По «Положению о поземельном устройстве в казачьих войсках», вступившем в силу на территории Оренбургского казачьего войска в 1869 году, оренбургские казаки получили 7,4 миллиона десятин земли.

В результате реализации целого ряда правительственных постановлений земли Оренбургского войска были разделены на три вида:

станично-надельные (общинные),

офицерско-чиновничьи (частновладельческие) и

войсковые запасные.

«Положением» 1869 года было предусмотрено наделение на каждую мужскую душу казачье сословия земельного пая в размере тридцати десятин. Из этого земельного участка пахотной удобной земли должно быть двадцать четыре десятины и плюс шесть десятин луга. Однако, земли в Оренбургском войске имелось в таком избытке, что фактические наделы значительно превосходили тридцатидесятинную норму.

Станичные наделы включали в себя водопои, леса, луга. Если на станичной территории обнаруживались месторождения металлов или полезных минералов, то станица получала землю на ближайшей к ней территории.

Существовало рациональное и справедливое право: земельным паем наделялся каждый казак, достигший 17-летнего возраста. До 21 года, до ухода на первоочередную службу, он жил в отцовском доме, и пай оставался в пользовании главы семейства. Следовательно, казачья семья могла совокупно располагать значительными земельными площадями (иногда до 150 десятин) пахотной и луговой земли.

Землю разрешалось сдавать в аренду, причем денежную плату за пользование ею разрешалось получать только за один год вперед.

Казаки, имевшие хозяйственные постройки, мельницы и сады на юртовых станичных землях, владели землей, занятой под ними, «не на праве собственности, а лишь на праве постоянного пользования».

Право собственности на все войсковые земли принадлежало исключительно всему Оренбургскому казачьему войску в целом. Оно было закреплено за войском высочайшим указом в апреле 1906 года. Непосредственно землей распоряжалось войсковое хозяйственное правление. Что касается упомянутых выше мельниц, то еще «Устав о благоустройстве в казачьих селениях»1857 года разрешил устройство водяных и ветряных мельниц в казачьих войсках России на станичных и общевойсковых землях только лицам войскового сословия, то есть казакам.

По «Положению» 1875 года генералам Оренбургского казачьего войска отводилось в потомственное владение до 3000 десятин земли, штаб-офицерам – по 800, обер-офицерам – по 400 десятин. Это вдвое превышало земельные наделы в Донском, Кубанском, Терском и Астраханском казачьих войсках. Генералы и офицеры могли эту землю сдавать в аренду и продавать лицам как войскового, так и невойскового сословий. Средняя цена одной десятины земли к началу двадцатого столетия достигала здесь восьми рублей. К 1912 году офицеры и генералы Оренбургского казачьего войска владели 506 тысячами десятин земли.

Из юртовой станичной земли выделялось для церкви 300 десятин, что тут же компенсировалось станице из войсковых запасных земель. Церковные чины также получали земельные наделы: протоиереи по 4 казачьих пая, священники – по 2, дьяконы – по 1,5. дьячки и пономари – по 1 казачьему паю.

Одним из прибыльных занятий оренбургских казаков являлось садоводство. Согласно принятому в 1906 году «Учреждению гражданского управления казаков» каждому казаку разрешалось иметь и разводить плодовые сады и лесные рощи как при своих усадьбах, так и на участках, выделенных из юртовых земель. Хозяева садов и рощ владели ими до тех пор, «доколе существуют древесные насаждения».

Такие же права в этом отношении имели и неказаки, проживавшие на территории Оренбургского казачьего войска.