Северным Сфинксом называли Александра I за его умение загадывать политические загадки и сохранять в тайне свои намерения. За это же невзлюбили его участники тайных обществ. Именно при этом царе были воздвигнуты здания, составившие обрамление центральных столичных площадей – Дворцовой и Петровской (Сенатской). Адмиралтейство, Главный штаб, дом Лобанова-Ростовского со львами, Конногвардейский манеж… Те самые стены, возле которых разворачивались события, вызванные его смертью – последней из загаданных им загадок. Драма 14 декабря была сыграна в декорациях, задуманных и подготовленных Северным Сфинксом.

Лукавый дух витал над этими площадями и зданиями в декабрьские дни 1825 года. Как будто Сфинкс обморочил всех. В Зимнем дворце, в Сенате никак не могли решить, кто же император – Константин или Николай; власть пребывала в оцепенении. Заговорщики, наоборот, кипели суетливой энергией и, собираясь на шумные сходки у Рылеева, у Оболенского, убеждали сами себя в непременном успехе вооружённого выступления и строили планы, которым не суждено было осуществиться. Они не знали ни сколько у них войска, ни кто из власть имущих готов переметнуться на их сторону, но были уверены, что стоит только начать, а там само пойдёт. Но и в покоях Николая Павловича, выходящих окнами на Адмиралтейство, за которым угадывался простор Сенатской площади, не ведали, кто свой, кто чужой; на кого можно положиться, а кто держит за пазухой цареубийственный пистолет.