- Да, - сказала моя племянница. - Он в паутине снов.

Я поймал себя на том, что улыбаюсь знакомым словам. Моей маленькой доморощенной принцессе не понравилась идея о паутине в голове, когда я попытался объяснить, почему она всегда чувствует себя такой растерянной по утрам, просыпаясь, поэтому она придумала свой собственный термин. Сам факт, что она говорила о паутине снов, заставил меня вздохнуть с облегчением.

- Паутина снов, это точно, - сказал мужчина.

Я попытался сосредоточиться на нем. Мне удалось разглядеть темные волосы, которые, казалось, были собраны в конский хвост на затылке, твердые губы и твердую линию подбородка, когда мой взгляд скользнул по его лицу.

О Боже, я знал это лицо.

Это красивое, выразительное лицо, которое в то же время могло быть холодным как лед.

Как тогда, когда он уложил моего брата пятнадцатью годами ранее.

И как тогда, когда он сделал то же самое с Рикки минутами, часами или днями ранее - как бы давно это ни было.

- Ваше высочество, вы не могли бы подождать минутку, пока я устрою вашего дядю поудобнее? - спросил мужчина.

- Да, сэр Кон. Кристофер, дядя Мика проснулся! - услышал я крик Рори, а затем наступила тишина. Я, наконец, понял, что Рори нигде в комнате нет.… она разговаривала в телефоне.

Телефон был в руке мужчины.

Я оглядел комнату, в которой внезапно стало очень тихо. Было несколько человек в медицинской форме, которые с беспокойством наблюдали за мной. Мой взгляд упал на женщину в длинном белом халате. Она некоторое время изучала меня, а затем сказала:

- Ладно, ребята, давайте дадим мистеру Фоксу несколько минут.

С этими словами все, кроме нее и парня, державшего телефон, тихо покинули комнату. Мой взгляд снова метнулся к мужчине.

- Зевс, - прошептал я, когда все встало на свои места.

Мужчина наклонился, чтобы его глаза оказались на одном уровне с моими.

- Кон, - сказал он. - Рори и Кристофер в безопасности, Мика. Они с моим братом Кингом у меня дома. После того, как на тебя напали, Кристофер и Рори побежали на игровую площадку в нескольких кварталах от вашего дома.

Я кивнул, потому что знал, о чем он говорит. Я едва заметил, как женщина начала прикреплять провода к моему телу и поправлять покрывала, которые я отбросил в спешке, пытаясь убежать.

- Ты был очень сильно ранен, помнишь?

Я бросил всего один взгляд на свою руку в шине и синяки, покрывавшие ту часть кожи, которую я мог видеть, и понял, что на этот раз Рикки не сдержался.

- Ты остановил это, - пробормотал я.

Я знал, что должен быть благодарен, но мой мозг был слишком зациклен на том факте, что я ненавижу этого человека. Зевс, или Кон, или как, черт возьми, он хотел себя называть… Я ненавидел его.

- Мой брат отправился за Кристофером и Рори. Он нашел их и использовал ваше кодовое слово, чтобы убедить их, что с ним они в безопасности. Так и есть, Мика. Точно так же, как ты в безопасности со мной.

Мне захотелось рассмеяться над этим. Было так много причин, по которым я не чувствовал себя в безопасности, и он был одной из них. Но я придержал язык.

- Могу я еще раз поговорить с Рори? - спросил я.

Кон - и да, я не мог не думать о нем именно так, потому что это имя подходило ему гораздо больше, чем его сценический псевдоним, - отключил громкую связь на телефоне и протянул его мне.

- Рори?

- Я здесь, дядя Мика, - взволнованно сказала она. - Знаешь что?

- Что? - Спросил я с улыбкой.

- У дяди Кинга есть дракон!

Я замер, услышав, как она назвала брата Кона дядей. Господи, как долго я был в отключке?

Кон потянулся, чтобы отключить звук на телефоне. Его крупный палец сотворил что-то странное с моими внутренностями.

- У него бородатый дракон, - сказал он мне, прежде чем включить звук обратно.

- Вау, это действительно круто, - ответил я, переводя взгляд на Кона.

Казалось, он нервничал. Это было совсем не похоже на все те случаи, когда я видел его до и после боя. Он всегда казался таким неприступным, таким абсолютно невозмутимым. Мужчина, стоявший рядом со мной, выглядел… черт возьми, он просто выглядел как обычный парень.

Великолепный, хорошо одетый парень, но всего лишь парень.

И только когда его карие глаза встретились с моими, я снова почувствовал, как меня охватывает странное чувство. Затем я совершил ошибку, опустив взгляд и увидев костяшки его правой руки. Они были сине-черными и покрыты порезами.

Совсем как после того, как он избил Брэйди.

Я почувствовал, как у меня перехватило горло.

- Рори, милая, - прервал я ее, пока она болтала о том, что ее новый «дядя» обещал когда-нибудь раздобыть ей своего дракона. - Могу я поговорить с Кристофером?

На другом конце провода повисла долгая пауза. Я предположил, что это из-за того, что Рори разговаривала по телефону со своим братом, но когда она сказала:

- Он... он... - Я услышал, как ее голос слегка дрогнул, а затем раздался мужской голос, который сказал ей что-то, что я не смог разобрать. Я автоматически перевел взгляд на Кона.

- С ним все в порядке, - заверил меня Кон. - Но что бы ни случилось в твоем доме...

Я кивнул, потому что меньше всего на свете мне хотелось думать о том, что случилось с моим маленьким племянником до того, как я вбежал в ту комнату.

- Кон? - В трубке раздался мужской голос.

- Да, - сказал Кон, осторожно забирая у меня телефон. - Как Кристофер?

- Держится, - сказал Кинг. - Рори хорошо о нем заботится.

Его комментарий заставил меня понять, что не только Рори, скорее всего, все еще была в комнате, но и мужчина, Кинг, вероятно, держался на расстоянии от Кристофера.

Это означало, что Кристофер чувствовал себя не очень хорошо.

- Могу я их увидеть? - Спросил я, хотя и не был уверен, кого спрашиваю - мужчину на другом конце провода, Кона или врача, что тихо стояла в стороне и вводила что-то в компьютер.

- Кинг, ты можешь привести их сюда? - Спросил Кон.

Я затаил дыхание, ожидая ответа. Несмотря на то, что я был единственным человеком, который по-настоящему заботился сначала о Кристофере, а затем и о Рори, печальный факт заключался в том, что я абсолютно не контролировал сложившуюся ситуацию. Они были моими детьми, но если бы я устроил скандал из-за этого, то наверняка вызвали бы копов. Черт, может, они уже были здесь. Может, они даже сейчас ждали за дверью, чтобы отправить меня в тюрьму, как только я буду достаточно здоров физически.

- Уже едем, - сказал Кинг, и связь прервалась.

- Доктор Штерн, вы не оставите нас на минутку? - Услышал я вопрос Кона, когда позволил своим глазам закрыться.

Усталость накрыла меня, как самое тяжелое одеяло, но я знал, что нужно сохранять самообладание. Мне нужно было разработать план, как вытащить себя, Кристофера и Рори оттуда.

- Мика…

Боже, я ненавидел звук своего имени в его устах. Оно прозвучало как ласка или что-то в этом роде.

- Теперь ты можешь идти, - перебил я.

Я заставил себя посмотреть на этого человека со всей ненавистью, на которую был способен. Я с удовольствием наблюдал, как изменилось выражение его лица.

- Мика, я просто хочу...

- Помочь? - Закончил я за него. - Так же, как помог Брэйди? - Ехидно спросил я. - Нет, подожди, ты отправил чек. Верно. Вот как ты помог. Много-много чеков, которые становились все больше и больше. Это компенсировало то, что мой брат больше никогда не сможет ходить. И кого волнует, что у него случился инсульт и он потерял способность говорить… ты прислал чек.

Я должен был быть доволен, что каждое слово было подобно физическому удару, но не находил удовольствия, выплескивая ненависть, которую так долго хранил глубоко внутри себя. На самом деле я почувствовал, как меня пронзило чувство вины, когда я покачал головой и замолчал.

- Мика...

Мой разочарованный смех показался мне каким-то ржавым.

- Просто уходи, Кон, или Зевс, или как там тебя, черт возьми, зовут. Просто уходи. Мне нужна твоя помощь, как дырка в голове.

- Я буду снаружи, - пробормотал Кон.

Я услышал тихую решимость в его голосе и понял, что это значит. Это означало, что мне придется пойти на убийство, если будет хоть какая-то надежда навсегда вычеркнуть этого человека из своей жизни. Я подождал, пока он не окажется у двери, прежде чем сказать:

- Кон.

Он сделал паузу и медленно повернулся, чтобы посмотреть на меня, а я продолжил.

- Давай, позволь себе поверить, что ты герой этой ночи, но единственная причина, по которой я был в той комнате, единственная причина, по которой Кристофер вынужден жить в муках от того, что его чуть не изнасиловали - это из-за тебя.

Кон побледнел и в замешательстве покачал головой.

- Не мог потратиться еще на один чек, да? - спросил я. - Брэйди умер, и расплата за вину закончилась. Ну, и что, по-твоему, происходит, когда наркоманы не получают денег, от которых они привыкли зависеть, получая столько наркотиков каждый месяц, что можно вырубить слона?

Я имел удовольствие наблюдать, как мрачнеет лицо Кона, а его руки сжимаются в кулаки, когда он резко втянул воздух.

- Они продают все ценное, что у них есть... что угодно.

Я ожидал, что он что-нибудь скажет… поспорит со мной, но, к моему удивлению, он просто повернулся ко мне спиной и ушел.

Совсем как много лет назад.

К счастью, на этот раз мне было совсем не больно.

Нисколько.

Ни капельки.

Лжец.

Глава шестая

Кон

Итак, парень знал, как бить не только физически.

Когда я, спотыкаясь, выходил из палаты, было такое чувство, будто я получил сильный удар справа по почкам, а в голове крутились слова Мики.

Чеки. Чертовы чеки.

Все, что случилось с молодым человеком в той комнате, а также с мальчиком, отца которого я отправил в могилу, было на моей совести. Все это.

Впервые за долгое время я совершенно не осознавал, что вокруг меня, и не осознавал самого времени. Только когда тяжелая рука брата легла мне на плечо и его резкий голос позвал меня по имени, я был вынужден вернуться к реальности.

- Эй, - сказал Кинг, когда наши глаза встретились.

Я понял, что сижу на полу прямо перед дверью в палату Мики, моя задница на холодном линолеуме, а спина прижата к стене. Если кто-то и заметил мой странный выбор места, то либо ничего не сказал, либо я их не услышал. В любом случае, глаза Кинга были полны беспокойства, что я редко видел в его обычно непроницаемом взгляде.

- Я в порядке, - сказал я, покачав головой. Но это было далеко от истины. Мне хотелось поджать хвост и убежать. Я хотел дать Мике именно то, чего он хотел.

Уйти.

Я чувствовал себя парализованным. Я не мог пошевелить ни единым мускулом. Я был заперт в собственном теле, как Брэйди в течение многих лет. Но для меня мгновения приступа страха были всего лишь... мимолетными. Брэйди не мог позволить себе такой роскоши. У него не было выхода.

И у Мики тоже.

- Они его подставили, - выдавил я, уставившись на уродливый пол. - Они, блядь, подставили его. Это моя вина.

- Почему это твоя вин…? - Начал Кинг, но я перебил его.

- Скажи, что мне делать, Кинг, - беспомощно прошептал я.

Обычно я был посредником, миротворцем. Я всегда пытался найти решение, которое не требовало бы применения моих или чьих-либо еще кулаков. Но сейчас я понятия не имел, что делать. Мика хотел, чтобы я убрался как можно дальше, и не без оснований. Большая часть меня тоже этого хотела. Я хотел вернуться в Лас-Вегас и затеряться в толпе обожающих людей, которые считали меня тем, кем я не был. Я хотел, чтобы меня больше всего беспокоил вопрос о том, какой костюм надеть на какое-нибудь светское мероприятие или премьеру. Я хотел раствориться в фальшивом обаянии, которое у меня так хорошо получалось, когда к лицу приставляли микрофон.

Но здесь все это не работало. Только не в этом месте. Я никогда не мог спрятаться в этом месте - в этой части мира, которая в глубине души знала, кто я на самом деле, и была свидетелем того, что я появился из ничего.

Что я никто.

Я целенаправленно поставил эту часть своей жизни позади, когда пришло время полностью погрузиться в жизнь Зевса, таинственного бойца, появившегося из ниоткуда и покорившего мир ММА штурмом. Те, кто следил за моей карьерой с самого начала, кто, возможно, помнил Брэйди Фокса, сделали то же самое, что и я… они притворились, что ничего не помнят, потому что воспоминание о Брэйди, неподвижно лежащем на спине, и о его младшем брате, рыдающем над его неподвижным телом, означало, что им придется столкнуться лицом к лицу со своей совестью.

Большая ладонь брата легла на мою щеку, и он большим пальцем приподнял подбородок, так что я был вынужден посмотреть ему в глаза.

- Ты идешь туда и сражаешься. Сражаешься так, как сражался всю свою жизнь. Только делаешь это ради этого мальчика и тех детей. Делаешь то, что сделал для Лекса и всех тех детей, которых ты вернул домой, к их семьям.

Глаза моего брата горели гневом, а в его голосе звучал тот самый серьезный тон, который появлялся только тогда, когда он прекращал дурачиться. В нем не было жалости. Он не давал мне разрешения погрязнуть в своих сомнениях и сожалениях.

Кинг держал мое лицо, пока я не кивнул, а затем отпустил и схватил за руку. Он поднял меня на ноги, что сразу же открыло мне вид на палату Мики. Маленькая Рори наполовину лежала на кровати, наполовину свисала с нее, и, казалось, разговаривала со своим дядей со скоростью миля в минуту, в то время как Кристофер нервно стоял в стороне, его маленькое, хрупкое тельце казалось крошечным рядом с подключенным к его дяде оборудованием. Мике удалось переместить поврежденную руку на спину маленькой девочки, и хотя он обращал внимание на ее, казалось бы, взволнованную болтовню, его взгляд то и дело метался в сторону Кристофера.

Я видел в них беспокойство. Страх, сожаление. Это кислотой разъедало мне внутренности. Я не мог перестать представлять хрупкое тело Кристофера, прижатое к той же стене, к которой Рикки прижал Мику. К счастью, мальчика вовремя спасли, но сколько раз Мика звал на помощь, а никто не приходил? Сколько раз его прижимали к стене, или наклоняли над кроватью, или прижимали к полу, когда над его телом измывались снова и снова, и все потому, что он был единственной ценной вещью, которую Рикки и Клара могли себе позволить?