Мой пес не двинулся в мою сторону. Но улегся. Я тут же почувствовал себя виноватым за свой резкий тон. Я нашел Брюера на обочине дороги через несколько месяцев после того, как вернулся в Фишер-Коув. Пес был истощен и напуган до смерти, но все равно подошел ко мне, когда я предложил ему немного еды. Помимо очевидного пренебрежения, были признаки того, что в какой-то момент жизни пес подвергся жестокому обращению, поэтому мне потребовалось немало времени, чтобы полностью завоевать его доверие. Как только это получилось, я был щедро вознагражден.

Я уже собирался присесть на корточки и позвать Брюера более мягким тоном, когда Лекс поднялся на ноги и сказал:

- Не нужно быть таким придурком, Гидеон! Ты явно пугаешь его!

Конечно, он был прав. Но то, что он отчитал меня за поведение, только ухудшило настроение.

- Может, ему стоит пугаться! Очевидно, что я довольно дерьмовый человек, так что кто может винить его за то, что он ушел?

Я знал, что веду себя мелочно и по-детски, но я боялся того, что сделаю, если окажусь где-нибудь рядом с Лексом. Все беспокойство, замешательство и сексуальная неудовлетворенность, накопившиеся за последнюю неделю, почти безостановочно бурлили во мне, и я боялся, что еще одно слово от мужчины, стоящего за всем этим, заставит меня забыть обо всем. Нет, я бы никогда не поднял руку на Лекса, но я знал, что в конечном итоге могу сказать что-то, о чем потом пожалею.

Я понял, что было ошибкой приехать сюда за своим псом, не попытавшись сначала остыть.

- Знаете что, вы двое, можете оставаться друг с другом! - Крикнул я, поворачиваясь к своему грузовику.

- Может, если бы ты не был лживым мешком с дерьмом, твой пес не оставил бы тебя! - Крикнул Лекс.

Его слова застали меня врасплох. Я обернулся и увидел, что он спускается с крыльца, и делает это на удивление хорошо. Конечно, у него был Брюер, поддерживающий его при передвижении.

- Я не из тех, кто прячет голову в песок каждый раз, когда становится трудно!

- Уверен? - Спросил Лекс. Он добрался до моего грузовика и стоял всего в нескольких футах от меня. Его щеки были ярко-красными, а потрясающие глаза полны гнева. Гнева, источника которого я так и не понял. - Разве весь этот ебаный город не является для тебя одной большой песочницей?

- Ты сам не знаешь, о чем говоришь! - Прорычал я.

- А ты не знаешь, когда нужно сказать ебаную правду! - выстрелил в ответ Лекс.

- Не понимаю, о чем ты говоришь... - попытался я сказать еще раз.

- Седьмой ряд! - Рявкнул Лекс, практически уткнувшись мне в лицо. - Седьмой ряд, Гидеон!

- Седьмой ряд? - Спросил я в замешательстве.

Несмотря на мой гнев, мое тело сошло с ума от желания, когда Лекс соприкоснулся со мной. Я стоял спиной к грузовику, так что, если я не протиснусь мимо него, мне некуда было деться, чтобы спастись от него. Я сжал кулаки, чтобы не схватить его.

- Я не знаю, в какие игры ты играешь, но не используй меня, чтобы не возиться с женщинами, которых ты трахаешь.

- О чем, черт возьми, ты говоришь?

- Я говорю о Делии и о других женщинах, с которыми ты трахаешься! Делия, может, и эгоцентричная сучка, но даже она не заслуживает того, чтобы с ней играли. - Говоря это, Лекс фактически ткнул меня пальцем в грудь, в то время как Брюер непрерывно скулил, пытаясь втиснуться между нами.

- Я не трахаюсь с Делией. Или с кем-то еще, если уж на то пошло.

- Так что, презервативы были для твоей руки? - Лекс практически выплюнул.

- Презервативы? - Я был настолько поглощен разговором, что все, что я мог сделать, это повторить то, что говорил Лекс.

- Презервативы, Гидеон! Седьмой отдел! Кенни сказал мне, что в седьмом отделе презервативы!

Пока Лекс говорил, я, наконец-то, понял, и вспомнил свою нелепую ложь о том, что в седьмом отделе выставлены все виды кремов, которые продаются в «Мервз». Но почему, черт возьми, моя маленькая невинная ложь вызвала у него такую бурную реакцию? Даже если бы я покупал презервативы, почему это его так сильно беспокоило?

- Не могу поверить, что купился на всю эту чушь о том, что ты хочешь быть моим другом! - огрызнулся Лекс. - Я думал, что ты хороший парень, Гидеон, но ты такой же, как все остальные. Ты как Грэйди!

- Я совсем не такой, как этот сукин сын! - Ответил я, и мой гнев быстро вернулся. - И до сих пор то, что я был твоим другом, не было самым ярким событием в моей жизни!

Лекс на мгновение замолчал, а затем сказал:

- Ну, по крайней мере, мы хоть в чем-то согласны. Передавай привет Делии или любой другой женщине...

- Черт возьми, я смотрел не на презервативы! - Прорычал я. - Я смотрел на...

- На что? - Спросил Лекс.

Готов поклясться, что услышал дрожь в его голосе.

- Я солгал насчет седьмого ряда, потому что не хотел, чтобы ты знал, что я смотрю на... на... - Унижение охватило меня, когда я попытался произнести эти слова.

- На что? - Повторил Лекс. - Просто скажи мне, черт возьми!

- На смазку! Я смотрел на смазку! - Признался я.

И затем, прежде чем он успел сделать какие-нибудь глупые предположения о том, для чего нужна смазка, я обхватил рукой его за талию и притянул к себе, одновременно впиваясь губами в его губы.

Глава тринадцатая

Лекс

Даже если бы я не был слеп, я бы никогда не заметил приближающегося поцелуя.

Никогда.

Только что мы были готовы вцепиться друг другу в глотки, а в следующую секунду губы Гидеона прижались к моим, и я изо всех сил пытался понять, что вообще происходит. Но это продолжалось всего полсекунды, потому что, как только мой мозг осознал тот факт, что губы Гидеона реально были прижаты к моим, все изменилось. Больше не имело значения, из-за чего мы ссорились, или насколько я был расстроен, или как ревность из-за того, что я считал, что у Гидеона были какие-то физические отношения с женщиной, съедала меня заживо. Все, что имело значение - то, что Гидеон целовал меня.

М еня .

И, блядь, этот мужчина умел целоваться.

Его губы были мягкими, но твердыми, когда он жадно впился в мои. Его отчаяние было пьянящим. Я смутно осознавал, что его рука обвилась вокруг моей талии, а другая легла мне на затылок, но я был слишком сосредоточен на том, как он поглощал меня, чтобы думать о чем-то еще. Когда язык Гидеона прошелся по моим губам, я автоматически открылся ему навстречу.

А потом началась игра.

Я ожидал, что его прикосновение к моим губам будет таким же осторожным и сдержанным, каким всегда было у Грэйди. Но вместо этого Гидеон брал именно то, что хотел, и возвращал мне это тысячекратно. Даже если бы физическое ощущение его языка, облизывающего мой, не заставило меня взлететь до небес, это сделала бы его требовательная натура. Как бы сильно я ни ненавидел саму мысль о том, что мне нужна забота, когда я был ребенком, но когда дело доходило до романтических отношений, я втайне мечтал о ком-то, кто бы просто знал, в чем я нуждаюсь, и давал бы мне это.

И одним поцелуем Гидеон добился именно этого.

Я понятия не имел, как долго длился поцелуй, но к тому времени, как он оторвался от моих губ, у меня уже кружилась голова от недостатка кислорода. Я обвился вокруг Гидеона, как виноградная лоза. Не говоря уже о том, что, каким-то образом, в процессе поцелуя я оказался прижатым спиной к его грузовику. Я был рад услышать, что Гидеон дышит так же тяжело, как и я. Его лоб был прижат к моему, и он все еще держал одну руку у меня на спине, а другой перебирал мои волосы.

- Ты должен пойти ко мне домой и съесть со мной спагетти.

Эти слова должны были показаться забавными, учитывая то, что произошло прямо перед ними, но в его заявлении не было ничего смешного. Я подозревал, что таким образом он пытается справиться с тем, что только что произошло, и я это понял. С того момента, как он спас мне жизнь, у меня было немало фантазий о нем, но ни одна из них не соответствовала действительности. Мои пальцы чесались прикоснуться к каждому кусочку его обнаженной кожи. Я хотел попробовать ее на вкус. У меня было приличное количество мужчин с тех пор, как я потерял девственность в зрелом возрасте двадцати двух лет, но я не мог припомнить ни одного полового акта, который мог бы сравниться хотя бы с одним поцелуем Гидеона. Я боялся того, что это означало.

Так что да, идея со спагетти показалась мне чертовски хорошей.

- Ладно, - сказал я.

К моему удивлению, губы Гидеона снова коснулись моих в нежнейшем, сладчайшем поцелуе, а затем его рука обхватила мою. Он подвел меня к пассажирскому сиденью грузовика и открыл передо мной дверь. Он делал это и раньше, но почему-то на этот раз все было по-другому. Как будто он открывал мне дверь не потому, что я был слепым, а потому, что сам этого хотел. Потому что это было то, что человек сделал бы для того, кто ему небезразличен.

Когда Гидеон закрыл дверь, я заставил себя сделать глубокий вдох, чтобы успокоить свое разбушевавшееся либидо. Я понятия не имел, что произойдет, когда мы доберемся до его дома. Мне было все равно, до тех пор, пока он не скажет мне, что все это было ошибкой.

Даже если так оно и было.

Гидеон завел грузовик и свистнул Брюеру. Я услышал, как пес запрыгнул в грузовик. Это напомнило мне о том, почему Гидеон вообще появился в домике. Это заставило меня вспомнить наш разговор.… Ладно, нашу ссору.

Я все еще не понимал, как разговор о презервативах и смазке привел к тому, что Гидеон поцеловал меня, но я не собирался спорить с ним по этому поводу. Я рассеянно подумал, есть ли у него дома и то, и другое. На самом деле у меня в бумажнике лежали презерватив и пакетик со смазкой, но, поскольку я не собирался выходить из домика, бумажника при мне не было.

- Что? - услышал я вопрос Гидеона.

Я посмотрел в его сторону и спросил:

- А?

Мягче, Лекс.Еще мягче.

- Ты улыбаешься, - сказал Гидеон.

- А ты нет? - спросил я.

Если бы я не улыбался из-за презерватива и смазки, которые лежали бесполезными на моем кухонном столе, я бы наверняка улыбнулся тому факту, что Гидеон поцеловал меня. Что, если мужчина рядом со мной не чувствовал того же?

- Правду? - спросил он.

О Боже, это не предвещало мне ничего хорошего. Но я все равно кивнул.

- Не уверен, что чувствую в данный момент.

Вот так просто мое хорошее настроение испарилось. Я хотел спросить его, что его так смутило. Потом захотел узнать, что я вообще тут делаю. Зачем мы вообще ехали к нему домой? Но потом до меня дошла страшная правда, когда подумал о том, как мало знаю о прошлом Гидеона.

В частности, о его жене. Черт возьми, я даже не знал, был ли он женат. Он только упомянул, что у него есть дочь. Для этого ему определенно не нужно было быть женатым…

О, черт.

- Гидеон, пожалуйста, скажи мне, что это не был твой первый поцелуй с парнем.

Я знал, что, вероятно, мне следовало подождать с этим разговором, пока мы не приедем к нему домой, но были вопросы, на которые нужно было получить ответы прямо сейчас. Когда Гидеон не ответил, мой желудок сжался, и уверен, что тихий стон отчаяния вырвался из моего горла, прежде чем я смог его скрыть.

- О Боже, - тихо сказал я.

Я избегал именно этого сценария всю свою жизнь. Я специально оттолкнул Гидеона после того, как узнал о происшествии с седьмым рядом, потому что знал, что не смогу находиться рядом с этим человеком, пока он встречается с кем-то другим. По той же причине я никогда не ухаживал за гетеросексуальными мужчинами.

И теперь я взял и поцеловал его. Он экспериментировал со мной по какой-то причине, но для меня этот поцелуй был настоящим.

- Думаю, тебе, наверное, следует отвезти меня домой, - пробормотал я.

- Я так не думаю, - ответил Гидеон.

- Гидеон, я не эксперимент...

- Лекс, у меня только что был лучший ебаный поцелуй в моей жизни. За всю. Мою. Жизнь. Я не собираюсь сидеть здесь и думать о тебе, как о каком-то чертовом эксперименте. Я просто пытаюсь смириться с тем фактом, что я тридцативосьмилетний отец двоих детей, который был женат на одной и той же женщине пятнадцать лет, и только сейчас у меня был такой поцелуй, который ты запоминаешь на всю оставшуюся жизнь. Единственная причина, по которой не могу поговорить об этом, я сейчас не в том месте, ладно?

Его речь ошеломила меня, и я замолчал, хотя мне и удалось выдавить из себя:

- Ладно, - чтобы он понял, что я не игнорирую его.

Я не знал, к какой части его заявления мысленно обратиться в первую очередь. К факту, что поцелуй был для него таким же волнующим переживанием, как и для меня, или к факту, что он так долго был женат и у него было двое детей.

Я нервничал по мере того, как шли минуты, потому что понятия не имел, что произойдет, когда мы приедем к нему домой. На самом деле вопрос был даже не в том, будем ли мы заниматься сексом, потому что все было намного сложнее. Гидеон не говорил этого, но интуиция подсказывала мне, что его ориентация сыграет важную роль в нашем разговоре. То, что ему понравилось целовать меня, не означало, что он действительно был готов поцеловать меня. Или сделать что-нибудь еще.

Либидо человека может заставлять его вести себя самым странным образом, но, в конечном счете, это внутренние противоречия, который он должен преодолеть, чтобы принять себя таким, какой он есть на самом деле. То, что Гидеон хотел меня, не означало, что он хотел меня хотеть.

- Не двигайся, - скомандовал Гидеон, останавливая грузовик.

Я был не из тех, кто подчиняется приказам Гидеона, но это совсем другое дело. Я полагал, что был еще кое-что, о чем я не хотел слишком много думать.

Я услышал, как Гидеон выбирается из грузовика, и через несколько секунд моя дверь открылась. К моему удивлению, Гидеон снова взял меня за руку, чтобы помочь выйти, но вместо того, чтобы перекинуть ее через свою руку, он сжал ее. Он прижимал наши тела друг к другу, когда закрывал дверцу грузовика и вел меня к своему дому. На нем не было перчаток, поэтому я чувствовал, какие теплые у него ладони. Сила его пальцев опьяняла, как и шероховатость подушечек. Я представил, как они исследуют каждый дюйм моего тела. По мне пробежала невольная дрожь.