– БОЛЬШАЯ МЕДВЕДИЦА?! – невольно вскрикнул Макс, увидев знакомое созвездие. – Точно! Хамки, это она!

– Что? – вытаращился на него хомяк. – О чём ты?!

– Я знаю эти звёзды! – тыкая пальцем на изображение, повторял Макс. – Это созвездие на Земле называется «Большая медведица»!

Хамки задумчиво посмотрел на экран.

– А люди не очень умные, я смотрю… – покачал он головой. – Впрочем, это не новость. На медведя этот ковшик не похож ну никак.

– Во-первых, название идёт из древних мифов, – проворчал Макс. – Во-вторых, этот «ковшик» – только часть созвездия, целиком оно вполне на зверя похоже. Главное – ты знаешь, где это?!

– Где… что? – не понял Хамки.

– Не придуривайся! – вспылил землянин. – Это созвездие!

– Макс, не тупи, – простонал Хамки. – Во-первых, на Салангане мы не используем понятие «созвездие», но смысл его мне ясен. А во-вторых, эти звезды находятся на огромном расстоянии друг от друга, я просто не могу адекватно ответить на твой вопрос, ибо он сам нелеп.

– Скажу иначе: ты сможешь использовать этот ориентир для поиска Земли?

– Возможно… – саланганец задумался. – Расскажи что-нибудь еще.

– Ну… – Астроном из Макса был никудышный. Да, как спецназовец он умел немного ориентироваться по звёздам, но внятно рассказать о космосе с точки зрения жителя Земли ему было проблематично. – Наша галактика называется Млечный путь, но вряд ли тебе это чем-то поможет. Она спиральная с перемычкой. Ближайшая к нам галактика – Андромеда. Название тоже не важно, наверное, о ней я знаю только то, что она спиральная. Что ещё?.. С Земли видна Полярная звезда – на неё указывает край «ковша» Большой медведицы. Эта звезда раньше использовалась моими предками для навигации – она всегда указывает на север, а её высота над горизонтом позволяет определить широту места, где находится наблюдатель.

– Хм… Ещё что-нибудь? – Хамки выглядел крайне задумчивым. Видимо, рылся в собственной памяти.

– Ну, в нашей звёздной системе девять планет, одна из них, Сатурн, имеет хорошо видимые кольца. У Земли есть спутник, Луна называется.

– Хм… НОРУ спросил, но, может, ещё что-нибудь полезное скажешь?

– С Земли наша галактика похожа на светлую полосу через всё небо, состоящую из звёзд.

– Хм… Похожа? – Хамки кивнул на экран в тот момент, когда изображение на нём вновь изменилось.

– Да! – восторженно воскликнул Макс, глядя на знакомые ему очертания океанов и материков на голубом, затянутом облаками «шарике». – Хамки, мы нашли Землю!

– Эм… – Хомяк, похоже, радости от случившегося не испытал.

– Хамки, спасибо, это просто здорово! – не веря в своё счастье, произнёс Макс.

– Ну да… – медленно кивнул Хамки. – Нашли…

«Что-то тут не то…» – даже сквозь нахлынувшую эйфорию, догадался Макс.

– Почему ты растерялся? – спросил он. – Что-то не так?

– Эм… – Хамки замялся и начал нервно потирать лапки. Судя по этому действию, случилось что-то из разряда «хуже некуда». – Короче, у меня для тебя две новости. Херовая и архихеровая. С какой начать?

– Что?! – оторопел Макс.

– НОРА нашла твою планету по условиям поиска… – вздохнул фиолетовый. – И я едва успел отменить межпространственный удар АПОСТОЛа по ней. И заблокировать передачу данных на Новый Саланган. Связаться с ним мы теперь сможем только для получения информации, но если попытаемся передать обстановку здесь – они получат данные, а Земля – ХАОС-залп.

– Что за… – оторопел Макс. – Что ты несёшь?!

– Макс, Земля заражена, – сказал Хамки, отвернувшись. – В людях присутствуют гены Светочей. Это значит лишь одно – она мишень для саланганцев.

– ЧТО!? – парень не мог поверить собственным ушам.

– Именно то, что ты слышал, – вздохнул Хамки. – Люди – носители генов Светочей. И если об этом узнает кто-то из моих собратьев – твой мир не просуществует и минуты.

– Но… Ведь ты… – заикаясь, попытался возразить Макс.

– Я – другое дело, – объяснил Хамки. – Я всегда был одним из немногочисленных сторонников биоочистки. Нами было разработано специальное излучение, позволяющее устранять из живых существ гены Светочей, причиняя им минимально возможный вред. Это была единственная альтернатива тому, что диктовала официальная доктрина – тотальное уничтожение с помощью ХАОС-оружия всех, имеющих гены Светочей. У нас мало сторонников, поэтому сейчас и продолжается та кровавая чистка Вселенной, что мы видели, и остановить которую не под силу никому.

Макс ощутил дрожь по всему телу. Неужели Земля может стать мишенью?! Как?! За что?!

– От этой биоочистки существа не умирают разве? – ничего лучше выдавить из себя он не смог.

– Не всегда, скажем так, – пожал плечами Хамки.

– Эм?!

– Ну, ты же живой, – невесело усмехнулся фиолетовый.

От этой фразы Макс потерял дар речи.

– Ты человек, а значит – носитель генов Светочей, – хмыкнул Хамки. – Был.

– БЫЛ?!

– Да. НОРА очистила твою генетику от их заразы. И ты не пострадал.

Макс растерянно осмотрел себя, словно ожидал увидеть лишнюю конечность или обнаружить отпавшую ногу.

– То же касается и твоих кровных родственников – они не пострадают, ведь ваши гены схожи, – попытался подбодрить друга саланганец. – Кстати, пока мы болтали, НОРА произвела вычисления, проанализировав жителей Земли. Если мы успеем провести биоочистку твоего мира – выживет более шестидесяти процентов населения! – судя по радостному тону, он искренне считал эту новость хорошей. Макс же думал совершенно иначе.

– Хомяк, ты совсем сдурел?! – взвился он. – Ты собрался уничтожить три с лишним миллиарда человек!?

– Макс, ты меня невнимательно слушал, – вздохнул Хамки. – Я вообще не хочу никого убивать. Я хочу попытаться спасти почти пять миллиардов твоих собратьев. Это максимум, который я могу сделать для тебя, прости…

– Да какого чёрта ты несёшь, грызун бешеный?! – взревел Макс, вскакивая на ноги. Но в тот же миг ощутил, что Лика мягко взяла его за руку.

– Макс, остановись, – прошептала она. – Вдумайся!.. Если другие саланганцы обнаружат Землю до того, как Хамки проведёт эту «биоочистку» – они просто уничтожат всю планету. И не спасётся никто! – она нежно потянула его вниз, и парень сел, не в силах произнести ни слова.

Несколько минут все молчали. Хамки несколько раз порывался что-то сказать, но, похоже, не мог подобрать нужных слов.

– Других вариантов вообще нет? – Макс первым прервал воцарившуюся тишину. Вопросов было много, но пока он решил задать лишь самые основные. – Либо угробить сорок процентов людей, либо потерять всех?

– Увы, – вздохнул Хамки.

– Так, давай думать, – мотнул головой Макс, пытаясь хоть как-то собраться с мыслями. – А что если твои собратья не найдут Землю?

– Найдут, не сомневайся. Вопрос лишь, когда это произойдёт. Прямо сейчас, через неделю-две или через пятьсот лет. Сканеры работают постоянно, тройки дальнего действия рыщут по самым отдалённым и неизведанным уголкам Вселенной, выслеживая врага. Мечтать, что человечество уцелеет – глупо. Я не настаиваю, решать будешь ты. Но шанс спасти от гибели твой вид у нас есть.

– Решать?! – Макс даже не понял, что саланганец имеет в виду. – Я?!

– Да. Я готов помочь, если ты решишь бороться за жизнь своего вида, но если выберешь бесплотную надежду – пусть так, не буду настаивать.

Макс хотел сказать что-то или возразить, но все мысли вдруг словно оборвались – настолько фатально звучали слова хомяка. Несколько минут он молчал, но, наконец, всё же сумел собрать несколько мыслей, чтобы продолжить разговор.

– Получается, ты предаёшь ради меня своих собратьев? – этот вывод даже ему самому показался нелепым, но всё выглядело сейчас именно так. – Ведь ты практически занимаешься укрывательством ваших злейших врагов…

– Нет, Макс, – спокойно возразил Хамки. – Если бы мой вариант поведения был недопустим – АПОСТОЛ проигнорировал бы мой приказ, и Земли бы уже не существовало. Он бы и тебя убил прямо на этом месте. Да и я, если честно, даже не попытался бы ему помешать… Саланганцы для меня – всё, остальные, в сравнении с ними – ничто. Может, звучит и неприятно, но это так, Макс.

«Вот так новости! Хотя, если подумать, ничего удивительного в этом нет».

– Но всё нормально. В частном порядке любой саланганец, если он решил попутешествовать по Вселенной и наткнулся на слаборазвитый мир светочей, имеет право решить его судьбу самостоятельно. Или «сдать» его координаты для атаки чистильщикам, или применить устройство биоочистки. Эта технология была создана не так давно, раньше вариантов и вовсе не было – только полное истребление ХАОС-сетью.

«Да уж, – подумал Макс, – если по пути на станцию и в истории с зондом я своими глазами увидел, на что способен этот «безобидный хомячок» в одиночку, без всякой техники, то мало странного, что мириады этих существ, обзаведясь абсолютным оружием, превратили в свою уютную нору всю Вселенную… С ревностью хозяина вычищая оттуда всё, что кажется им неудобным или неправильным»…

– То есть, другого выбора нет вообще? – на всякий случай ещё раз уточнил он. – Даже самого маленького шанса?

– Нет, – вздохнул Хамки. – Были бы варианты лучше – я бы сказал. Но не спеши, подумай, потом ответишь. В любом случае, нам нужно лететь к Земле вместе. А с этим пока проблемы – в моём «мотыльке» ты не поместишься.

– Лететь на Землю?! – воскликнула Лика, вскакивая на ноги. – Макс, если ты отправишься туда – я пойду с тобой!

Макса этот её выпад меня даже не удивил.

– Угомонись, – махнул лапой Хамки. – Пока никто никуда не летит. Проблемы будем решать в порядке поступления.

– А просто телепортировать меня на Землю ты не можешь? – удивился Макс.

– Нет, не могу. Телепорт встроен в НОРУ, а она на уровне алгоритмов предназначена только для работы с саланганцами – все остальные живые существа воспринимаются ею как нежелательный «довесок» и уничтожаются. И здесь просто приказа не хватит – нужно менять алгоритмы, а я в этом не специалист, да и смысла не вижу. Приказать ей кого-то переместить в пределах этой планеты я могу одной фразой, а вот подальше – увы, испарятся.

Он мотнул головой и снова просиял своей излюбленной саркастической ухмылкой. Тяжких дум о печальной судьбе рода человеческого хватило, чтобы расстроить его на несколько жалких минут. Саланганец, как он есть.

– Итак, – начав расхаживать по полу туда-сюда, провозгласил хомяк, – первая поступившая проблема – это выяснить, что делать с нашей местной растительной версией ксинори.

– Растительной?! – не поняла Грисая.

– Ты тупая как патиссон, с остальными всё ещё печальнее! – взвился Хамки. – Поняла?

– Да, простите, Ваше Святейшество, – она снова вся сжалась.

– Хамки, – проворчал саланганец. – Зови меня просто Хамки. Итак, ксинори! Выглядят эти ребята вот так.