Город Березов

Клара с трудом разлепила тяжелые веки. Ей снился какой-то кошмар, в котором она бесконечно долго бродила по темному лабиринту и никак не могла найти выход. Кто-то тянул ее за руки, она сопротивлялась и кричала, а потом внезапно сон оборвался, оставив после себя ломоту и тяжесть во всем теле.

Шея затекла, и она попробовала было поднять руку, чтобы ее размять, но запястье обожгло болью, и Клара удивленно вскрикнула.

Она распахнула глаза, но зрение было мутным, и ей никак не удавалось сфокусировать взгляд. Руки были связаны за спиной, а ноги примотаны веревками к ножкам стула.

– Видишь, что случается с непослушными девочками, – раздался смутно знакомый голос. – Тебя ведь предупреждали, что нужно уезжать отсюда, но ты не послушалась.

В поле зрения Клары появились темно-коричневые туфли с тоненьким ремешком. Прохладная рука коснулась ее подбородка, заставляя Клару посмотреть в лицо склонившейся над ней женщины.

– Такая молодая… Жаль, конечно, что в битве за жизнь тебе уготована смерть.

Женщина убрала руку, и голова Клары снова безвольно упала на грудь.

– Хотя знаешь, – в поле зрения Клары снова появились туфли с ремешками, – возможно, мое предупреждение ничего бы не изменило. Ты сама подписала себе приговор, забрав то, что тебе не принадлежит.

– О чем вы говорите? – голос Клары звучал хрипло. – Я ничего не брала.

– А это тогда что? – перед Кларой появился перстень, который она нашла в библиотеке и с тех пор носила с собой в кармане.

– Я хотела отдать кольцо Яну Штерблиху, новому владельцу усадьбы.

– Дорогуша, я потратила так много времени не для того, чтобы ты отдала мой ключ к вечной жизни какому-то самовлюбленному богатею, который понятия не имеет, какое сокровище попало ему в руки!

– Я вас не понимаю, – Кларе наконец удалось поднять голову, и сквозь мутную пелену она увидела стоящую перед ней женщину.

Когда они встретились впервые, Марья Ивановна казалась ей кроткой, слегка наивной, но, в сущности, безобидной старушкой, которая предупреждала их с Андреем о том, что в усадьбе водятся призраки. Еще тогда они подумали, что Головлева неслучайно подсела к ним в кафе, и сейчас Клара могла в этом полностью убедиться. В лице Марьи Ивановны больше не было ни капли кротости. Она смотрела на Клару полным злобы взглядом, тонкие губы сжаты в полоску, а на щеках – лихорадочный румянец. В голове промелькнула мысль, что старуха совершенно безумна, и лучше ей не перечить. Клара надеялась, что ей удастся тянуть время до тех пор, пока к ней на выручку не придет Андрей. Как он догадается, где она, и что будет, если этого не произойдет, она старалась не думать.

– Так вам нужен перстень? – она все еще с трудом осмысливала происходящее. Клара не до конца понимала, как здесь оказалась и почему ее руки связаны за спиной. Где-то на задворках сознания теплилась мысль, что все это очередное видение или страшный сон, но боль в перетянутых веревками запястьях свидетельствовала о том, что все происходит на самом деле.

– А тебе нет? – едко поинтересовалась старуха. – Или ты настолько глупа, что даже не представляла, какую ценность все это время так беспечно носила в кармане?

– Это ведь перстень Рихтера? Я видела его изображение на картине в усадьбе графини Самойловой.

– То есть тебе все известно? – старуха удивленно вскинула мышиного цвета брови.

– Не совсем понимаю, о чем вы.

– Так я и думала, – бывшая медсестра повернулась к небольшому столику и взяла с него шприц. – Возможно, это и к лучшему. Тебе проще будет умереть, не зная, что ты была в шаге от бессмертия.

Отточенным движением она вскрыла ампулу и набрала в шприц какую-то жидкость.

– Не бойся, как будто комарик укусит, – она подошла к Кларе и закатала рукав ее свитера.

– Не надо! – Взвизгнула Клара и резко дернулась, едва не перевернув стул, к которому была привязана.

– Сиди смирно! – Крикнула старуха, крепко держа ее за руку.

– Пожалуйста, – прошептала Клара. – Отпустите меня, я никому ничего не скажу. Забирайте перстень, о нем, кроме меня, никто не знает, – соврала она. – Это же просто безделушка, – простонала Клара. – Я нашла его в старой библиотеке, он мне не принадлежит. Возьмите его и отпустите меня.

– Если бы все было так просто, – устало вздохнула старуха, и Клара с облегчением заметила, что та вернула шприц на столик. – Рихтер был гением. Он знал, что его открытие перевернет мир, поэтому сделал так, что философским камнем можно завладеть лишь после смерти его хозяина. Но как убить бессмертного? – Головлева горько усмехнулась. – Поэтому он создал яд, который нейтрализовал действие камня. Таким образом Рихтер не просто победил смерть, он подчинил ее, получив возможность самостоятельно решать, когда завершить свой земной путь. Об этом открытии знали единицы. Рихтер поделился им только со своей дурочкой-женой и близким другом графом Самойловым. Для всех остальных Рихтер продолжал оставаться чудаком, который грезит о создании элексира бессмертия и по ночам взывает к дьяволу, чтобы предложить ему свою душу взамен на формулу вечной жизни. Хотя, возможно, доля правды в этом была, поскольку ему все-таки удалось добиться желаемого.

– Вы верите в то, что Рихтер создал элексир бессмертия?

– Он создал камень, – поправила ее Головлева, – который дарил своему хозяину вечную жизнь.

– Если это правда, то Рихтер все еще жив, и вы в любом случае не сможете стать полноправной хозяйкой перстня, – Клара ухватилась за эту нестыковку как за спасательный круг.

– Рихтер мертв! – рявкнула Головлева, и Клара инстинктивно вжалась в спинку стула. – Должен быть мертв, – уже спокойнее добавила Головлева. – Последней владелицей камня была его жена.

– Но она тоже мертва, – прошептала Клара.

Головлева ничего не ответила, полностью погруженная в свои мысли. Клара судорожно соображала, как ей выбраться из ловушки, в которую она угодила, но ничего не приходило в голову.

Где-то в доме раздался приглушенный грохот, и Головлева удивленно вскинула голову, прислушиваясь.

– Почему вы считаете, что я новая хозяйка перстня? – выпалила Клара, снова привлекая к себе внимание старухи. Она не сомневалась, что Андрей каким-то образом понял, где она находится и пришел ей на выручку, поэтому Клара должна отвлечь Головлеву любым способом.

– Все просто, – старуха пожала плечами, – ты все еще жива. Кольцо дарит не только жизнь, но и несет в себе смерть. Если ты не достоин им обладать, то твоя участь незавидна. Предыдущий владелец камня не продержался и пары часов.

– Вы о Никите Козыреве? Том парне, тело которого обнаружили в библиотеке?

– Да, – Головлева недовольно скривила губы. – Когда мы поняли, что кольцо по-прежнему у Лизы Рихтер, он вызвался его добыть. Найти ее могилу не составило труда: Рихтер неоднократно упоминал в письмах, что липовая аллея у горбатого моста стала ее излюбленным местом в усадьбе. А поскольку склеп Рихтеров удручающе пуст, мы знали, где нужно искать.

– Вы? В этом замешан кто-то еще?

– Конечно! – усмехнулась Головлева. – Неужели ты думала, что старуха вроде меня, способна провернуть такое в одиночку?

– И кто вам помогал? Козырев, Варя из кофейни… Кто еще? Сторож Василич?

– Этот старый хрыч? – Головлева искренне рассмеялась. – Этот цербер меня на дух меня не выносит еще с тех времен, когда я работала медсестрой в санатории! Он уже тогда был стариком, не представляю, как ему удается так долго топтать землю и отравлять мне жизнь. Некоторым людям отмеряно несправедливо много.

– Тогда кто? – не сдавалась Клара. Ей снова послышался какой-то шум за спиной, но она боялась обернуться. – Мне сложно поверить, что кто-то согласился пойти на преступление из-за выдуманной легенды о кольце, дарующем бессмертие.

– Это не легенда! – старуха с необычайной для своего возраста прытью подлетела к Кларе и с размаху влепила ей пощечину.

Клара вскрикнула. Из глаз полились слезы, но она гордо вскинула подбородок и с вызовом посмотрела старухе в глаза.

– Нужно быть совершенным кретином, чтобы принять все сказки о Рихтере за чистую монету. Ну какой эликсир вечной жизни? Философский камень? Это же все выдумки! Глупости! Рихтер был обыкновенным чудаком, который был одержим мистикой и идеей вечной жизни. Я читала его дневник, там нет ни слова о том, что хотя бы один из его экспериментов увенчался успехом! Он был безумцем! Он убил свою жену, заподозрив ее в измене с лучшим другом!

– Ты ничего не знаешь! – Губы старухи задрожали от плохо сдерживаемого гнева. – Он был гением! Его величайшая ошибка в том, что он доверился не тем людям! Никто из них не в состоянии был оценить его величия. Его женушка была уверена, что смертным не пристало вмешиваться в дела божественные, а его похотливый дружок видел в бессмертии возможность переписать свою жизнь с чистого листа. А все потому, что никто из них не оказывался на пороге смерти. Знаешь, когда больше всего хочется жить? – Головлева наклонилась, чтобы посмотреть Кларе в глаза. – Перед самой смертью. Когда чувствуешь на своем лице ее ледяное дыхание. И вот тогда ты осознаешь, как мало тебе было отмеряно.

– Так наденьте кольцо, и посмотрим, гением он был или шарлатаном, – голос Клары звучал спокойно, но сердце бешено билось в груди от страха.

– Обязательно, – хитро прищурилась Головлева. – Но для начала, я все-таки сделаю то, что собиралась. Пусть ты считаешь, что не являешься хозяйкой кольца, но я не собираюсь рисковать.

Старуха вернулась к столику и снова взяла шприц.

– Ты знала, что лекарства, созданные для того, чтобы исцелять больных, могут нанести непоправимый вред здоровому организму? Что лечит одного, убивает другого – мера решает все.

Клара с ужасом наблюдала за тем, как к ней приближается сумасшедшая старуха. Клара задергалась, пытаясь освободиться, но руки были надежно связаны за спиной. По щекам снова заструились слезы, она рычала в ярости, стараясь вырваться, но все было тщетно. И вот когда игла уже почти коснулась ее бледной кожи, дверь за спиной у старухи отворилась, и та удивленно обернулась.

Сердце Клары подпрыгнуло от радости, но как только она поняла, кто перед ней стоит, едва не завыла от разочарования.

– Все в порядке, бабуль, давай это сделаю я.

И тогда Клара закричала.