Святославу было нелегко. Он нес тяжелое бремя ответственности, делал все, чтобы не дать нам сбиться с пути. Вот как тогда, с Захаром. Я ведь и понятия не имела, что поступаю вопреки воле Минги-Тау.

Мы с Захаром подружились не сразу. Все началось примерно через месяц после моего посвящения в члены общины. Сначала этот симпатичный светловолосый парень, похожий на Алешу Поповича из мультика про трех богатырей, лишь смотрел на меня исподлобья странным взглядом (удивленным или изучающим – разобрать не получалось). Я встречала этот взгляд, стоило мне поднять глаза от тарелки за столом или внезапно обернуться, когда я шла к площадке для духовных практик. Танцуя вечером под тамтам (вот так, оказывается, называют продолговатый барабан), Захар старался держаться ко мне поближе, а иногда пытался невзначай коснуться моего плеча или кисти руки. Наконец богатырь набрался смелости и… помог мне тащить вязанку дров для костра. Спустя неделю он отважился пойти за мной к речке мыть руки перед обедом и завести разговор. Тогда я и узнала, что Захар родом из Пятигорска, что он на целых пять лет старше меня, а еще, что он бросил университет аэрокосмического приборостроения ради мечты стать сверхчеловеком.

По утрам Захар поджидал меня снаружи, у расщелины в скалах. Мы вместе шли к речке и делились впечатлениями от головокружительно красивых горных пейзажей. Иногда сравнивали ощущения от медитаций. Порой рассказывали друг другу о прошлой «внешней» жизни.

Я узнала, что Захар познакомился со Святославом… не поверите… в баре. Разве мог безупречный гуру очутиться в подобном месте? Оказалось, он пришел туда по велению Минги-Тау. Захар же притащился в бар, чтобы впервые напиться. Он завалил сессию и теперь надеялся заглушить мысль, что избрал не тот путь. Что не тянет учебу. Что лучше бы подался в училище. Выучился бы на электрика. Как батя. А так получается, родители горбатятся на нескольких работах, чтобы сын мог учиться на «платке», а он…

Захар не успел прикончить первую бутылку пива, как к нему подсел Святослав и объяснил, что к чему. Мол, зря Захар считает себя неудачником. Напротив, он счастливец. Избранный. Сын Минги-Тау. И сессию он неспроста запорол. Гора призывает его к себе, побуждает отказаться от лишнего и ненужного.

Захар проникся не сразу. Сначала усомнился в словах гуру, но съездить в общину был не против. Хотел развеяться и подумать о том, что делать дальше. И вот уже больше года он тут.

Однажды Захар протянул мне небольшой камень – матово-черный, с белыми вкраплениями.

– Я хочу, чтобы и у тебя такой был. Возьми, – произнес он, а потом рассказал, как ходил к скалам Пастухова.

Прошлой зимой Минги-Тау ниспослал Святославу видение. Великий отец предупреждал, что брат Захар в беде – он не развивается, не совершенствуется, не растет. Милосердный отец обещал помочь сыну. Чтобы получить помощь, Захар должен был добыть камень со скал Пастухова. Святослав приказал брату выдвигаться в путь, не мешкая.

Захар счел чудом, что он вернулся из того путешествия. Мороз. Метель. Ревущий ветер. Никакого специального снаряжения. Да что там… ему даже пищи с собой не дали (такова была воля Минги-Тау).

Захар принес три камня.

И вот теперь один из них – мой.

Мне нравилось болтать с братом Захаром. На время наших коротких прогулок меня отпускало чувство вины за то, что я так медленно продвигаюсь к совершенству. Я даже переставала прокручивать в голове мысль: вдруг я не дочь Минги-Тау, вдруг я самозванка и скоро меня прогонят из общины с позором.

С тех пор как мы начали общаться с Захаром, я будто раздвоилась. Внутри сестры Амины, которая вот-вот услышит голос двуглавой горы, проснулась глупая Вика, скучающая по дому, по папе… по себе прежней.

Я рассказала о метаниях и переживаниях Насте, но та ничего не посоветовала, зато поджала губы и укоризненно покачала головой. Вечером советы и наставления мне дал Святослав. После ужина он пригласил меня к себе в келью.

– Амина, сегодня ночью Минги-Тау ниспослал мне видение.

В келье царил полумрак. Святослав зажег лишь одну свечу и поставил ее на пол между нами. Впрочем, к чему свечи, если я сияла ярче лампы в 200 ватт. Ведь мудрый наставник сказал, что сообщит (мне! мне! одной мне!), о чем поведал ему наш Великий отец.

– Минги-Тау заметил твою нарождающуюся дружбу с братом Захаром.

«А не Настя ли…» – пискнула едва слышно та самая вторая я – глупая Вика. Почти сверхчеловек Амина мысленно придушила мерзавку и ответила Святославу:

– Да, в последнее время я часто беседую с Захаром.

Гуру долго молча смотрел на свечу. Мне стало не по себе. Я сделала что-то плохое? Разочаровала Святослава или Минги-Тау? Я едва дышала от страха, когда наставник наконец высказался:

– Амина, ты не должна оказывать предпочтение Захару. Ты нарушаешь гармонию. Детям Минги-Тау полагается относиться друг к другу с любовью и заботой. Одинаково ко всем. Никого не выделяя. Иначе поток энергетики отца исказится и община окажется беззащитна против грязи внешнего мира. Подумай об этом в лечебной келье.