Далеко-далеко, над материковым водоразделом, Матушка Тучка родила два маленьких Ручейка. Они текли рядышком, но потом пути их разошлись.

– Я стану великой Рекой и буду творить великие дела, ибо делаю ставку на широту охвата: обо мне узнают сотня долин и все равнины, – сказал один и свернул на восток.

– Я стану Рекой, питающей одну долину. Пусть меня считают узкой, зато я смогу сосредоточиться на одном, а больше у меня не получается, – сказал второй и свернул на запад.

Так разошлись их пути. Река, которая потекла на восток, все время извивалась и меняла направление. Она оббежала все равнины – каждый год по новому руслу. И еще даже не начала вымывать себе долину. Никто не считается с ней – она знает лишь упреки и презрение; ее воды, растекающиеся во все стороны, бессильны. И чертой пейзажа она не стала. Люди зовут ее Платт.

Другая, не более полноводная, держалась одного русла и пропиливала его и протачивала, пока не превратилась в самую глубокую реку на свете; это река Колорадо, а русло ее – Большой Каньон.

Мораль: бык может нарыть больше земли, чем муравей, но не оставляет по себе памятника.