Пожар в Зимнем дворце в декабре – вторая большая утрата России 1837 года после гибели Пушкина в январе. Вторая сделала первую еще ощутимей. Этот пожар, писал Вяземский, был достоин пера национального поэта.

Кто из нас не пожалел вновь о том, что умолкла уже лира Пушкина? Певец всего славного в России питал особенную любовь к этому прекрасному зданию и, конечно, пролил бы поэтические слезы свои на дымящиеся развалины, если бы буря не унесла его прежде и не разбила его лиры.

Но Пушкин незаменим. А дворец еще мог возродиться, подобно фениксу, и вновь занять свое место в сердце Петербурга, где и остается по сей день.

1830‑е годы в России – время монументальных строек; особенно заслуживает внимания вторая половина десятилетия. С 1818 года шло строительство Исаакиевского собора – крупнейшего православного храма Петербурга. В 1836–1837 годах велась основная работа над возведением купола. В 1837‑м началось строительство колоссальной лестницы в Одессе, прославленной в фильме Сергея Эйзенштейна «Броненосец „Потемкин“». Также к 1837 году можно отнести начало работ над возведением огромного храма Христа Спасителя в Москве (закончен в 1883‑м, уничтожен большевиками в 1931‑м, восстановлен в 1990‑х) – в том году расселили женский монастырь на его будущей территории. В 1838 году начали возведение Нового императорского дворца в Москве (закончен в 1849‑м), где планировалось проводить масштабные приемы и процессии императорского двора. Выходит, реконструкция Зимнего – часть строительного бума, но уникальная как по скорости (храм Христа Спасителя строили почти полвека), так и тем, что это была реставрация, призванная скрыть следы пожара.

Новый Зимний дворец еще станет местом ряда драматических событий. В 1880 году бомба, пронесенная террористами-революционерами, уничтожила столовую и убила одиннадцать солдат. На следующий год в кабинете на втором этаже скончался Александр II, смертельно раненный террористами. В 1906 году Николай II не по собственной воле собрал в Тронном зале первый российский парламент, положив начало конституционному эксперименту. Ну а «штурм Зимнего» – пусть не такой драматичный и значительный эпизод, как хотелось бы советским идеологам, – стал краеугольным мифом нового государства большевиков. Может показаться, что решение перестроить Зимний дворец было неизбежным, но в конце концов и его нужно было принимать по размышлению. И принятие этого решения, и приведшая к нему катастрофа – все это случилось в 1837 году.