Давным-давно, когда в наших лесах круглый год стояло лето, синицы вели веселую жизнь и резвились со своими братьями и сестрами весь год напролет. Но как-то раз Матушка Забота разослала всем пичугам предупреждение, что они должны лететь на юг, так как с деревьев падают листья, приближаются снег и холода, которые принесут с собой голод.

Узнав об этом, все братья и сестры синиц принялись готовиться к отлету; и лишь синицы, верховодившие во всем, продолжали выделывать сальто на веточках и лишь посмеивались.

– Лететь на юг? Ну уж нет! Нам и здесь хорошо. А что касается мороза и снега – мы и не слыхивали о них, так что, скорее всего, их и вовсе не существует.

Вскоре все листья опали с деревьев, и все поползни и крапивники были так заняты сборами, что даже синицы бросили на время свои забавы и послали гонца узнать, что все это значит. Ответ, который они получили, им совершенно не понравился, так как посланец сообщил им, что все птицы отправляются в дальнее-дальнее путешествие, которое продлится много дней, а маленькие крапивники должны будут добраться до самого Мексиканского залива. Кроме того, им придется лететь по ночам, чтобы не попасть в лапы врагов – ястребов, а в это время года нередко дуют ураганные ветры. Но синицы не стали тратить время на переживания, заявили, что все это ерунда, и отправились восвояси, распевая и гоняясь друг за другом. Впереди летел их предводитель Том-Тит, исполняя новую песню, в которой он потешался над путешественниками.

Но остальные птицы и не думали шутить. Они выбирали мудрых вожаков и сбивались в стаи. Они договаривались следовать только за своим вожаком и щебетать, когда им придется лететь по ночам, чтобы указывать дорогу летящим позади; они уже знали, что им нужно будет следовать вдоль берегов крупных рек, текущих к югу, и что перелеты им можно совершать лишь по ночам, и теперь они ждали полнолуния, чтобы отправиться в путь.

А умные бесшабашные синицы продолжали потешаться над своими собратьями, видя, как те собираются в лесах у берегов рек. И вот наконец, когда луна стала большой, полной и яркой, все поднялись по призыву своих вожаков и исчезли в сумерках. Синицы заявили, что все их собратья посходили с ума, придумали немало остроумных шуточек по поводу Мексиканского залива, а потом отправились играть в свои любимые пятнашки в лес, который теперь, впрочем, казался довольно тихим, да и погода становилась какой-то неуютно прохладной.

А через некоторое время действительно ударил мороз и пошел снег – тут уж синицам стало совсем плохо. От страха они потеряли всякое соображение и принялись метаться взад и вперед в напрасных поисках кого-нибудь, кто мог бы указать им дорогу в теплые страны. Они дико носились по лесу, пока действительно не лишились рассудка. Кажется, в окрестностях не осталось ни одной беличьей норы, ни одного дупла, куда бы не наведывалась какая-нибудь из синиц, чтобы поинтересоваться, не это ли Мексиканский залив. Но никто им ничего вразумительного сказать не мог, никто не собирался отправляться в том направлении, да и великая река теперь была спрятана подо льдом и снегом.

Приблизительно в это время они повстречали посланца Матушки Заботы, который летел с поручением к оленям карибу на Дальний Север; но единственное, что он сказал синицам, так это то, что не сможет быть их провожатым, поскольку у него есть свои обязанности. «А кроме того, – добавил он, – вас так же предупреждали, как и ваших собратьев, которых вы называли безумными. И насколько мне известно от Матушки Заботы, теперь вам придется торчать здесь всю зиму, и не только эту, но и все последующие, так что советую вам не унывать».

Безрадостные вести принес он синицам; но они были храбрыми пичугами и, сообразив, что уже ничего не исправишь, решили мужественно переносить невзгоды. Не прошло и недели, как к ним вернулось их обычное веселое расположение духа, и они снова принялись кувыркаться на заснеженных веточках и гоняться друг за другом, как прежде.

Теперь они радовались, вспоминая слова Матушки Заботы о том, что зима кончится. Они начали сообщать друг другу это еще в самом ее начале, в разгар снежных буранов, весело замечая, что это «признак приближающейся весны». И то и дело кто-нибудь из стаи, возвысив голос, запевал нежную песенку, которую все мы так хорошо знаем:

И тут же ему кто-нибудь отвечал:

И они повторяли ее до тех пор, пока мертвый лес не начинал звенеть от этого благовеста. Лесные жители полюбили храбрую маленькую птичку, которая так радостно умела переносить невзгоды.

И зима действительно кончилась. Наконец пришла весна. Треснул лед на реке, на иве проклюнулись пушистики. Все в воздухе говорило о ее приходе. И синицы чувствовали, что все трудности позади. От радости они снова посходили с ума: носились друг за другом между деревьев и кричали без умолку: «Весна пришла! Весна пришла! Ура! Ура! Ура!» А уже через неделю они зажили как ни в чем не бывало.

Но по сей день, как только в опустевших лесах подует пронзительный ветер, синицы как будто сходят с ума на несколько дней и начинают соваться в самые странные места. Они могут оказаться в центре больших городов или в открытых прериях, на чердаках, в дымоходах, дуплах. Так что в следующий раз, когда тебе придется застать кого-нибудь из них в неожиданном месте, вспомни, что синицы дважды в год сходят с ума – осенью и весной – и отправляются на поиски Мексиканского залива, за который они могут принять любую дырку.