Вместе с тем как кинематограф осваивал все более серьезные сюжеты, возрастало значение иллюстративного костюма. К 1920‐м годам киностудии содержали огромные костюмерные отделы, разделенные на характерные костюмы и вечерние наряды. В отсутствие звука и цвета, по словам главного модельера студии Paramount Говарда Грира, чрезмерность в костюмах была необходима для раскрытия сюжета[317]. Шляпы в кинофильмах подкрепляли образ персонажа или подчеркивали индивидуальные свойства кинозвезды: таковы слишком маленький по размеру котелок Чаплина или, например, двусмысленно соблазнительный цилиндр Марлен Дитрих.

Шляпы Дитрих достойны отдельного разговора. «Эти скулы и высокие брови, – говорил Оге Торуп, – были радостью шляпника. ‹…› Как соответствовать ее загадочному обаянию, – переживал он, – бедуинский головной убор… чалма с маленькой короной [c] миниатюрной копией ладоней Будды?»[318] Художники по костюмам в кино подчеркивали ее привлекательность облегающими платьями и изысканными шляпами (ил. 19), а также при помощи цилиндров, трилби, военных фуражек и беретов; с появлением звука голос с хрипотцой усилил ее загадочность. Французский модельер Лили Даше создавала для нее головные уборы, а в 1936 году в Нью-Йорке приняла участие в работе над фильмом «Желание», в котором играла Дитрих. Даше выпустила свои «самые поразительные» модели: «Она отобрала сорок восемь шляп. Она хотела их все, но одну желала надеть к обеду… мы закончили отделку шести шляп, прежде чем она выбрала одну… убийственно простую, просто убийственную»[319].

Ил. 19. Марлен Дитрих. Ок. 1935

Марлен Дитрих говорила, что «Желание» было единственной кинокартиной, за которую ей не было стыдно. В роли французской авантюристки, похитительницы ювелирных украшений, соблазняющей Гэри Купера, она нуждалась в превосходных шляпках. У Дитрих был «весьма раскованный подход к шляпам»[320], и Даше в конечном итоге изготовила для фильма пятьдесят головных уборов, с нежностью вспоминая «объемный театральный берет с козырьком… [который] в том году задал тон всем парижским шляпникам и модисткам». Наибольшее влияние на моду оказали самые простые шляпы Марлен Дитрих: в «Свидетеле обвинения» (1957) она стоит в суде в берете, загадочно надвинутом на один глаз.