя в руках, показывала радость и прятала печаль. Неподходящее время и место быть слабой. Но сейчас другое дело. Сейчас я могла позволить себе сделать то, чего больше всего хотела с момента гибели Ксиль.

Я рухнула лицом в траву и, накрыв голову руками, заревела навзрыд.